Алый рыцарь и ледяная принцесса - (Часть 12)
18 июня 2022 г., 16:18
По покрытой толстым слоем крови, стене, стучали две пары рук. Белоснежная кожа маленьких ручек с тонкими изящными пальчиками давно покрыта вязкой, алой жидкостью. Вторая с одним ледяным протезом. Пальцы обоих источали свет, что нитями струился по красному пятну на стене, асфальте, лежавшим в этой луже прядкам синих волос с остатками венка из ледяных цветов. Словно эта энергия пытается собрать девочку воедино, по новой, словно мозаику. Однако оба знали, что это невозможно. Абсолютно уверены в том, что уже ничего не вернуть, но продолжали пытаться сделать иное. Раз за разом, удар за ударом. Точно так же, как с каждой секундой угаснет последняя капелька надежды. С пересохших, бледных губ слетают редкие всхлипы, а слёзы все продолжают катится по меловым щекам. А вот Эрик молчал. Если лицо девушки выражало боль, отчаяние, тоску и гнев, то мимика Скарлета абсолютно отказала работать.
Он не чувствовал ничего. Опустошение. Раз за разом у него отбирают что- дорогое, любимое. Он устал терять, устал бояться этой потери. Устал от того, что в жизнях кого он присутствует, постоянно случается что-то ужасное. Непоправимое. Страшное…
— Уже в который раз кровь вызывает у меня не жажду, а отвращение. С тех пор как по моей вине Касуми испытала ту страшную боль и истекла кровью. Мама… Касуми… Эйлин-сан… Эрик… Теперь еще и Венди… Сколько еще раз это произойдет? Почему все, кто мне дорог, умирают или страдают? — Испачканные в чужой, выделяющийся на белой коже, крови руки дрожали. Хоть Наоми ее и не видела, но все же чувствовала, в том числе и отвратительный, нынче вызывающий тошноту запах.
— Эрик, Наоми, вы здесь? — услышали они позади себя знакомый девичий голос, а также приближающиеся шаги.
Эрика медленно повернул голову в их сторону. Его испачканные в крови ладони медленно съехали вниз по стене и безвольно повисли вдоль тела. Наоми же ника не отреагировала, так и застыв в одной позе. Наклонившись вперед и упершись ладонями в покрытую алой жидкостью стенку. Ногти на ее пальцах вытянулись, и, когда она сжала руки в кулак, оставили глубокие вмятины в каменной поверхности.
Еще издалека Зак увидел и тут же отвернулся при виде испачканной в крови стены, прижав к себе любимую девушку, зная ее чувствительный и добросердечный характер. Но Акеми уже успела это увидеть. Она ахнула и закрыла руками рот. Ее глаза наполнились слезами, когда он прижал ее к груди и погладил по волосам. Через несколько секунд она отстранилась, и, дав взглядом понять, что в порядке, направилась вместе с ним к двум подросткам. Она должна быть сильной ради них, тем более, что им сейчас намного хуже.
—Отца Венди взяли под арест. Ему воздастся за то, что он делал все это время, ребята. — говорит Зак, подходя на шаг ближе к друзьям. Послышался очередной приглушённый всхлип со стороны синеволосой.
— Наоми, мы все понимаем и хотим помочь…— заговорила Акеми, но Локсар перерубает любые попытки с ней заговорить.
— Нет! Ничего вы не понимаете! Не знаете, какой она была! Не знаете, кем она была для нас! Не знаете, какого это — потерять любимого человека, ставшего тебе, практически, младшей сестрой! Не знаете! — Эрик тревожно оглядывает истерически кричащую и плачущую подругу. Он чувствует ее боль, отчаяние и злость на саму себя. За то, что не смогла уберечь, защитить. И он понимал. Разделят эту боль…
— Наоми, пожалуйста. Нужно успокоится…— Эрик едва касается тёплой, испачканной в крови ладонью тонкого плеча, но она тут же отдергивает свою руку.
— Эрик! Она же погибла! Погибла из-за меня! Ты же сам все видел! Почему?! Почему ты такой спокойный?! Она погибла! Мы больше ее не увидим! Она больше нам не улыбнётся и мы не сможем услышать ее звонкий смех! Почему все вокруг меня страдают?! — истерика набирала новые обороты. Девушка кричала и била кулаками по груди Эрика, глотая и давясь горькими слезами.
— Наоми, послушай. Этими криками мы ничего не добьёмся. Нужно на все посмотреть трезво, может мы найдём выход. — предпринимает попытку розоволосая
— Чего ты найдёшь?! Какой выход?! Она мертва! Какой здесь может быть выход?! Ничего уже не вернуть! — не успокаивалась брюнетка. Ровно до того пока, пока не послышался глухой шлепок. Зак дал девушке пощёчину.
— Успокойся и приди в себя! — крикнул блондин. Голова Наоми отклонилась в противоположную от удара сторону. Она замолчала, смотря перед собой широко раскрытыми, полными слез, глазами.
— Ты совсем больной?! — Эрик вне себя от бешенства. Парень был готов разорвать Зака на кусочки. — Ей и так тяжело! Какого…
— Заткнись. — неожиданно спокойно проговорил зеленоглазый, продолжая в упор смотреть на Наоми.
Акеми ахнула от неожиданности и возмущенно повернулась к своему парню.
— Зак, это уже слишком! Девочке и так плохо! Кому как не тебе знать, что она сейчас чувствует! Ей сейчас нужны поддержка, тепло и забота! — кричала она на блондина, сверля его недовольным взглядом.
— Знаю. Прекрасно знаю. Но сейчас она, как видишь, не может принять нашу помощь. Сперва ей надо успокоиться. — Голос Зака, как и его изумрудный взгляд, был тверд и уверен. — Акеми, я знаю, что делаю, поверь мне.
— Даже если так, избиение ей ничем не поможет! Ей нужны объятия!
— Ты сама видела, что она сейчас не хочет ни с кем обниматься.
Их спор звучал где-то на фоне и был еле различим. Перед глазами девушки стояла все та же картина. Венди. Милая человеческая девочка. Она улыбается и звонко смеется, ее карие глаза сияют. В следующий момент на ее месте стоит то, во что ее превратил собственный отец. То, что лишь отдаленно похоже на Венди. А затем стена, забрызганная ее кровью, внизу которой лежат испачканные в ней синие пряди, на одном из которых украшение, которое она ей подарила.
