Выжить и вернуться домой

Спуск в подземелья располагался близко ко входу в замок, так что мне не пришлось проходить мимо Большого Зала. Я только из-за угла видела людей, несших на себе раненых и убитых. На лицах большинства была решимость. Я их не понимала. Да, они боролись за свой мир, но их мир вполне можно было покинуть – он был ограничен лишь Британскими островами. Они были готовы умирать за свою прежнюю жизнь. Неужели не понимали, что такие события никогда не проходят бесследно? Их противник был сумасшедшим, и окружил себя себе подобными. Да, некоторые Пожиратели пришли к нему после воскрешения «из страха, а не из верности», но большинство так же, как и Лорд, наслаждались насилием. Он воевал не ради того, чтобы править Магической Британией, он воевал потому, что ему нравился террор. Уничтожив врагов на войне он принялся бы проводить чистки в своих рядах, пока не остался бы один посреди выжженного пепелища, окруженный горой трупов. Можно было сбежать и начать жизнь заново, разумно полагая, что Волдеморду остановят специалисты, когда он высунет нос с островов, но эти люди решили сражаться. Героическая смерть на баррикадах показалась им лучшим выбором, чем бегство. Они забыли вполне очевидную вещь – мораль придумали люди, жизнь намного древнее ее. Храбрые воины умирают молодыми, их детей воспитывают те, кто вовремя сбежал. Героизм был эволюционным тупиком. Я помотала головой и вышла из замка. На площади перед входом разрушения были самыми массовыми, но галереи почти не затронуло – они располагались сбоку от входа, и великаны не снесли их походя. Там не было людей и нечего было атаковать. Я выбрала место правильно. Даже иллюзия не была повреждена. Я сняла ее, чтобы удостовериться в целостности рисунка, и набросила вновь. Процесс активации ритуала был прост, видимо, в компенсацию за сложность схемы, и не требовал многого. Мне хватит нескольких минут, но придется дождаться победы Светлых. Вторая часть Битвы начнется здесь, и мне нужно контролировать местность. Никто не должен повредить схему в пылу битвы, и никто не должен остаться здесь, когда Волдеморт войдет в замок. У меня были способы позаботиться об этом. Я оглядела место действия. Мест, подходящих для укрытия, было не так много – галерея была длинной, но в ширину всего около четырех или пяти метров. В итоге я присмотрела угол тупика галереи ближе к воротам – можно было скрыться от шальных заклинаний за толстой каменной оградой, и меня оттуда будет не видно, даже если я выставлю щит. Я, правда, тоже буду глазеть только на схему ритуала и не буду наблюдать героизм Лонгботтома, но зато услышу все. Тем более что добежать сюда из подземелий после смерти Волдеморды и успеть провести ритуал до того, как перед замком появятся люди, я не успею. Усевшись в выбранном месте, я проверила карманы. Все на месте, ничего не побилось и не испортилось. Подумав, я натянула латексные перчатки и капюшон, оставив свободным одно ухо – заправить его в капюшон было делом пары секунд, все-таки латекс создавал явные проблемы со слухом, а мне было критично отслеживать ситуацию. Подумав, я наложила на себя еще и чары отвода глаз: мало ли кто заметит, что от этого места каменная крошка отскакивает каким-то мистическим образом. «Гоменум ревелио»* было для меня опасным. Ждала я довольно долго. Все снова началось с объявления от Волдеморта, прозвучавшего словно сразу отовсюду: - Гарри Поттер мертв. Он был убит при попытке к бегству. Он пытался спасти свою жизнь, пока вы погибали за него. Мы принесли вам его тело, чтобы вы убедились, что ваш герой мертв. Битва выиграна. Вы потеряли половину бойцов. Мои Пожиратели Смерти превосходят вас числом, а Мальчика Который Выжил больше нет. Воевать дальше не имеет смысла. Всякий, кто продолжит сопротивление, будь то мужчина, женщина или ребенок, будет убит, и то же случится с членами его семьи. Выходите из замка, преклоните предо мной колени, и я пощажу вас. Ваши родители и дети, ваши братья и сестры будут жить, все будет прощено, и вместе мы приступим к строительству нового мира, - ну-ну, как же, будет все прощено. Ровно до того момента, пока Лорд не заскучает. Я подобралась. Судя по шуму и его источнику, Пожиратели во главе с Лордом привели Хагрида с «трупом» Поттера на руках. Окрик, приказавший остановиться, подтвердил мои догадки. Шум донесся теперь с другой стороны, видимо, из Хогвартса выходили