Вспышка

      Алина никогда толком не знала, чем занимается Всеволод Керамзов, знала только, что он очень богат и влиятелен. И действительно происходит из княжеского рода. Он был известным меценатом, кажется, у него даже был свой благотворительный фонд. Мужчина играл заметную роль в жизни Керамзина. В детстве Алине даже казалось, что он влюблен в Ану Кую. Но даже если это и было так, Всеволод никогда не заходил за грань дозволенного. Он всегда был вежлив, старомодно целовал директрисе Керамзина руку при встречах, мягко улыбался, по возможности, участвовал в делах Керамзина, помогая деньгами, старался включить приют и его воспитанников в различные государственные программы помощи сиротам, однако, не очень охотно общался с детьми. Исключением, наверное, стала Алина, но и то после того, как стало понятно, что она редкий гриш.       Девушка никогда не питала иллюзий: без своей силы она была бы обычной, ничем не примечательной в общей массе детей. Керамзов, на самом-то деле, знал об Алине мало, кажется, даже не знал, что она рисует. Когда новизна открытия от того, что Алина Старкова - Заклинательница Солнца прошла, Керамзов с подачи Аны Куи сосредоточил свое внимание на Мальене. Тот был перспективным молодым человеком, а еще умел подать себя. Алине доставались крохи внимания просто потому, что она была рядом с Оретцевым, его друг, его девушка, его невеста, его жена. Керамзов был в восторге, когда они поженились, даже подарил им небольшую сумму денег, чтобы, как он выразился, встать на ноги или побаловать себя. Алина уж и не помнила, что стало с этими деньгами. Наверное, Мальен распорядился ими по своему усмотрению. Старкова не препятствовала. И помыслить не могла, что есть еще дурацкое условие Всеволода, из-за которого Мальен не дает ей развод. Алина была бы уверена: не будь этого документа, Мал тут же побежал бы в ЗАГС подавать заявление. А теперь придется решать вопрос через суд, а это - тут Мальен прав, - стоит немалых денег. Одно радовало Алину: у них не было детей. Впервые это воспринималось не как личная трагедия девушки, которая страстно хотела ребенка, а как облегчение, потому что ребенок непременно стал бы еще одной точкой давления на Старкову. Да, она всегда была Алиной Старковой, решив оставить свою фамилию, что безумно не нравилось Мальену, но девушка настояла, ей не хотелось терять то единственное, что осталось у нее от родителей.       Ведь даже воспоминания о них были смутными, нечеткими, Алина даже не была уверена, что правдивыми. А еще была парочка заметок в газетах, мимолетных и небольших: о гибели отряда отца, о гибели группы военных корреспондентов.       Кратковременная стычка на вечно неспокойной границе с Шуханом, не больше нескольких дней, минимальные потери. Но именно ее родители вошли в статистику.       В детстве Алина даже хотела стать журналистом, как мама. А после школы могла пойти по стопам отца. Ее с талантом Заклинательницы Солнца с руками и ногами оторвали бы в штабе Второй Армии. Но война никогда не была приоритетом Алины. А зря. Иногда воевать стоило и в мирной жизни. Сейчас девушка это поняла. Жаль, что так поздно.       Стоя на тротуаре перед высоким офисным зданием, которое принадлежало Всеволоду, Алина остро ощущала, как непрезентабельно она выглядит. И, право слово, она непременно бы оделась более строго, но была ограничена в выборе. И собираясь утром, отмечая нездоровую бледность и худобу, довольна была только своей новой прической. Нина предложила ей накраситься, но Алина редко пользовалась косметикой. И решила, что макияж будет выглядеть нелепо на бледном лице. Потому лишь махнула рукой, отворачиваясь от своего отражения, слабо улыбнулась внимательно смотрящей на нее Нине.       - Закончишь, позвони мне, - подруга была так деликатна, что не стала комментировать ситуацию в своей излюбленной язвительной манере, - поедем в то ателье, которое тебе посоветовали. Будем шить мне платье! - глаза Зеник сверкнули шальным блеском. Алина не могла не улыбнуться. Она думала, что обсуждение свадьбы Нины будет для нее болезненно, но оказалось, что это, наоборот, помогало отвлечься, вылезти из пучины самобичевания, позабыть на мгновение об остром сожалении, которое накатывало на Алину каждый раз, когда она думала о потерянных рядом с Мальеном годах, о том, что могла бы стать чем-то большим, чем учительницей в приюте, о том, что всегда забывала о своих потребностях и желаниях. Как глупо! И ребенку ясно, что ничего хорошего не вышло бы из этого.       А еще Алина старалась не думать об Александре, о той красивой женщине рядом с ним, об их смехе. Ее Заклинатель Теней был счастлив, Алина должна быть рада за него, раз уж любит. Но рада она не была. Она злилась, ревновала и поклялась себе, что как только ее жизнь наладится, она принципиально встретится с Александром, чтобы спросить его, почему он ее оставил. Но это будет потом, не сейчас.       Сейчас Алина не хотела бы, чтобы Морозов видел ее такой. Его жалость ей была не нужна. Она справится сама, никому больше не позволит влиять на ее жизнь. И уж тем более еще одному властному мужчине.       Посмотрев по сторонам, Алина решительно двинулась к зданию, встретившему ее прохладным кондиционированным воздухом. Ее ботинки оставляли грязные следы на мраморном полу, во взгляде улыбающейся девушки-администратора не было ни грана любезности. - Добрый день, - сухо произнесла Алина, протягивая паспорт, - Алина Старкова, мне назначена встреча с господином Керамзовым. Взгляд девушки тут же изменился, Керамзов отлично вышколил свой персонал. - О, мисс Старкова! - от сладости в ее голосе Алину затошнило, - конечно! Вас проводят! Она быстро кому-то позвонила и перепоручила Алину другой улыбающейся девушке. Они прошли к лифту, который доставил их на самый верхний этаж здания. В приемной Алину встретила секретарь Всеволода. С удивлением Алина отметила, что это была уже немолодая женщина, державшаяся с надменным достоинством домоправительницы из старых романов. Секретарь посмотрела на грязные ботинки Алины, скривила губы, но промолчала. А Старкова вдруг улыбнулась, столь ярким было сравнение, пришедшее на память из какой-то старой книги. И безмерно удивилась, когда женщина улыбнулась ей в ответ, а потом позвонила Керамзову. - Проходите, мисс Старкова, - кивнула. - Спасибо, - Алина постучала из вежливости и вошла в кабинет.       - Алина! - тут же поднялся ей навстречу Всеволод, - моя милая девочка! - он обнял ее, расцеловал в обе щеки, присмотрелся внимательнее, - что же ты просто не позвонила! Запись на встречу, - он фыркнул, - что за ерунда! Словно чужая! - Здравствуйте, Всеволод, - кивнула Старкова, не отвечая на радушие Керамзова, оглядывая просторный кабинет, обставленный в минималистском стиле. Как поговаривали, Керамзов был весьма неприхотлив в быту, требователен в работе, бережлив, моментами даже скуп, верен жене. И да, семейные ценности были для него на первом месте, а это предполагало непростой разговор. - Присаживайся, - Керамзом провел ее к креслу, отодвинул его, а сам сел напротив, выжидательно посмотрел на девушку.       Алина на мгновение растерялась. Она никак не планировала этот разговор, не знала, что сказать. Наверное, следовало тщательно продумать свою речь, ведь она была в роли просительницы, в ее интересах было, чтобы ей дали то, что она хотела получить, но Алина не задумывалась на этим. И, как оказалось, зря. Теперь не знала, с чего начать.       Во рту пересохло, Алина перевела взгляд на свои сцепленные руки, лежащие на коленях, глубоко вздохнула и вновь посмотрела на Всеволода. Он молчал, не торопил ее, лишь смотрел строго. Алине стало не по себе.       - Я узнала об условии, которое вы и Ана Куя поставили Мальену, чтобы он стал директором Керамзина, - произнесла, - я хочу, чтобы вы отозвали документ. Это мешает карьере Мальена. И мешает... мне. На лице Керамзова не дрогнул ни единый мускул. - Как это мешает тебе? - спросил он мягко, - документ призван защитить твои интересы. Мальен должен при любых - подчеркиваю: любых! - обстоятельствах заботиться о тебе. - Всеволод, - Алина задержала дыхание, словно перед прыжком в воду, - я хочу развестись с Мальеном, и он не дает мне развод, потому что может лишиться должности из-за вашего требования. Всеволод окинулся на спинку кресла, поджал губы. - Значит, это правда. Признаться, я не поверил Мальену, когда он позвонил мне и рассказал о твоем желании.       Алина почувствовала, как комната расплылась перед глазами, сердце сбилось на мгновение, рука Алины уже привычным движением метнулась к груди, словно в попытке удержать сердце на месте. Мальен ее опередил. Пока она пыталась прийти в себя физически и морально, этот ублюдок уже успел настроить Керамзова против нее. - Алина, послушай, - так же мягко продолжил мужчина, - в семейной жизни бывает всякое, но развод не выход. Когда люди любят друг друга, они идут на уступки. - Я не люблю Мальена, - холодно произнесла Алина. - Бывает, что семьи переживают не лучшие времена, - Керамзов словно ее не слышал, - ты оступилась, ошиблась, так бывает. Измена отвратительна, но Мал готов ее забыть, простить тебя. Алина хрипло рассмеялась, и Всеволод осекся. - Готов простить? - произнесла, улыбаясь нервно, - как он благороден, правда? Может, быть мы поговорим о том, что я вынуждена была бежать из дома практически без вещей? О том, что у меня нет средств к существованию? О том, что я получила минимальную зарплату без всяких положенных сотрудникам приютов надбавок и даже пожаловаться никуда не могу, потому что именно эта сумма стоит у меня в трудовом договоре! О том, что Мальен сделал так, что ни одна школа, куда я подала резюме, не взяла меня на работу! Он оставил меня без всего! - Алина вскинула правую руку, - я продала обручальное кольцо, и не сморите на меня с таким ужасом! Мне нужны деньги и не нужны напоминания! Мал не дает мне дышать! Жить! И все из-за вашего условия! Я не нужна ему! Как только не будет угрозы его карьере, он отпустит меня. Прошу, Всеволод, пожалуйста, - последнее Алина прошептала, совершенно выдохшись от такой эмоциональной речи.       Всеволод смотрел с сочувствием, но в глубине его глаз тлело упрямство. - Мальен поступает отвратительно, я с ним поговорю, - медленно произнес Всеволод, - но он любит тебя, он надеется на примирение. - Это не любовь, - тихо произнесла Алина. - А что тогда любовь? - голос Керамзова стал холоднее, - твоя... связь с Александром Морозовым? Ты думаешь, что уйдешь к нему? Алина вздрогнула. - Не впутывайте Александра, - отчеканила, - он здесь совершенно не при чем! - Еще как при чем! - повысил голос Всеволод, - чужая жена - табу! - Он не знал, что я замужем, - тихо произнесла Алина. - Приехав в Керамзин, знал, - отрезал мужчина, - и я еще поговорю с Ланцовым на тему морального облика его сотрудника, почти сына!       Алина оцепенела. Меньше всего она хотела, чтобы у Александра были проблемы. Нет, это было немыслимо, чтобы ее Заклинатель Теней пострадал из-за нее. - Все в прошлом, - надтреснутым голосом произнесла Алина, - между мной и Александром все кончено. Как же больно было озвучивать это вслух! Эта боль выворачивала наизнанку, но произнести эти слова было необходимо, чтобы самой себе напомнить, что не между ней и Александром не будет более ничего. - Тогда вообще не понимаю, что мешает тебе вернуться к мужу, - пожал плечами Керамзов, - ты выбрала этого мужчину, связала себя священными узами брака, ты обещала быть с ним в болезни и здравии... - В горе и в радости, - перебила Алина, - мы не венчались, если помните. - Это не снимает с тебя обязательств. Алина нервно выдохнула, казалось, что она бьется о каменную стену, и уже в кровь разбила руки. - Ты ведь не просто пришла попросить отменить документ. Что документ? Ерунда! Я хоть сейчас могу его отозвать, - пожал плечами Керамзов, - хотя по-прежнему считаю его гарантом прежде всего твоего благосостояния. Ты ведь пришла попросить, чтобы я повлиял на Мальена, и он дал тебе развод. - Но он успел раньше, - горько усмехнулась Алина, - и вы встали на его сторону. Потому что он мужчина. Вы говорите о моем благосостоянии, и где же оно? - девушка развела руками, показывая себя, - мне не нужны его деньги. Мне не нужна его помощь, забота и вообще присутствие в моей жизни. Я не люблю его больше. Я не хочу быть с ним рядом. Мне жаль, что вы не можете этого понять, что вы отказываете мне в помощи. Мне всегда вы казались разумным человеком, а Ана Куя говорила, что я всегда могу обратиться к вам за помощью. И я верила в это. Жаль, я ошиблась, как и Ана Куя, - Алина поднялась, - простите, что отняла ваше время.       - Ну-ка сядь, - Керамзов даже по столу легонько прихлопнул ладонью, - мы не договорили, - он нажал кнопку селектора, - Софья, принесите нам кофе, - он вновь перевел взгляд на Алину, - присядь, пожалуйста, - повторил. С обреченным вздохом Алина опустилась в кресло, Керамзов забарабанил пальцами по столу. Они молчали, пока не принесли кофе. Керамзов сам налил Алине кофе, добавил сливки и сахар, подобвинул ближе к ней вазочку с печеньем и колотым шоколадом. - Не люблю сладкое, а ты всегда была сладкоежкой в детстве. - Была, - мрачно кивнула Алина, беря кусочек шоколада, покатала его на языке, чуть прищурившись от удовольствия. - Ана Куя предлагала твою кандидатуру, - внезапно произнес Керамзов, - на должность директора приюта. Ты всегда ладила с детьми, с учителями, знала о нуждах Керамзина. Ты Заклинательница Солнца, это вообще был бы очень красивый и продуманный жест - гриш на руководящей должности, хотя это отчасти и смущало Ану. Еще восемь лет назад гриш на высокой должности был большой редкостью. Но я не видел в тебе желания. Ты готова была хранить семейный очаг, быть поддержкой и опорой Мальену, но не руководить. Хотя мне ты всегда казалась весьма способной девочкой. Алина пожала плечами. Она не отрицала того, что довольствовалась ролью тени, ей нравилось амплуа серого кардинала. Или она так думала. Ей казалось, что нравилось. В восемнадцать лет так тяжело понять, чего же ты хочешь на самом деле. - Вы же такая прекрасная пара, Алина, - покачал головой Всеволод, - я понимаю, почему ты увлеклась Морозовым, он видный мужчина. Но, Алина, вопрос его надежности как партнера... - Александр не при чем, - четко произнесла девушка, - я ушла от Мальена не к нему. Мы не вместе с Морозовым. И не будем вместе. Всеволод нахмурился, явно с недоверием отнесся к ее словам. - Светлана тоже уходила от меня, - усмехнулся Всеволод. Алина удивленно посмотрела на Керамзова, он и его жена казались образцом крепкой семейной пары. - Да-да, - кивнул мужчиина. - И вы тоже перекрыли ей кислород? - сухо поинтересовалась Алина, - вы поэтому одобряете действия Мальена? - Я не одобряю действий Мальена, - в тон девушке ответил Керамзов, - и я не перекрывал жене кислород. Я отпустил ее. Она вернулась, ведь мы любили друг друга. - Я не вернусь, - отрезала Старкова, - а вообще, наверное, могла бы заставить Мальена исполнять обязательства по вашему документу, правда? - Ну ты уж реши: мы отзываем документ или заставляем Мальена исполнять обязательства, - невозмутимо произнес Всеволод. Старкова встрепенулась, посмотрела на прищурившегося мужчину, который сверлил ее внимательным взглядом поверх чашки с кофе. Он пил двойной эспрессо без сахара и сливок, как Александр. Мысли о Заклинателе Теней отозвались привычным уколом в сердце, тошнотворной выматывающей тоской. - Отзываем, - поспешно произнесла Алина. Керамзов вздохнул, отставил чашку, звякнуло блюдце. - Хорошо, - кивнул, - я попрошу своих юристов подготовить документы. Когда процедура завершится тебе и Мальену будут направлены уведомления. - Спасибо! - прижав руки к груди, выдохнула Алина, - Всеволод, спасибо! Это очень много значит для меня! - Погоди, - взмахом руки прервал ее мужчина, - документы будут готовиться около недели. - Почему так долго? - недоуменно приподняла брови Алина. - Потому что я так хочу, - отрезал Керамзов, - я хочу, чтобы у тебя была неделя на размышление. Ты можешь позвонить мне в любое - я подчеркиваю: любое! - время, Алина, и отменить свое решение. Если я не дождусь звонка, я пущу документы в работу. У Алины на языке вертелось: я ни за что не отменю своего решения! Но она благоразумно промолчала, лишь склонила голову в знак согласия. - И еще, - Всеволод открыл ящик стола, порылся в нем, а потом положил на стол перед Алиной визитку, - это номер телефона директора первой специализированной школы. - Мистера Денисова? - удивилась Алина. - Нет, там уже пару лет заведует Марта Войцеховская, она моя знакомая. Я поговорю с ней. Возможно, она возьмет тебя на работу. Но там высокий отбор, как ты понимаешь. Имя и фамилия показались Алине знакомыми, но она отмахнулась от этих мыслей. - Меня не возьмут, Всеволод, - покачала головой, - чтобы работать с детьми-гришами нужен специальный сертификат, обучение на сто сорок четыре часа. У меня его нет. - Пройдешь задним числом, - махнул рукой Всеволод, - пройдешь во время работы. Если Марта тебя возьмет. Я лишь попрошу ее побеседовать с тобой и пообещаю, что со стороны комитета не будет санкций в отношении школы. Впрочем, не уверен, что Марта вообще чего-то боится, даже комитета, - он улыбнулся, - я всего лишь даю тебе шанс показать себя, Алина. Все в твоих руках. Алина поспешно кивнула, взяла визитку, убрала в сумку. - Спасибо, - прошептала. - Надеюсь, что ты понимаешь, что делаешь, девочка, - покачал головой Керамзов. ***       Алина вылетела прямо под дождь, не обращая внимания на потоки воды, так она была воодушевлена. Огляделась по сторонам и, перебежав дорогу, нырнула в кофейню. Аромат кофе и волна теплого воздуха почти сбили с ног, но девушка улыбалась. Изучая меню, набрала Нину. - Собирайся, - велела, - пока выпью кофе, а потом встретимся у метро. И пойдем заказывать тебе платье. - Я слышу бодрый голос, - было слышно, как чем-то шуршащая подруга, улыбается, - все прошло успешно? - Да! - Алина даже рассмеялась от облегчения, - подробности расскажу при встрече.       Алина сбросила вызов и сосредоточилась на меню. Кофейня была дороговата для нее, но раз уж у нее почти праздник, то почему бы и не позволить себе немного больше. Старкова чувствовала, что даже дышать ей стало легче, словно с плеч свалилась гранитная плита, что придавливала ее к земле, не давая поднять голову. Сердце билось ровно и четко, без перебоев, без боли. Алина знала, что ей предстоит нелегкий путь, но, возможно, что-то начнет налаживаться.             - Алина? - окликнул ее кто-то, когда она уже была готова сделать заказ. Девушка обернулась и удивленно моргнула пару раз. К ней подошла Женя, а рядом с ней... - Здравствуйте, Женя, - хорошее настроение испарилось, - здравствуй, Зоя. Синие глаза сканировали Старкову с непередаваемым презрением. Рядом с Ланцовой, одетой в элегантное светлое пальто, Алина ощущала себя замарашкой, нелепой девочкой рядом с блистательной дамой. Глядя на прекрасную шквальную, Алина вдруг поняла, почему Александр не захотел быть рядом с ней. Вот птица его полета, ему подойдет женщина наподобие Зои Ланцовой, красивая, элегантная, уверенная в себе, а не промокшая насквозь девчонка в дешевых джинсах, которая забыла зонт. Ах, да! Зонта у нее теперь ведь тоже не было. - Какая неожиданная встреча! Так приятно! - Женя, кажется, искренне была рада ее видеть, что не укладывалось у Алины в голове, вспоминая о том, как она хамила Сафиной, не давала выполнять свою работу, - вы подстриглись, - похвалила, - вам так идет. - Благодарю, - сухо произнесла Алина, кофе пить резко расхотелось. Она едва не поморщилась от досады. Как же так! Иногда Ос Альта казалась слишком тесной для двенадцатимиллионного мегаполиса. - Вы знакомы с Зоей? - немного удивленно произнесла Сафина. - Мы знакомы, море порой дарит интересные знакомства, - холодно кивнула Ланцова, ответив за Алину, губы ее искривила жестокая усмешка, - как супруг?       Алина вздрогнула и побледнела. Сжала в кулак руку, на которой больше не было кольца. Перед глазами вновь пронеслись картинки той ночи, когда беседовала с Мальеном. