Выжить и вернуться домой

Я начинала понимать, почему студенты любили Хогвартс даже после окончания обучения. Он всегда был одинаков. Все потрясения, происходящие здесь, быстро забывались, - ведь все равно ничего не менялось. Поведение преподавательского состава только усиливало эффект – профессора постоянно вежливо улыбались, ничем не выдавая обеспокоенность жизнями студентов, превратившихся в каменные статуи и запертых в больничном крыле школы. Их будто вообще не касалось, что ученики пропустят больше половины учебного года по прихоти дирекции, не пожелавшей закупать ингредиенты для зелья, способного вывести детей из этого состояния*. Все причастные будто сознательно поддерживали антураж доброй сказки, и дети потворствовали им, не задавая вопросов и привыкая к тому, что к лету все наладится. Привыкая не уведомлять родителей. Я ковырялась ложкой в ризотто, любезно предоставленном Тикки, и размышляла. Отличный табель экстерната и весьма неплохой Хогвартса были просто запасным планом. Планом на случай, если я не преуспею. Я не была согласна с Алирой де Кюзо, я думала, что, умерев в этом мире, я просто перестану существовать. Точечная кротовая нора между двумя телами в разных мирах или что-то мне неизвестное, приведшее к моему появлению в теле юной мисс Грейнджер, вряд ли сработает назад в момент моей смерти. Если я и вернусь в родной мир, то совсем не в свое тело или не в тот момент, в который я его покинула. Я похолодела, в очередной раз представив, что нас могло поменять местами с настоящей Гермионой. Если так, то нужно возвращаться ровно в ту же минуту, иначе эта заносчивая дура разрушит мою жизнь! Я отмахнулась от этой мысли. Мне было необходимо существенно сузить круг поиска. Я явно делала недостаточно, шел уже третий год моей жизни в этом мире, а я все еще трепыхалась на этапе «возможно». Я решила исходить из страхов блондинки Роуз, встреченной мной в первый день в школе. Вполне вероятно, что она ошиблась, но что если моя дружба с чистокровными отпрысками древних родов была единственно верным шагом? Если на самом деле Роуз поняла все правильно и испугалась потому, что я спросила о по-настоящему темном и запрещенном разделе волшебства? В следующие несколько недель я практически переехала в библиотеку Хогвартса, которая существенно превосходила факультетскую собранием книг по истории магического права. Я тщательно выписывала названия книг, заклинания, магические направления и ритуалы, запрещенные в Британии с момента появления там правовой системы и законодательства. Очередная тетрадь была заполнена почти на три четверти, а я была только на пятнадцатом веке. Меня удивила частота запретов ритуалов с пометкой «в расширенном варианте», и я уточнила вопрос у друзей. - А, так вот чем ты занимаешься в этот раз. Легенды надоели? – развалившись на стуле, спросил Драко. Дафна недовольно шикнула на него. - Не совсем, просто я нашла все, что хотела, благодаря твоей книге, Драко, - улыбнулась я блондину. – А теперь мне интересно, почему я в первый день в школе напугала старшекурсницу чуть ли не до слез, - я рассказала слизеринцам про Роуз. - Вы, вороны, иногда слишком много думаете, - авторитетно заявил Теодор. – Она услышала не твой вопрос, а свою ассоциацию с ним, и потому испугалась. - Мы все – рабы своей точки зрения, - поддержала Дафна. - То, о чем ты спросила, Грейнджер, является весьма скользкой формулировкой. Грубо говоря, ритуал не запрещен, но разрешенным является только тот его формат, от которого отрезали возможности и уточнения. То есть, если убрать еще хоть одну черточку в ритуальном круге, например, то вообще ничего уже не сработает. - Разве каждый символ не влияет на ритуал? Если я отрежу руну в ритуале, возьмем наобум, погребения любимого хомячка, не станет ли он ритуалом воскрешения содержимого соседнего погоста? – удивилась я. - Ну ты и придумала, - рассмеялся Тео, - воскрешение кладбища одной руной, неплохо! - У ритуалов есть основа, от которой они и происходят*. Например, все без исключения ритуалы одного чистокровного рода имеют под собой конкретный рисунок, нанесенный для простоты на пол ритуального зала в главном доме семьи, родовом замке или мэноре. Сам по себе он неактивен, и для каждого ритуала поверх наносятся дополнительные рисунки и символы, ставятся ритуальные предметы, шьются специальные робы и так далее, - объяснила