Завтра понедельник

      Новый год прошёл просто замечательно для всех наших героев, поэтому все очнулись в разных местах. Ваня не любитель выпить, но фраза «я 6 лет занимался кикбоксингом!» преследовала этот вечер, после нескольких бокалов вина. Соня же наоборот привыкла многое глушить алкоголем, но чтобы полностью не забыть этот вечер, она не стала сильно много выпивать. Очнулись, абсолютно все, с гигантских похмельем, головной болью и многие даже не помнили, что вчера вообще было, после салюта. Соня, Ваня, Макс и Аня ютились на диване в гостиной, укутанные 5-ю одеялами, Коля и Карина спали в ванной, Эвелина и Амина спали где-то на втором этаже, а Саня благополучно съебался под утро.       Ваня проснулся в полнейшем ахуе и непонимании, где он вообще находится, пока не осмотрелся. Слева от него лежала Соня в его кофте, обнимая его руку, справа сопел Макс, а за ним, чуть ли не падая с кровати, Аня. Привстав и аккуратно перекладывая от себя Соню на другой бок, парень медленно встал с кровати и накинул чью-то кофту, потому что в доме было очень холодно.       «Вроде, вчера посреди ночи отключили отопление. пиздец, как же холодно», — подумал он, подходя к Ане и аккуратно укладывая её назад на диван, прикрывая одеялами. Как оказалось, Ваня встал первым, потому что на кухне и на улице никого не было. Очень хорошо, что вчера Карина приехала с целым спасательным набором, за что Иван ей безумно благодарен. На полу у холодильника стояло 5-пятилитровых бутылок обычной воды и пару полторашек газированной, на столе у раковины лежали 3 упаковки таблеток от головной боли и какие-то таблетки от похмелья. «То ли сука, а то ли святая женщина», — Ваня улыбнулся своим мыслям, открыл газированную воду и закинулся таблетками от головной боли. В доме творился полный бардак, но кухня была одним из самых чистых мест, только небольшая горка посуды и тарелки на столе.       Ваня пошел со стаканом обратно в гостиную, чтобы найти свой телефон и посмотреть, не понаписал ли он какой-нибудь хуйни кому-нибудь за вчерашний вечер. Аккуратно и тихо проверяя все шкафчики, на наличие смартфона, он нашел только Сонин телефон, который зацепил его взгляд чехлом. «Сука, когда это кончится», — подумал Бессмертных и разблокировал айфон отпечатком пальца, Соня установила его отпечаток только для экстренных сулчаев и парень никогда не использовал эту возможность, чтобы искать что-то компрометирующее на девушку, он доверял ей, сейчас он просто хотел позвонить на свой номер, чтобы по звонку найти телефон. Найдя контакт «борщ» с перевязанным сердечком, он нажал на кнопку вызова. Долго искать его не пришлось, потому что он лежал где-то под диваном, на котором они спали. — Сука, вот как так? — Прошептал Ваня, завершая вызов и заползая под диван за заветным смартфоном. — Ваня, блять. — послышалось сверху раздраженным голосом. Это была София, севшая на кровать и укутавшаяся в одеяло. — Дальше бы спала, чего ты, — Бессмертных поднялся, заблокировал телефон девушки и сунул свой в карман, — брал только чтобы позвонить на свой, — он отдал ей гаджет. — Мне все равно нечего от себя скрывать, — она приняла телефон, — а ты чё так рано-то подскочил? — Не спится. — Ладно, я курить, ты со мной? — Девушка встала с кровати и накинула на себя с головой одеяло. На ней были только чьи-то пушистые тапочки и Ванина кофта. — Застудишься, штаны хоть надень. — Где я тебе их возьму, гений? Хотя, одолжу у Луны, она будет не против, — девушка натянула штаны от спортивного костюма, который входил в подарок Эвелины, взяла с тумбочки пачку сигарет, в которой лежала зажигалка с Хеллоу Китти, и ребята направились на балкон.       На улице шёл мелкий и тихий снег, ветра не было, но морозность присутствовала, что заставляло парня ёжится. Соня спокойно подожгла сигарету и сделала тяжку, мягко выдыхая дым. — Ты помнишь, что вчера было? — Ваня облокотился на оградку балкона и посмотрел на девушку. — Да, потому что я не пила и не занималась 6 лет кикбоксингом, — та ухмыльнулась и засмеялась, увидев лицо Вани, — и снова! Видел бы ты своё лицо! — Вы точно будете припоминать мне это всю жизнь, ну так что там было? — Ты вряд ли помнишь, но по этому поводу я и хотела поговорить с тобой сегодня, — Соня стала чаще делать тяжки и курила уже вторую сигарету, стараясь, как может, скрыть тремор рук. — Ого, звучит серьезно, но есть ли смысл, если я все равно ничего не помню? — Да, — «и я могу сказать всего-лишь одну фразу, которая приведет тебя в ступор, но даст понятие о том, о чем будет этот разговор» — подумала девушка, но не стала говорить ничего вслух. — Блять, заинтриговала. — Могу, умею, практикую, милый. Ты будешь уезжать сейчас? Просто я дождусь, пока все проснутся, чтобы убедиться, что со всеми все в норме, если так можно сказать. — Подожду тебя. — Хорошо, пошли поедим, я жутко голодная, — она мимолетно чмокнула парня в родинку и поманила за собой кончиком указательного пальца.