Сердце, кажется, готово остановиться. Грудную клетку сжимает в новом приступе боли, глаза наполняются слезами, а в горле заседает противный, липкий ком. Ей хочется, чтобы на месте Венди была она сама. Чтобы это милое, солнечное создание не испытывала то, что ей пришлось испытать. Наоми боится представить, какого было маленькой, беззащитной девочке. Ее предал самой дорогой человек. Отец. Которого она любила всей своей светлой душой. Убил в ней весь этот свет. Оставив непроглядную тьму и жажду…крови…
Она снова все испортила. Не смогла никого спасти. Это бессилие…оно преследует ее и не отходит ни на шаг.
Слёзы снова покатились по щекам. Она не могла больше выносить эту тяжесть взглядов, что уставились на неё и убежала.
— Ну вот видишь, что ты наделал! — крикнула на Зака Акеми. — Нельзя оставлять ее одну в таком состоянии! Наоми, подожди!
—Наоми! Стой…— рывок в сторону, куда убежала подруга, но за здоровое плечо Эрика ловит Зак. Аловолосый поворачивается в сторону парня и видит, что он точно так же держит и свою девушку. — Зак, пусти! Мне нужно ее догнать! Неизвестно, что может случиться! Я должен быть рядом с ней! — юноша встревожено смотрел в сторону убежавшей подруги и безнадёжно дёргая рукой, которую, видимо, уже не вырвать из цепкой хватки блондина.
—Вы слишком рано сдались, Эрик. — -медовые глаза непонимающе уставились в зелёные. — Поспешные выводы никогда ни к чему хорошему не приведут. — качает головой блондин. Сердце Эрика с новой силой забилось о рёбра. В ушах зазвенело, а тело онемело. Зак подтолкнул парня и свою девушку в выходу из переулка, направляясь в сторону Джерара.
***
—…ммм…что? Где я? Ах, братик Джерар! Проснись! — Венди приходит в себя и трясет юношу за руку, пока тот не открывает карие глаза. —Венди! Как ты? Как себя чувствуешь, где-нибудь болит? — юноша обнимает маленькую девочку, бережно прижимная хрупкое тело к грудной клетке. Затем отстраняется, все ещё не выпуская ту из рук и повторно оглядывает. —Все хорошо, братик Джерар. Я так рада, что я снова человек. Спасибо. — улыбается Венди. И казалось, ее улыбка способна осветить всю темень вечернего города. Лучик солнца снова засиял. Юноша, услышав приглушённые шаги, собрался уходить. Но перед тем, как покинуть малышку, обнимает ее и велит оставаться на месте. Девочка кивает, наблюдая за скрывающейся в темноте города накидкой с капюшоном. Уже через несколько секунд в переулок вбегает Эрик, Зак и Акеми. — Братик Эрик! — смеётся Венди и машет ребятам рукой, приветствуя. Аловолосый, с широко раскрытыми медовыми глазами, медленно подходит к девочке, и, не веря собственным глазам, касается тёплой рукой маленькой светлой, больше не покрытой вздувшимися венами, щёчки. «Теплая… живая… Юноша падает на колени перед младшей сестрёнкой и крепко-крепко прижимает ее к своей груди. Глаза наполняются слезами и грудь задавливает в сладкой истоме, выбивая выдох облегчения. Наверно, никто, даже сам Эрик, не смог бы описать эти ощущения такими, какие они были на самом деле. Он касается живой рукой мягких синих, растрепавшихся волос. И вдыхает такой родной запах цветов и лета. Запах счастья. —Господи…ты живая и невредимая, Венди…каких богов мне за это благодарить? — шепчет в растрепавшиеся кудри девчушки. Венди не отвечает, продолжая счастливо улыбаться и обнимать юношу. Акеми и Зак наблюдали со стороны, радуясь за девочку и Эрика. Его искренние чувства доказывают действия и эмоции. Вот, что значит любить кого-то… —А где сестрёнка Наоми? — спрашивает кареглазая. Аловолосый встаёт на ноги, не выпуская из своей ладони маленькую ручку. —Нужно ее найти. А Венди отвести в безопасное место. — предлагает Зак. Все утвердительно кивают, соглашаясь с парнем. —Братик Эрик, я не хочу уходить. Не оставляй меня! — чуть ли не плачет малышка. Эрик снова садится перед девочкой на корточки и обнимает. Сердце обливается кровью, когда большие, невинные карие глаза наполняются слезами. —Я тебя не оставлю. Больше никогда. Но сейчас нужно найти Наоми, чтобы она тоже смогла порадоваться и обнять тебя. Что думаешь? — он не хочет терять Венди из поля зрения. Будто исчезнув ещё раз, она уже не появится снова. Не хочет отпускать эту маленькую ручку, что с такой надеждой вцепилась в ткань его одежды. Не хочет. —Ты прав… —Не беспокойся. Мы позаботимся о ней. Клянусь, с ней ничего не случится. — заверяет подростка Зак, кладя руку на его плечо. —Да, мы не позволим ничему больше случиться, Эрик. — Кивает Акеми, поднимая малышку на руки и нежно ей улыбаясь. Скарлет кивает, убегая в сторону сбежавшей недавно подруги, уже думая, как расскажет ей о чудесной новости, и какой будет ее реакция. «Венди жива! Черт возьми, жива и невредима! Неужели Бог наконец решил нас пожалеть… нас… вдоволь настрадавшихся за свою недолгую жизнь подростков, не отбирая ещё одного любимого человека? Неужели хоть что-то пошло не наперекосяк.***
Наоми бежит по покрытой лужами дороге, закрыв лицо руками. Боль... боль... боль... разочарование… боль. «Сколько можно? Когда же все это кончится? Может мне стоит самой со всем этим покончить? Ведь жить без меня всем станет только легче! Я словно чертов магнит для неприятностей. А ведь еще считала Эрика таковым… Куда бы я не ступила, шлейфом за мной следуют беспомощность и неудача… а также кровь… Достаточно! Поток негативных мыслей прервало столкновение с неизвестным. Сердце замерло. Тот, с кем она столкнулась, не хороший человек. Наоми отнимает испачканные кровью ладони от лица и прислушивается к своему внутреннему зрению. Однако не успела она сконцентрироваться, как резкий удар по сонной артерии заставляет закрыть глаза и провалиться в долгую, непроглядную темноту. Человек, с абсолютно пустыми белками глаз, подхватывает бессознательное тело и направляется к месту назначения. А вдалеке стояла загадочная длинноволосая брюнетка, спрятавшаяся под зонтиком. На ярких губах расцвела хищная, не предвещающая ничего хорошего, ухмылка. Похитивший Наоми человек двигался словно марионетка, повинуясь движениям ее тонких изящных пальцев, заканчивающихся длинными острыми ногтями.***
