Find me

“And i tried to hold these secrets inside me My mind`s like a deadly disease.” halsey - control "И я пытался сохранить свои секреты глубоко внутри, Мой разум будто бы смертельно болен." Стукнуло начало нового учебного года и жизнь на улицах Атланты снова зашевелилась, медленно вытекая на порог университетов, колледжей и школ. Конечно, она и до этого была заметна, только вот летом большинство молодых людей предпочитало уезжать на отдых, в более крупные, курортные города. А возрастной контингент всё так же зарабатывал деньги на содержания себя и семьи. Всё так, как должно быть. С одной стороны, осень предвещала быть не очень холодной и потому могла радовать своей разноцветной палитрой не заставляя сцеплять зубы, с другой факт того, что любоваться этой красотой можно будет только по пути на работу или учёбу, удручал. Наруто Узумаки больше страдал по второму, так как разделял участь и работающих, и учащихся. Ему всего лишь двадцать один год, а он уже, кажется, в полной мере ощутил тяжесть самостоятельной жизни. Для него всё было просто. Хочешь поесть - заработай, хочешь получить образование - учись. Он следовал этому правилу безоговорочно, подрабатывал баристой в небольшой кофейне по вечерам, учился в университете на втором курсе. Так живёт большинство, разве есть на что жаловаться? Да, так живёт большинство, но выживают единицы. Узумаки однако, нашёл один способ, держатся на плаву, а вместе со способом обрёл свой личный, маленький секрет... Это была первая среда сентября. Прохладная и шумная. Шумная, потому что первый день учёбы, прохладная, потому что синоптики не наврали. Но всё же шумной она была лишь в центре города и когда все стремились в единую точку скопления, Наруто спешил в противоположность, ближе к краю. Пару районов составляли удивительную границу, будто между добром и злом, светом или тьмой, переступая её можно было обрести покой и окунуться в тишину. На стороне “тьмы” всё было проще и понятнее. Здания тут стремились вовсе не к небу, а скорее составляли единую полосу, заведения тут были не с золотыми перилами и вывесками, а обычные, порой с перегоревшими надписями, что подчёркивали название той или иной конторы. Да и люди тут отличались, обычные работяги, что не смогли устроиться работать в центр, который заполняли притягивающие взгляд блестящие многоэтажные офисы, а остались тут, выбирая что попроще. Однако, парки тут вовсе не менее зелёные и прекрасно пестрящие в разное время года, а уличная еда даже вкуснее. Узумаки любил эти улицы, выучил их наизусть и всегда мог указать короткую дорогу. Он знал где можно попробовать лучшие хот-доги с тако и закусить мороженым, от которого у него вечно “замерзал” мозг, и где такого пробовать не стоит. Парень так же располагал информацией о барах и клубах, правда конкретно сейчас его интересовало именно первое. С виду и по характеру добродушный юноша с голубыми отражающими чистоту глазами, был не так невинен душой. У всех есть те скелеты в шкафу, которые были помещены туда вынужденно и косточки их хотелось сжечь, спрятать и вовсе не от лишних глаз. От своих же. Забыть и существовать дальше, ссылаясь на мысли о том, что каждый человек совершает ошибки и плевать, что оплошность повторяется раз, потом два и три. Конечно, жить спокойно и не боясь той самой небесной кары. Наивно. Но ведь. Мы все хотим просто жить? Давайте успокаивать себя справедливостью и верой в то, что грехи не будут засчитаны. Бары периодически менялись, но один факт в них оставался неизменным - их контингент. Посетители были в основном нетрадиционной сексуальной ориентации, что вовсе не было неожиданностью и развратом в нынешнем мире, а тем более в подобном городе, который давно славился своей толерантностью. Узумаки не был геем, вовсе нет. Он любил девушек. Любил их нежную кожу, мягкую грудь, стройную талию, ножки в коротких юбочках и тонкие запястья, что боязно сжимать. Любил то, как они краснеют, неловко поправляют волосы во время флирта или то, как они злятся, поджимая накрашенные яркой помадой губы. Он любил их целовать, обнимать и придаваться с ними плотским утехам глубокой ночью, сбивчиво дыша и облизывая слегка солёную от пота кожу. Он любил девушек, но в особые дни искусно притворялся и утверждал обратное. А всё ради одного, уже проверенного временем плана. Заходя уже в знакомый гей-бар, он окинул помещение взглядом. Тут было гулко, голоса смешивались, приглушая ненавязчивый саундтрек. Если прислушаться сильнее, различался звук стука бокалов или подобной утвари за барной стойкой, скрип стульев и порой сладкие стоны, что доносились из туалета. Если же принюхаться, то в воздухе витал аромат алкоголя, что будто так и совращал что-нибудь да выпить и удовлетворённо облизать губы, почувствовал лёгкое жжение на языке. Ах, ну и запах жизни тут тоже разил во всю. Чей-то спиртовой одеколон подешевле, чей-то утончённый парфюм с нотками кажется корицы и лаванды подороже, у кого-то вовсе просто лютый перегар. Парень уже изучил эти ароматы вдоль и поперёк, но всё ещё предпочитал нежный цветочный, что прекрасно ложился на шею той или иной дамы. Обогнув пару-тройку человек, он занял местечко у барной стойки, миловидно приподняв уголки губ заказал коктейль с низким содержанием алкоголя. Метод был очень прост. Узумаки неспеша подбирал жертву или же жертва натыкалась на него самостоятельно. Это в большинстве случаев были мужчины старше, гораздо старше, впрочем, юноше было плевать. Ему было плевать на их пьяные разговоры о работе, семье, о том любят они быть сверху или снизу, предпочитают нежно или грубо, в той или иной позе. Он лишь как дурачок кивал и улыбался, терпел “случайные” прикосновения к его бёдрам и талии, строил из себя милого мальчика или опытного мужчину. Не важно, ему было нужно напоить, незаметно подсыпать малейшую дозу снотворного и под предлогом хорошо провести вечер... Обокрасть, оставляя жертву на произвол судьбы. Он знал, что они вне опасности, а если говорить честно, ему было попросту всё равно. У всех свои способы выживать и когда ты забегаешь в тупик закрывая намертво за собой дверь, начинаешь безжалостно проламывать стены. Рай, ад не важно куда ты выберешься, потому что главное выбраться, не утопая параллельно в чувстве нарастающей и угнетающей вины. У всех есть своим причины поступать жестокими методами. Для каждого виновного, найдётся своё наказание. Цель способна оправдать преступление. Если бы Наруто умел скрываться от пожирающих изнутри мыслей в такие моменты, он бы ни капли спиртного не проглотил, по одной простой причине - он просто не любил его. Дело было не во слабости или аллергии на алкоголь, ему не нравился сам процесс опьянения, потеря над собой контроля. Интересно, что будет если он его рано или поздно потеряет? Сыпанёт слишком большую дозу или найдёт более изощрённый способ достать денег? Это всё походит на азартную игру, где ставки слишком высоки, но до ужаса манящие... Голубые глаза медленно перебираются с одной фигуры на другую он как хищник, скалит зубы, подыскивая самую жирную и вкусную добычу. Взгляд метнулся в один из углов, хватаясь за слегка сгорбленную фигуру мужчины. Парень так и не понял было ли той персоне плохо от выпивки, то ли он, просто притомившись решил пообниматься со стеной. Главным было то, что он явно пьян и рассудок его затуманен. Идеально, сегодня всё слишком быстро сложилось, от того уголки губ немного поползли наверх. Стакан одним большим глотком опустошили, принимаясь вставать и действовать. Только вот резко остановились, не по своей воле. Чья-то рука слегка болезненно вцепилась и сжала плечо, заставляя резко обернуться и дёрнутся. Неужто, знакомый!? Удивлённому взору предстал тонкий мужской силуэт. В бокале стукнулся о стенки лёд и пальцы чужой руки немного ослабли, но не полностью отпустили конечность. Чёрные, словно смоль глаза с еле заметной дымкой опьянения встретились с голубыми, всё ещё кажется невинно чистыми. Повисла долгая пауза. И пока незнакомец, не выражая на лице ровным счётом никаких эмоций рассматривал Узумаки, тот не стеснялся делать этого в ответ. Пряди волос что были не светлее глазищ, аккуратно спускались по худому лицу, огибая, кажется, запредельно острые скулы, ближе к подбородку пряди немного распадались, придавая неряшливый вид. Остальная часть их была убрана в не более аккуратный хвост, который ещё и вроде косил немного вправо. Незнакомец напоминал фарфоровую куколку. С такими же филигранно сделанными частями лица, слишком ровными, что придавало чувство ненормальности. Какого чёрта он вообще его рассматривает? Напился и теперь лезет ко всем без разбору. Убожество. Блондин вот уже желал возразить, его брови немного нахмурились, как на лице незнакомца промелькнула будто сумасшедшая улыбка. Он специально её выдавил? Или же он просто не одарён доброжелательностью? - Милашка, не хочешь познакомиться? - С какой-то язвой спросил он, наконец убирая свои руки. От неожиданности, совсем растерявшись Наруто отвернулся, ища глазами свою жертву. Упс, упустил. Того мужчины уже в помине не было, наверное, кое-как дополз до выхода. Раздражённо прикусив внутреннюю сторону щеки, парень развернулся, ещё раз осмотрев преставшего человека. Как-то... Как-то играть в игры с ним совсем не захотелось, больно жуткий он. -Извините, но нет. - Без лишних эмоции ответил Узумаки выражая полную незаинтересованность. Времени не очень много, хорошо будет найти новую жертву поскорее. -На “вы”? Какая культурность. Это был риторический вопрос. - Кажется незнакомец выдал какое-то подобие усмешки, а после опустился рядом, кивая бармену. Тот принялся готовить два напитка. Что ж... Дерзкий, поддатый, сам заказывает напитки, соответственно деньги при себе и преследует цель найти спутника на ночь. Вариант средней свежести. Можно попробовать. Только вот... Он не сильно пьян, это усложняет ситуацию. Все выражения вылетели из головы, губы поджали, наблюдая чёткий профиль, украдкой. - При знакомстве принято называть своё имя, не тормоши мои нервы. - Действительно с более раздражённой интонацией проговорил брюнет, даже не взглянув в его сторону. Какой...Противный тип. Кажется, кто-то крупно влип... - Наруто. - Неуверенно произнёс Узумаки не сводя глаз с чужого лица. Сейчас, пожалуй, происходит самое глупое знакомство в его жизни. Да и вообще этот парень слишком резко меняется в настрое! Что ему нужно... - А... Ты? - Саске. Не пялься на меня.