***

      Все проснулись довольно поздно, если Ваня встал в 10, а Соня за ним где-то в 10:30, то остальные проснулись минимум в 13:00, но ребята дождались всех. Все, только проснувшиеся, были в ужасном состоянии, поэтому вода и таблетки улетели со скоростью света. Соня, убедившись, что все здоровы, без травм и в состоянии трезво мыслить, поняла, что может со спокойной душой ехать домой. Дом остались сдавать Амиша и Эвелина, потому что они выглядели лучше всех и могли связывать слова в длинные предложения. Софа и Ваня собрали свои вещи, подарки, которые им подарили, вызвали такси и отправились по домам. Девушка назначила местом разговора — её квартиру, потому что она должна была показать ему кое-что важное, а временем 23:00. Распрощавшись, ребята стали настраивать себя к самому важному разговору в их жизни.       Соня, придя домой, сбросила все на пол, переоделась, умылась и достала из-под кровати большую коробку. На крышке были распечатаны картинки с котиками и словами о любви, а чуть ниже них красовалась надпись «О Майе». Это было вышито на самой крышке нитками, чтобы случайно никак не повредить клеем или не смыть водой. Коробка не была пыльной, потому что специально хранилась под кроватью, но по ней было видно, что её давно не открывали, потому что она была в безупречном состоянии. Если бы за последние пару месяцев её открывали бы больше 10 раз — это точно было бы заметно, ну а тут её открыли максимум пару раз. — Майя, я обязана рассказать ему все это, прости меня, моя любовь, — девушка произнесла это, почти шепотом, будто обращаясь к самой девушке. — Ты поступаешь правильно, моя милая Соня. — Что? — Соня подняла голову и увидела перед собой силуэт с длинными светлыми волосами, сияющими, как сталь глазами и чистой улыбкой. Вокруг силуэта виднелось бело свечение, похожее на ауру и сейчас она была предельно чиста. На девушке была всё та же её любимая футболка из мерча Русала СМН с надписью «С нами Бог», порванные черные джинсы, на тонких запястьях куча браслетов, а на шее, с правой стороны, тату в виде цветка Ликориса. — Я понимаю тебя и твою боль. — Как же мне хочется вернуть все назад, — по щекам девушки покатились слезы, она прижала к своему лицу ладошку Майи. — Открой всю правду себе и ему, только не ври, иначе, я буду злиться, моя милая, — мягкий голос обволакивал каждую клеточку мозга Сони и та лишь могла наблюдать за теплой улыбкой, которая освещала её. — Мне так жаль. — Уже ничего не попишешь, но не вини себя. Я уверена, что он поймет тебя. Ты знаешь, что делать, — силуэт девушки приблизился к Соне и поцеловал ту в лоб, — не смотри так печально, мы еще встретимся, София. — Майя! — Всё, что та успела сделать, перед исчезновением силуэта, это крикнуть, но этот крик отправился в пустоту, так и не дойдя до адресата.       Оставив свою галлюцинацию позади, девушка открыла коробку, рассматривая каждую вещь и обрамляя каждую из них слезами, которые душили юную девушку. Чтобы не впасть в панику и продумать каждое слово, как следует, Соня закрыла больную коробку и кинула обратно под кровать. Встав с пола, девушка встала перед зеркалом. — Надо просто немного подумать, придется говорить с тобой, Пушистик, — она подняла кота с пола, взяв его, как ребенка и стала с ним разговаривать, чтобы отвлечься.       