Завтра понедельник

      Почему Ваня шарахается от разговор про отношения? Он и сам плохо помнит, потому что его мозг по привычке не запоминает плохое, чтобы тело и разум смогли быстро абстрагироваться от внешних раздражителей. Да, его внешними раздражителями стали отношения. Сколько себя помнит, в детстве и подростковом возрасте он думал: «что со мной не так?», когда видел красивых девушек рядом с быдловатыми парнями. Не то что бы он сильно из-за этого страдал, просто оставался осадок, который не мог раствориться в душе. Его способом избавить себя от душных мыслей стал тик ток и твич. Когда его тик токи стали популярными и у него появилась большая аудитория, он просто не мог поверить, ведь мысль «что со мной не так?» преследовала его всегда и везде. Казалось бы, популярность и слава — это хорошо и круто, многие мечтают о таком, но сам он не хотел, чтобы основа была на его лице, он хотел, чтобы люди заметили его подачу. Он надел маску, он пошел на категоричные меры. Это дало свои плоды, он остался на плаву, хоть и ушел в тень. Так он и сосем забылся, но вопросы про отношения никуда не ушли. Когда стал ходить на интервью или просто места, где могли свободно задавать вопросы, никто никогда не упускал возможность спросить про отношения, идеальный типаж и все в таком духе. Он тактично уходил от ответа, зная, как его слова могут перевернуть. Его никогда не устраивали вопросы про отношения.       На самом деле, его травмировали люди, его травмировали девушки, которые были с ним, еще до его популярности. У юноши было пару серьёзных отношений, которые кончались скандалом о том, что его никогда не хотели узнать, как человека, а хотели просто затащить в постель. «Залезь мне в сердце, а не в ширинку джинс» — эта фраза стала для него значимой. Девушки говорили о том, как сильно его любят, Ваня верил, он сиял и пропускал их в самое сердце, но узнав подробности того, как одна прямо призналась подруге о своих намерениях, а другую замучила совесть и она сказала об этом лично, он понял, что больше никого не сможет пропустить так глубоко к себе в душу. Ваня истощался и плакал, не понимая, почему так происходит. Сердце закрылось на титановый замок, который закрыт еще на миллион замков и все это покрыто льдом. Теперь у него скептическое отношение к сексу и отношениям в принципе, ведь когда он отдавал себя на все сто процентов, никто не ценил этого и отдавал другие сто процентов, в другое русло.       Все, кто был в стримерской и блогерской тусовке знали, что к его сердцу никому не подобраться. Сколько бы фанаток не пыталось это сделать, он относился к ним именно, как к фанатам и подписчикам. У него была одна подруга, которая не относилась к этой тусовке, а просто общалась с ним и иногда сидела на стримах, только за камерой. Он считал ее довольно близкой и подпустил к себе, ведь каждое ее прикосновение отдавалось в его сердце такой любовью, которую он не мог ощутить так глубоко от других. Он обнимал ее и чувствовал, как она обнимала его в ответ, они напитывала друг друга тем самым чувством, как две губки. Дипинс понял, что лед растопился и любил искренне, наконец чувствую то же самое в ответ. В те моменты парень правда был счастлив, ведь не каждый день удается найти что-то подобное. Но в один момент они в воскресенье заснули вместе, а на утро он проснулся уже один. Ваня не на шутку испугался, ведь уже не мог найти страницу девушки и не понимал, что вообще произошло. Может он снова сделал что-то не то? Он не мог найти ответа на этот вопрос, ведь она уже куда-то пропала. Дип не знал контактов её друзей или родных, ему оставалось только ждать. Но даже через неделю, через месяц, её страница все также оставалась неактивной.

Все покрылось толстой коркой льда.

