Королева Деэскалации

— Гуанинь. Слышать свое имя из уст величайшего героя Протектората Броктон Бэй, её кумира детства, до сих пор абсолютно фантасмагорическим опытом. — Оружейник. — Каким-то образом ей все же удалось подавить в себе желание счастливо пропищать это, как фанатка на фан-встрече, которые иногда организовывал Протекторат на Набережной, и её голос был серьёзным. Лишь чуть более тонким, чем обычно. Кейп либо не услышал этого, либо не обратил на этого внимания, коротко приветственно кивнув, открывая раунд переговоров. Этот день, которого она так боялась, наступил быстрее, чем она надеялась. Казалось еще бы, только пару минут назад она обсуждала новый порядок территориального устройства Доков с Лунгом и Ли, вырабатывая общие правила для нового управления территориями по размеру вполне сравнимыми со всеми владениями АПП в Броктон Бэй вместе взятыми — но, на деле, это было вчера. После стычки Обучи-сан (за которую женщина, когда они остались наедине с Тейлор, принесла свои искренние извинения и благодарность за помощь в выходе из неё) с Лунгом она осталась одна — но, кажется, основные вещи уже оказались решены до её появления. По крайней мере, об этом свидетельствовало, что Юко-сан прекрасно знала о том, как в итоге оказалась распределена власть в Доках — и на каких условиях. Тот вечер они потратили на обсуждение разговора, который начинался прямо сейчас — сначала Тейлор хотела предложить женщине отправиться на переговоры с Протекторатом вместе с ней, но Юко, скупо улыбнувшись, покачала головой и заявила, что «Гуанинь сможет справиться с этим самостоятельно». Тейлор в этом была уверена куда меньше — но весь вечер подготовки, посещение банка, где после звонка Энн она получила доступ к закрытой ячейке Барнсов, копия своего дневника, в котором было указано все, что с ней произошло за последние полтора года учебы, все это вместе сделало свое дело. Ещё помог папа, который пусть и не был в восторге от идеи дочери идти на встречу с героями (учитывая её статус, это было понятно), но все же одобрил это решение в конце-концов. И поэтому полчаса назад его белый пикап остановился около Набережной — откуда была прямая дорога к располагающейся посреди залива Вышке, а сама она вылезла с заднего сиденья, уже одетая в обновленную одежду. Как сказала Обучи-сан, у которой откуда-то были её мерки (нет. Серьёзно. Откуда?!), на такую важную встречу стоило идти, одевшись настолько представительно, насколько это было возможно. Именно поэтому Тейлор сейчас носила не свой привычный белый плащ с непонятно чем под ним, а официальный деловой костюм, пусть и немного… Модифицированный, с учетом специфики её образа. Черный приталенный жакет, выглядящий не очень громко и кричаще, но сидящий на ней на удивление стильно, застегнутый на одну пуговицу, с простой белой рубашкой под ним. Простые черные деловые штаны и туфли на низком каблуке, который не сильно мешал ходить, но делал её визуально выше — как ответила японка на невысказанный вопрос начальницы, всегда стоит казаться выше, чем ты есть на самом деле. Тем более, что по словам Обучи-сан, Тейлор весьма шло быть высокой. Сама она не ощущала себя такой уж уверенной в костюме — особенно учитывая, что поверх него был уже привычный белый плащ. На этот раз, правда, новый — с золотой каймой подкладки, такого же цвета застежкой на груди, которая каким-то хитрым образом соединяла его и жакет — это выглядело очень странно, но, вместе с этим, на удивление продуманно и выверено. Её костюм не был похож на удачную импровизацию, нет, это было странным сочетанием классического делового стиля и моды кейпов. Как призналась сама Юко, глядя на неё с какой-то странной ностальгией во взгляде, её наряд был пережитком тех времен, когда кейпы нередко занимали высокие государственные посты, стараясь и сохранить собственную анонимность, и не сильно выбиваться из общего ряда чиновников и бюрократов. Гуанинь было сложно представить, чтобы на каком-то официальном совещании мог бы появиться некто в маске с бело-золотым плащом, да ещё и так, чтобы это не вызвало бесконечность вопросов к рассудку как собравшихся, так и его самого. Почему-то в её мире кейпы не могли существовать в высоких кабинетах. Сидеть за рабочими столами и… Не знаю, печатать что-то на компьютерах. Лунг, например, ассоциировался у неё с кем-угодно — но только не с офисным сотрудником. Даже попытаться вообразить себе, чтобы Дракон тратил свое время на подписание документов ей казалось невозможным — и уж тем более предположить, что делал он бы это не в своем привычном черном кимоно, а в каком-нибудь костюме. Это просто не соответствовало их образам — они должны были находиться на темных улицах, сражаясь со злом (или это самое зло, в случае Лунга, причиняя). Кабинеты с папками и документами были уделом обычных людей, не наделенных парачеловеческими способностями. Но она — или, по крайней мере, её костюм, это разделение опровергали. Это было настолько выверенным сочетанием, что Тейлор сразу поверила Юко. Да, это казалось безумным — но её маска и плащ каким-то образом не делали костюм под ней выглядящим неподходящим. Напротив — её относительная повседневность в одежде словно подчеркивала её уникальный, не похожий ни на что статус. Злодейка, но пришедшая на мирные переговоры с героями. Герой, но сотрудничающий с самыми страшными злодеями города. Обычный человек, обладающий парачеловеческим влиянием. Кейп без суперсил. Тейлор Эберт постаралась выдохнуть — и, следуя приглашающему кивку Оружейника, опустилась на удобный стул для гостей в кабинете Директора Службы Контроля Параугроз. В кабинете было четверо — она сама, в своем невероятном костюме и с