Компания пьяного тренера.

Больше всего Комаэда не любил пьяных людей. Ему не нравился исходящий запах выпивки и их нечленораздельная речь только усугубляла ситуцию. Мало того, что под воздействием алкоголя люди становятся смелее, так ещë и наглее. И Нагито убедился в этом сам, таща своего «тренера» который был откровенно говоря, в хлам. Вздыхая и в который раз спрашивая себя каким образом пьяный мужчина пускающий на него слюни и говоривший бессвязный бред, сейчас на его спине и тощему Комаэде еле удавалось не упасть в какую-нибудь мусорку вблизи. — К-комаэда-а… А куда мы идëм? — Хаджиме поднял слипающиеся глаза и попытался осмотреться, но сил повернуть шею определëнно не хватало. Поэтому он просто рухнул головой на чужое плечо и вздохнул исходящий аромат от одежды. Приятно… — Лично я… Фуф, домой, Хината-сан, а вот вы… Ой господи, не знаю… — тяжело дыша и ругаясь прошипел парень и продолжил топать. Хаджиме если и понял, то говорить что-то не стал нагло хвататься крепкими руками за худощавое тело, заставляя «такси» остановиться. — Давай я съеду… Бля, слезу… — Хината смеëтся со своих слов и спрыгивает тут же падая на дорогу и смотрит в одну точку перед собой удивлëнным взглядом. Нагито хлопает себе по лбу и обещает высказать мужчине всë что он об этом думает и поклянëтся себе не вестись на сладкие речи и не оставаться на такие мероприятия, всë равно не пьëт и время теряет… Даже груз прибавился. Но оставить спящего в каком-то протухшем баре он не смог. Слишком добрый, что бы бросить напившегося тренера. И если изначально сам Хаджиме Хината говорил про то, что есть вредную еду, пить и курить вредно для здоровья, всячески ругаясь по такому поводу если видел курящих людей возле своего зала, то сейчас его слова и его вид как-то не согласовывались. — Мммм..... Нагито-о-о, помоги, а… — он глупо улыбается и тянет руку юноше, который с позором стыдился самого себя и помог человеку встать. Оглядывая его скептическим взглядом, ничего лучшем «ну пусть пойдёт ко мне, а завтра я ему всё выскажу» в голову не пришло. Подходя ближе к Хинате, белобрысый закидывает его руку себе за плечо и придерживая за спину помогает передвигать одеревеневшими ногами. Хината как маленький ребëнок разглядывает разбросанный по дороге мусор и с трудом понимает что они в каком-то переулке. — Пх-пх, Комаэда, ты решил *ик* меня изнасиловать здесь?.. — мужчина икнул, а его голос был каким-то весëлым и взбудораженным. Только великое терпение помогло сохранить спокойствие и не бросить этого чудика в кучу пакетов и уйти спокойно домой. — Да, вот сейчас возьму и вставлю прямо возле этой мусорки. — с сарказмом отозвался юноша и тренер поморщился. Ну, изнасилование изнасилованием, но не возле какой-то помойки же. Остальное время Нагито тяжело вздыхал и боролся с желанием забить болтливого и нагло лапающего его за зад тренера. Виднеющийся дом заставил блондина чуть ли не заплакать крокодильими слезами от счастья, потому что плечи и спина уже болели от таскания груды мышц на себе. Дойди до подьëзда они дошли, а вот как теперь подняться?.. Лифт не работал ещë со вчерашнего дня и его как назло до сих пор не починили. Четырхнувшись про себя, Комаэда с видом самого сильно человека в мире преодолел три этажа. И уже на четвëртом чуть не упал, но на удивление Хаджиме его придержал и пустил какую-то шутку, которую парниша так и не понял. Ввалившись в квартиру с гостем, Нагито закрыв двери сполз по ней на пол. Тяжело дыша он прикрыл глаза и уснул бы наверно там же, если бы Хината не споткнулся об свои же ноги и не упал. — Тц… Помогите… — юноша захныкал и подполз к лежащему тренеру тормоша за плечо на признаки жизни. — Оп, попался! — Хаджиме схватил его за руку и повалил на себя начиная глупо смеяться. Но Комаэда слишком устал что бы краснеть и говорить какой-то же Хината идиот, поэтому просто что-то промычал и расслабился отмечая про себя, что из Хаджиме неплохая подушка, не смотря на то, что полностью из твëрдых мышц. Спустя какое-то время, когда мужчина уже успел заснуть и что-то мямлил про завтрашние занятия, на которые он конечно не пойдëт, блондин решил что нужно доползти до кровати, а Хината… Да ему и там судя по роже очень даже удобно, пусть спит, чë ему. С огромным усилием он встал и поплëлся в ванну. Душ снимал ту небольшую усталось от пережитого дня и солëный пот с тела. Словно заново родившись, Нагито вышел из душа вытирая волосы и решил что спать на полу не клëво, поэтому вздыхая начал тащить мужчину до дивана в гостинной. Чудом уложив его, парень уходит на кухню и выпивает три кружки воды. Хотел четвëртую, но передумал. Потом он пошëл к себе и упав на кровать уснул. *** Ближе к полуночи послышались шорохи и какие-то ругательства. Из-за чуткого сна Нагито проснулся сразу же. Первая мысль была «грабители», но зная себя и свою маленькую параною, двери и окна были