Выжить и вернуться домой

У меня опять начинались учебные будни. Уже знакомые по прошлым годам преподаватели были все так же предсказуемы, а вот два новых курса по выбору и ЗОТИ интриговали всю нашу четверку. У Гриффиндора и Слизерина первое занятие по ЗОТИ прошло без сюрпризов. Точнее, удивлены боггартом Избранного были все, кроме меня. Змейки, разумеется, рассказали мне все занятие поминутно и очень радовались, что до их факультета очередь не дошла – никто не хотел демонстрировать свои страхи на публику, но очень хотел посмотреть на чужие. Перед нашим первым занятием барсуки шепотом говорили, что из-за того, что преподаватель заканчивал Гриффиндор, он очень любит напоминать остальным факультетам, что они храбрецами быть не могут. Я так и не поняла, где здесь логика, если Люпин потребовал пройти через «крещение страхом» от всех студентов третьего курса. После короткого рассказа, повторяющего слова канона, о боггартах и «Ридикулосе», мы выстроились в очередь перед шкафом. Когда очередь дошла до меня, все студенты, не сговариваясь, сделали пять шагов назад. Я напряженно улыбнулась. Боггарт снова был выпущен из шкафа, и меня словно ударили чем-то тяжелым по затылку. Я не знала, что эта тварь может превратиться в более чем один объект за раз. - Что я должна представить на месте этого, профессор, чтобы вас рассмешить? – севшим голосом проговорила я в полной тишине. На полу у шкафа лежал труп молодой женщины. Ее остекленевшие глаза смотрели прямо на меня. Серый зеленоглазый кот растерянно трогал лапкой ее плечо, не понимая, почему хозяйка не просыпается. Я подняла палочку. - Инсендио, - проговорила я, глотая слезы. Видимо, стихийный выброс, вызванный стрессом, ушел в заклинание, неведомым образом изменив его, потому что боггарт завизжал так, что у меня заложило уши. Насколько я знала, привидения не горят, но он горел. Я смотрела на огонь и впервые в жизни ненавидела что-то настолько сильно. Урок был сорван. Это было новостью несколько последующих дней. Мы с Гермионой Грейнджер и так относились к одному типажу из-за моих изменений во внешности, а стрижка и цвет глаз довершали картину. Все приняли труп за повзрослевшую версию меня, и никто ничего не заподозрил. Я переплюнула славу Поттера, а преподавателя ЗОТИ с этого дня почти все студенты и даже некоторые преподаватели считали мудаком. Змейки тактично ни о чем не спрашивали, и даже грифам хватило такта не приставать ко мне с вопросами. Вечером в гостиную пришел декан и уведомил меня о приглашении к директору. - Мисс Грейнджер, я сожалею, что вам пришлось пережить подобное потрясение, - сказал Флитвик по пути в башню Дамблдора. - Это взаимно, сэр. Кабинет Светлейшего ни капли не изменился со времен первого курса. Я старалась собраться с мыслями, но получалось плохо. - Мисс Грейнджер, Филиус, проходите, прошу, - Дамблдор сиял алой мантией из чего-то похожего на шелк. Мой любимый цвет, абсолютно неуместный в данной ситуации. - Здравствуйте, директор. В чем дело? – у меня не было сил на вежливость. - Мисс Грейнджер, профессор Люпин рассказал мне о произошедшем сегодня на уроке Защиты. Нам всем очень жаль, что так получилось, - Светлейший как никогда был похож на доброго всепрощающего дедушку. Я напряглась. - Мне тоже жаль, что это произошло, сэр, - прощения и, тем более, извинений они не дождутся. - Вы можете рассказать, откуда у вас в тринадцать лет такой страх? Это очень необычно. - Альбус, моя ученица недавно пережила нервное потрясение, а ты хочешь заставить ее обсудить это подробнее? – нахмурился Флитвик. - Что ты, я никого не заставляю, просто это очень необычно! – вот скотина, я ему что, лабораторная зверушка?! – Гермиона, девочка моя, - знал бы ты, куда именно я сейчас мечтаю запихать твою бороду, - можешь все-таки объяснить старику, почему ты боишься умереть? – в камнедробилку, вот куда. И включить на самой медленной скорости. - Бояться смерти в человеческой природе, сэр, - ровным голосом сказала я, – тем более, одинокой смерти в молодости. - Для мага это необычный страх, ведь мы знаем, что душа бессмертна! – это верующие это знают. Маги уверены, что душа рассеивается. Пи… гхм, врет, как дышит! - Как скажете, сэр, - флегматично ответила я. - Я смею надеяться, мисс Грейнджер, что беседа со мной позволит вам развеять ваши страхи, - вещал Светлейший, заглядывая мне в глаза. Я упорно пялилась на кончик его носа, несмотря на артефакт*. Береженого бог бережет. – Видите ли, я уверен, что смерть – это лишь еще одно приключение, - в кресле еле слышно фыркнул мой декан. - Доказательств тому, что смерть не является концом, нет, директор Дамблдор. Я верю исключительно фактам. Пока что и для магов, и для обычных людей, смерть является концом существования. Я