Эрик бежит по улице, то и дело заглядывая в различные переулки, крича имя подруги. Он начинал беспокоится, ибо уже минут сорок бестолковой беготни по району, не мог ее найти. — А? — он замедлил бег, увидев стоящую под черным зонтиком девушку. Будь он в тот момент чуть внимательнее и спокойнее, он бы заметил определенный символ у этой девушки и тогда все, возможно, было бы иначе. — «Какая странная девушка. Ладно, это сейчас неважно. Я должен найти Наоми как можно скорее. Может она ее видела?» — Извините, — обратился он к повернувшейся к нему брюнетке. От ее загадочной улыбки у него мурашки побежали по коже, но он решил не придавать этому особого значения, спихнув все на то, что сильно промок, пока бежал под этим дождем. — Здесь девушка не пробегала? У нее синие волосы и разноцветные глаза. Один синий, второй фиолетовый. Сама она в темном платье, примерно как у вас… Блин, плохо, что я не владею силой создавать картинки из своего разума. Я бы создал ее точное изображение. Хотя, ее внешность сама по себе достаточно выделяющаяся. Вместо ответа она молча указала в сторону, куда совсем недавно ушли управляемый ею человек и ставшая его жертвой Локсар. Эрик бежит туда, куда указала таинственная незнакомка. Сердце бьется об рёбра, то ли от долгого бега, то ли от счастья, то ли от тревоги. Слишком уж подозрительной была эта девушка. Но все эти тревоги и недомолвки перебивают яркие картинки фантазии того, как обрадуется Легран, узнав о прекрасной новости. Пробежав достаточно много, парень утыкается в заброшенный дом. Что-то, похожее на предчувствие, твердит о том, что должна произойти беда. Но Эрик отмахивается от своего шестого чувства, бесстрашно переступая ветхий порог обвалившегося здания. Мёртвую тишину дома нарушают негромкие, но довольно резкие шаги парня. Он осматривается. — Наоми? Ты здесь? Пожалуйста, ответь, если слыш…— карие глаза светлеют и расширяются, при виде подвешенной за руки к потолку подруги. Рот заткнут ее же платочком, а в разного цвета глазах плескается дикий ужас, в перемешку с тревогой за парня. Она начинает дергаться, пытаясь порвать или перетереть грубый канат, обхватывающий нежную кожу запчастей. — Наоми, тихо. Давай успокоимся. Сейчас мы обязательно что-нибудь придумаем. — что-то похожее на спокойствие на лице аловолосого и дикий смерч чувств в душе. «Какого черта здесь творится?! Кто успел ее похитить? И как он вообще это сделал? — Эрик судорожно оглядывается. Из-за накатывающего беспокойства и паники, он не понимает, что вообще нужно сделать. В итоге он вытянул руку в сторону, отдав мысленный приказ появится в его ладони оружию, но ничего не произошло. — Что за…? — он ошалело уставился на свою пустую руку. — Ну же! Призывайся! Давай! — Хех. Глупый мальчишка. Я специально поставила на это место блокировку инородной магии. Иначе, как, по твоему, Наоми не смогла освободиться самостоятельно. Что же ты теперь будешь делать? — прошептала та самая брюнетка, которую Эрик встретил совсем недавно, наблюдая за отчаянными попытками юноши освободить подругу из тени. — Вот почему только дураки являются героями. Потому что никогда не знаешь, когда какой-нибудь сумасшедший сделает садистский выбор, из-за которого ты дашь любимой девушке умереть! Даже если она наполовину демон. Непонятно откуда, появляется тот самый парень с пустыми белками в глазах и набрасывается на Эрика. Тот, скорее рефлекторно, чем осознанно, уворачивается от удара тесаком, едва не отрубившем уму голову. В ушах звенит, горло саднит сухостью и этим противным вязким комом страха. В медовых глазах поселился ужас. Еще чуть-чуть, и паника накроет парня с головой. Он упал на пол, начав стремительно отползать от неспешно приближающегося к нему маньяка. — Отстань от меня! Отстань от меня! А-а-а! — кричал он, закрываясь от ударов сделанной изо льда рукой. Парочку ударов он все же пропустил, от чего его здоровую руку покрыли кровоточащие раны. Один из ударов и вовсе оставил царапину у него на щеке, срезав несколько алых прядей. Эрику безумно страшно. Все конечности онемели, отказываясь нормально функционировать. Все внутренние органы скрутилось в один однородный комок настолько сильно, что, казалось, парень мог с легкостью выплюнуть его. Зрачки сужены до такой степени, что уже начали теряться в меловой радужке. Он беззащитный ребёнок. Не способный дать отпор и спасти любимую. В этот момент, Скарлет понимает, на сколько же он жалкий. Он не способен абсолютно ни на что без своей магии. И вот настал момент, когда маньяк замахивается, а Эрик, уже практически смирившийся со своей участью, зажмуривает глаза и задерживает дыхание. Но вовремя раскачавшаяся на веревках Наоми нанесла загипнотизированному удар ногами, отчего тот упал на Эрика. Сердце мальчика забилось еще сильнее от страха, когда он оказался лицом к лицу с этим психом. Паника и животный страх поглотили его целиком. Увидев, что тесак выпал из руки парня, он схватил его, и, издав дикий крик, замахнулся, собираясь уже нанести удар и убить его. — Нет! Эрик, нельзя! — услышал он девичий крик. Вместо тела, страшное лезвие встретило стену льда. Вздрогнув, он медленно перевел взгляд в сторону, тяжело дыша. Эрик сидел на коленях, ни живой, ни мертвый, бледный как смерть. Его всего трясло. Взгляд суженных до крошечных точек золотых глаз был безумен как у загнанного в угол зверя. Пальцы живой руки все еще сжимали рукоять тесака. Его лицо, а также живую руку покрывали кровоточащие раны. — Эта девчонка… — таинственная брюнетка прищурила глаза. — Она смогла преодолеть мои чары… Неудивительно, что у нее такие вкусные эмоции. Не хуже, чем у мальчишки. Наоми избавляется от верёвок, повисших на ее запястьях и подбегает к парню, заключая того в крепкие объятия. Она плачет, ровно, как и он. Их тела переполнял адреналин и сковывающий все движения страх. Но когда ребята спрятались в кольцах рук друг друга, все-таки доля спокойствия появилась. Они единственные, кто есть друг у друга. Единственная поддержка и любовь. — Я думал, меня убьют… Думал, что умру… Страшно было… Было так страшно… Так страшно… — слёзы катятся по щекам парня. Адреналин отступает, поэтому тело начинает бить страшный озноб от панической атаки. — Я так боялся за тебя, Наоми…боялся, что нас могут убить…что мы закончим нашу жизнь здесь…от рук маньяка… — Прости, Эрик. Снова все из-за меня. Если бы я не убежала, ничего бы этого не случилось.