толстой папкой в руках, сидящая на стуле — и ещё трое. Оружейник в неполной броне и без Алебарды (она сочла это знаком доверия с их стороны, который её очень порадовал), но все ещё в полном шлеме с визором, оставляющим открытым нижнюю челюсть, устроился в углу комнаты, поразительно напоминая Ли. Они оба словно по наитию выбирали такие места, где могли, не двигая головой, контролировать всю обстановку вокруг — держа в поле зрения каждый объект, потенциально могущий представлять опасность. И пусть Ли выглядел совсем не похожим на взрослого мужчину с бородой, они оба были профессионалами. Ещё один — юноша, возможно, её возраста или чуть старше, в маске-домино, сидел за столом по правую руку от неё, недалеко от Оружейника. И выглядел он… Представительно. Высокий, с длинными светлыми волосами до плеч, широкими плечами и прямой осанкой — он держался уверенно и в то же время расслабленно, ретранслируя почти сверхъестественное спокойствие во все стороны. Никакой особой одежды — обычная однотонная синяя толстовка и джинсы, без каких-либо знаков брендов, но даже с первого взгляда выглядящими надежными и удобными. Он кивнул ей и аккуратно поднял руку вверх в знаке приветствия — и она, не найдя подходящего ответа, только кивнула, внутри сгорая от стыда. Возможно, у неё был единственный в жизни шанс показать себя с лучшей стороны и заключить историческое соглашение между АПП и Протекторатом — а она мялась и краснела, не зная, как лучше действовать. Конечно, Юко, провожая её в путь (для этого они специально забрали её из кабинета директора Фонда — чтобы во время долгой поездки до Набережной Тейлор могла ещё раз послушать её успокаивающий, говорящий очень правильные вещи голос), сказала, что все так и будет — но Гуанинь хотелось опровергнуть её слова. После вчерашнего, несмотря ни на что, её доверие к Обучи-сан стало только больше. Как минимум потому, что она явно была не такой непогрешимой и неспособной на банальные человеческие ошибки женщиной, какой хотела казаться. В каком-то смысле Тейлор видела в ней того, кем сама хотела стать — пусть лишенный парачеловеческих сил, но остающейся даже без этого очень влиятельной женщиной, уверенной в себе и своих действиях, способной отстаивать свою правду даже перед лицом гибели. Конечно, с её стороны было очень глупо злить Лунга — но эта ошибка, напротив, укрепляла Гуанинь в том, что её правая рука, пусть не без нюансов, но была все же скорее хорошим, нежели плохим человеком. Она вышла из себя, когда Лунг, злодей и варлорд, начал угрожать ей, и поступила нерационально. Если бы только у Тейлор были настоящие силы — она бы вступилась. Встала бы на сторону Юко-сан, так как сама не хотела слушать то, как Лунг оскорбляет человека, которому она была обязана очень многим. Но сил у неё не было — и ей пришлось импровизировать, за что ей, признаться, было очень стыдно. Она подняла руку на пожилую женщину, которая еще и выглядела ей за это благодарной! В этой ситуации Тейлор собой совсем не гордилась — но признавала, что лучшего выбора у неё, кажется, не было. Нет, это не значило, что она доверяла ей до конца. Очевидно, что у неё, как и у любого другого человека, были свои планы и интересы. Но на данный момент — и в обозримой перспективе, действия Юко Обучи, направленные на «обеспечение безопасности моего народа в дне текущем и будущих» были ровно тем самым, что сама Тейлор желала добиться. Они были союзницами — и, сколько бы она не ломала голову, но не могла представить ни единого сценария, в котором у Юко был бы какой-то невероятно сложный и коварный план, ради достижения которого ей была нужна Тейлор. В конечном итоге, если бы та хотела чего-то вроде войны в Доках, то просто не стала бы останавливать Протекторат. Да и идея захвата власти над всем АПП была абсурдной — особенно учитывая пункты, которые обсудили Гуанинь и Лунг на вчерашней встрече. Так что оставалось только признать, что либо Обучи-сан была настолько искусным интриганом, что её планы простирались на долгие годы в будущее, и понять их было не под силу простому смертному вроде неё, либо действительно действовала исходя из своего пусть специфичного, но все же желания помочь. Следуя принципы бритвы Оккама, второе было значительно более вероятно, и Тейлор приняла решение, о котором прекрасно понимала, что могла пожалеть. До получения четких и недвузначных доказательств обратного исходить из того, что они с Обучи-сан были на одной стороне. Тем более, что после того, как их авантюра в Доках была окончена, у неё было не так уж и много тех, с кем можно было бы посоветоваться с парачеловеческих делах. Папа помогал, честно высказывая своё мнение, но его опыт взаимодействия с паралюдьми был значительно меньше, чем даже у неё самой. Юко же была в этом специалистом — а никого другого рядом и не было. Слава и Амелия не отвечали на её сообщения, сколько бы сообщений она ни строчила им на телефоне. Семь звонков Амелии и девять Славе также остались без ответа — казалось, что сестры просто приняли решение игнорировать её. Что, учитывая, в каких неприятностях они могли оказаться, было вполне объяснимой, пусть и обидной тактикой поведения. Эмма, которая долго общалась с Софией (София — это Призрачный Сталкер. До сих пор не укладывается в голове, несмотря на доказательства), очень ясно дала понять свое отношение к продолжению общения со своей бывшей лучшей подругой, так что тоже была недоступна (да и Тейлор бы никогда не попросила её вспоминать что угодно, что могло бы напомнить ей о произошедшем). Ли был очень занят последние несколько дней — и у них почти не было времени поговорить, дабы расставить все точки над «i». Таким образом, Юко-сан оставалась