Сказка о кукле и пряниках

— Отдай! Ну, отдай же, говорю! — Эй, ты мне на ногу наступил. Смотри, куда лезешь, малявка! — А кто взял синюю гирлянду? Тут же лежала. Куда вы её дели? — Быстрее, мы так не успеем к вечеру. Посередине большого зала стояла ёлка, вокруг которой толпились дети. Их голоса эхом разносились по комнате, шуршала мишура, стукаясь друг с другом, звенели ёлочные игрушки. А воздух был пропитан ароматом хвои. Во всём приюте «Дом Очага» царила атмосфера приближающегося праздника. И лишь одного человека новогоднее настроение обошло стороной. Анастасия — одна из воспитанниц детского дома — держалась поодаль от всей этой суеты. Казалось, будто её совсем не заботило происходящее. Она сидела на подоконнике, теребя в руках тряпичную куклу, и рассматривала причудливые морозные узоры на стекле. — Насть, а ты чего там сидишь? — окликнула её одна из девочек. — Да, хватит от работы отлынивать, — поддержал кто-то из ребят. Мальчик примерно Настиного возраста отложил сторону коробку с украшениями и сказал: — Отстаньте от неё. Вы и так чуть не переругались, кто будет вешать звезду на ёлку, так что ещё одни руки будут тут лишними. Под шушуканье толпы он подошёл к Насте. — Вань, оно того не стоило, — сказала она ему, — так что спасибо не жди. — Да я не поэтому… — Ваня замялся и почесал затылок. — О, а ты знала, что узоры на окнах рисует сама Царица? Поэтому они такие красивые выходят. — Ага, мне мама рассказывала, когда я была маленькой, — Настя закусила губу и притихла, а Ваня уже успел пожалеть, что поднял эту тему. Однако на радость ему девочка продолжила: — А вообще, верь больше этим слухам. Будто заняться ей нечем, чтобы таким мальчишкам, как ты, окна разукрашивать. — Ну, разукрашивает или нет, а на каждый Новый год к нам в приют приезжает. Я уже успел всю её разглядеть за столько-то раз, пока в хоре перед ней пел. В ответ Настя лишь фыркнула. В то же мгновение к ним подбежали двое ребят постарше и вырвали куклу из рук девочки. Обзывая лентяйкой, дети принялись перекидывать игрушку друг другу, задорно хохоча, пока Настя и Ваня бегали вокруг них в попытках её отобрать. Из последних сил девочка подпрыгнула, чтобы успеть поймать куклу, когда та пролетала над головой, но игрушка, едва коснувшись кончиков пальцев, полетела в сторону двери, где угодила прямиком в руки вошедшей воспитательницы. — Что здесь происходит, — побагровела женщина, — я вас на минуту всего оставила. Вы хоть помните, какой сегодня день! Вам не стыдно? Вы дети Её Величества, будущие Фатуи. А если бы на моём месте был Лорд Арлеккино или, упаси меня Архонт, сама Её Величество. Вы в миг оказались бы все на улице! Воспитательница кричала и с каждой сказанной фразой становилась всё громче и громче. Дети, потупив взгляд в пол, прятались друг за друга. В итоге, выведенная из себя женщина отправила всех воспитанников по своим комнатам, чтобы те привели себя в порядок перед встречей почётных гостей, а на Настину просьбу вернуть её вещь ответила отказом, чтобы «впредь было неповадно бедокурить». Это стало последней каплей. Когда все поднялись в спальни, Настя спряталась в своё любимое место под лестницей, и слёзы, которые она сдерживала с самого утра, вырвались наружу. Сегодня был её первый Новый год без родителей, и, хоть прошло много времени с их смерти, когда в голове всплывали мысли о них, ей каждый раз хотелось плакать. В какой-то степени она уже смирилась с тем, что больше никогда не сможет слепить с папой снеговика, пока мама готовит праздничный ужин, а вечером они все вместе не поедут кататься на тройке. Но та кукла навсегда останется для неё воспоминанием о том, что эти дни были в её жизни, поэтому ей следовало вернуть игрушку во что бы то ни стало. Через несколько часов все воспитанники Дома Очага выстроились на первом этаже. Воспитатели, не находившие себе места из-за скоро прибытия гостей, ходили туда-сюда, поправляя галстучки мальчикам, разглаживая платья девочкам и выравнивая тех, кто выбивался из шеренги. Когда две воспитательницы проходили мимо Насти, она услышала обрывок их разговора: — Говорят, Лорд Арлеккино сейчас в отъезде. Сегодня Её Величество будет сопровождать сам Первый Предвестник. — Ужас, он такой строгий. Что же будет… О, смотри, кажется, их экипаж! И правда из окон можно было увидеть, как в ворота приюта въехали роскошные сани, запряженные тремя белоснежными лошадьми. Экипаж остановился напротив крыльца, и из него вышла Царица Снежной в соболиной шубе до пят, при виде которой у воспитательниц загорелись глаза. Следом за ней сани покинул второй человек. Он так же был укутан в меха и держался позади Её Величества, поэтому разглядеть его было трудно. Но по горделивой осанке можно было догадаться, что это тот самый Первый Предвестник — Лорд Педролино — о котором все говорили. Гости вошли, стряхивая с себя снег. Все хором поприветствовали их и почтительно поклонились. Затем главная воспитательница в сопровождении двух взрослых ребят подошли и помогли им раздеться. Стоило Царице снять шубу, как прихожая наполнилась светом. Она была одета в длинное голубое платье, расшитое невиданным количеством драгоценных камней, которые сверкали и притягивали к себе взгляды. Такими же камнями была украшена и тиара на голове Её Величества. Словно прекрасный лебедь, она проплыла в главный зал в сопровождении Лорда Педролино, одетого во всё черное. Когда Её Величество и Первый Предвестник заняли свои места напротив ёлки, началось представление. Сначала с открывающей речью выступила главная воспитательница. Она поблагодарила почётных гостей за визит и за всю ту поддержку, которую Заполярный Дворец оказывает сиротам. Не забыла она и упомянуть Лорда Арлеккино — основателя приюта — который, «к большому сожалению всех присутствующих», не смог сегодня приехать на праздник. Зал взорвался аплодисментами, после чего её место занял сиротский хор. В нём, в первом ряду, стоял Ваня. Настя внимательно следила за его выступлением, хоть все её мысли были совсем о другом. Хор сначала спел гимн Фатуи, а затем новогоднюю песню. Певцы ушли, и вышла девочка, прочитавшая наизусть отрывок из детской сказки. Затем и её кто-то сменил, а его — ещё кто-то. Насте казалось, что время тянулось словно расплавленная карамель. У неё уже начали болеть ноги, потому что все те, кто не принимал участие в представлении, стояли позади зрительских кресел. Девочка не понимала, как для кого-то подобное может быть интересно, но Царица горячо хлопала после каждого выступления, а в те немногие разы, когда она оборачивалась, чтобы проводить взглядом только что выступивших, Настя видела довольную улыбку на её белоснежном лице. Когда последний номер подошёл ко концу, Настя выдохнула и от радости, кажется, захлопала сильнее обычного. Она думала, что на этом вечер закончится и их всех отправят спать. Тогда-то она и сможет прошмыгнуть в кабинет воспитательниц и вернуть свою куклу. Но вместо этого всех детей собрали в хоровод вокруг ёлки, рядом с которой встала Её Величество. Так получилось, что между Ваней и Настей встали другие ребята, поэтому она не смогла у него узнать, что будет происходит дальше. Только теперь девочка обратила внимание на то, что Предвестник, сопровождающий Её Величество, куда-то исчез. Но Царицу это будто совсем не заботило: она неспеша разглядывала детей, как бы ожидая чего-то. Получив знак от воспитательниц, стоявших у входа, она произнесла: — Спасибо за те номера, которые вы сегодня для нас подготовили. Вы большие молодцы! Любой на моём месте гордился бы вами. И я горжусь. Видя с какой тщательностью вы подошли к этому, я почувствовала спокойствие за будущее Снежной. Но Новый год это не только о том, чтобы дарить подарки, но и о том, чтобы их получать. Поэтому, я думаю, сейчас самое время позвать Дедушку Мороза. «Дед Мороз! Дед Мороз!» — кричали дети вместе с Царицей. И, отозвавшись на их зов, он вошёл в двери зала с большим мешком за спиной. Вступив внутрь хоровода, Дедушка Мороз поставил его на пол и, потирая спину, сказал: — Ух и долго же я шёл к вам, детишки, — Настя обратила внимание, что голос его звучал нехарактерно молодо, — даже спину потянул. Вас вон сколько, поэтому и подарков тоже много. А это что такое? Совсем не годится. Почему ёлочка у вас не горит, а? Ну-ка давайте все вместе попросим её загореться. Дети посчитали до трех, и новогодняя ёлка, как по волшебству, начала переливаться всеми цветами радуги. Настя даже открыла рот от увиденного, настолько захватывающе это было. — Та-а-а-а-к, — протянул Дедушка Мороз, — а теперь можно и к подарочкам перейти. Не забудьте загадать желание, когда их получите. Он открыл мешок, который весь до краёв был наполнен свежими пряниками. Дети подбежали и стали выхватывать их, кто быстрей, после чего некоторые обнимали Деда Мороза, который поначалу очень смутился от этого. Были и те, кто подходил к Её Величеству и что-то ей увлечённо рассказывал. Она внимательно слушала и гладила их по голове. Воспитательницы тоже встали вокруг мешка с подарками, чтобы проследить, как бы кто-то ни унес с собой ничего лишнего. Таким образом, дверь, ведущая из зала, осталась без присмотра, и Настя, выйдя из оцепенения, поняла, что лучше момента, чтобы пробраться в кабинет, ей не предоставится. Поэтому, наплевав на положенный пряник, она незаметно сбежала с праздника. Благо все обитатели приюта собрались в зале, из-за чего путь к кабинету был свободен. Быстро добравшись до места назначения, Настя принялась обыскивать комнату. Она искала в ящиках стола, в шкафу, на полках. Даже под диваном решила посмотреть. Но там было слишком темно, поэтому она решила раздвинуть шторы пошире. Какое же было её удивление, когда за ними, на подоконнике, она нашла свою тряпичную куклу. Переполненная счастьем, она прижала игрушку крепко к груди. Тем временем из коридора стали доноситься шаги и чьи-то голоса. Испугавшись быть пойманной, Настя вместе с игрушкой спряталась в шкаф, где воспитательницы хранили свою форму. Из-за приоткрытой дверцы она смогла наблюдать, что происходило в комнате. В кабинет зашли Царица и Дед Мороз, а вместе с ними комнату наполнил звонкий хохот. Заливаясь смехом, Её Величество плюхнулась на диван: — Ох, отдышаться не могу, — сказала она, протирая платком мокрые от слёз глаза, — думала… прямо при детях… Еле сдержалась, чтоб при всех не рассмеяться. Дед Мороз снял свой кафтан, и Настя увидела знакомый чёрный костюм. Такой же, в которой был одет Первый Предвестник. Она узнала его, несмотря на то что тот стоял к ней спиной. — Кстати, — не унималась Царица, — а ты не думал бороду отрастить? Как по мне, тебе идёт. Тогда смог бы каждый год Арлеккино подменять. «Дедушка Мороз» стянул с себя бороду и шапку. — Ваше Величество, — ответил Педролино, — при всём уважении, если так продолжите, в следующий раз сами полезете в этот костюм. — Ты с ума сошёл, мой дорогой Пьеро? Ты его видел? Да я же в нём растаю! — Как-то я не заметил, чтобы Ваша новая шуба была мокрой изнутри. — Дерзишь, — Царица играючи цыкнула на собеседника, после чего снова расхохоталась. Настя не совсем поняла, какого рода отношения между ними, да она и не особо хотела вникать. Что её больше волновало так это то, как бы аккуратно поменять своё положение в узком шкафу и не издать звука, ведь ноги после представления у неё так и не прошли. — Знаешь, Педролино, — Её Величество встала с дивана и медленно начала обходить Предвестника, — на твоём месте я лучше бы следила за своим поведением на людях. Ведь никогда не знаешь, кто и когда может за тобой наблюдать. Вдруг дверцы шкафа резко открылись, и Настя увидела