Нечто дороже золота

С Олимпийских игр прежним не вернулся никто. Марк, вроде радостный победе, ещё раз увидел, как сильно отстаёт от уровня американских и японских фигуристов, а в два дня командного турнира он оставил на Пекинском льду больше, чем мог, тогда все чувства и мысли, раньше служившие лишь фундаментном тревоги и страха послужили ему крыльями. Он победил себя, отдал каждую частичку души, не оставляя ничего личным соревнованиям. Камиле повезло меньше, страх поймать презрительные взгляды или наткнуться на очередные новости с кричащими заголовками о допинг-скандале долго не покидали ее, она резко повзрослела, но оставалась ребёнком, маленькой девочкой, которая приехала откатать программу, представить свою страну, получить милую панду и увидеть Олимпийскую деревню. Но маленькая девочка столкнулась с нынешними реалиями и истинными целями Олимпиады. Камила это переживет, самое важное было просто закончить этот хаос, улететь домой, отдохнуть и с новыми силами идти дальше, маленькая девочка в ней осталась, и она часто плачет, вспоминая Олимпиаду, предназначенную для объединения народов. Наверное меньше всего пострадала Аня. Тревожный мотающийся взгляд девушки забыть сложно, но она ещё успеет порадоваться медали. Аня снова уехала чемпионкой и носительницей звания «стальные нервы», она сможет забыть, как ее не поставили в командный турнир, как она винила себя за победу, хотя знала, что заслужила ее, но также и понимала, что подруга сделала намного больше, чтоб получить золото, все забудется, и лишь титул олимпийской чемпионки останется, все пройдёт, но очень нескоро. Женя Семененко выдал свой максимум, 8 место для такой конкуренции невероятный результат, после короткой программы он был впереди Юдзуру Ханю, но это все равно проигрыш, и он все равно остался без медали. С запомнившимся тысячам людям прокатом он стал лучшим среди русских фигурантов, но уехал без награды. Тяжело. Страшно. Обидно. Сильнее всего Олимпиада навредила Саше Трусовой. Тут по всем фронтам и точно в цель. Моральное, физическое состояние, в интернете ее стали называть истеричкой, и никаких поддерживающих плакатов для девушки, побившей 7 мировых рекордов одним прокатом. Саша больше не верила тренерам, не верила в судейство, пропал детский азарт, наступила пора забрать все медали и титулы, которые у неё отняли из-за отставшие артистизма, который теперь измеряется лишь в плавных движениях, открытых ртах и бровях домиком. Но это все в будущем. Тогда же каждый не представлял, что нужно делать и у каждого в голове пролетали мысли о завершение карьеры на столько печальной ноте. *** Марк до сих пор помнит вечер после произвольной программы одиночниц. Он сидел у себя в комнате, просто сидел, было очень тихо, остальные в номере редко говорили. Женя поначалу хотел разрядить обстановку, но даже у него не хватало сил что-то сказать или сделать, чтобы вызвать смех или хотя бы тень улыбки у остальных. К ним постучались. Все трое резко подняли голову, и Марк разрешил войти. На пороге стояла Аня, зажав подушку в руках. Каштановые волосы падали на плечи, белая майка тряслась вместе с ней. -Можно я тут посплю?-она посмотрела на Женю, а потом быстро опустила взгляд. -Тоже боишься заходить к Саше?-высунулась Камила также, прижавшись к своей подушки. Аня промолчала, медленно кивая. -Ее лучше не трогать сейчас, нужно все выплеснуть, чтоб завтра с новыми силами на показательный-она прошла в комнату, закрыв дверь, немного улыбаясь, лишь бы не заплакать снова. Новая волна уныния накрыла их, когда все разом вспомнили, что Камила на показательный не попадёт, что она улетит домой практически одна. У каждого было своё небольшое и большое горе. Олимпиада, событие, наполненное возможностями и радостями. Конечно. В голове у Кондратюка кружилась несчетное количество мыслей, предположений. Ему хотелось разорваться, исчезнуть, сбежать от всех переживаний, очутиться дома среди родных стен с чашкой любимого чая. Одна мысль накладывалась на другую, но весь его разум заполнял лишь один человек сейчас. -Как я мог так поступить-подумал Марк и без предупреждений вскочил. Пока Женя кричать ему вслед, просил остановится, хотел догнать, а девушки не могли понять неожиданный поступок фигуриста и не менее неожиданную реакция Жени, Марк уже был на полпути. Семененко весь вечер не пускал друга к Саше, даже он понимал, что фигуристке, которая исполнила прыжков больше, чем он сам и не получившая за это золото, стоит побыть одной, но Марк больше не мог, слова Ани стали последней каплей в этом беспорядке. -Я, черт возьми, люблю ее, и поэтому сижу в другой комнате, пока она убиться готова-он тоже боялся к ней заходить, как бы пылко не хотел этого, но также понимал, что может все испортить. У него есть медаль, золотая, у всех есть, а у неё нет, и как он может ей в глаза смотреть? Она сделала больше, она работала больше, она заслужила алмазную, нефритовую, рубиновую медаль со значком Олимпиады, а не рыдать в комнате ночью в одиночестве. Он постучал. Сердце билось бешено, ответа не прозвучало. Из комнаты звуков также не исходило. Марк открыл дверь. Струйка света проскользнула в практически темную комнату. Света становилось все больше, и он озарил хрупкую девочку, сидящую на полу и облокотившуюся на бортик кровати. Рядом валялась, словно никому не нужная бумажка, серебренная медаль. Он закрыл дверь, комната погрузилась во мрак, но светильник бледными лучиками помогал рассмотреть девушку. -Саша-он и не знал, что ещё сказать. Сам не заметив, Марк уже обнимал фигуристку, сидя рядом. Она, как плюшевая кукла, лишь подчинялась движениям других, не в силах самой поднять руку или встать. Марк слышал, как она часто дышит и всхлипывает, он почувствовал голую кожу на спине и руках, покрытую мурашками, всю трясущуюся. -Саша, нужно переодеться-он осмотрел маленькое тело, все ещё наряженное в чёрный костюм Круэллы. Волосы, хоть и растрепались, но оставались в аккуратном пучке. Макияж было разглядеть сложно, но когда он дотронулся большими пальцами до лица девушки, то почувствуй лишь мокрые дорожки и холодные нос. -Уйди, пожалуйста-наконец сказала она-я не хочу-у фразы должно было быть продолжение, но она так и недоговорила. -Что бы не произошло, мы разберёмся завтра, а сейчас тебе нужно переодеться и умыться, пожалуйста-он нажал первую кнопку выключателя, зажигая тусклый свет, чтоб не ослепить девушку. -Я не хочу-сказала она чуть раздражённой, когда в глаз ударили лучи света-уйди пожалуйста, давай поговорим завтра, но сейчас оставь меня-она тоже поднялась, чтоб быть на одном уровне с Марком. -Нет, Саша, ты так всю ночь просидишь, тебе нужно поспать. -Мне нужно, чтобы ты ушёл-голос снова дрогнул, только теперь уже вместе с Сашей, которая упала на колени. Слёзы катились, как бы она не пыталась их утихомирить, а тонкие перчатки уже впитали слишком много влаги и походили на сырые тряпочки. Марк пулей метнулся к ней, прижимая к себе, как можно сильнее. -Все будет хорошо-он шептал ей на ухо что-то подбадривающее, а она лишь изредка пыталась вырваться. -Я тебе всю кофту испачкаю-сказала она, отрываясь от белоснежной ткани парня. -Ничего страшного, тушь вроде несложно отмывается-он гладился ее по ледяной спине, пытаясь, хоть немного согреть, но холод исходил из неё самой. -Мне нужно извиниться перед Аней и Камилой. Они не виноваты-в этот раз Марк сам ее отпустил, когда она подалась назад и вытерла новую порцию слез. -Пошли тогда-он встал первый и подал руку фигуристе-только нужно сначала умыться и переодеться, ты вся трясёшься. -Потом-тихо сказала та, протирая глаза-я не хочу его снимать. Этот костюм должен был стать победным-она смотрела строго в пол, сильно прикусив губу. -Оно ещё в Челябинске стало победным. *** Саша вся дрожала, Марк чувствовал, как сотрясаются ее кости, когда он чуть прикоснулся к локтю девушки, но голос подуспокился, больше не было всхлипов и запинок. -Извините, я не должна так реагировать. -она потирала руки и смотрела ровно в пол, боясь, что новая волна эмоций нахлынет, и все увидят это. Снова. -Все нормально, главное, чтоб тебе стало легче-Аня подошла первая и обняла подругу. Тоже самое сделала и Камила, а когда девушки отошли, даже Женя, мутный и уставший, легонько потрепал ее по голове и обнял со всей силы. -Ни одна медаль не сравнится с тем, как ты зажгла там все. Пекинский лёд никогда не забудит твои коньки-прошептал он ей на ухо. Все это время Марк держал девушку за руку. -Пошли-позвала ее Камила, выходящая из комнаты мальчиков. -Мне нужно в раздевалку зайти, идите пока, я скоро приду. Аня с Камилой кивнули головой и вышли из комнаты. Саша хотела поступить также, но рука, находившаяся во власти Марка, не позволила покинуть границы помещения. -Завтра мы ещё поговорим, а сегодня тебе нужно поспать-он ещё раз ее обнял-может проводить? -Да отстань ты уже от неё. Человек с ног валиться, а ты прикопался-добавил Женя -Спокойной ночи-пожелала всем Саша и пошла в сторону раздевалки.