Victims of the night

***

Они возвращались с очередного задания, которое поручил Пер Хаскель. Всего-то надо было выбить денег из одного из завсегдатаев Бочки, занявшего их у босса Отбросов и до сих пор не вернувшего. Каз думал, что у того хватит ума нанять какую-никакую охрану, но видимо этот человек был слишком туп. На этот раз всё прошло настолько прозаично и быстро, что им даже не понадобилось применять физическую силу — тому парню хватило Инеж, заломившей ему руку и держащей острый клинок у его горла. Поэтому когда они вышли из дома того несчастного, оба — и Инеж, и Каз — чувствовали, как наэлектризовался воздух между ними. Невыплеснутый в схватке адреналин заставлял их кровь кипеть. Они проходили по Восточному Обручу, как вдруг Инеж остановилась: —Стой, Каз. Ты слышишь?—спросила она. Бреккер остановился. Некоторое время он напряжённо прислушивался, ожидая нападения на их маленькую команду. Он не сразу понял о чем говорила Призрак. Однако скоро и он уловил звуки бодрой танцевальной мелодии, доносившейся откуда-то из переулка. Каз прерывисто вздохнул. Воистину, его подельница умела пугать людей. —Как красиво!—восхитилась Инеж и попросила—Пойдем посмотрим!—она сложила руки в просящем жесте и подняла на него горящие глаза. И ему бы отказать, сослаться на то, что у них и без того много дел, но... они закончили гораздо быстрее, чем рассчитывали сегодня. И кроме того, он не мог отказать, когда видел такой взгляд у своего Призрака. Такой по-детски удивленный и радостный. Единственный раз, когда ему довелось видеть этот взгляд — когда Инеж впервые увидела в одной из забегаловок Бочки керчийские вафли. Помнится, она очень удивилась, и долго спрашивала у Каза, что это. Вместо ответа тот, сам не зная почему, просто привёл ее внутрь и заказал эти самые вафли. Попробовав популярное местное блюдо, Инеж ещё долго восхищалась, ведь никогда не пробовала ничего подобного. Всё это время глаза её сияли от радости и восторга. —Ладно, пойдём—чуть помедлив, отозвался он. Не смог устоять тогда —не устоял и сейчас. Зайдя в переулок, они не увидели ничего нового. Уличные музыканты — распространённое явление в Кеттердаме. Однако эти как-то умудрились собрать вокруг себя приличную толпу, многие хлопали в такт, кое-где виднелись даже танцующие. Каз и Инеж встали с краю, сливаясь с окружающей обстановкой. Бреккер осматривался вокруг, оценивая каждого прохожего на предмет опасности, а Инеж неотрывно смотрела на людей, проносящихся в безудержном танце мимо неё. Вскоре веселая мелодия закончилась, люди остановились, пытаясь отдышаться. Музыканты выждали немного и снова заиграли. На этот раз над площадью разлилась более медленная, но вместе с тем более мрачная и интригующая мелодия. —Я ведь...знаю эту песню—ахнула Инеж—Это Танго смерти. Не издавая ни звука она подошла совсем близко к боссу Отбросов. Тот понял что она рядом, только когда услышал ее голос. —Правда?—Каз такими познаниями в классической музыке не обладал, что было впрочем неудивительно. —Да. Когда-то, когда я была младше, я выступала в бродячем цирке под эту музыку. Эта композиция поразила её — тогда ещё маленькую девочку — ещё когда Инеж впервые услышала звуки мелодии, под которую должна была выступать. —И она тебе понравилась?—спросил Каз, посмотрев на девушку своим проницательным взглядом. Та лишь кивнула. Простого слова «понравилась», было недостаточно, чтобы описать все ее эмоции от этого музыкального произведения. Каз прислушался. «Танго Смерти» действительно было прекрасным. Мелодия была глубокой и завораживающей, но вместе с тем и опасной. Прямо как сама Инеж. Бреккер хмыкнул. Да, музыка определённо была под стать Призраку. Неожиданно, сулийка с размаху вернула его с небес на землю. Она осторожно, на пробу, коснулась его руки, как бы спрашивая разрешения. Каз вздрогнул. У него перехватило дыхание, а сердце заколотилось в бешеном ритме. Перед глазами на мгновение потемнело, но не от отвращения, от какого-то нового чувства, тягучего и волнительного. Это ощущение поглотило его и он обхватил маленькую ладонь Инеж своей. Как это случилось? Повинуясь желанию девушки, что с легкостью тянула его вперёд, Каз как во сне вышел на залитый светом фонаря участок мостовой. Они нашли себе место среди множества других танцующих парочек и заняли исходные позиции. —Не оглядывайся—тихо произнесла Инеж—Просто смотри на меня. Каз лишь кивнул. Оба они слишком серьёзны в этот момент. Инеж уже не была так уверена, что это хорошая идея, Каз в принципе не танцевал уже давно. У босса Пятой гавани и криминального авторитета всей Бочки попросту не было времени на такие глупости. Однако музыка заиграла вновь, и им не оставалось ничего другого, как начать танец. Каз сделал шаг вперёд, Инеж, подстраиваясь под его движения отступила и отклонилась в сторону. —Выглядишь напряженной—подколол её парень. В ответ та лишь закатила глаза. —Просто заткнись и танцуй со мной, Бреккер. Сначала их движения были скованными, наполненными неуверенностью. Они кружили друг напротив друга, не решаясь подойти ближе. Но вдруг мелодия сделала резкий поворот, и темп движений начал резко нарастать. Каз широкими плавными шагами подошёл к Инеж. Он поднял руки в перчатках, и, взмахнув ими в воздухе, аккуратно опустил на спину Инеж. Оба вздрогнули, как если бы после прикосновения последовал удар током, но не отпрянули, и продолжили танцевать. Осмелев, сулийка в ответ положила одну руку Казу на спину, другой же провела по его руке, отрывая ее от своей спины и сплетая их пальцы. —Позиция в танго несколько отличается от позиции в вальсе—умело оправдала она свои действия. Каз лишь возвёл глаза к небу и покачал головой, то ли намекая на то, что ученик превзошёл своего учителя, то ли прося её перестать издеваться. Инеж сделала несколько шагов один за другим, поворачиваясь то вправо, то влево. Она отдалялась от своего оппонента и одновременно увлекала его за собой. Каз приблизился, и, перехватив одну руку Призрака в воздухе, развернул ее к себе. Инеж улыбнулась победно, и прокрутилась на месте под рукой парня. Да, они танцевали со страстью, отпустив накопившиеся эмоции, однако их танец больше напоминал борьбу, игру в кошки-мышки. Сулийская акробатка заманивала в ловушку и ускользала, а кеттердамский вор охотился на неё и пытался поймать. Глядя на них, сложно было сказать, кто на кого охотится. На последних, завершающих аккордах, Инеж закинула ногу на бедро Каза и откинулась назад, чуть не вставая на руки. Бреккер тут же подхватил ее под спину, не давая упасть, ведь танцевали они по-прежнему, почти не касаясь друг друга руками. Мелодия завершилась. Каз выпрямился, Инеж, встав на землю обеими ногами, легко поднялась следом. Они стояли, пытаясь отдышаться и привести мысли в порядок, вернуться в реальность. А окружающие их люди оглушительно хлопали страстной паре. Грязные руки, словно ничего не замечая, пошёл вперёд, а Инеж, неловко поклонившись и приняв поздравления от какой-то старушки, поспешила следом. Всю дорогу обратно сулийка шла притихшая. Каз за всё это время не проронил ни слова, и это начинало нервировать. Бреккер же чувствовал себя пьяным. Черт, кто бы мог подумать, что танец подарит ему такие необычные, но вместе с тем такие волнующие и желанные ощущения? Это определенно стоило повторить. Он захотел поделиться этой мыслью, но в этот момент Инеж заговорила. —Каз... —Инеж... —Да?—отозвалась та немного удивлённо. —Говори первой. —Скажи, ты ведь не сердишься? Ну, что я втянула тебя во все это. —Нет. Повторим как-нибудь?—впервые за весь вечер на лице Бреккера появилась улыбка. Инеж опустила глаза, но он мог поклясться, что в них мелькнула настоящая, неподдельная радость. *** Небо на востоке уже окрасилось в розовый, когда они наконец вернулись в Клёпку. Навстречу им вышел Джеспер, трущий глаза и отчаянно зевающий. Увидев их, он подскочил от неожиданности: —Мать честная! Каз, вы где были? Мы уже собирались идти вас искать! Неужели с тем парнем было столько проблем? Каз улыбнулся своей обычной улыбкой маньяка, и Джеспер обречённо покачал головой, понимая, что узнать ему ничего не суждено.