единственной компетентной специалисткой в теме паралюдей в окружении Тейлор Эберт. Их вчерашний разговор был очень долгим и плодотворным. Заварившая чай (ради разнообразия, пусть и неодобрительно поглядывая на подростка, Юко-сан все же согласилась приготовить черный) и добавив в чашку для Тейлор сахар, Юко сначала объяснила, чем была вызвана её яркая реакция. Затем они долго обсуждали возможные решения сложившейся проблемы и аргументы для переговоров с Протекторатом на завтра, а потом просто немного поболтали о том, каково это было — быть обычным человеком, управляющим паралюдьми. — Вам стоит запомнить одну простую вещь, Эберт-сан. — Задумчиво глотнув чая, кивнула Юко. — Кейпы в большинстве своем ничем не отличаются от обычных людей, наделенных властью. Слабые кейпы похожи по влиянию на местные власти или полицию, посильнее — на мэров, а самые выдающиеся могут по самомнению обгонять иных мировых лидеров. Они считают, что их власть сама по себе дает им больше прав, чем большинству обычных людей — и в какой-то мере это правда. С одной стороны, это делает их специфичными собеседниками. С другой — многие их реакции становятся куда более простыми для анализа и моделирования в будущем. И главное мое наблюдение, которое я почерпнула за долгие годы работы с ними — кейпам никогда не сидится на месте. Они находятся в постоянном движении, вечно ищут новых применений для собственных сил. Исключения из этого правила столь редки, что их впору считать статистической ошибкой. Они ещё пообсуждали кейпов, а затем Тейлор все же сделала то, что давно хотела — поблагодарила Юко-сан за помощь. И за то, что она взяла на себя гнев Лунга (на предложение помочь с ошейником, например показать его, возможно, даже Оружейнику — не думаю, что он отказался бы помочь!), Юко лишь покачала головой и мягко отказалась, сказав, что «если Кенте-куну будет спокойнее от того, что он может убить меня одним движением, то не стоит лишать его этой возможности». На взгляд Эберт такое отношение к себе было очень опасным, но когда она сказала это, Обучи-сан лишь взглянула в ответ и в своей редкой откровенности насмешливо покачала головой, явно демонстрируя, как относится к этому совету от неё. Несмотря на это, Тейлор все ещё чувствовала себя виноватой — в том числе и за то, что сама чуть не вызвала битву с Протектором, которую предотвратила пожилая женщина — тогда Обучи-сан, покачав головой, сказала что «Гуанинь ей, конечно, ничего не должна. Но если вы настаиваете, то можете успокоить свою совесть тем, что дадите мне возможность в будущем попросить вас об одном не очень значительном одолжении, от которого, если она покажется вам излишне обременительным, вы легко сможете отказаться». Прозвучало это зловеще — примерно как в детском мультике, когда злой джинн предупреждает, что любое желание, которому ему загадают, будет иметь огромную цену — но, с другой стороны, Тейлор действительно была ей должна. Так что она согласилась, немного успокоенная частью про «легко отказаться». В конечном итоге, если Юко-сан попросит убить Лунга, чтобы освободить её от ошейника, Гуанинь всегда сможет отказаться — а выполнить небольшую просьбу женщины, которая взвалила на себя ношу управления Фондом, было наименьшим, что она могла сделать в благодарность. Так или иначе, они подготовились. Все ещё далеко не так хорошо, как надеялась Тейлор — но сделали все, что было в их силах. Так что сидя сейчас тут в кабинете, и глядя в глаза единственного человека без маски, она старалась привести дыхание в порядок и выглядеть настолько достойно, насколько могла, особенно учитывая, насколько серьёзным и пронзительным взглядом её сверлила молчавшая владелица кабинета. Эмили Пиггот, Директор Службы Контроля Параугроз направления Восток-Север-Восток, была тучной и не очень красивой женщиной. Тейлор сама не считала себя даже близко соответствующей стандартам красоты (фраза Эммы про то, что она могла бы выглядеть не хуже её подруги, работавшей моделью, были явным преувеличением, сказанным в пылу момента), и могла оценить человека, над которым, также как и над ней, немного отдохнула природа. Волевая челюсть, прямой и чуть большой для такого лица нос, кожа, покрытая ранними мимическими морщинами и низко нависающий над лицом лоб. Пучок волос на затылке словно утягивал лицо Директора назад, но морщины от этого становились словно даже глубже, глубоко впиваясь в суровое лицо. И все же от неё, как и от Обучи-сан, исходило это слабо объяснимое ощущение уверенности. Властности. Но если Юко-сан была мягкой и гибкой, играющей словами, словно профессиональный музыкант извлекает точнейшие ноты из инструмента и вызывающая ассоциации той самой Паучихи, как её любил называть Лунг, то женщина напротив была подобна стальному клинку. Прямому, жесткому, абсолютно негибкому и разящему точно в цель. — Гуанинь. — Коротко кивнула она, после недолгой паузы протянув руку вперед. Тейлор взяла её — и оценила крепость хватки вместе с мозолями, которые были очень похожи на те, что были у её отца. Кем бы ни была Директор — но она явно не сидела всю жизнь в кресле… — Вы прибыли. Это была сухая, жесткая констатация факта. Не «приятно видеть вас», не «как вы добрались», ничего из этого — Юко-сан предупреждала, что по её источникам Директор СКП в Броктон Бэй очень жесткий и прямой человек. С одной стороны, это было не очень приятно — так как Тейлор, признаться, успела отвыкнуть от представителей властей, которые командовали ей. Но с другой — эта прямолинейность была ей на руку. Так как переиграть кого-то вроде Обучи Юко у Тейлор шансов было не много — но договориться с тем, кого японка чуть презрительно назвала «солдафонкой» все