Красавица и чудовище

Чонгуку бьёт запах сырости и чего-то стухшего, и явно очень давно. Рвотный рефлекс медленно подступает к горлу и Чон кривится. Глаза рыцаря словно налиты свинцом и открыть их сейчас, словно разрубить тупым кинжалом человека, непростая задача. — Ты сейчас меня съешь? — преодолев себя Чонгук все-таки открывает глаза. Перед ним тот самый прекрасный юноша, возиться у котла, кидая туда какие травы и быстро размешивает. Комната, в которой находился пленник напоминала что-то подобие кухни, но в лучшем её виде. Где-то валяются пустые склянки, по стенам развешаны кости птицы и животных, а по углам напихана солома, на которой и сидел Чон. — Больно ты мне нужен, я похлебку варю — усмехнулся незнакомец, будто бы чонгук сказал явную глупость, как пятилетние дитя. — Можно хотя бы узнать имя моего похитителя? — совершенно спокойно интересуется Чон, стараясь устроиться поудобнее на соломе, пока руки и ноги крепко связаны верёвкой. — Зови меня Повелителем леса и Царём природы — в открытую издевается «псевдо-повелитель», продолжая варить похлебку. За все время парень даже не взглянул на своего пленника, усердно стараясь приготовить уже ужин, что можно понять по смекающемуся лесу. — Хорошо, повелитель леса и царь природы — издевательски выплевывает слова Чон, если бы его руки не были зафиксированы за спиной, он бы уже давно показал кто здесь и царь и бог, а пока приходится искать лишь подходящий момент, чтобы спасти себя из заточения.

***

Проходит около получаса, когда незнакомец наливает похлебку в деревянную чашку и присаживается рядом с Чонгуком. Омега набирает аккуратно еду и складывая губы в трубочку и дует в ложку. На расстоянии вытянутой руки Чон может детальнее рассмотреть юношу, его родинку на губе, вьющиеся волосы и глаза медного цвета. Незнакомец совершенно не вписывается в стандарты красоты, но его внешность манит к себе и будоражит, а особенно мягкие изгибы его фигуры, которые не скрыть даже одеждой. Если бы такой красавец кормил его с ложечки дома, то он был бы готов умереть от счастья. Сейчас чувства счастья отсутствует, желание умирать тоже. — Хватить пялиться, ешь давай — ругается омега, пихая ему в рот ложку. Чонгук не спешит брать в рот, но приходится, коль судьба решила, что ему сегодня умереть, то ничего не изменить. На вкус похлебка оказывается не такой плохой, как думал Чон, слегка пряная, но нежная, это то что нужно после долгой дороги. Съев за пару минут свой ужин, чонгук откидывает голову к стене — Спасибо большое, но зачем тебе меня кормить перед смертью? — смирившись со своей участью интересуется Чонгук. — Это я тебя нафаршировал, чтобы ты вкуснее был — продолжает шутить незнакомец и улыбаться — ты зашёл на мою территорию леса — Я просто ехал на службу, это была самая короткая дорога — объясняется Чонгук — я не знал, что здесь нельзя ехать — Ох видимо произошло недоразумение, сейчас я тебя отпущу — говорит удивлённо незнакомец и уже тянется одной рукой развязывать своего пленника — Вот именно, это просто недоразумение — уже раньше времени радуется Чон, как неожиданно по лбу прилетает чеплашкой и альфа проваливается обратно в сон — Боже, воспитало царство дураков и кретинов, никуда ты не уйдёшь — говорит уже себе незнакомец и возвращается обратно к своей спокойной рутине напивая себе под нос.