боюсь перестать быть. Не думаю, что вы меня переубедите, - все так же безэмоционально ответила я. "Нет никакой другой стороны. Это конец"*. - Что же, очень жаль. Я всего раз в своей жизни встречал человека, имевшего тот же страх, что и у вас. Это было около полувека назад. Его звали Том Реддл, - это меня что, в Темные Лорды пророчат? У старика проблемы с головой. - Это имя ни о чем не говорит мне, сэр. Я только замечу, что далеко не всех студентов школы за время вашей практики заставляли столкнуться с боггартом на потеху публике, - я злобно посмотрела на него и отвернулась. - Ох, Гермиона, девочка моя, не держи зла на профессора Люпина! Он же не мог знать, - я хочу его ударить. – Что же, раз разговора у нас не вышло, я вас отпускаю. Приятного вечера! Я буркнула что-то на прощание и первая пошла к выходу. Флитвик никак не комментировал произошедшее, и, проводив до гостиной факультета, попрощался. Я ушла в спальню и упала на кровать. Завтра в расписании стояли оба выбранных предмета, и мне нужна была холодная голова. Нумерология оказалась некоей альтернативной математикой, и я иногда путалась при решении задач для экстерната, применяя нумерологические формулы, которые, естественно, там не работали. В итоге, психанув, я присела на математику и прорешала весь семестровый курс за пару недель, понимая, что дальше предметы обрастут большим количеством различий. Курс Древних Рун оказался жуткой нудятиной. Я в университете чего только не видела, но даже при моем бэкграунде Руны угнетали. Профессор Бабблинг вполне оправдывала свою фамилию*, но подкупала энтузиазмом. Она действительно, казалось, знала о рунах все. Абсолютно двинутая тетка, уважаю! Я ради интереса в начале семестра подошла к ней уточнить один из символов, виденный в книге у Гринграссов, так эта женщина с удовольствием прочитала мне лекцию о чилийском руническом письме, выдала по памяти список дополнительной литературы из шести пунктов и попросила приходить с вопросами еще. Я была счастлива! А вот змейки ныли. - Грейнджер, я тебя прокляну. Это смерти подобно, - ныл в своей обычной манере Малфой, закопавшись в словари по кельтским рунам. Я отмалчивалась. Они не имели понятия, во что теперь превратилась моя спальня. Расшифровкой ритуала я занималась почти каждую свободную минуту. Основным рисунком было нечто подобное неправильной развертке икосаэдра*, вписанной в несколько кругов. Я также заметила несколько отрезков, перечеркивающих фигуру и как бы добавляющих граней. Схема была испещрена рунами в основном огамического алфавита*, но некоторые секторы в центре рисунка использовали руны Старшего Футарка*. Прямой перевод рун по отдельности ничего не давал, так что я, немного покопавшись в посоветованных Бабблинг справочниках об использовании Футарка в ритуалистике, начала разбирать ритуал по часовой стрелке, начиная от центра. Центр ритуала на схеме оказался в шестой фигуре влево от примерного центра рисунка. Чтобы определить его, у меня ушла неделя. Чтобы понять, как именно читать ритуал во всем этом нагромождении фигур – еще месяц. Я выла и материлась в голос, но ритуал не бросала: так для пораженческих мыслей о том, что ритуал единения может мне не подойти, не оставалось места в моей голове. Я как раз ковырялась в салате, размышляя, как можно трактовать комбинацию «путь – урожай - наследие», когда в Большой Зал через приоткрывшуюся дверь прямо-таки высыпалась толпа гриффиндорцев. Как нам пояснил слегка запыхавшийся декан, эту ночь в замке пойдет обыск, а все мы вынуждены ночевать на полу Зала в спальных мешках. Змейки подтащили свои временные постели поближе ко мне. - То есть дементоров он прошел, от авроров скрывался несколько месяцев, в школу проникнуть умудрился, а Филч его найдет? Да он же сквиб, Блэк его порешит и до нас доберется! – возмущалась Дафна, прижимая к себе напуганную сестру. - Он от бабушки ушел, он от дедушки ушел…* Чего? – посмотрела я на вытянутые лица друзей. - Это какой язык? – полюбопытствовал Теодор. Черт, совсем я заработалась! - Русский. Учила для себя, понемногу. У них сказки интересные. Одну вот и процитировала. Там персонаж был хитрый, от всех сбежал, кто хотел его съесть, даже от медведя. А лиса его подловила, - пояснила я. - Нам бы такую лису в замок. Может, избавит нас от проблем, - вздохнула Тори, и я облегченно рассмеялась. Я не могла уснуть в комнате, полной шепчущихся детей и периодически бегающих туда-сюда преподавателей, и смотрела на потолок. В этот раз космос был правильным – далеким и холодным. Я думала о доме и в который раз обещала себе, что обязательно вернусь. "Меня так долго не было, но мое сердце продолжает биться. Я не сдамся!*" Наутро МакГонагалл объявила, что Блэка в школе предсказуемо не обнаружили.