шансы у неё имелись. Если она сумеет правильно разыграть свою крапленую колоду, состоящую сплошь из козырей. — Спасибо за приглашение. — Искренне произнесла Тейлор, бросив взгляд по сторонам — все же не каждый день представлялась возможность побывать в святая святых Протектората. Кабинет был простым — закрытые шкафы, сейф на стене, большое окно с видом на Броктон Бэй и Набережную — наверное, отсюда была очень приятно встречать закаты и рассветы, пусть Гуанинь и сомневалась, что владелица кабинета любит созерцать природу. Кроме этого, ничего интересного вокруг не было — кроме, пожалуй, странного артефакта, неподходящего простой офисной обстановке, полной карт, папок и нескольких мониторов. На широком подоконнике, ловя солнечные лучи, стоял шлем. Простой серебристый, в цвет глаз владелицы кабинета, с разбитым стеклянным забралом, покрытым бесконечной сетью трещин, потертый и в царапинах, с явной вмятиной около левого виска — это не было обычной декорацией. Это была словно частичка прошлого — как папа хранил на рабочем столе фотографию мамы, так и женщина сохранила его по какой-то важной только для неё причине. Будь тут Юко, то уже сделала бы сотню выводов о том, как можно использовать его в переговорах. — Пришло в голову Тейлор. Она же просто отметила его наличие — и вернула взгляд на собеседницу, положившую скрещенные руки на стол и не отрывающую от неё взгляда. — У нас есть вопросы. — Коротко произнесла она. — Вы здесь в роли гостьи. На данный момент Служба Контроля Параугроз не считает вас злодеем, несмотря на ваши многочисленные действия, которые это прямо опровергают. Ну… Это было немного обидно. Сценарий два, значит. Тейлор нахмурилась и ответила настолько вежливо, насколько могла. — Я отвечу на них. Тем не менее, у меня тоже есть вопросы к вашей организации, на которые я бы хотела узнать ответы. — А если мы откажемся их предоставлять? — Внезапно поинтересовался Оружейник, доселе молча стоящий в углу. Дождавшись, пока взгляд подростка перейдет на него, он серьёзно добавил. — Мы не обязаны отвечать на вопросы независимого кейпа, который подозревается в сотрудничестве с парачеловеческими злодейскими организациями. Вот дерьмо. Сценарий три. Перед встречей они с Юко-сан обсудили возможные варианты развития разговора, от наиболее оптимистичного (сценарий один, при котором Протекторат сразу перешел к бы возможностям сотрудничества, пропустив ту часть, что была связана с запугиваем и угрозами), заканчивая самым пессимистичным (сценарием пять, в котором при посещении Штаб-Квартиры она была бы арестована сразу или в ходе диалога). Пока что они не начали запугивать её юридическими последствиями её действий, поэтому это был не сценарий четыре — но проблемы уже были. И, раз так… Действовать она должна была соответствующим образом. Вы имеете куда больше козырей, нежели они, Эберт-сан. — Всплыл в её голове успокаивающий голос её заместительницы. — Они куда больше заинтересованы в сотрудничестве с вами, чем вы с ними. Вам просто необходимо продемонстрировать, не только то, что они получат от сотрудничества… Но и что могут потерять, если этого сотрудничества не случится. Тейлор подавила в себе желание сглотнуть, и, чувствуя, как внутри все сжимается от страха, бросила в бой свой сильнейший козырь. — Если я не получу ответов на свои вопросы, то я буду вынуждена обратиться за помощью в СМИ. Уверена, что они смогут помочь мне получить ответы ничуть не хуже, чем вы. — В чем заключается вопрос? — Коротко, резко уточнила Пиггот, прищурив свои стальные, холодные глаза. Ей явно не нравилось, куда зашел разговор, но она его продолжала, что лишь подтверждало фразу Юко-сан. Все козыри на ваших руках. Просто выкладывайте их на стол переговоров один за другим, пока они не перестанут сопротивляться. — Почему один из Стражей чуть не убил меня, а затем с помощью Барыг организовал похищение, изнасилования и увечья моей подруги. — Коротко произнесла она, и натренированным движением (эту фразу, как и последующие действия, они вчера тренировали отдельно), достала из папки папочку поменьше — и коротким движением положила её на стол. А затем медленно, удостоверившись, что взгляды всех собравшихся прикованы к документам — коротким движением распахнула первую страницу, с которой на собравшихся в кабинете смотрела фотография Софии Хесс, взятая из её личного дела в Уинслоу. — Уверена, что мой интерес к этой теме более чем оправдан, Директор Пиггот. Та не ответила. Коротким движением притянула документы к себе и коротко, деловито — как военный на брифинге, перелистнула почти тринадцать страниц компромата. Что-то внутри было её выдержками из дневника травли, который она вела в Уинслоу, что-то — бумагами из Центральной Броктонской, сообщающими о плачевном состоянии пострадавшей… Но куда большей, центральной частью были доказательства, собранные Эммой. Нотариально заверенные переписки, записи телефонных разговоров, несколько видео, на которых было зафиксированы издевательства, чистосердечное признание, написанное самой Эммой и приложенное к пакету документов в качестве её финальной исповеди. Серебряная пуля для оборотня. Выключатель мертвеца — который должен был отправить собранную ядерную боеголовку куда только могла дотянуться дочь адвоката — но не сработавший по неизвестной причине. И все же не все копии были уничтожены — часть, например в банковской ячейке, доступ к которой им организовала Энн, был в порядке — и сейчас находился в руках Директора СКП. Она, не меняясь в лице, молча потратила почти пять минут на краткое ознакомление — а затем коротким движением протянула его Оружейнику для более подробного анализа. — Раскрытие личности Стража — федеральное преступление. — Коротко произнесла она, не обвиняя — лишь сообщая факт. Они попытаются надавить на то, что это конфиденциальная информация. — В соответствии с прецедентом… — Она замялась, отчаянно пытаясь вспомнить название того дела. Наморщила лоб под маской, отчаянно желая провалиться сквозь землю — черт возьми, она же вчера специально перед сном перечитывала фабулу того дела для более убедительной аргументации своей позиции! — Произошедшим на территории нашего государства, если Страж совершает преступление против личности и здоровья человека, а его раскрытие является необходимым для помощи пострадавшему, нарушение тайны личности может считаться юридически допустимым. — Допустим. — Коротко произнесла Пиггот, мрачно взглянув на неё. Они даже не пытаются это опровергать. — Пришло в голову Тейлор. — Они даже не пытаются сделать вид, что не имеют никакого отношения к Софии Хесс. Черт возьми. Она до последнего не хотела верить в то, что Эмма права (пусть все доказательства вели к очевидному выводу). Ей хотелось верить, что Хесс просто… Нашла способ убедить всех, что является Призрачным Сталкером. В то время как Сталкером была совсем другая девушка — тоже темная и вспыльчивая, да, но не та, кто полтора года травила её в школе. Не та, кто организовала похищением Эммы. — Почему? Этого вопроса не было в списке, которые они составили с Обучи-сан. Он вырвался из неё быстрее, чем она успела подумать, быстрее чем даже осознала, что за слова исторгает её рот. — Это моя вина. — Внезапно раздался в кабинете четвертый голос. Тейлор резко повернулась к сидящему на диване юноше. Тот встретил её скрытый маской взгляд и покачал головой, отчего его волосы легко затрепетали в холодном ветерке, доносящемся из чуть приоткрытого окна. — Приятно познакомиться, Гуанинь. Мы уже встречались в вашу первую ночь в костюме. — Рыцарь. — Выдохнула она, совсем по-новому глядя на юношу на диване. Сейчас, не облаченный в латный стальной технарский костюм, кейп выглядел совсем иначе — за одним исключением. Его аура спокойствия, уверенный, мягкий, но в то же время сосредоточенный и вызывающий доверие голос был все тем же — пусть сейчас и не был искажен шлемом. — Да. — Кивнул он коротко. — Все, через что пришлось пройти вам, Гуанинь, является моей, и исключительно моей виной. Возможно вы этого не знаете, но в Стражах есть система надзора за новыми членами. За каждым закрепляется опытный наставник из числа более опытных Стражей, кто должен следить за новенькими. Анализировать их отчеты. Проводить с ними время, обучая тому, что значит быть героями. Как вы, думаю, уже догадались, это была моя задача. Призрачный Сталкер всегда была проблемным членом в команде, однако я никогда не придавал достаточного значения этой части своей работы. Когда в тот вечер мы встретились с вами и вы почти прямо обвинили её в преступлении, я совершил вторую ошибку. Вместе немедленного информирования своего начальства, в лице Оружейника, я попытался самостоятельно узнать у неё подробности произошедшего. Это… В свою очередь, дало ей время, чтобы сбежать. Наступила тишина. Тейлор вздрогнула, медленно холодея. — Сбежать? — Недоверчиво прошептала она, с ужасом глядя на него. Он согласно кивнул. — Призрачный Сталкер, София Хесс, оставила свой пост и сбежала в неизвестном направлении в день ограбления Уинслоу. Гуанинь нервно выдохнула, покачав головой. Она ожидала многого — но только не этого. Только не того, что её мучительница просто… Сбежит от наказания. Атаковав Эмму, чуть не убив её — просто сбежит в неизвестном направлении. Спасется в ситуации в которой, как казалось, просто не могла выиграть. И все же… Мир не был справедливым, верно? Это не должно было значить слишком многого… И все же, значило. Впрочем, даже так — теперь она знала, что Протекторат расследовал тот инцидент. А потому она могла разыграть свой второй козырь. Гуанинь медленно покачала головой… А затем потянулась к затылку и коротким движением скинула ремешок маски, позволяя холодному воздуху обдуть её лицо, встречаясь с Директором Пиггот лицом к лицу. — Моё имя — Тейлор Эберт. — Коротко произнесла она. — Я получила ответ на свой вопрос. Он мне не нравится… Но я его получила. Некомпетентность людей, которые просто не могут выполнять свои обязанности… На этих словах Рыцарь вздрогнул, но стоически продолжал смотреть на неё. — Не является для меня чем-то новым. Я не… Я не хочу, чтобы действия Призрачного Сталкера вставали на пути того, что может принести так много пользы этому городу. В качестве ответной услуги и благодарности за вашу честность, я готова ответить на ваши вопросы. Единственное, если вы позволите, я для начала озвучу одну принципиально важную для нашего обсуждения вещь. Все молчали. Тейлор Эберт вздохнула, и коротко произнесла на выдохе. — Я — не кейп. Эмили Пиггот резко прищурилась — а затем чуть скосила глаза на экран компьютера. Кажется, увиденное столь её поразило, что она даже чуть вздрогнула — а затем бросила изменившийся, ставший… иным, взгляд на неё. Он все ещё был суровым и пронзительным — но было в нем и что-то большее. Тейлор не бралась оценивать это, смотря на Оружейника. Тот нисколько не поменялся в лице (по крайней мере, судя по его челюсти), и даже не сдвинулся с места — лишь легко кивнув, так, словно часть головоломки, которая никак не могла встать на место, наконец помогла сложить паззл целиком. — И все же вы — Гуанинь. — Верно. — Кивнула Тейлор. — Я думаю, вы уже давно знаете про то, кто я такая — ещё когда я все рассказала Рыцарю во время той встречи в Уинслоу. Но, полагаю, вы не можете точно сказать, какие у меня силы — что рождает много проблем. Как я знаю, отношение к Мастерам и Умникам может быть… По понятным причинам настороженным у большинства людей. Я не кейп вовсе. Я готова пройти любые проверки — помимо того, что это уже подтвердила Панацея, которую я, по причине отсутствия у меня парачеловеческих способностей, никак не могла подчинить своей воле. — Подчинить можно даже без использования парачеловеческих сил. — Коротко заметил Оружейник. — Впрочем, ваш аргумент не лишен смысла. — Спасибо. — Негромко пробормотала она, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и покраснеет. Её аргумент. Похвалил. Оружейник. Если её не арестуют, то это будет определенно один из самых лучших дней в её жизни. — В-в общем, я думаю, что это важно для нашего разговора. — Это определенно… Меняет контекст ситуации. — Коротко кивнула Пиггот, вновь вперив в неё серьёзный взгляд. — Я хотела предложить вам вступление в Стражи. При необходимости, если ваше сотрудничество с АПП было принудительным, что в данный момент является нашей основной гипотезой, мы могли бы организовать вам защиту. Тем не менее, даже если вы не являетесь парачеловеком, мы все еще можем помочь вам участием в программе защиты свидетелей. — Но… Я же ограбила Уинслоу. — Не очень уверенно возразила она, не понимая, как диалог перешел от её статуса к их предложению. — Вынужденные действия, совершенные под парачеловеческим принуждением. — Коротко произнес Оружейник. — О. — Кивнула она серьёзно. — Имеет смысл. Уголок его губы дернулся — но было это смеха или раздражения, она сказать не могла. Очень надеялась, при этом, что от первого. — То есть это было бы чем-то вроде сделки? — Уточнила Тейлор после минуты молчания. — Я не говорю, что ваш Страж провалился в роли надзирателя за другим Стражем, а вы помогаете мне исчезнуть от рук АПП, правильно? — Верно. — Кивнула Пиггот. — Это до сих пор возможно. Однако, не думаю, что стоит тратить время на обсуждение варианта, который вы не рассматриваете. — Вы уже знаете, что я откажусь, да? — Немного грустно улыбнулась Тейлор. Судьба второй раз за месяц предлагала её удобный выход из сложившейся ситуации, который бы позволил ей выйти из этого безумства не только невредимой, но и со значительным выигрышем. Но все же вот уже второй раз — она отказывалась. Сначала от предложения папы, а затем и от того, что хотел предложить СКП. — Тейлор Аннет Эберт. — Коротко произнесла Пиггот. Достала из верхнего ящика стола папку — и положила рядом с личным делом Софии Хесс, открыв её на первой странице. Гуанинь не без содрогания взглянула на собственную фотографию, глядящую на неё с первой страницы нового пакета документов. Подняла взгляд на Пиггот, которая, скривив губы, продолжила. — Пятнадцать лет. Дочь Дэнни Эберта, одного из высокопоставленных функционеров Профсоюза Докеров, который много раз отказывался от перехода на более высокооплачиваемые работы, известного за свои принципы и неподкупность, и Аннет Эберт — преподавательницы литературы и автора серии лекций, в которых она многократно указывала на то что «добро» и «зло» нельзя воспринимать как абстрактные понятия, но скорее как мировые фундаментальные силы, к противостоянию которых можно свести любой конфликт. Учителя и знакомые характеризуют вас как тихую, но умную девушку со стойким моральным кодексом. За время работы Гуанинь успела прославиться открытием школы, в которой обучает детей не только членов банды, но и любых обратившихся за обучением. Особенно характерным является обучение класса, который вы называли «E», состоящий из идеальных кандидатов для вступления в АПП. Полтора десятка человек, которых можно подрядить на распространение наркотиков и оружия, производство запрещенных веществ или проституцию — не знающие языка. Тем не менее, вместо требований присоединиться к банде, их обучают языку и готовят к поступлению в… Если мне не изменяет память, двое подали документы в колледж горного дела под Броктон Бэй. — Откуда вы… Все это знаете? — Чуть севшим голосом уточнила она. — Мы нечасто приглашаем злодеев в нашу Штаб-Квартиру. — Заговорил Оружейник, скрестив руки на груди. — Тем не менее, ваш случай во многом особенный. Даже если не учитывать Барыг и ваше решение передать все активы уничтоженной банды СКП и полиции — а это более полумиллиарда долларов наркотиков, сырья и инструментов для их производства, что явно свидетельствует о вашем отказе от привычных операционных моделей АПП с присвоением себе трофеев, вы тратите ресурсы банды на то, что не имеет прямого влияния на усиление их военного влияния. Тем не менее, ваше растущее влияние среди азиатской части Броктон Бэй, вызывает беспокойство. Вы — загадка. Для того, чтобы победить злодея — для начала требуется искоренить собственное невежество. Она определенно не восхищенно пискнула в ответ на это. Она этого не сделала. Не-а. Кейп, видимо, заметил её реакцию — и его губы сложились в подобии скупой улыбки, которая явно нечасто появлялась на этом суровом лице. — Кто… Это сказал? — Тихо поинтересовалась Тейлор. — Герой. — Коротко, веско ответил Оружейник. — Мы бы не пригласили вас на переговоры, если бы не были уверены, что вы отличаетесь от своих товарищей по банде. — Уже не товарищей. — Достала она очередной козырь. Затем резко выдохнула, и кивнула. — Мы… Обсудили произошедшее с Лунгом. В данный момент Гуанинь… Нет, весь Благотворительный Фонд не является связан с АПП. Мы им не подчиняемся. Мы не берем от них денег — больше нет. Мы не имеем права требовать защиты и ресурсов у АПП. В то же время мы обязаны продолжать обучение всех, кто выкажет подобные намерения. Кроме того, мы обязаны платить определенную… Сумму денег за пользованием территориями, на которых мы находимся. — Территориями. — Зацепилась за это слово Пиггот, прищурившись. — Включая те, что были захвачены у Барыг? — Да. — Призналась она. — Все, что было захвачено во время войны банд, находится во временном ведении моего Благотворительного Фонда. В обмен на… Ежемесячные выплаты в сторону АПП, мы являемся ограниченно независимым образованием. Мы не можем иметь вооруженных отрядов, кроме как по предварительному согласованию с АПП, мы не имеем право заключать союзов с организациями, которые прямо ставят своей целью противостояние Лунгу… За одним исключением. — Протекторат. — Нейтрально предположил Оружейник, явно внимательно прислушиваясь к разговору. — Протекторат. — Кивнула Тейлор согласно. — Я не имею предоставлять вам никакой информации, ресурсов или любой иной помощи для борьбы с АПП. Более того, в случае атаки на территорию АПП, я буду вынуждена прийти на помощь Лунгу. Однако, вне этого, я могу делать то, что посчитаю нужным. Заключить договора, обмениваться технологиями, торговать, управлять своей территорией, делать там, что захочу… Увидев взгляд Директора, Тейлор быстро взмахнула руками. — Не то что бы я собиралась там что-то делать! — Южнокорейский договор. — Негромко произнес Оружейник. — А? — Неуверенно моргнула она. — Договор, заключенные между Японией и Южной Кореей в две тысячи третьем году. — Пояснил он. — Согласно которому за ежеквартальные выплаты и военную помощь Южная Корея становится территорией под протекцией Японии. Ратифицирован Кимом Сок Су со стороны Кореи и Юко Обучи со стороны Японии. — Политики. — Коротко, презрительно выплюнула Пиггот. — Перейдем к делу, Гуанинь. Какими ты видишь отношения своего Фонда и Протектората? — Союзники. — Мгновенно, без секунды раздумий произнесла она. — Я готова поручиться за безопасный проезд ваших машин на моей территории. Я буду благодарна, если по моей территории будут чаще проходить патрули героев Протектората и Новой Волны. — Патрулирование предполагает пресечение преступлений. В том числе и ваших людей. — Если они планируют нарушать закон Соединенных Штатов на моей территории, значит они не мои люди. — Твердо, почти чеканя каждое слово, произнесла она. Потом подумала и быстро добавила. — Уголовный закон, я имею в виду. У нас есть… Несколько учеников школы… Которые любят рисовать граффити… Пожалуйста, не задерживайте их. Ей послышалось — потому что когда она повернула голову, Оружейник молчал — но секундой ранее с его стороны словно бы раздался тихий, едва слышный смешок. — Это можно обсудить. — Коротко, не поменявшись в лице, кивнула Пиггот — но даже её глаза, кажется, стали чуть менее сосредоточенными и мрачными. — Мы хотим получить возможность расследования преступлений членов АПП, которые войдут в состав ваших людей. Тейлор кивнула. Это было одним из требований, которые они обсуждали с Юко, и на это у неё был готов ответ. — По ряду тяжких и особо тяжких статей. Я готова лично помочь в задержании тех, кто замешан в изнасилованиях, преступлениях против детей, убийствах… Но я не могу гарантировать, что выдам всех. — Причина? — Лаконично уточнила она. — Многие преступления, на которые шли мои люди, были вызваны их неумением жить в обществе. Непониманием законодательства. Как бы это ужасно ни звучало, но иногда даже отсутствием любых других альтернатив. Я готова рассмотреть компенсацию независимым предпринимателям и компаниям на моей территории, пострадавшим от сборов АПП — но я не готова выдавать тех, кто организовывал рэкет на моей территории. — Включая тех, кто в процессе рэкета совершал иные, в том числе и тяжкие преступления? — Мы… Можем обсудить конкретные случаи. — Ваш капитан. Тейлор вздрогнула. Они знали. Естественно, они знали. — Сато Кен. — Чтобы потянуть время, уточнила она. — Обвиняемые в двух случаях поджогов, нанесению тяжких телесных повреждений по меньшей мере по трем различным случаям, грабеже, девяти эпизодов нанесения средних телесных повреждений. И, по меньшей мере, причинении двух смертей по неосторожности — если трактовать это так, а не как это сделал бы любой судья. — Жестко и предельно честно произнесла Пиггот. — Распространяется ли ваша милость в том числе и на него? А на тех, кто попытается искупить свои грехи, как вы это говорите, вступив в ваши ряды? Тейлор помолчала, а затем вздохнула и кивнула. Она не знала, насколько много успел натворить Кен. Представить, что парень, который сегодня утром жаловался ей на то, что его младший брат «тупой дебил, который засрал новые кроссовки, которые я ему недавно купил!» был убийцей и человеком с таким послужным списком, что даже лет двадцать в тюрьме звучали как очень оптимистичный прогноз суда, было непросто. И все же… Все же, она приняла решение с момента Ли. Они не были хорошими людьми в привычном понимании этого слова — или хоть в каком-то, если уж на то пошло. Но они были её друзьями. Теми, за кого она несла ответственность. Она не могла отказаться от них — даже ради такой цели. — Да. — Значит, мы не можем согласиться на полноценный союз. — Кивнула Эмили Пиггот так, словно и не ждала другого ответа. В ответ на удивленный взгляд Тейлор, она пояснила. — Полноценный союз предполагает признание вашей организации независимым сообществом паралюдей, формата Новой Волны. Однако, это невозможно юридически представить, в случае если вашими капитанами будут обвиняемые в десятках федеральных преступлений. — Неофициальный союз, в таком случае. — Кивнула Тейлор, приготовившись торговаться. — Я — не враг героям этого города. Я хочу того, чего хочет мой отец. Чего хотела моя мама. Чтобы Броктон Бэй был мирным, процветающим городом. — И все же вы заключили союз с бандой. — Не отвечая на её комментарий, но и не