      Каждый стрим проводился без должного настроения, без настроя, поэтому на какое-то время стримы приостановились. Он не хотел нагружать зрителя всеми теми переживаниями, которыми он жил последние пару месяцев. Даже перед не многочисленными друзьями он надевал маску и придерживался стандарту — лучше не рассказывать, потом может быть плохо. До поездки между ним и Жожо произошел такой разговор: — Привет, бро, ты как? — Все так же до опизденения скучно и ничего нового, — парень рассматривал свои родинки на лице в зеркале, поставив друга на громкую. — Я не про это. Как ты себя чувствуешь? Ребята заметили, что в последнее время ты какой-то пиздец какой грустный, — голос в трубке звучал сожалеюще. — Ам… да все в норме, — он снова врал. — ****, она… так и не объявилась? — Неа, — сердце парня сжалось до невозможного и голос неприятно дрогнул, — да и.. все равно как-то, если честно, — он ненавидел себя за все это вранье. — Я просто недавно наткнулся на её активную страницу. — Что? — ему не послышалось? Он не во сне? — Да, поэтому тебе и звоню. Я слышал, что она ото всюду пропала и все в таком духе, но теперь её страница принадлежит кому-то другому. Там очень много инфы связанной с ней самой, но, блять, это ведь не она. Я, когда увидел, я охуел, — было слышно, как Сережа набирает что-то на клавиатуре и после громкого стука Ване на телефон пришло сообщение, — я скинул ссылку на её инсту и тг. — Если это какая-то шутка, я тебя ебну, кудрявый, — в голосе слышалась реальная угроза и Сережа молчал, пока Ваня переваривал информацию. — По моему, эта девушка работает менеджером разных ребят из блогерской тусовки, но нигде долго не задерживается. На неё хорошие рецензии. — Хочу тебе сказать, что это точно не она. У неё не были такие светлые волосы, так они еще и крашеные, да и сама она ростом повыше была, да и звали её не Соня, — парень рассматривал фото девушки со странным чувством. Ещё пару месяцев назад в этом профиле были фото его подруги-девушки, а сейчас там небольшая девушка, со светлыми волосами с зелеными кончиками и карими глазами. Она была совсем другая. — Может это её подруга, которой она отдала аккаунт? По моему я вижу там на совместной с кем-то фотке её цвет волос. — Так, блять… Мне надо переварить информацию, я позвоню тебе позже, — парень скинул и упал на свой стул перед компьютером.       Переваривал всё это он еще долго. Только недавно он видел её фото на этих страничках и свои комментарии под постами. Ваня не мог понять, кто это и почему она заняла место той самой, которая не дала ему растерять надежду на будущее. Эта девушка казалось ему странной, она вызывало странное чувство, эти глаза, у которых не видно зрачка, эти фото с сигаретами, которые до боли ему знакомы, ведь и она их курила, улыбка во все зубы. С каждым новым постом на юношу накатывали воспоминания и глаза слезились, он не понимал, что резко произошло и почему так произошло. Он просто не могу поверить. Ваня пару раз с силой ударил по столу, от чего упала и разбилась кружка. Кажется, что он скоро сам забалуется сигаретами, хотя ему их и во снах хватает. Парень не мог написать это Соне, потому что у нее была закрыта личка, а еще это могло выглядеть совсем странно, типа: «привет, ты случайно не знакома с девушкой по имени ****, она недавно просто ото всюду пропала, а её любил и так странно вышло да))». Полный дебилизм.       Зайдя на кухню, он достал из холодильника Доктор Пеппер, сел за стол и пристально рассматривал профиль девушки, на наличие новых зацепок. Кроме одной фотографии с кем-то со спины — ничего не было. На одной из фото только заметил, что чехол такого же цвета и рисунка был на фото у этой Сони. Ваня не понимал, что он чувствовал сейчас, ведь все затмевали слезы. Одна за одной падали на стол, попадали на серебряную банку и капали прямо во внутрь. Сладость, с привкусом соли. Сколько бы он не пытался остановить поток из глаз — все тщетно. Его терзали сомнения в том, жива ли она вообще. Может она передала свои аккаунты своей подруге, которой подарила и чехол, а сама решила просто самоубиться? «Она хотела, чтобы я сильно не переживал или наоборот, чтобы мучился из-за её поисков?».

