Спасибо, Люциан Боул

Хотелось провалиться сквозь землю! Очередной матч по квиддичу слизерин благополучно уступил гриффиндору. И всё из-за такой нелепой ошибки, нужно было брать левее, Боул! Драко так безупречно вывозил всю игру, благодаря нему команда даже вырвалась вперёд, но этот кретин всё испортил, упустил бладжер и тот прилетел прямо в платиновую голову, а чёртов Поттер в скором времени после этого поймал чёртов снитч. Мало того, голова раскалывалась от криков и пуффендуйцев, и коктевранцев, и гриффиндорцев, так ещё и бладжер угодил в самый затылок, благодаря чему, звон и адская боль оставались с Драко даже сейчас, спустя полчаса с фееричного поражения. Блондин дал себе слово перекинуться парой слов с Люцианом Боулом, но однозначно не сейчас — сейчас хотелось лишь тишины и покоя. Следуя своим нынешним приоритетам, слизеринец отправился подальше от шума и толпы, в Запретный лес. Разумеется, он не идиот и не пойдёт испытывать судьбу в глухомань, особенно если вспомнить о том, год назад из Азкабана впервые сбежал заключённый, тем более убийца и преспешник Тёмного лорда. В его планах было посетить лишь ближнюю, но надёжно спрятанную кустами и редкими деревьями, опушку. Туда он периодически заглядывал, в поисках покоя и одиночества. Серые тучи сгущались, подул приятный октябрьский ветерок и подхватил несколько золотых листьев с окружающих клёнов и осин. Негромкое пение птиц и хруст травы под ногами расслабляли и давали тот долгожданный и необходимый покой, Драко в наслаждении ощутил, как головная боль медленно отступает и прикрыл глаза, вдыхая аромат поздних цветов и сырости. Хруст ломающихся под ногами веток, неуклюжая, судя по звукам, походка, слабая, но, благодаря окружающей тишине, вполне слышимая отдышка. Драко недовольно скривил, до этого расслабленные и немного приоткрытые губы в рассерженой и брезгливой гримасе и нехотя открыл глаза. Поттер. Очкарик старательно пробирался сквозь растительность, распугивая оставшихся букашек и прочую живность. — Проваливай, Потти. — Тебя все потеряли. — Тебе-то какое дело? Гарри задумался, отведя изумрудные глаза в сторону. — Сильно болит? — видимо, не найдя ответа на вопрос, гриффиндорец сменил тему. — Что именно? Не доставай меня, Поттер, вали отсюда. — на самом деле головная боль Драко почти уже стихла, но благодаря несравненному «золотому мальчику» она вновь вернулась и поразила с ещё большей силой. — Голова. Тебя же треснул бладжер. — Да что ты. — саркастично вскинул руки блондин и скорчился от резко возникшего головокружения. — Тебе нужно к мадам Помфри. — с беспокойством заметил Гарри. — Что ты привязался, вали праздновать, твои придурошные дружки наверняка тобой гордятся. — Драко, ты же еле на ногах стоишь! У тебя сотрясение наверняка. От произнесённого гриффиндорцем своего имени, у Драко внутри что-то дрогнуло. — Если ты в край отупел, я повторюсь, какая твоя, Поттер, забота, что с моей головой и куда мне надо? — с нажимом проговорил Драко. — С тобой просто невозможно. — точно также сердито ответил брюнет. — Тебе нужен покой и лекарства. Прекрати испытывать терпение, Малфой. — Вот именно, даруй мне покой и, будь добр, свали туда, откуда пришёл. — слизеринец покачнулся, вновь зужмурившись, и попытался достать палочку. Гарри подбежал к парню и перекинул его руку через свою шею, давая возможность опереться, полностью игнорируя выставленную вперёд палочку. — Да ты горишь! У тебя жар, Драко. — гриффиндорец дотронулся до пылающего лба соперника. — Убери руки, идиот! Отвали! — начал вырываться из цепкой хватки блондин. — Пере… Слова Гарри прервала сверкнувшая молния и, последовавший за ней, раскат грома, сопровождаемый в момент начавшимся дождём. Брюнет снял с себя шапку, кое-как напялив её на сопротивлявшегося Малфоя. После чего, он стянул мантию и поднял её над головами, в надежде хоть как-то укрыться от стихии. — Давай, поторопись, Драко, нам нужно в больничное крыло. — в самое ухо кричал Гарри. Слизеринец мало что разбирал сейчас. Он оставил все попытки противостояния, с трудом пересиливая мигрень и тошноту, всматривался в озабоченное лицо Поттера затуманенным взглядом. — Смотри под ноги, мы почти пришли. Ты же весь промок! — причитал Гарри и в этот момент был очень похож на Нарциссу или саму мадам Помфри. Это позабавило Драко и он расплылся в сладкой улыбке. — Ты такой хорошенький, когда нервничаешь, Поттер. У тебя тут листик, смотри. — Драко протянул свободную руку и снял с чернявой макушки маленький кленовый лист и продемонстрировал его гриффиндорцу, помахав перед лицом. — У тебя жар, Драко. — У тебя такие глаза, Поттер… Такие зелёные… Я люблю зелёный. — томно шептал слизеринец. Щёки, упорно смотрящего вперёд и не поворачивающегося к Драко, Поттера предательски зарделись. — Но твои очки, Потти, они всё портят! Когда я так хочу посмотреть в твои глаза, они мешают! Приходится с тобой драться, чтобы убрать их. — нахмурился тот своим размышлениям. Драко, поддавшись влиянию поднявшейся температуры, твёрдо решил выложить всё, что думал о своём спасителе. — Позволь их снять… Ну пожалуйста! Поттер, тебе же это раз плюнуть. — слизеринец снова протянул свободную руку к Гарри и аккуратно, даже, как показалось гриффиндорцу, с особым трепетом снял круглые очки, хозяин которых впервые за всё время пути остановился и таки посмотрел на Драко. — Ну вот! Видишь, какие замечательные глаза! А ресницы! Я раньше никогда не видел таких ресниц, Поттер, ты — просто находка! — восхищённо вздыхал блондин. Малфой перевёл взгляд чуть ниже нефритовых глаз, на потресканные губы. — Поттер, я так давно хотел… Можно? — Что? — с опаской ответил Гарри, также затуманено смотря на Драко из-под полуприкрытых век, так, что казалось, у него тоже появился жар и голова пошла кругом. Драко, прикрыв глаза, потянулся к губам гриффиндорца, но тот в последний момент отстранился и остановил слизеринца, слабо толкнув рукой в грудь. — У тебя жар… — нехотя и с сильнейшей досадой повторил Гарри. — Ты ударился головой и тебе нужно в больничное крыло. — блондин обиженно и тоскливо посмотрел на гриффиндорца. — Когда поправишься, скажешь мне за это «спасибо»… Дальнейший путь они прошли в полной тишине, разбавляемой шумом дождя и частыми раскатами грома с молниями. — Мадам Помфри, здравствуйте. В Малфоя на квиддиче попал бладжер и… — Ах, Мерлин, почему вы так долго! — взволнованная женщина выбежала на встречу вошедшим, грозно причитая. — С матча прошёл целый час! Он весь горит! — она провела сухой ручкой по лбу студента. — Ох, мальчик мой. Вы все мокрые! — У него, наверное, сотрясение… — Конечно сотрясение, Поттер. Помоги положить его на койку номер тринадцать, а я сейчас приду. — медсестра суетливо последовала в каморку с лекарствами и снадобьями. Гарри вздохнул и из последних сил дотащил Малфоя к нужной кровати. — Драко? — Отвали, кретин. — Я не сделал этого не потому что я не хотел, а потому что ты не хотел. У тебя жар и сотрясение. Поверь, так лучше. — Пошёл к чёрту, Поттер. Гарри порывисто вздохнул, несколько раз открыл и закрыл рот, так ничего и не сказав. Он стремительно покинул больничное крыло, чуть не сбившись с ног, когда ему навстречу с кувшином какого-то зелья бежала мадам Помфри. Приняв весьма приятное, в сравнении с остальными, на вкус лекарство, уставший Драко почувствовал, как головная боль и звон в ушах отступают на равне с температурой, и наконец уснул. Утро выдалось солнечным и безветренным, слизеринец сладко потянулся и про себя заметил, что голова больше не раскалывается, за что он был ей крайне благодарен. Малфой наконец открыл глаза и присел на больничной кровати, оперевшись на решётчатое окно. Осмотревшись вокруг, он начал воспроизводить в памяти произошедшие вчера события. С каждой секундой хорошее настроение портилось и бледное утончённое лицо принимало всё более угрюмое выражение. Драко хотел было встать, дабы собраться к завтраку. Он совсем не хотел видеться с Поттером после его вчерашнего выступления, но и пропускать субботний завтрак было бы просто преступлением. Покинуть кровать не удалось, ведь в районе своей левой ноги Драко почувствовал что-то тяжёлое и блокирующее движения. Он осторожно потянулся к тому месту и вдруг упёрся во что-то мягкое, какую-то ткань. Парень на мгновение отстранил руку, но потом вновь прикоснулся к таинственной невидимой материи и аккуратно потянул её на себя. — О, Мерлин! — вполголоса чертыхнулся Драко, готовый увидеть всё что угодно, но не спящего у его кровати Поттера, водрузившего лохматую голову на одеяло. Пару минут Малфой не шевелясь наблюдал за спящим гриффиндорцем, а потом и вовсе позволил себе запустить руку в безобразно взъерошенные вихры. Он, честное слово, приложил все усилия удержаться от этого! Какие мягкие… Вспоминая события вчерашнего вечера, Драко был в ужасе от того, что наговорил Поттеру про его глаза, губы и… и про всё остальное. Но при этом блондин совершенно не понимал, почему гриффиндурок его просто не треснул и не оставил под дождём. Может, это и есть львиное благородство? Внезапно в голове возобновился их диалог перед уходом очкарика. Я не сделал этого не потому что я не хотел, а потому что ты не хотел. С какой стати он решил, что знает о том, чего хочет, а чего не хочет Драко? Если бы он действительно знал об этом, он бы знал и то, что слизеринца постоянно преследует чертовски сильное желание прильнуть наконец к розовым покусанным губам, обнять и никогда больше не отпускать. — Я…эм… — внезапно подавший голос Гарри вернул Драко к реальности. Парень зевнул и потёр глаза, не двинувшись с места, боясь упустить перебиравшую пряди шоколадных волос руку. — Я просто…я хотел проверить, как ты. — смутился Гарри и уши обрели значительный пунцовый оттенок. Парни отражали выражения лиц друг друга — никто из них решительно не планировал быть пойманным. Драко спросони забыл про зарывшуюся в волосах гриффиндорца руку и, вздёрнув светлые брови, в ужасе смотрел на проснувшегося парня. Ненадолго повисла напряжённая тишина. — И именно поэтому ты проснулся возле моей койки во вчерашней одежде? — лучшая защита — это нападение — так решил Драко и наконец ответил на предыдущую реплику очкарика. — … — Гарри не нашёл правдоподобных оправданий и продолжил во все глаза пялить на Малфоя. — Ты хотел проверить, как я? Так вот, как видишь, Поттер, я в полном порядке и моё утро было бы ещё лучше, если бы ты так рано его не испаганил своим визитом. — И именно поэтому твоя рука сейчас перебирает мои волосы? — спародтровал блондина парень, едва сдерживая улыбку. Драко в ужасе перевёл взгляд с нефритовых глаз на лохматую макушку, отдёрнул руку к себе и случайно зацепил перстнем несколько прядей, на что гриффиндорец возмущённо воскликнул и потёр больное место. — Тебя больше ничего тут не держит, так что… — Как ты себя чувствуешь? — окончательно зардевшись выпалил Гарри. — Я же сказал, у меня всё прекрасно. — Голова не болит, не кружится? Жар? — Всё пре… постой-ка, Потти, почему ты обеспокоен моим состоянием? — Я просто интересуюсь. — гриффиндорец посмотрел в пол, почувствовав, как уже его бросает в жар. — Зачем ты вообще попёрся меня искать после матча? — продолжал слизиринец всё больше расплываясь в уверенной ухмылке. — Не знаю я. Пошёл и всё тут. — кинул брюнет. — Что пристал? — Ну, как минимум, мне интересно узнать цель твоей ночёвки в больничном крыле. — Знаешь что, — Гарри поднял глаза на Малфоя и встал на ноги, — пожалуй, ты прав, мне уже пора. — Ну уж нет, задержишься, Уизли и грязнокровка переживут твоё отсутствие. — блондин спохватился и поймал руку, сделавшего стремительный шаг в сторону выхода, парня, после чего тот повернулся и сел на стул для посетителей. Оба почувствовали, что в близости друг друга находится было гораздо приятнее. — Не называй её так! — Я привык называть вещи своими именами. — беспечно пожал плечами слизеринец. Гарри снова встал и зашагал из больничного крыла, укрывшись мантией-невидимкой. — Ладно! Ладно, извини. Останься, прошу. — пробурчал блондин. — Я слушаю. — Гарри вновь скинул мантию и уселся на место. — Ты слышал, что я вчера говорил и запомнил, что делал. — вздохнул слизеринец, продолжая вглядываться в изумрудные глаза. — О, можешь об этом не беспокоиться. — с некой печалью в голосе сказал брюнет, поправив на переносице очки. — Я никому не скажу. Я прекрасно понимаю, что ты нёс всякую ерунду из-за сотрясения. — Я не к тому говорю, Поттер, как же ты не понимаешь… Я хотел сказать, что то, что я говорил… это моё мнение, я не отрекаюсь от того, что сказал, как бы это абсурдно не было. Я правда считаю твои глаза вполне неплохими. — бледная, как полотно, кожа ушей и щёк обзавелась бордовыми пятнами. — Эм… спасибо…? — И очки действительно нелепые. — Драко потянулся и бережно снял круглые очки с носа, завороженно наблюдающего за ним, Гарри. — Так гораздо лучше. — Драко улыбнулся глядя прямо в глаза парня. — Только вот теперь я, перед тем как договорить, хотел бы услышать, что из сказанных тобой слов правда. Ты не позволил мне вчера… потому что… только потому что думал, что я буду об этом жалеть? Или ты сам того не хотел? — Я не сказал ни одного ложного слова. — ответил Поттер. — В таком случае… позволишь ли ты сейчас.? — вполголоса сказал блондин. Гарри робко наклонился к парню и он порывисто накрыл, пересохшие от осенней непогоды, губы своими и принялся неумело их изучать. Они отстранились друг от друга, опьянённо приоткрыв глаза, когда уже руки оплетали шеи и головы, и оба сидели на кровати. — Думаю, мой проигрыш в матче сполна окупился. — наконец отдышался блондин и лицо его приняло самое довольное выражение. Гриффиндорец сердечно улыбнулся и отчаянно сжал парня в самых крепких объятиях, навалившись на него и уткнувшись в платиновые волосы. — Спасибо, Люциан Боул.