опровергая его, лишь подмечая несоответствие, заметил Оружейник. — Это нетипичный поступок для того, кто хочет помочь городу. Лунг — злодей. Рэкет на его территории, избиения несогласных, убийства на территории Империи, организация торговли оружием и наркотиками, создание незаконных борделей — ничто из этого не помогает городу. — Я знаю. — Грустно улыбнулась Тейлор. Вздохнула, бросив короткий взгляд за окно — на Набережную, чей блеск чуть скрыли вылезшие на небо тучи. — И все же это лучшее, что я смогла придумать. Быть может, будь на моем месте кто-то с настоящими силами, он бы мог что-то поменять. Но я не могу поменять то, что происходит на территории АПП. Я могу лишь удостовериться, что этого не произойдет на моей. И я надеюсь, что вы можете мне в этом помочь. Я не герой… А вы — да. Именно поэтому я пришла к вам. Надеясь, что вы сможете мне помочь. В кабинете воцарилась тишина. Этой фразы они не готовили — она вырвалась откуда-то из самого её сердца. Вновь ожившего верой в героев с тех пор, как Оружейник пожал ей руку той ночью — вспыхнувшей верой в настоящих героев. То, что случилось с Призрачным Сталкером было, по всей видимости, провалом конкретного человека — объяснить иначе, что тут делал Рыцарь, она не могла. И она, признаться, была на него зла — потому что из-за него, из-за его некомпетентности и идиотизма Эмма пострадала, а София ускользнула — но к его провалу Протекторат не имел никакого отношения. Может быть, конечно, идея того, что надзор за Стражами происходит со стороны других Стражей, была не самой удачной — но от Славы она слышала, что все остальные младшие герои были настоящими, идейными борцами со злом. А потому Тейлор Эберт надеялась, что ей повезет — в очередной уже раз. Но это было бы везением не только для неё. Она знала, что Протекторат проигрывал войну с бандами, с трудом держа статус-кво. Появления пятой части города, свободной от парачеловеческих преступлений и уничтожение Барыг не помогло бы им победить — но, быть может, сделало бы их жизнь значительно более простой, чем была до этого. Этот союз был нужен не только ей — но и им. И она была не единственной, кто это знала. И все же Директор не отвечала, продолжая сверлить её взглядом. И лишь спустя почти минуту тишины все же заговорила. — Предварительно, я могу утвердить это. При двух условиях. — Я слушаю. — Воодушевленно кивнула Тейлор. — Откуда вы планируете брать деньги для выплаты Лунгу? — Мы рассматриваем разные методы получения легального финансирования. — Это не ответ. — Надавила Пиггот. — Я должна быть уверена, что деньги, которые вы будете собирать, будут взяты не из кармана людей, на территории которой будет находиться ваш Фонд. Мне нужен четкий ответ. — На данный момент у меня его нет. — Призналась Тейлор. — Тем не менее, любые денежные средства, которые будут переданы, будут получены легальным путем. Для подтверждения этого я направлю вам документы, которые это будут подтверждать. — И что если эти документы будут ложными? — Уточнил Оружейник. — Вы знаете мое имя. — Пожала плечами Тейлор Эберт, бросив на него серьезный взгляд. — Я живу в доме своего отца, иногда останавливаюсь в своем Кафе, об адресе которого вы знаете. Я не меняю внешность, и я сознательно призналась в том, кто я такая. Если я нарушу наши договоренности — вы будете иметь полное право меня арестовать. — Не то что бы этого права у нас не было прямо сейчас. — Сухо заметила Пиггот, бросив на неё взгляд, в котором было что-то максимально похожее на юмор — по крайней мере максимально похожее в исполнении этой женщины, которая, казалось, презирала саму концепцию юмора. — Давайте не будем об этом. — Скорчила гримасу Тейлор, поморщившись как от зубной боли. — Если я не выполню обещание, или в документах будут проблемы, или вы решите, что тут что-то не так — вы сможете прийти за мной. Я не собираюсь сбегать и прятаться. Я — публичная фигура, и в образе Гуанинь, и под моим настоящим именем. — Терпимо. — После нескольких секунд размышлений, кивнула Пиггот. — Второе. Почему ты идешь на такие жертвы ради возможности заключения союза с Протекторатом? Риск собственной свободой. Уступки в помощи и поисках нарушителей. Почему не захватить территорию и не сидеть на ней, как Лунг? Если бы вы были достаточно тихими, то мы бы занялись вами в последнюю очередь. Тогда зачем? — Потому что там, где нет света, обязательно появится тьма. — Тихо ответила Тейлор, вспомнив одну из присказок мамы. — Либо я приглашаю к себе героев и пытаюсь договориться с ними, либо когда на мою территорию придут злодеи — вроде новых Барыг, мне придется идти к Лунгу. Он поможет — но цена, которую я заплачу, может оказаться для меня слишком высока. — И тебе не страшно? — Почти с каким-то любопытством, пытливо вцепилась в неё Пиггот. — Что ты оступишься? Что мы придем за тобой, когда ты рано или поздно пойдешь по той же дороге, по какой идет любой человек, надеющийся пройти мимо героев и злодеев, не занимая никакой позиции? — Страшно. — Тихо пожала она плечами. — Я… Честно говоря, я до сих пор думаю, что вы можете просто арестовать меня за то, что я делала. За то, что помогаю плохим людям делать ужасные вещи. Я… Я понимаю, что Лунг не хороший человек. И что Ли, которому я пытаюсь помочь лучше понимать людей, тоже не является хорошим. Они жестокие, бесцеремонные — и с легкостью пойдут на убийство, если это им поможет. Но, быть может, это и к лучшему. Пиггот молча вскинула бровь. — Что я пришла к вам. — Пояснила Тейлор задумчиво. Вздохнула, и тихо пробормотала то, что давно было у неё на душе. — Если я стану злодеем, то лучше пусть рядом со мной будут те, кто остановят меня, нежели те, кто подтолкнут дальше.