— плачет синеволосая, крепче обнимая парня. — Никто не знает, как сложится судьба. Прекрати во всем винить себя, прошу. Не во всех грехах мира виновата ты! — Эрик чуть успокоился, вспоминая важную новость. — И ещё кое-что… Венди жива и здорова. — Наоми тут же отпрянула, не верящими глазами уставившись на юношу. Они снова начали наполняться слезами. Но уже счастья и облегчения. Хотя бы что-то…хоть какой-то просвет в густоте тьмы, что наполнила из жизни. — Она жива? Это правда, Эрик? — закрыв рот ладонями, шепчет девушка. Слёзы текут по бледным щекам, не собираясь останавливаться. Юноша кивает. — Господи.благодарю… Мы должный пойти к ней! Немедленно! — вскакивает с колен Легран, направляясь к выходу. — Постой. Не надо к ней идти в таком виде, как у нас сейчас. Она и так много пережила. — стерев последние слёзы с лица, встаёт с пола Эрик. Ранее загипнотизированный парень приходит в себя и, незамеченный ребятами, сбегает. Друзья выходят из заброшенного здания и садятся на крыльцо. - Держи. Эрик накидывает на плечи Наоми свою куртку. - Спасибо. Ты тоже. - А она на него свой плащ. — Знаешь, после того, как меня чуть не убили, я кое-что понял. А тогда я мог только кричать. В голове было пусто. Я слишком много о себе думал. — медовые глаза впиваются в лёд, коим являлся протез одной руки и живую, все ещё испачканную в крови Венди. — Возомнил, что могу кого-то спасти. То, что мы можем, это лишь приложить усилия, чтобы просто вернуть себе утраченное. И ради этого… пусть меня называют глупым ребенком, хоть дьяволом, мне все равно. Но ведь… на самом деле мы не дьяволы и… конечно, не боги… — его глаза наполняются слезами, а плечи начинают дрожать. Снова это щемящее чувство в груди не дает покоя и возможности нормально дышать. — Мы просто люди! Мы даже не смогли спасти Венди от ее собственного отца! Даже наших матерей! Мы просто жалкие людишки! Не способные спасти даже одну маленькую девочку! — кричит парень, пряча вновь мокрое от слез лицо в ладонях. Снова это непреодолимое бессилие давит на плечи друзей, что уже несут огромную ответственность в столь юном возрасте. Наоми молча смотрит на него, с бегущими по щекам слезами, и, тихо вздохнув, обнимает. Она не знает, что ответить. Ведь он прав…она чувствует тоже самое. Это безвыходное состояние боли и слабости. Свидетелями которым были звёзды и огромный лазурный диск луны…***
«Когда мы вернулись и наконец-то воссоединились, Венди рассказала нам, что Джерар вернул ей человеческий облик, а также дал записку. На самом деле это была сложенная несколько раз бумага с изображенной на ней картой. Она вела к нынешнему логову Акнологии… Из-за и его напарницы с нами продолжают происходить все эти беды. Поэтому я решила закончить все это как можно скорее. Отомстить Акнологии, найти способ вернуть утраченное себе, сестре и Эрику. Покончить с этим раз и навсегда. Место, куда я собиралась отправиться, находилось в подземном городе, водопада. Это не так уж и далеко отсюда. — Эрик, как ты не понимаешь! Ты очень уязвим! Тебя могут убить совсем быстро, без разбора! Если бы у тебя была хотя бы регенерация, но ты обычный человек. Пойми, я просто не хочу тебя терять. Я не переживу твою смерть. Только не твою… Тем более, что ты уже чуть не погиб… далеко не один раз… — взывает, как ей кажется, к благоразумию парня, Наоми. Но тот лишь настырно качает головой. — Поему ты говоришь только о себе? Надо, а ты подумала, что будет со мной, если с тобой что-то случится? А я, буду сидеть, зная, что ничем не смог помочь! Хуже муки не придумать! — всплескивает руками юноша. — Я пытаюсь тебя предостеречь, Эрик! Как же ты не понимаешь! — кричит девушка. — Так же, как и я! — не уступает в интонации голоса медовоглазый. А Венди сидит на кровати и наблюдает за перепалкой друзей, невольно сравнивая их с вечно ругающимися родителями. Большие темно-карие глаза наполняются слезами от горьких воспоминаний. Отстранившись от внешнего мира, девочку возвращает в него звук разбившегося стекла. Эрик бросил в стену керамическую чашку, осколки которой разлетелись по всей комнате. Один маленький кусочек отлетел совсем далеко, попадая в лицо Наоми и оставляя неглубокую царапину на бледной щеке. Из пореза тут же течёт маленькая, совсем тоненькая струйка крови. — Братик Эрик, пожалуйста, хватит! Прошу вас, перестаньте ругаться! — со слезами девочка бросается к Эрику, обнимая его за ноги. Дымка гнева медленно рассеялась и на место неё пришло осознание. Медовые глаза в ужасе расширяются. — Нао, прости меня, пожалуйста. — девушка ничего не ответила. Стерла тыльной стороной руки остатки крови. Буквально через пару секунд, рана затянулась, не оставив ни каких признаков своего присутствия на светлой коже. — Хорошо. Раз уж ты так настырно и целеустремленно решил пойти, пойдём. — устало выдыхает девушка. Ещё с раннего детства она поняла, что если уступающий во многом мальчик начнёт спор, то, либо он останется победителем, либо этот спор просто не закончится. — Я тоже хочу пойти! — кричит Венди. Но Эрик и Наоми категорически против. — Нет, Венди. Уж тебя то я точно туда не пущу. — негодует Наоми. — Тогда…тогда пообещайте мне, что вернётесь целики и живыми. — снова грустит малышка, протягивая одну руку с вытянутым мизинчиком сестрёнке Наоми, а вторую — братику Эрику. — Обещаем. — Хором говорят ребята, повторяя действие Венди. Так, дав клятву на мизинчиках, друзья начали собираться. — Веди себя хорошо. Мы попросили Зака и Акеми присмотреть за тобой, слушайся их. — Эрик обнимает девочку на прощание. Наоми повторяет действие друга и целует ту в лоб. — Возвращайтесь поскорее…— шепчет Венди, маша рукой в только что закрывшуюся дверь. Но как только они покидают дом, она, не дожидаясь нянек, открыла окно в своей комнате и встала на подоконник. Девочка закрывает глаза, концентрируясь на бушующей внутри нее, жаждущей выйти наружу, энергии. Хрупкое тело девочки окружает усиливающийся с каждой секундой ветер, развевая длинные волосы и подол платья. «Простите… но мне придется ослушаться… Не хочу снова потерять папу и маму… — с этими словами она делает шаг вперед, позволяя голубоватому вихрю плавно опустить ее вниз. Ее платье напоминало большой парашют, что также помогло ей опуститься на землю без каких-либо проблем. Когда ее обутые в босоножки ноги коснулись земли, девочка побежала в ту же сторону, что и ее старшие друзья. Перед ее мысленным взором стояла карта, в чем ей, вот ирония, неплохо помогла фотографическая память отца.***
Добравшись до нужного места, ребята ещё раз сверяются с картой. Они стояли на выступе горы, с вершины которой спускался водопад. Если бы не предстоящая битва, друзья сочли бы это место просто волшебным. Но время шло, а гора большая. — Что будем делать? Спускаться довольно долго…— ступив на край, задумчиво проговорила Наоми. — Есть идея. — Эрик моментально оказывается рядом с девушкой, подхватывает ее на руки и прыгает. Легран цепляется мёртвой хваткой за одежду юноши и проглатывает визг. Сердце останавливается, и все внутренние органы готовы были лопнуть. Приближаясь к подножью водопада, мышцы Эрика под руками Наоми напрягаются. Юноша аккуратно приземляется на большой булыжник, пружинисто отскакивая от неровной поверхности, взлетая повторно. Скарлет делает переворот в воздухе, крепко прижимаю к себе хрупкое тело подруги и встаёт на сухой берег. — Скажи, ведь так намного быстрее? Благодаря мне, мы смогли сэкономить много времени. — самодовольно улыбается медовоглазый, тряхнув копной алых волос. Он ожидал похвалы Наоми. — И чуть нас не угробил. — ворчит девушка. Плечи юноши опускаются, а губы поджимаются. "Мда…похвалы… Он аккуратно ставит девушку на землю и нервно отряхивает одежду. — И тем не менее, мы здоровы и невредимы…— недовольно бурчит паренёк. Наоми хмыкает и треплет алую макушку. Эрик закатывает глаза и поднимает один краешек губ. — Пойдём, герой. — Ребята улыбнулись друг другу и продолжили путь, пока не наткнулись, по видимому, на нужное им место. Большая ржавая дверь, скрытая кучами лиан и мхом. Наоми сдирает мешающие сорняки и дёргает дверь, которая, к удивлению обоих, легко поддалась. Перед взором обоих открылся небольшой проход, в виде трубы. Эрик решается и лезет первым. — Эй, ты куда так быстро? — Наоми лезет следом, совершенно не боясь того, что соберёт своим длинным платьем всю паутину и грязь, накопившуюся за долгое время. — Я проверю, есть ли какая-то опасность впереди. Черт, человек нормального роста здесь вообще не пролезет. Хорошо, что я такой маленький. — Эрик замирает на месте, не лишь через пару секунд осознав, что именно он только что сказал. — Не-е-ет! Это плохо! — закричал он, дергаясь, насколько это возможно, в трубе, а после пряча лицо в ладонях, начинает досадно хныкать, осознавая, что только что сам назвал себя коротышкой. Наоми тихо вздыхает и нагибается, избегая очередной сети паутины. — Давай обсудим твои комплексы после того, как закончим задание и выберемся из этой дыры. - Мрачно проворчала она, смотря на него взглядом "Ты сейчас серьезно?" — Думаю нам будет не до этого. — иронично замечает юноша с нервной улыбкой. — Эрик, - вздохнула. - Ты нравишься мне таким, какой ты есть. Как я и говорила, с твоими волосами, с твоим ростом. Все это делает тебя собой и я дорожу этой индивидуальностью в тебе. — Скарлет был счастлив, услышав эти слова, хоть и не знает от чего больше: от того, что идёт впереди, из-за чего Наоми не видит его покрасневших щёк или от самих слов. «Я нравлюсь ей таким, какой есть. Это ли не счастье? — его собственная аура засияла, наполнившись сердечками, отражая состояние души своего хозяина. — А уж если бы ты перестал ныть и поскорее выбрался из этой паршивой трубы, цены бы тебе не было. — Добавляет девушка, в который раз отплёвываясь от попавшей на лицо паутины. Эрик немного поник из-за того, что весь этот милый момент Наоми перевела в шутку. «Она это… не серьезно? Однако, не успел красноволосый накрутить себя по поводу слов Локсар. Увидев конец трубы, Эрик спрыгнул с края металла и подал руку подруге. Наоми приняла помощь и приземлилась на грязный пол, начав отряхивать не менее грязное платье и измазанные в паутине синие волосы. Однако, не успели ребята осмотреться, как услышали щелчок откуда-то из-под ноги Эрика и последовавший за этим громкий шум. Будто что-то большое движется в их сторону. Эрик медленно поворачивается и замечает огромный бетонный шар, движущийся в их сторону в стиле просмотренных ими в детстве фильмов об «Индиане Джонсе». — Наоми, быстрее! — Скарлет хватает за руку подругу и бежит от глыбы цемента. Этот шар идеально вписывался в коридор, по которому они бежали. Следует отметить, коридор без единой двери, где можно было бы скрыться от ловушки, настигшей ребят в самый неподходящий момент. «Когда же он уже сбросит скорость?! Хоть чуть-чуть…— Наоми встревожено заглядывает за плечо, пытаясь не сбавлять темп бега. — Проклятье! Достал меня этот шарик! — задыхаясь от долгого бега, кричит паренёк. Уже не различая перед глазами общей картины, подросток спотыкается об сломанную плитку пола и падает, потянув за собой вскрикнувшую от неожиданности девушку, так как он все еще держал за руку. Но успев полностью осознать ситуацию, Эрик отталкивает Наоми в угол, соединяющий стену и пол, а сам откатывается в противоположный, прижавшись к стене, насколько это возможно. Шар прокатывается мимо, не задевая ни одного из ребят. Все ещё не отойдя от шока, Скарлет шепчет, почти сам себе, весь дрожа от пережитого им ужаса: — Ох…и в правду хорошо, что я такой маленький…— отошедшая от шока первой Наоми подходит к парню. — Фух…это было страшно… — протянула руку, помогая встать. — В твоем росте есть свои плюсы… — Ну все! Меня достало! — не выдержав, закричал закричал парень, ударяя ладонями по полу. Тот весь трясется и покрывается множеством трещин, разрушая весь путь, оставшийся позади парочки. На стенах остались глубокие вмятины, плитка на полу раскрошилась на маленькие осколки, а с потолка упало несколько металлических пластин. — Ты серьезно использовал телекинез, чтобы разрушить коридор? — скептически приподнимает бровь девушка, рассматривая хаос, устроенный ее другом. «И как нам, по твоему, потом возвращаться? — Более чем. — Сумев, наконец, успокоиться, отвечает Эрик. Наоми лишь тихо вздыхает и продолжает путь. Юноша следует за ней до тех пор, пока они не выходят в огромный бальный зал. Высокие хрустальные люстры, намытые до блеска керамические напольные плиты, высокие занавесы на чистых окнах. Наоми и Эрик заворожённо ходят по помещению, разглядывая изящество данного убранства. Пока в один момент, аловолосый не берет Локсар за руку и не начинает кружить ее в медленном танце. — Что ты делаешь? — совсем обескураженно отзывается Наоми, заглядывая в медовые глаза, однако, рук не убирает и поддаётся на уверенные и четкие, но в тоже время будто механические движения парня. Она даже не представляет, как реагировать на такой неожиданный выпад со стороны друга. «Я даже не знала, что он умеет танцевать! — Нао, я…я не знаю. Это не я. Я…не собирался…— точно также недоумевающе отзывается юноша, продолжая уверенно вести танец. Им словно кто-то управляет. Пожалуй, на такой шаг, он бы сам не решился. — Но что тогда ты делаешь? — Говорю же, это не я. Я словно марионетка. — они продолжают танцевать, ровно до громкого хлопка. Эрик, наконец-то, вернул себе способность управлять своим телом и остановил танец. Ребята поворачиваются в сторону незнакомца. Навстречу ребятам вышел юноша. Черные, как смоль, волосы до плеч, кроваво-красные, с узким зрачком, глаза, белая кожа. Выглядел худощавым и не особо сильным, но Наоми все равно чувствовала в нем страшную силу. Его аура подавляла, и то, это была лишь ее малая часть. Черная одежда, представляющая из себя черный плащ, брюки и сапоги. — Кто ты такой? — громко спросил Эрик, встав перед подругой. — Приятно познакомиться, принцесса, и похожий на девушку коротышка. Молодцы, что добрались сюда. Хотя, шучу. — Загадочный юноша насмешливо усмехнулся. — Вряд ли бы вы добрались сюда без помощи моего подчиненного. - Эрик, стой! Он опасней, чем выглядит! — Скарлет проигнорировал предупреждение подруги и попытался нанести удар юноши ледяным кулаком, выйдя из себя при одном только упоминании о собственном росте, но тот ловко увернулся. — Я не люблю драться. Это, знаете ли, больно. Гораздо проще использовать, — он щелкнул пальцами, — магию. В тот же миг лицо Эрика исказила боль, тело перестало слушаться и начало двигаться против собственной воли, словно марионетка в руках кукловода. — Он знает магию крови? — расширились разноцветные глаза девушки. «Так вот почему он решил вдруг со мной потанцевать? На тот момент его телом просто управляли, а тут нарочно причиняют боль… Способность управлять каждой мышцей, сосудом и даже органами в теле жертвы… Ему достаточно сжать пальцы, чтобы внутренности превратились в кашу. Незнакомец, довольный проделанной работой, топнул ногой, в результате чего пол под юношей покрылся трещинами и начал проваливаться. Эрик падает в пропасть спиной вниз, не имея возможности схватиться за обломанный край пола из-за невыносимой боли, что сдавливает каждую клеточку его тела. Он в панике оглядывает помещение, пытаясь придумать хоть какой-то выход, однако страх и ужас перед смертью не позволяют мыслить рационально. На лице, как и ярких медовых глазах, отражались паника и печаль. «Нет! Я не могу покинуть Наоми! Не могу оставить одну сражаться с Акнологией! Она же погибнет! И, словно прочитав его мысли, Наоми подбегает к краю обломанного пола и в последний момент успевает схватить Эрика за живую руку. Девушка вытаскивает парня на ровную поверхность и тут же крепко обнимает, как и он ее, тяжело дыша, охваченная бурей эмоций. — Я думал, ты еще раньше успела понять, что люди слабы, хрупки и очень легко умирают, а еще глупы и их легко вывести из себя. Так почему ты цепляешься за кого-то вроде него? — его лицо на сей раз было холодным, но определенные нотки в голосе давали понять, что взаимодействия этих двоих ему совершенно не нравится, и, мягко говоря, раздражает. Проклятие нити судьбы, из-за которого он теперь обречен желать любви тех, кто хоть как то связан с его первой возлюбленной. — И ты… — он обратил холодный, полный неприязни и все того же раздражения, алый взор на парня. — Зачем ты здесь? Это не твое дело. Оно касается лишь меня и принцессы. Тебя здесь вообще быть не должно. — Это не так… — несмотря на невысокий рост и свой юный возраст, Эрик сейчас выглядел особенно крутым и сильным в глазах Локсар, даже больше, чем раньше. Особенно этому способствовал его горящий золотом взгляд. Так он смотрел на тех, кто в детстве цеплялся к его подруге и оскорблял, или еще как то причинял боль. Парень повернулся к ней, на секунду увидев Наоми из прошлого. «Почему, говоришь? Наоми… всегда была особенной и восхитительной, даже если другие этого не видели из-за ледяной маски. Пускай кто-то считает ее снежной королевой, но я то знаю ее настоящую! Несмотря на то, она действительно в чем-то отличается от других, несмотря на то, что она наполовину демон, которых все считают бессердечными и кровожадными монстрами… Нао может быть какой угодно но уж точно не такой. Несмотря на то, что она с рождения несет на себе проклятие своего рода, причиной которому стал ты… она всегда была такой спокойной и мягкой… доброй и заботливой… той, кто заботится о тех, кто ей дорог. Раньше я то и дело пропускал ее лекции мимо ушей, но сейчас я понимаю, насколько она была права. В какие бы ситуации мы не попадали и сколько бы раз я не доводил ее до слез, оказываясь на грани смерти… она продолжала спасать меня, давая заботу, поддержку и… любовь. Она всегда выделялась для меня на фоне других, в том числе девушек. С самого была одной-единственной… Мой ледяной ангел, чье сердце я желал растопить. — Так зачем ты здесь, мальчик? Расскажи свою, как ты это любишь называть, истину. — Не отводя взгляда от Эрика, он щелкнул пальцами. В тот же миг между парочкой возникла огромная стена до самого потолка, сделанная из тьмы, заглушающая все звуки, скрыв за собой Наоми. Эрик хотел было рвануть к ней, но бледная, сильная рука на плече не позволила подростку сделать это. — Это мужской разговор. С милой Нао ничего не случится. Пускай подождет своей очереди. Ну так… — Акнология наклоняется вперед с жуткой чеширской ухмылкой, одним своим взглядом и аурой вызывая такой страх у Эрика, что его былая бравада и желание врезать как следует испаряются. Все, что он сейчас может, это сидеть на полу, со страхом смотря на свое отражение