***

— Ты чего тут разлегся, долбаеб? — сказал кто-то настырным громким голосом, который заставил Ваню открыть глаза. — Что? — Парень в недоумении посмотрел на девушку, нависающую над ним. — Да ладно, я шучу, — Майя кинула ему в руки баночку Доктора Пеппера и легла рядышком на этот небольшой пригорок. — Не смешно, — проговорил парень, открывая Пеппер.       Майя всегда была такой. Не всегда смешно шутила, была громкой и зачастую грубой, но от этого не менее открытой и доброй. Каждый раз, когда парень смотрел в её прекрасные серые глаза, которые так сочетались с волосами натурального блондинистого цвета, он ощущал тепло, исходившее от неё и при этом твердость взгляда и уверенность в чем-то, чего он не мог ощутить. На губах была её любимая помада вишневого цвета, которая так же прекрасно пахла вишней, в правом ухе красовалось 3 сережки. Она казалось ему такой прекрасной. Всегда светилась и улыбалась, всегда была рядом и держала его руки в своих в самые трудные минуты жизни. Когда он сделал несколько первых порезов на своих руках — она была рядом, обработала рану и приговаривала, что они вместе со всем справятся и она никогда его не бросит. Девушка была тем самым лучиком тепла и надежды, который светил в те моменты, когда жизнь готова была раздавить его на миллион мелких осколков. Своим теплым, но таким же громким, голосом она так же говорила, что всегда рядом. Ваня плакал на её руках, она не упускала ни одной его слезинки, веря, что они смогут с этим справиться. Кажется, будто она никогда не говорила о своих проблемах, а всегда только слушала. Часто с ней общались из-за того, что она была тем самым слушателем, которого всем так не хватало. — Ты все еще пьешь те таблетки? — Спросил юноша, делая глоток и кладя свою руку на руку девушки. — Барбитураты? Да, приходится. Судороги уже почти не приходят, но со сном все те же проблемы, — Майя переплела её пальцы с Ваниными и улыбнулась, смотря прямо в глаза, — ты такой душка. За какие заслуги ты мне такой хороший достался?.. — в её глазах читалась грусть и усталость. Она прислонила свою ладонь к щеке Вани и он потерся о нее, прямо, как кот. — За все самое хорошее, да и просто за твое существование, — парень поцеловал руку девушки и они продолжили разговор в непринужденной форме. Казалось, что каждый раз он влюбляется в неё снова и снова, каждый раз он готов разбиваться о её глаза, прямо, как об камни. Ваня готов был отдать всего себя только для неё, думая, что больше не найдет такую. Майя помогла доверить своё сердце, не думая о последствиях, затуманила разум, не давая одуматься и парню явно нравилось это чувство. Ведь бабочки, гоняющие по животу 24 на 7 лучше, чем умершие и без возможности взлететь, потому что остались без крыльев.       Этот вечер был особенным для обоих. Это не была знаменательная дата, просто они оба чувствовали, что это что-то особенное, что это то, ради чего они шли весь этот путь. Девушка подарила парню браслет, который он не снимает до сих пор, а он ей кольцо. Романтика, роллы, алкоголь и расслабляющая музыка. Все это звучало и выглядело абсурдно, но их сердца бились в одном ритме, они чувствовали одно и тоже. У них на двоих одна боль, одна злость. Все прикосновения, все поцелуи — все было особенным. Именно этот вечер был последним для них. На утро он проснулся в пустой постели, не понимая, что случилось. Её аккаунты были пусты, а на столе рядом с вазой с цветами лежала бумажка, кольцо и полный блистер знакомых таблеток. Вся бумажка была в следах поцелуев красно-вишневой помады и пахла вишней. Ваня, еще даже не зная, что случилось просто побледнел и раскрыл записку. Единственная надпись «My love for you always forever.» и её роспись. Написано аккуратным, будто каллиграфическим почерком. Он сразу понял, что писала она. Кольцо он надел на указательный палец, блистер с таблетками убрал под подушку, а бумажку положил под чехол. Парень не знал, что он испытывает, ведь это первый раз, когда его вот так бросили (?). Или может это все снова была игра? Столько мыслей роилось в его голове, а он все так же неподвижно стоял посреди комнаты, рядом со столиком с вазой, все такой же бледный.       Эта комната, снег за окном и её упаковка Чапмана ред — все стало основой самого страшного и беспрерывного кошмара в его жизни, который не может его отпустить. А в этом кошмаре на часах всегда воскресенье и он знает, что завтра понедельник, значит он заснет один, в этот холодный зимний воскресный вечер.