Царицу, возвышающуюся над ней. Она смотрела в открытый шкаф, в частности на его «содержимое», удивленно приподняв одну бровь. — Кто ты такая? — голосом, вновь ставшим холодным, спросил Первый Предвестник. Настя прижала игрушку сильнее к себе и начала мямлить что-то про куклу, воспитательницу и пряники. Царица перебила её: — Педролино, ты никогда не умел общаться с детьми. Её Величество вытащила Настю из шкафа, усадила на диван и принялась расспрашивать. Голос Царицы был мягким, поэтому девочка смогла успокоиться. Настя рассказала и про то, как попала в приют, и про игрушку, отнятую воспитательницей, и про представление, во время которого она хотела сбежать, и про красивое платье Её Величества, что так ей понравилось. Царица слушала, не перебивая, а когда рассказ подошёл к концу: — Педролино… — сказала она, но не успела договорить. — Да, Ваше Величество, я сообщу Арлеккино, чтобы по приезде он разрешил вопрос с воспитателями. — Благодарю, — теперь уже Царица обратилась к Насте: — Получается, ты сбежала, так и не получив свой подарок. К сожалению, все пряники уже разобрали. Хотя… Её Величество взмахнула тонкой рукой и достала из рукава платья большой пряник в виде лошадки: — Кажется, один всё-таки остался. Она протянула его девочке. Настя поблагодарила и стала внимательно рассматривать подарок. Глазурь так аппетитно переливалась на лошадиной гриве, что она была готова прямо сейчас её откусить. — Но, — продолжила Царица, — ты же не забыла, что сказал Дедушка Мороз? Получив подарок, нужно непременно загадать желание. Настя подумала, а затем попросила Её Величество наклониться поближе. На ухо Настенька прошептала свою заветную просьбу. Прибежали воспитатели, наконец заметившие пропажу воспитанницы. Но Настя, держа за руку Царицу, прошла мимо них, не взглянув. Одевшись, они вместе вышли на крыльцо Дома Очага. Настя взглянула на окно спален, где уже горел свет, и крикнула что есть мочи: «Айда все сюда! Будем на тройке кататься!» Дети сразу же покинули свои комнаты и толпой выбежали на улицу. Возможно, воспитателям и не понравилась эта затея, но они были не вправе высказать что-то против. Ребята, толкаясь, пытались сесть в сани, но Царица успокоила их, что они отсюда не уедут, пока все не прокатятся. И конечно, право первой поездки принадлежало Насте и её другу Ване. — Ваше Величество, — Первый Предвестник не мог подойти ближе из-за толпы детей, поэтому был вынужден кричать с крыльца, — я надеюсь, Вы же не сядете взамен кучера? Но было уже поздно. Взмахнув вожжами, Царица направила сани к воротам, а оттуда на центральную улицу, к площади. Город блестел яркими огнями. Где-то играли музыканты. Лошади ржали в такт звону колокольчиков на их шеях, а люди, наполнявшие улицы, оборачивались вслед экипажу. И тогда Настя поняла, что это, наверное, и есть то новогоднее чудо, которое все ищут и не могут найти. А её оно нашло само. — Спасибо, куколка, — прошептала Настя и поднесла игрушку к губам, — я этого не забуду. И Настя правда этого никогда не забыла. С того дня прошло много лет. Каждый год Её Величество посещала приют и кивала девочке при встрече. После выпуска из детского дома Настя стала Анастасией — преданным солдатом Фатуи. И теперь она праздновала Новый год далеко от родины. В тех краях, куда завела её служба, не было снега и мало что напоминало о скором празднике. Но кукла, лежавшая в её походном рюкзаке, не давала об этом забыть. Так игрушка стала воспоминанием не только о родителях, но и о том, за что Настя идёт в бой. Не из-за Царицы, нет. Настя сражается за нечто большее. За то, чтобы у каждого была возможность прикоснуться к своему чуду, как прикоснулась она когда-то. Анастасия, как никто другой, знала, что этот мир далёк от сказки, но, чтобы люди хоть на миг усомнились в этом, она была готова спускаться в самые тёмные его уголки. Ведь кто, если не она.