защитники замка, чтобы показательно не склониться перед диктатором. Ох, сколько же народу хотело умереть на баррикадах и быть похороненными в братских могилах... Противоборствующие стороны общались исключительно криком, так что не отследить происходящее было сложно. Видимо, Волдеморт пытался освоить дипломатию, но провалился, и теперь показательно устроил из запасного Избранного смесь мученика и цирковой обезьянки. Лонгботтом заорал, когда его, судя по всему, подожгли*. Взвыли великаны, почти сразу что-то засвистело в воздухе. Я прикрылась щитом, и не зря – сквозь галерею пролетело несколько стрел. Кентавры? Судя по звукам, не только они. Зов Хагрида, обращенный к пропавшему «трупу» Поттера, потерялся в общем гвалте. Я на мгновение выглянула за барьер. Люди носились по площади хаотично, впрочем, пытаясь пробиться в замок, великанов атаковали кентавры и фестралы. Эйва услышала*! Через пять минут я перестала слышать человеческие голоса в шуме битвы, но сама она не прекращалась. Я выглянула снова – площадка была усеяна трупами. Четыре разъяренных великана пытались пробиться в замок. Их лица были кровавым месивом. Фестралы куда-то делись, видимо, посчитав свой вклад по ослеплению противника достаточным, кентавры обстреливали гигантов из луков, но добить их явно не могли - гигантов не взял бы и флот с железными крюками*. Такое столпотворение не входило в мои планы – зашибут и не заметят! Или заметят и специально зашибут. Я сняла заклинание невидимости, вытащила из кармана и вернула нормальный размер противогазу. Поправив капюшон, я надела М40* и закрепила ремни. Согласно моим экспериментам, на успешность заклинания подобные улучшения не влияли. Главное произнести вербальную формулу правильно и четко. Из карманов появилась и вернула себе прежний размер алюминиевая канистра с выцарапанными на стенках рунами сохранности. Я открутила крышку и аккуратно ввела кончик палочки в горлышко, не касаясь стенок. - Мобиликвис*, - из канистры вытекала жидкость, похожая на смолу, и собиралась в шарик. Когда шарик достиг примерно двадцати сантиметров в диаметре, я высунулась из укрытия и навела палочку на точку над головами великанов. Шарик поплыл туда по воздуху. - Фините, - шепнула я, когда шарик достиг цели. Я сразу вернулась в укрытие и, закрутив крышку канистры, обработала ее и себя очищающим. Канистра и противогаз вернулись в карман под звуки падающих тел. Я снова заняла наблюдательную позицию. Великаны лежали у входа в замок в огромной луже чего-то, напоминающего рвоту. Кентавры, видимо, не заметившие моего вмешательства, потыкали их копьями и направились к Запретному Лесу. Некоторые из них шагали странно, будто путаясь в ногах. Вероятно, их задело брызгами. Четырех литров зомана*, вылитых на голову, вполне хватило для почти мгновенного поражения крупных целей. Трансфигурация - наше все! Мне больше никто не мешал, Светлые и Темные увлеченно убивали друг друга во внутренних помещениях. Я вздохнула и, сняв с рисунка ритуала единения чары, встала в центральный сектор. Осталось совсем немного. Ритуал единения требовал жертвы, как и любой другой. Я не могла отдать ему крови, потому что она не была моей, как не могла отдать магический дар, то есть магию и привязку к миру. Все это принадлежало Гермионе Грейнджер, и я не хотела и не могла забрать ее с собой. Я не могла отдать ему душу и разум, ведь тогда все остальное было бы бессмысленным. Выбора у меня не было, я знала, на что иду, с тех пор, как прочла это условие в семейной библиотеке Гринграссов. - Sacrificium menum memoria est huius mundi*, - прошептала я, и руны вспыхнули. У меня была пара минут до того, как ритуал вытянет силу из преобразователей и примется за меня. Как только он получит всю силу, его уже ничто не сможет остановить. Я посмотрела вдаль через проемы галереи и увидела, как солнце восходит над Запретным Лесом. - Оно все-таки стоит того? – спросили из-за спины. Я обернулась и подняла уголки губ. Ну конечно. - У меня будет вся жизнь, чтобы это выяснить. Моя жизнь, Рой Пэмбер, - улыбнулась я лорду Гринграссу. - Вы должны мне, как бы вас ни звали, - напомнил он. - Вполне возможно, что этот долг останется в этом мире. - Пусть так. Прощайте, - он аппарировал. Я замурлыкала мотив “Sonne”*, не сдержавшись. Через несколько секунд схема ритуала вспыхнула нестерпимо ярким светом, мою грудь обожгло, и я потеряла сознание.