в алых, перечеркнутых узким зрачком, глазах. — Ты здесь, чтобы отомстить за свою подружку? Или хочешь заключить сделку, чтобы вернуть себе руку? Хочешь стать героем в глазах этой ледяной красавицы? — с каждым словом его зубастая ухмылка становилась все шире, а взгляд все более безумным и ужасающим. — Или чтобы искупить свою вину перед ней? Что привело тебя сюда? Говори, мальчишка! — Я… «В этот момент я снова ощутил тоже, что и во время того нападения… когда на меня напал тот безумный парень, пока я пытался спасти Нао… Я снова вспомнил, вообще-то, еще ребенок… что мне всего четырнадцать… что я смертный… не Бог и не демон… Но все же… Эрик смотрит в холодные глаза Акнологии, не отворачиваясь, хотя его сердце продолжает бешено биться из-за переполняющего его страха. Но он старается вести себя непринужденно, без намека на колебание. Постепенно начавшее тяжелеть дыхание успокоилось, а в глазах снова вспыхнул золотой огонь решимости. — Я пришел сюда ради помощи Наоми Локсар. Я остановлю тебя ради моей любви! — Любви…? — ухмылка и взгляд горящих алых глаз не предвещают смелому юноше ничего хорошего. — Как это мило. Ты здесь, чтобы защитить свою девушку. Человек влюбился в демона, какая прелесть. — Он начал смеяться. Эрик медленно поднялся и сделал шаг назад. В его глазах вновь появился страх. — Что смешного? — Как бы тебе сказать, мальчик… Из всех глупостей ты выбрал самую смешную. — Он убирает воображаемые слезы с глаз, продолжая улыбаться своей жуткой сумасшедшей улыбкой. Неужели ты думаешь, что принцесса из рода ледяных демонов выберет кого-то вроде тебя себе в свои мужья? Это против природы. Притом, что у меня нет никакого желания позволить этому случится. Она моя… как и ее милые сестры. Но теперь у меня есть соперник, так как ты тоже в нее влюблен. При последних словах Эрик невольно покраснел, скосив глаза в сторону черной стены, за которой по прежнему находилась его подруга. — Смертный человек, инвалид без руки, коротышка… влюбился в дочь льда и тьмы. Принцессу, для которой твоя жизнь особенно коротка и хрупка. Ты можешь умереть в любой момент, а вот она будет жить как ни в чем не бывало. Ты можешь состариться, лишившись всей своей юношеской красоты, а вот она всегда будет юна и прекрасна. Да и не факт, что ты живешь после поцелуя с олицетворением льда. Если ты, конечно, не попросишь Наоми обратить тебя в демона, смешав ее кровь с твоей. Как же это, черт возьми, смешно! Это так мило, что я не могу удержаться от того, чтобы не разлучить вас двоих навсегда! Сломать ваше «жили долго и счастливо». Прошло так много времени с тех пор, как приносил настоящие смерть и отчаяние… — заметив хмурое и мрачно-серьезное выражение на лице Эрика, сжатые до побелевших костяшек кулаки, и пылающие гневом золотые глаза, он тут же начал впитывать все это в себя. — Какое страшное лицо, маленький мальчик. Что ты собираешься делать? Убьешь меня? Я знаю, что у тебя есть табу на подобные вещи. Кажется, оно лишь усилилось после смерти твоей матери, верно? Ты не сможешь даже поцарапать меня. Похвально, что тебе хватило смелости прийти сюда по собственному желанию, и, так сказать, зову сердца, но на этом все и закончится… герой. Щелчок пальцами и тело Эрика окутывает тьма, принявшая форму шипастых лоз, обвив его с головы до ног и сжимая с такой силой, что кости вот-вот сломаются. Эрик вскрикнул от боли, когда шипы вонзились в его живую руку и ноги, порвав ткань черных брюк. — Ты так легко ослабляешь бдительность. Я думал, ты будешь поинтереснее. — Акнология сделал вид, что зевает. — Ради забавы дам тебе еще один шанс. Он опустил руку, заставив созданные им из тьмы лозы опустить парня на пол и освободить. — Ну что, начнем нашу… пытку? — он поднял на сей раз обе руки и снова щелкнул пальцами. В них тут же оказались сгустки тьмы, походя на сей раз на кнуты. — Если хочешь кричать или плакать, не стесняйся. Твоя любимая Наоми тебя не услышит. Эрик привычным движением хлопает в ладоши и прижимает их к земле, призвав из образовавшегося магического круга меч. На сей раз не скрытые перчатками пальцы крепко сжимают оружие, слегка подрагивая. «Другого выбора нет. Это то, что я решил. Акнология начал бой первым, запустив свой созданный из тьмы хлыст в сторону Эрика, заставив его уклониться от атаки, отпрыгнув в сторону и перекатившись по полу, остановившись на полусогнутых ногах. Демон прыгает высоко в воздухе, и, извернувшись, запускает удлинившиеся и увеличившиеся черные, слившиеся с оружием, руки в сторону бегущего по кругу зала Эрика. Один из них он даже смог заблокировать своим мечом, из-за чего немного проехался по полу, но все же устоял на ногах. Акнология безумно смеется, разрушая всевозможные укрытия, какие только может использовать бегающий туда-сюда, то и дело совершающий сальто, парнишка с алым хвостом. — Хватит бегать! — он продолжает атаковать руками-хлыстами, от которых тот быстро уклоняется, перепрыгивая. Несколько раз он даже смог нанести им ответный удар, придав своему ледяному протезу вид клинка, зажав меч в другой руке, тем самым орудуя ими двумя. — И это, по твоему, бой? Ты вообще собираешься нападать на меня? Какая жалость. Следующая атака Акнологии близка к тому, чтобы поразить Эрика, но парню удается поставить блок, используя свои клинки как щит, но терпит неудачу и получает удар, отчего падает на пол. Эрик приподнимается на дрожащих руках, вновь переведя взгляд в сторону созданной из тьмы стены. По его щеке течет кровь из полученной раны. Акнология опускается на колени и прижимает вновь ставшие человеческими руки к полу. Из-под тела Эрика вылезают те же черные хлысты, с силой врезавшись ему в живот и отправив вверх, мгновенно связав в конечности, в частности, ледяную руку, на которую приходится больше всего давления, угрожая сломать ее. — Ты… жалкий смертный, влюбившийся в демона, да еще и принцессу… что за шутка. Просто сдавайся, мальчик. Это облегчит тебе жизнь. «Ну же… возьми себя в руки, идиот! Если ты умрешь, то что будет с Наоми?! Он же ее убьет! — Я… Я не хочу больше заставлять Наоми плакать и причинять боль тем, что вечно попадаю в неприятности… Не хочу быть для нее обузой… — Это твое желание? — Акнология усмехнулся, сверкнув