Ваня же, придя домой, полез в телефон, ища там компромат на самого себя, но понял, что не писал ничего такого никому, в тик токе было просто пару эдитов с тем, как они с Соней, естественно пьяные, кружились по дому, у Тендерли на трансляции в инсте. — Думал, будет хуже, — проговорил парень, откладывая телефон, расправляя руки в разные стороны и смотря в потолок. — О чем задумался?       (Не)известный голос заставил того подскочить и осмотреться по сторонам. На кровати, в позе лотоса, сидел силуэт Майи, пристально смотря на Ваню. От такого парень явно опешил, температура скакала от самой низкой, до самой высокой, а челюсть не хотела подниматься на место. — М — Майя…? — Ты видишь тут кого-то ещё? — Боже, мой, Майя! — От радости и недоумения юноша переместился на другую часть кровати со скоростью света, беря в свои руки, руки девушки. — Эта девушка о тебе заботиться и по-настоящему тебя любит, но любишь ли ты её? — Честно, я сам не знаю, — он виновато опустил голову. — Никогда не ври не себе, не другим, ты же знаешь, я не одобряю вранье. Особенно в таком важном вопросе, особенно самому себе. — Я так и не смог выбраться из своего кошмара. помоги мне. — парень сильнее сжал руки девушки. — Снова врешь. Смог, но сегодня решиться то, кого ты видишь перед собой, поэтому хорошенько обдумай все это, мой милый, — снова мимолетный поцелуй в лоб и те же самые слова, — не смотри так печально, мы ещё встретимся, Ваня. — Нет! Блять, стой! — Протянув руки на встречу своей мечте, он почувствовал только пустоту, не только снаружи, но и этот ком, пожирающий его изнутри.       Последней его мыслью, перед исчезновением девушки, было: «Она знает её? Или у меня глюки из-за перенапряжения.?». Снова обессиленно упав на спину, парень провалился в уже знакомый, но совсем другой сон. Белый потолок, его белая рубашка и черные брюки, новая квартира, а у окна все так же незнакомка, в этот раз, развернутая к Ване лицом. Точнее помехами, заменяющими лицо. Она была уже не в белом платье, а в том, в котором была Соня на Новый Год. Нежный персиковый цвет переливался перламутром на свету, падающим из окна. Помехи все так же вызывали у парня тревожность, но он не подавал виду, безэмоционально смотря незнакомке прямо в лицо. — Тяжелый разговор предстоит? — Спросила та, убирая пачку за спину. — Наверное, не ебу, но учитывая тон Сони, то, видимо — да. — Тебе не позавидуешь. — Ты куда сигареты убираешь? — Да так, неважно. Что думаешь по этому поводу? — Сложно сказать, но мне привиделась Майя, которая, будто, знает Соню. Это мне очень мало даёт, но хочется верить, что этот глюк не предшествует чему-то плохому, — Ваня встал и подошел к девушке, сжимающей в руке пачку сигарет, — давай, чего держишь-то? — А может тебе не стоит просыпаться? — Чего, блять? — Тебе не кажется, что эта комната, — девушка обвела комнату рукой, будто показывая её кому-то незнакомому, — почва для раздумий? Может останешься на подольше? — С чего вдруг? Отдай сигареты и я пойду, я уже задрался видеть это место каждый раз, хочу жить спокойно, без этого всего. — Тогда ответь на вопрос — кого ты видишь перед собой? Ответишь честно самому себе — отдам и ты спокойно проснешься. — А если нет? — Останешься тут, со мной, — по голосу было слышно, что она будто хитро улыбается. — Издеваешься? Отдала быстро, — крикнул Иван, надавливая на девушку и хватая её за руку, — не трепи мне мозг, я тебя даже не знаю.       После этой фразы юноша оттолкнул девушку и просто прыгнул в окно. Вслед он услышал жалобное и протяжное: «Останься со мной!», но уже проснулся в холодном поту. На часах было 22:00, пора собираться, на самый важный разговор в его жизни.

***

      С каждой минутой сердце Сони колотилось быстрее и кажется, будто этот стук слышно в любом конце её квартиры, в любом уголке этого мира и, даже Ваня, слышит его. Каждая минута приближала девушку к неумолимой правде, которую она должна раскрыть, к правде, за которую она корила себя всё это время и которую предстоит рассказать человеку, которого любит сильнее, чем саму себя. Открыв уже пятый энергетик за этот вечер, девушка думала о том, как преподнести эту мысль так, чтобы не травмировать парня и свою менталку, которая итак уже летела по пизде последние годы. — Летела-то она конечно хорошо, но заглушить эту боль стало легче, за последние несколько месяцев, благодаря ему, — говорила Соня, поглаживая крышку заветной коробки и обводя каждую вышитую букву, фразы «О Майе», кончиком указательного пальцы, — я все исправлю, Майя.       Стук в дверь упал на голову девушки, как десяти-тонная гиря, испугав ту до чёртиков. Она резким движением вернула коробку туда, откуда её достала, привела себя в чувство глотком бодрящего напитка и подошла к двери. Дрожащими руками София провернула защелку влево и потянула ручку. Перед ней предстал, немного запыхавшийся и покрасневший, Ваня. Парень улыбнулся и выпрямился, автоматически сделавшись выше. — Привет, проходи, — дрожащим голос произнесла девушка, уходя на кухню, чтобы покормить кота. — Привет, — Ваня разулся, снял верхнюю одежду, параллельно кусая губы от тревоги, — так о чем ты хотела поговорить? — Пошли в комнату, — улыбаясь, девушка пригласила парня в комнату.       Ваня аккуратно присел на кровать в позе лотоса и внимательно наблюдал за тем, как Соня подходит к кровати и достает оттуда коробку. Он не увидел, что на ней было написано, потому что девушка сразу прижала её к себе, присаживаясь рядом. Бессмертных прекрасно видел, как глаза её наполняются слезами, но она из последнего прижимает к себе коробку и не даёт волю своим эмоциям, которые готовы водопадом обрушиться на Ваню. Понимание того, что это может его сильно испугать и он начнет больше беспокоится, останавливают девушку от того, чтобы рассказать все на одном дыхании, вывалив тонну информации. — Хэй, ты чего, Соня? — Парень обеспокоенно смотрит на девушку, в попытках прикоснуться к ней, чтобы успокоить, но та лишь отстраняется. — Я знаю, кто такая Майя. — Что? — Мы знакомы с ней с детства, — девушка будто оторвала от себя коробку и выложила перед парнем. — «О Майе»… — Ваня прочитал вслух то, что увидел первым на крышке коробки. По его телу пробежали миллионы мурашек, готовых ворваться ему прямо в сердце. — Зря я таила это от тебя столько времени, но тогда, в отеле, я сразу поняла, про какую Майю ты говоришь. Я понимаю, что скорее всего, ты всё ещё видишь во мне её, потому что мы очень похожи… — девушка раскрыла коробку.       Глазам Бессмертных предстала картинка из кучи записок, несколько маленьких свечек, милые парные браслетики и кольца, такой же чехол, как и у Сони, фотобук, дневник, закрытый на замочек с разноцветными закладками и штанга для пирсинга языка, с таблеткой на конце. Мозг парня не понимал, что происходит, а вот сердце обливалось кровью, от осознания того, что он видел. Парный браслеты и кольца говорили сами за себя. Так же в самом уголку лежала стопка карт таро, первой из которых была тройка мечей в нормальном положении. — Это. — Записки мы передавали друг другу почти каждый раз при встрече, там были милые пожелания и слова любви, видеться мы могли редко, поэтому это было нашим спасением и мы не забывали друг о друге. Эти свечки её любимые, парные браслетики и кольца на заказ, тут все итак понятно, у неё всегда были светлые цвета, а у меня темные. Это наши парные чехлы, мы просто заказали одинакового цвета, для своих телефонов и обклеили их одинаково. Фотобук с нашими совместными фотографиями из детства и до поры, пока мы не поссорили, это были последние фотографии в этом буке. Личный дневник Майи, последней записью в котором было «Я нашла самого светлого человека на этой планете, я так его люблю. Я ушла, не потому что перестала любить тебя, а потому что, чем дольше я оставалась, тем меньше я любила себя», — Соня выучила это наизусть, потому что перечитывала эту страницу множество раз. Девушка проговорила все на одном дыхании и готова была говорить дальше, но Ваня её остановил: — Ты знаешь что с ней случилось? Куда она так резко и молча пропала? Почему она просто ушла, ничего не сказав? — В его словах читалась печаль, девушка могла только с сожалением смотреть на это, ведь если бы она стала его успокаивать, то сбилась бы с основной мысли. — У нас с ней с детства был уговор. Я думаю, что ты помнишь, как я бегала за тобой в начальной школе. Последним летом, перед моим уходом, мы с Майей договорились о том, что если она найдет тебя первой, то не будет ничего говорить мне и будет с тобой, а если я найду тебя первой, то я буду с тобой. Или что-то такое… уже точно не могу вспомнить, короче говоря, мы поспорили на то, кто первый тебя встретит. Майя победила, а я, обозленная, обиженная и ревнивая, стала давить на неё. Я сейчас просто ненавижу себя это, потому что я стала толчком к тому, что она сделала. — Я. Я не понимаю. Вы что, спорили на меня? — Получается, что так, — девушка аккуратно взяла Ваню за руку и прижала к своей груди, чтобы он мог почувствовать то, как колотиться её сердце, перед последним, решающим вердиктом, — она умерла у меня на глазах.       Глаза парня в тот же миг опустели, его мир рухнул, а реальность стала казаться нереальной. Дереализация ударила его, как мгновенная молния, поражая прямо в сердце. На глазах выступили слёзы, сразу же покатившиеся по щекам, а руки затряслись. Он никогда не мог и представить, что та, которую он любил раньше, та, которой он отдал своё сердце, и та, которая ушла от него без всяких новостей, умирала на глазах у той, которой он клянётся в любви сейчас, той, которой он на самом деле пытался заменить чувства, не угасающие по сей день. Все рухнуло, гул, тишина и только рыдающая Соня Майя перед его глазами, вытирающая слезы рукавом с юношеских щек, пытаясь привести парня в чувство. Когда гул затих, Ваня опустил взгляд, не в силах что-либо сказать. — Прости, о Боже, прошу, прости меня, Ваня, прости, что не сказала тебе раньше, я должна была. — Так что с ней стало. — еле слышно прошептал тот, поднимая голову. В глазах читались страх и отчаяние. — Майя. Прыгнула с крыши многоэтажки, в которой жила. До этого, вечером, она удалила все фото со страницы в инсте, вк, телеграм, нигде не было никакой весточки о ней. Дозвониться в тот вечер до неё я так и не смогла, а на утро, когда я пришла её проведать, она упала прямо передо мной с 12 этажа, — из голоса пропали нотки грусти или сожаления, остался пустой тон, который говорил о том, что сейчас она переживает этот момент там, где была тогда, — я до сих пор не могу отмыться от той крови, что попала на меня в тот день. Она, будто, запеклась на мне, пробралась пигментом под кожу и не хотела меня отпускать, как будто я её убила. В её квартире нашли записку, адресованную мне, рядом лежала бумажка с надписью «My love for you always forever.», её Барбитураты и пароли от всех соц сетей. Я быстро заполнила инсту, зная, что она бы не хотела, чтобы это место осталось пустым, после неё. «Я был с ней в тот вечер.» — Ты виновата в этом. — Что? — Ты виновата в том, что моя Майя ушла из жизни! Кто вообще спорит на людей? — Ваня сорвался на не человеческий крик. От шума кот перебежал в другую комнату, а Соня вернулась в реальный мир, — пиздец, я. — У неё было много проблем, помимо меня, я всего лишь стала толчком. — Вот именно, сука, ТЫ стала этим толчком. Знаешь, когда говорил, что любил тебя — я врал. Врал самому себе, но так и не поверил, — Ваня соскочил со своего месте, направился в коридор, оделся и выбежал из квартиры, как ошпаренный. — Я не отправлюсь за тобой, Майя, но если это вдруг случится, убей меня на том свете ещё раз, прошу, — прошептала девушка себе под нос, глотая слезы и прижимая свои холодные руки к груди, в попытках заглушить громкие всхлипы.