Дафна. – У любых ритуалов, завязанных на природе и взаимодействии со стихиями, в основе всегда пентакль, и неважно, вызываешь ты дождь или пытаешься пройти посвящение в друиды. С любым другим рисунком просто не получится. - То есть у всех ритуалов, запрещенных с такой пометкой, разрешена только основа? – спросила я. - Да. То есть использовать все, придуманное до запрета, ты не можешь, как и создать новый. Поэтому формулировка и скользкая – фактически запрещен весь ритуал, а не только его производные. - Поняла. А вы откуда так много об этом знаете? Учили, чтобы случайно не нарушить закон? - Можно и так сказать, Грейнджер, - загадочно улыбнулся Малфой. - Отлично, раз вы такие образованные, то скажите: у вас есть идеи, что именно так напугало Роуз? – я затаила дыхание. Нужно контролировать интонации, я не имею права проколоться! - Ну, вариантов несколько. Она же с Рейвенкло, - протянула Дафна. - Если брать твой вопрос дословно, то я думаю, ее скорее напугала сказанная ей самой фраза про переселения душ. Это напоминает мне два ритуала – создание отпечатка и захват тела. Оба запрещены еще веке в шестнадцатом из-за необходимости человеческих жертвоприношений. - Согласен с тобой, Драко. Если кратко, Гермиона, то отпечаток создает некий якорь для твоей души, и, при смерти покинув тело, она не растворяется в мире, а поселяется в выбранном предмете. Этот ритуал крайне трудозатратен и притом не дает идеальный эффект. Душа твоя же, а вот память и личность будут те, что вложены в отпечаток. Забыл хоть что-то и все, ты уже не тот человек, что прежде. - Жуть какая. Невозможно же помнить вообще все! - Верно. А захват тела фактически выдавливает душу и личность реципиента из тела, заполняя их место твоими. Твое тело умирает, душа реципиента растворяется, у тебя новое тело. По описаниям работает ритуал отлично, но силы на него тоже нужно немерено и удачного реципиента найти очень сложно. Проводить можно сколько угодно раз, но записей о более чем трех, проведенных одним человеком… вернее, одной душой, нет, - закончил объяснять Теодор. - Да уж, серьезно, - задумчиво пробормотала я. – Дайте угадаю, все ритуалы, связанные с душами, давно и прочно запрещены? - Не совсем. Есть парочка условно разрешенных, которые не требуют жертв в изначальном варианте. Например, ритуал сродства, - ответила Дафна. Теодор и Драко фыркнули. - Ну ты и вспомнила! Это же вопиющая древность в комплексе с идиотизмом! - Спасибо, господа! Я так вам благодарна! – Гринграсс явно обиделась, и я сурово глянула на парней. Те притихли. - Извини их, Даф. Они не думают, что говорят. Расскажи, пожалуйста, - попросила я. - Этот ритуал и правда считается глупым, но у меня с ним связана семейная легенда, и мы в нее верим, - вздохнула Дафна и злобно глянула на мальчишек. – Ритуал сродства, проведенный по всем правилам, притягивает душу человека к чему-то самому родному и дорогому, что у него есть. Он очень старый и сложный, даже из тех немногих, кто в него верил, - Нотту и Малфою достался еще один грозный взгляд, - на него почти никто не решался. Проведший ритуал волшебник будто сходит с ума, не может спать и есть, только мчится в одному ему известном направлении, туда, куда ведет его сила ритуала. Те, кто провел ритуал и ошибся с приоритетами, сходят с ума. Семейная легенда Гринграсс гласит, что так наш предок нашел свою жену, когда ее похитили инквизиторы во время охоты на ведьм. - Очень красивая история, Дафна, - улыбнулась я. Парни сделали страшные глаза, и я непонимающе уставилась на них. - К сожалению, нет, Гермиона, - грустно улыбнулась Дафна. – Мой предок пришел к большому костру. Извините, - Гринграсс быстро собрала вещи и вышла из библиотеки. Я подняла глаза на парней. - Не переживай, ты не могла знать. И ничего такого ты не сказала. Просто это действительно страшная история, - успокаивал меня Теодор. - Не важно, Дафну нужно догнать. Она ушла одна, хоть сейчас и не вечер! Дафна нашлась возле окна в конце коридора, неловко улыбающаяся и в зеркальных очках. - Я сглупила, ребят. Я не сержусь. Извините! - Ничего, ничего. Пойдемте на обед. Из перечисленных ребятами ритуалов ни один мне не подходил. Зато, кажется, подходил Волдеморде, и тот им воспользовался. Хотя я точно уверена, что крестражи создаются с помощью ритуала, утверждать, что это и есть тот самый ритуал создания отпечатка, я не могу. Я