глазами. Эрик начал кричать от боли, когда созданные из тьмы подобия щупалец стиснули его тело и конечности железной хваткой, медленно и уверенно сжимая ледяной протез с такой силой, что тот начал покрываться трещинами. — Оно, как и любовь с дружбой, которые ты испытываешь к ней и другим, делают тебя особенно слабым. — Ты ошибаешься! — громко возразил Эрик, снова вскрикнув от боли, когда следующий удар пришелся по телу, оставив на его груди длинную рану. Порванная в этом месте черная майка становится багровой, как и края куртки. — Любовь к демону будет и дальше приносить тебе уйму проблем. Поэтому Наоми нужен не слабый смертный, а такой же, как и она. Считай это советом от того, кто, можно сказать, отчасти понимает твои чувства. — Ты не прав! — Ты всегда мечтал быть героем… рыцарем, совершающим подвиги во имя своей прекрасной принцессы. А уж после смерти матери Наоми единственная, кто бы в тот момент рядом, вот ты и прицепился к ней словно клещ, лишь бы не быть больше одному. — Это не так! — удар по лицу. Теперь кровь течет не только из раны на щеке, но и на лбу. — Я должен победить тебя ради Нао! — И все же как вы, смертные, умудряетесь влюбляться в тех, кто совершенно вам не подходит. Вы же из совершенно разных миров. Ты готов на все ради девчонки демона, которая, в итоге бросит тебя, оставив одного, плачущего от боли и разбитого сердца. Демон ясно видел, что одна только мысль о чем-то подобном вызывает у Эрика боль. — Ты уже, наверное, знаешь, что мы, нечисть, не живы в привычном понимании этого слова, но и не мертвы. У нас даже нет души в, опять же, привычном всем понимании. Исключение составляют разве что рожденные от союза человека и монстра полукровки. Они только действуют так, будто у них есть душа. Для нас нет жизни и смерти. Мы практически не чувствуем боли. Даже полукровки лишь притворяются живыми, хотя, на самом деле они не более чем пустые куклы, копирующие образ жизни людей. — Акнология неожиданно ослабил хватку и протянул руку. — Давай заключим сделку. Я отпущу тебя, исцелю раны и отпущу домой. Взамен же ты отдашь мне Наоми. Не волнуйся, я о ней хорошо позабочусь. Ты же будешь свободен, в том числе и от чувств к ней. — Ты ошибаешься… — демон выгибает бровь, глядя на соперника снизу вверх. Несмотря на боль, вызванную физическими и душевными страданиями, в золотых глазах по прежнему горит огонь, вызванный его любовью к ледяной девушке, что исцеляет его, придает эмоциям здоровый оттенок и дарит добрые мысли, которые помогают ему почувствовать и стремится стать лучше. «Моя встреча с Наоми была судьбоносной. Она моя половинка на другом конце алой нити, а я ее. Я счастлив, что сумел стать ей хотя бы другом. Это был мой выбор. Моя любовь к ней… это должно было произойти. Наоми стала частью моего мира, а затем и самим миром. Она с самого начала держала меня под защитой, спасая и защищая от встречающихся на нашем пути жестокостей и опасности. За нее я умру хоть тысячу раз. — Моя любовь к Наоми настоящая, чего не скажешь о твоей, вызванной лишь проклятием! Когда она дарит мне такую редкую, но искреннюю и милую улыбку, я счастлив до такой степени, что не могу удержаться от ответной улыбки. То, что я могу быть рядом с ней, уже делает меня счастливым. Снова и снова я думаю о том, как сильно она мне нравится и что я мог бы для нее сделать. Воспоминания, которые мы вместе создали, еще с детства, реальны. Даже если Наоми такая, какой ты ее описываешь… когда она обнимает меня, держит или что-то говорит… это тепло и нежно. — И? — Акнологии определенно не понравились слова Эрика о том, что причина его тяги к синеволосой девушки проклятие. — Ты хочешь сказать, что знаешь, что такое настоящая любовь? — Да. — Яркий, как и его волосы, румянец украсил щеки Эрика, глаза засияли, а на губах появилась блаженная улыбка. — Я чувствую, что все это правильно. Такое сладкое… очаровательно сладкое чувство. Я хочу всегда делать ее счастливой, даже если в итоге она выберет не меня. Это доказательство. — Улыбка исчезает, сменяясь ослепительной решимостью в янтарных глазах, встретившихся с холодными алыми. — Это моя настоящая любовь. Услышав это, Акнология опустил взгляд, и его удлинившиеся черные конечности, обвившие тело юноши, немного ослабили хватку. Демон глубоко вздохнул и резко поднял взгляд на подростка, смотря на него с ненавистью и желанием убить. — Отвратительно. — Ослабшая была хватка стала еще сильнее, чем прежде. Акнология вновь начал впитывать в себя его болезненные крики, на сей раз ударяя парня о землю, отчего у него потекла кровь из носа и рта. — Терпеть не могу такой мусор как ты… Как тебе только в голову могло прийти, что жалкий смертный вроде тебя может быть вместе с такой как она! Это становится скучным. Я разорву тебя на части и покажу твоей возлюбленной то, что от тебя останется. Тьма поднимает Эрика над полом. Еще немного и он потеряет сознание. Его тело уже подобно сломанной кукле. Атаки становятся все яростнее и яростнее, обрушиваясь на его новую боксерскую грушу. — Не смей больше говорить всю эту любовную чушь в ее адрес. Ты мне противен. — Выплюнул он эти слова, словно яд. Хруст и последовавший за этим, разлетевшийся по всему помещению, звон. Опутавшая избитое и израненное тело Эрика тьма исчезла. его созданная изо льда рука разлетелась на множество мелких кусочков. Золотые глаза смотрят перед собой со смесью боли, пустоты и неверия в происходящее. Эрик падает на пол, спиной к демону, да так и остается лежать. — А теперь… — Акнология поднимает руку и она увеличивается в размерах, почернев и приняв демонический вид. Страшные когти нацелены ему прямо в сердце. — Умри, смертный мальчишка! — Нао…ми… — шепчет Эрик имя возлюбленной, как ему кажется, в последний раз. — Прости… что оставляю тебя… одну… — Не трогай его! — глаза Акнологии в шоке расширились, а сам он замер, когда созданная им стена из тьмы вдруг покрылась льдом и разрушилась, в точности как его ледяной протез. Эрик медленно переводит мутный взгляд в сторону крика и видит закрывающие спину синие, вылезающие из-под платка, волосы, хозяйка которых встала перед ним, закрывая. Акнология несколько секунд смотрит на лицо девушки. Ухмыляется. — Давно не виделись, принцесса.