закрыты. А потом он вспоминает что сегодня у него гости. — Да что ж ему не спится-то… — еле как поднимая себя, Комаэда тяжëлыми шагами пошëл на звук, видимо в коридоре. Резко свет включается и Хаджиме замирает. Он, кажется ещë не до конца трезвый, но передвигается определëнно лучше. Складывая руки на груди, альбинос хмуриться и смотрит на нарушителя его сладкого сна испепеляющим взглядом. И Хаджиме так умиляется его хмурому личику, что невольно говорит это в слух. — Я рад что когда злой и сонный выгляжу мило, но Хината-сан, правда, давайте поговорим об этом утром… — парень устало выдыхает и подходит к мужчине, уводя его снова в гостинную. Хаджиме как мешок падает и тупо смотрит куда-то на открытые худые ноги хозяина квартиры. — У тебя хорошие ноги, *ик* Комаэда… — шепчет Хината и слышется тяжëлый вздох. Ну, пьяный не пьяный, а Хината остаëтся тренером. Только было Нагито хотел уже идти досматривать сон, как его схватили за руку. Сначала нерешительно, а потом уже более настойчиво и вовсе потянули на себя. — Эм… Хината-сан, я врежу. — хоть юноша и не любил драки и насилие, за такую наглость вмажет со всей дури. — Не надо, я же ничего не делаю… — Комаэда кожей чувствует чужое дыхание и теряется. Колеблется не больше секунду и ударяя Хинату локтëм в нос встаëт и под тихий скулëж нервно топает спать. *** А уже на утро Комаэда проснëтся с ощущением, будто всю ночь не спал. Но наплевав на это, идëт к кухне и варит себе кофе. Садится за стол и попивая горькую жижу смотрит на уже оживлëнный город со своего пятого этажа. В такие моменты по утрам он любит думать обо всëм и одновременно ни о чëм, полностью состредоточившичь на окне и свои мыслях, но громкое топанье и чуть ли не вырванная с петель дверь его ванны заставила подпрыгнуть. Боже… Началось. Медленно шагая в сторону ванны, юноша уже видит как Хаджиме блюëт в туалет вчерашнюю еду. Он вцепился в этот унитаз как в спасательный круг и кашляет. Проходя рядом, Нагито набирает стакан воды и после последнего порыва, когда Хината устало садится на пол и тяжело дышит, вытирая чуть слезящиеся глаза подаëт стакан. Словно ангел, Нагито выглядел бесподобно, а со стаканом воды как Бог, который решил помочь такому грешному созданию. — Ну и ну, Хината-сан, а сами говорили про зож… Как не стыдно. — Комаэда ухмыляется, видя как тренер стыдливо отводит глаза. О да, теперь то он может ввести его в неловкое положение. — А… А откуда у меня кровь? — поднимаясь не без помощи, Хината смотрит на себя в зеркало и удивляется. — А, это вы вчера пристали ко мне и я вам врезал. — спокойно отвечает блондин и Хаджиме хочет наругать его, но потом снова жалобно вздыхает понимая что заслужил. Позже он умоется и приведëт себя в порядок, расплескав воду по всему полу, слушая ругательства в свою сторону. — Хината-сан, какой вы проблемный. — Нагито хотел было полезть за тряпкой, но либо он подскользнулся и зацепил воскрешëнного Хаджиме, либо сам Хаджиме подскользнулся и что бы не было так скучно, прихватил в полëт ещë и парня. По итоге оба упали в ванну и мужчина точно думал что сломал себе спину, но эти мысли ушли так же быстро, как появились новые. Нагито жмурился и шипел что-то о том, что точно себе сломал пару костей и он уже стар для этого дерьма лëжа на груди у тренера. Хината сглотнул, потому что взлохмаченный и домашний Нагито лежащий прямо на нëм был чертовски привлекательным. — Эм, Хината-сан, вы живы? — он обеспокоенно смотрит в зелëные глаза и жопой чувствует вставшую проблему. Комаэда был не глупым мальчиком и знал достаточно, поэтому отрицать такую явную правду было бы глупо. С каким-то стыдом и недоумением он смотрит на неловко краснеющего мужчину и качает головой. Право слово, взрослый мужчина, а краснеет просто от того, что у него встал. Ну… На парня конечно, но какая разница? Нагито был популярен и у девушек, и у парней, так что такая реакция была может не такой уж и мерзкой, но удивительной точно. — Э-эм… Комаэда, давай вставай… — Хаджиме пытается как-то встать и снять с себя привлекательного парня, но сам красавец пока не спешит это делать. Он только подозрительно щурится и Хината готов поклясться, что не к добру. Ничего не говоря, Нагито дерзко и неуклюже целует поплывшего мужчину, не закрывая глаз и сохраняя зрительный контакт. И если Хаджиме мог как-то совладать с собой и оттолкнуть разбушевавшегося паренька куда-нибудь на пол и смотать домой, забывая всё это как страшный сон и краснеть при виде него на занятиях… Но не хочет. Его бледные, холодные губы так трепетно к нему прижимаются и язык юноши так трепетно дрожит, что мужчина что-то мычить и хватает Нагито за затылок, зарываяся длинными пальцами в мягкие пушистые волосы и оба прикрывают глаза, отдаваясь этому моменту. А потом они об этом поговорят и Нагито, конечно же, отчитает Хинату за то, что ему пришлось вчера пережить, таща его на спине.