- Этот вечер мы проведём вместе.

Чего этот "хороший мальчик" не спит так поздно? Для самого Кенни, конечно, это было не поздно. В некоторые дни он мог шастать по улицам Южного Парка до самого утра. Слегка подумав, светловолосый решил зайти к Баттерсу, не, ну, а что? Что ещё в такое время можно делать бедняку? Родители особо о нем не волнуются, им по-моему вообще наплевать на их детей. Они тратят все деньги на бухло и распивают его весь день, а вечером, если им что-то не понравится, то жди беды. От их криков, кажется, сотрясаются стены. Эти идиоты даже между собой начинают ссору из-за всякой фигни, кидаются друг в друга всем, что попадёт под руку. Короче говоря, происходит полный хаос. Поэтому после заката Кенни не любил появляться дома. Волнение за брата и сестру было конечно, но он успокаивал себя мыслями, что Карен ещё маленькая, поэтому её будут жалеть, а Кевин взрослый и может за себя постоять. Тряхнув головой, МакКормик отогнал от себя эти мысли. Сейчас не до них. Вновь подняв взгляд, он стал искать путь, как пробраться в дом незаметно. Через дверь - не вариант. Они по-любому её заперли на замок. В отличие от его предков, которые иногда вообще дверь не закрывают. Так. Хватит. Сейчас не до них. Осталось только через окно. Хвала богам, что дерево растёт прямо напротив него. МакКормик подошёл, схватился за ветки и долез до нужной высоты. Заглянув в окно, Кенни шире обычного раскрыл глаза, по его позвоночнику пробежал холодок. Баттерс плачет? Нет, нет, это нормально для него. Ведь он такой глупый и расстраивается из-за всякой фигни. Но почему он плачет ночью? Он помнил их девятилетних, когда Баттерс сразу начинал реветь после того, как его обозвали, ударили, да и вообще. Сейчас он повзрослел и происходит это довольно редко, толь он сдерживает себя, а может и не обижается теперь. Но факт того, что сейчас, ночью, он плачет выбивало МакКормика из колеи. Кенни надеялся, что Баттерс не копит в себе обиды и не плачет по ночам из-за них, а сейчас он просто испугался какого нибудь кошмара, верно? Кенни протянул руку к стеклу и уже хотел постучать, как в его белобрысой головешке пробежала мысль, " а стоит ли мне врываться, может так будет только хуже? ". Кенни сдвинул брови к переносице и два раза ударил костяшкой указательного пальца по окну. Тело в доме резко дёрнулось и медленно на МакКормика повернулась светловолосая голова. Кенни почему то почувствовал себя идиотом, он виновато улыбнулся и слегка помахал рукой. А вот зря. Он лишился небольшой опоры и чуть не грохнулся, но реакция у мальчика быстрая. Он мигом вернул руку на место, хоть и не на шутку испугался.

***

Повернув голову голубые глаза Баттерса встретились с голубыми глазами Кенни. Волна шока окатила Стотча. Что МакКормик здесь делает? Баттерс мягко встал на ноги и тихо прошёл до окна. Открыв его он шёпотом спросил : - Ты чего? Что ты тут делаешь? Неожиданно для себя самого Кенни снял капюшон. - Я шёл мимо, а у тебя тут свет горит, я подумал почему бы не заглянуть, а ты тут э... Баттерс опустил взгляд и сжал футболку, ему было неловко. - А ты тут... Грустишь, и я эм... Кенни сам чувствовал себя неловко. Мальчишка выдохнул и выдал : - Слушай, я не умелец толкать поддерживающие речи, но... Может быть я смогу тебе помочь. Баттерс поднял полный смущения взгляд и тупо уставился на говорившего. - Фух, эм... Для начала не мог бы ты впустить меня, а то тут на дереве не особо комфортно быть психологом. Баттерс тихо хихикнул. - Я боюсь, а если родители проснуться, мне же нельзя из комнаты выходить. - Не переживай, мы тихо. - мальчишка на дереве ехидно улыбнулся, чем сильно смутил своего собеседника. - О боже, Кенни, как можно тебе отказать... МакКормик победно ухмыльнулся. Он осторожно слез с дерева и поплелся к двери, скрипя снегом под ботинками. Баттерс на цыпочках прошёл до двери и медленно и аккуратно дёрнул ручку. Проходя мимо комнаты родителей он старательно смотрел по ноги, лишь бы не наступить на скртпучую половицу. Мальчик вслушивался, но за дверью ничего не было слышно, его родители спали очень тихо и вставали кстати тоже, поэтому иногда они и ловили Баттерса за ночными шастаньями по дому. Минув лестницу и гостиную светловолосый приблизился к двери. Осталось только повернуть ключ, который родители всегда оставляли в замке. Щелчёк. Баттерс медленно открыл дверь. Он поднял взгляд и осмотрел стоящего на пороге. - Пойдём, - шепотом сказал хозяин дома - только тихо. Кенни хихикнул и приложил указательный палец к губам, мол, он будет тих как мышка. Баттерс двинулся обратно. МакКормик за ним. Гостиная, лестница, комната родителей, его комната. Кенни вошел первым и Баттерс тихо прикрыл дверь. Хоть Кенни и бывал у Сточа, но он раз за разом внимательно осматривал его комнату. - Уютненько тут у тебя. - Спасибо... - Рассказывай, что у тебя случилось. - непринуждённо выдал МакКормик и плюхнулся на кровать. Баттерс мялся на одном месте. Он даже не знал с чего начать. Прокручивая в голове все его проблемы он не мог найти ту, которую будет не стыдно рассказать Кенни. Светловолосый понимал, что его, якобы, проблемы и рядом не стояли с проблемами Кенни. Баттерс часто задовался вопросом, как МакКормик ещё не сошёл с ума? Каково ему находиться дома с пьяными в стельку родителями, каково ему вечно считать потраченные деньги и экономить их? Почему даже с этим Кенни никогда не жалуется? Он всегда улыбается, шутит. Вдох. Выдох. - У меня все нормально, это просто, ну... В общем не важно. Кенни вопросительно посмотрел на стоящего. - Слушай, я понимаю, тебе стыдно и все такое, но, если ты выговоришься тебе станет легче. - Кенни, нет у меня проблем, это... Это детские капризы. МакКормик резко поднялся с кровати, подошёл к Стотчу и накрыл его плечи своими ладонями. - Баттерс, это не плохо, у каждого есть проблемы, у каждого они разные и психика у всех разная. Никто не имеет права судить серьёзные твои проблемы или же нет. Да и к тому же, - МакКормик прикрыл глаза и улыбнулся, - не надо судить по мне. Светловолосый был слегка потрясен. - Как ты... - Интуиция, друг, интуиция. Спустя секунду Кенни добавил : - Так что, что тебя волнует? Это был абсурд, причём полнейший. Встретится взглядом со Стотчем было невозможно, его глаза метались по всей комнате. Руки нервно сжимали края футболки. Баттерс трезво осознавал, что парню напротив помощь нужна была больше, чем ему. Стотча накрыла волна смешанных чувств. Злость на себя самого, злость на Кенни, за его настырность. По щекам потекли слезы. Конечно, МакКормиком это не замеченым не осталось. - Ой боже... Баттерс, иди сюда. Кенни скользнул руками за спину Стотча и нежно его обнял. Последний прижался к нему, как к последнему смыслу жизни. Вообще, Баттерса почти никогда никто не обнимал, родители иногда, но все же, это не совсем то, что хочется двенадцатилетнему подростку. Эти объятья проникли к нему в сердце. Никто и никогда его так нежно не обнимал. - Кенни, я... Мне... Мне очень стыдно, прости, что... Указательный палец Кенни прижался к губам Стотча. - Шшш, все хорошо, слышишь? Если тебе так лучше, то мне не сложно. МакКормик приблизился к лицу мальчишки и оставил невесомый поцелуй на его губах. Затем ещё один на щеке. Другой - на лбу. Кожа Баттерса была мягкая и тёплая. Кенни аккуратно провел пальцем по чужой щеке. Затем они встретились взглядами. В глазах Баттерса стоял шок. Этот наплыв нежности со стороны Кенни выбил его из колеи. Какой кошмар, это стыдно, это неправильно, но черт возьми как хорошо и приятно. Баттерс аккуратно положил руку на плечо МакКормика, а затем перенёс свою ладонь к нему на щеку. Кенни мягко улыбнулся. Баттерс медленно убрал руку. - Кенни... - закончить ему не дали. - Тихо, не говори ничего. Кенни мягко взял Баттерса за руку и повёл к кровати. - Ложись. Время уже много, тем более я вижу, как ты устал, пора баиньки, малыш Баттерс. Стотч пропустил это мимо ушей. - Ты уже уходишь? Побудь со мной ещё немного, прошу. - Хорошо, если ты ляжешь прям сейчас, то я ещё и могу сказку тебе почитать. За эти слова он получил неодобрительный взгляд. - Не смешно... - Ладно, прости - Кенни поднял руки и улыбнулся. После того, как Баттерс улегся Кенни присел рядом и начал медленно поглаживать Баттерса по его белобрысой голове. Пока последний мирно не засопел. Кенни убрал руку и нагнулся над лежащим. Оставил ещё один поцелуй на лбу. МакКормик встал и, поправив одеяло, направился к двери. Дёрнув ручку, Кенни ещё раз взглянул на мирно спящего мальчишку. - Люблю тебя, - тихо произнёс Кенни выходя и закрывая дверь. После он покинул дом Стотчей.