За дверью

Дверь парадного подъезда внушала трепет. Она была изготовлена из массивного дуба, с резными узорами и без единого гвоздя. Так, должно быть, могли выглядеть двери в какой-то мифический дворец, а не жилой дом. Её было сложно даже сдвинуть с места, но я всё-таки справилась. И шагнула в прохладу и полумрак, подлавливая мгновение между ударами сердца. ⠀ Питерские парадные – это отдельный вид искусства. И эта не была исключением. Пол был выложен причудливой мозаикой мраморной плитки – белой и красной. Широкая лестница с коваными чугунными перилами вела ввысь, на этажи. Ковровая дорожка, закрепленная на ней мебельными гвоздями «под золото», удивительным образом была свежа и не истерта. Высокие потолки и стены были украшены лепниной и позолотой, но… Меня поразило и покорило не это. ⠀ Зеркала! Разной формы и размеров, но абсолютно все – в одинаковых кованых рамах. Они были развешаны от пола и до потолка. Я моментально погрузилась в это чарующее зазеркалье, с трудом сопротивляясь желанию тут же подойти и заглянуть в них, разглядеть свое отражение. Зеркала отражались в зеркалах, создавая бесконечный коридор в никуда. ⠀ Я стала подниматься вверх, медленно переступая по ковровой дорожке и касаясь кончиками пальцев изящных зеркальных рам. Казалось, они выкованы тем же мастером, что ковал перила для лестницы. Внутри лавинообразно нарастало ощущение сказочности происходящего. ⠀ На первой лестничной площадке разместились всего лишь две квартиры. Большие двери из потрескавшегося красного дерева были украшены медными цифрами «9» и «10». И я точно знала, в какую дверь мне нужно… Нет, необходимо зайти! Дверь номер «9» на ощупь оказалась тёплой и гладкой. Я с жадностью огладила поверхность дерева и толкнула дверь от себя. Она поддалась с трудом, не с первого раза. ⠀ Меня ослепил обжигающий белый свет и я закричала, нещадно разрывая связки. Под веки словно загнали две раскаленные спицы.

***

– Сколько уже она находится в таком состоянии? – один из врачей с интересом взглянул на молодую девушку, привязанную к кровати. У той были светлые волосы и лицо, которое подергивалось от неконтролируемых эмоций. И в то же время она была явно вне сознания. – Уже более полугода, - психиатр бегло пробежал историю болезни. – Попала к нам в состоянии глубокой депрессии. Лечение было применено стандартное, но… В общем, вдруг она впала в коматозное состояние. Мозг работает в нормальном режиме, рефлексы тоже. Вот только сознание отсутствует. – Такое вообще возможно? – лёгкий шепот прошелся среди врачей и практикантов. Их в палату набилось уже человек шесть. – Как видите, - растерянно развёл руками психиатр. – Мы пробовали вывести её из этого состояния. Результатов – ноль.