представила себе Змеемордого во всем его красноглазом и чешуйчатом великолепии, который сразу после завершения ритуала с, к примеру, Чашей Хельги Хафлпафф, смотрит в пустоту пару секунд, а потом выдает «Бл*, забыл!» и хлопает себя ладонью по лбу. Я покатилась со смеху. С такой стороны крестражи вряд ли кто-то рассматривал. Захотелось рассказать друзьям, в том числе и Малфою, но я сдержала порыв. Если Волди обнаружит эту шутку у него в мозгах на шестом курсе, то другу не жить. И мне тоже. Да и знание о крестражах мне объяснить нечем. Настроение быстро испортилось. Все же идея с ритуалами неплохая, нужно просто больше информации. У Роя Пэмбера явно было меньше времени в Хогвартсе, чем у меня, и к тому же я не могу утверждать, что он смог залезть в семейные библиотеки чистокровных. А я смогу, если постараюсь. Главное успеть сделать это до конца четвертого курса, притом не вызвав подозрений. Потом придется свернуть почти все общение со змеями, дабы не вызвать интерес их повелителя. Да, после окончания Турнира Трех Волшебников в магическом мире станет жарко… Учебный год подходил к логическому завершению, экзамены начинались через пару недель. Я нервничала и ждала подвоха. Поттер и шестой Уизли без наводки Хагрида, покинувшего школу в прошлом году, до Арагога не добрались. Или добрались, но об этом никто не узнал, хотя резких изменений в их поведении я так и не заметила. Василиск больше никак не проявлял себя, надписей на стенах тоже не было, но я помнила, что она должна быть, и нервничала с каждым днем все больше. Мы со слизеринцами сидели в библиотеке и штудировали книги по Истории Магии, когда услышали голос МакГонагалл, разносившийся по всему замку: - Всем студентам сейчас же вернуться в жилые комнаты! Всем преподавателям немедленно пройти в коридор второго этажа! – свершилось! - Да что же это такое, я так к экзаменам не подготовлюсь! Что на этот раз случилось? – простонал Драко, откинувшись на спинку стула. - Видимо, это крещендо плана нашего таинственного наследника Слизерина, - прошептала Дафна. Я кивнула. – Нужно возвращаться в гостиные и сидеть тихо, как мыши. - Сидеть в гостиной змей как мышь я не советую: примут за корм, - неловко пошутила я и захлопнула учебник. – Я найду студентов своего дома и пойду с ними. Не тратьте время на сопровождение, ребята. В коридорах может быть опасно. Змейки кивнули и, проследив, как я пошла в сторону столика, занятого студентами Рейвенкло, ушли из библиотеки. Старшие вороны собрали младшекурсников и группой пошли в сторону своей башни. По пути из одного из коридоров я услышала визгливое «Гарри, это же моя сестра!» и улыбнулась. Кажется, шестой уговаривает Героя Магической Британии на очередное приключение. - Все идет по плану*, - пропела я и зашагала дальше. На следующее утро на завтраке было объявлено, что пострадавших отпоили зельем из свежей мандрагоры, и они пришли в себя. За столом Гриффиндора я заметила Колина Криви и Джинни Уизли, Джастин Финч-Флетчли тоже вернулся к барсукам. Вся троица «оживших статуй» выглядела потерянно, и только миссис Норрис мурлыкала о чем-то своем на руках хозяина. Дамблдор широким жестом отменил экзамены, а я оглядела раздраженных студентов старших курсов. Ну да, СОВ и ЖАБА директор отменить не в силах, так что студентам было очень завидно. Как я поняла, нам выставят оценки из средних за семестр. В этот раз никакого саботажа на экзамене, профессор МакГонагалл! Я переглянулась с друзьями и заметила Драко, который радостно показал губами «Никакой Истории Магии!» и хмыкнула. Лишний месяц каникул у Малфоев будет не очень – Люциус утром как раз должен был получить поджопник от домовика, думаю, его эго такую рану залечивать будет долго. Я так и не разобралась, почему лорд Малфой повел себя в каноне так, как повел, но решила не лезть. Вместо этого я отправила Мюнхгаузена с уведомлением Грейнджерам о том, что их дочь прибудет на каникулы раньше положенного. Мы со слизеринским трио ехали в купе любимого вагона и подводили итоги услышанных за последние пару дней сплетен. Василиск был мертв, крестраж Тома Реддла уничтожен, меч Годрика Гриффиндора получил примочку для уничтожения темномагической дряни, за учебный год никто не умер и не получил увечий. Хогвартс-экспресс мчался на юг, а я строила планы по освоению библиотек древнейших домов. Надеюсь, Астория Гринграсс очень хочет меня видеть.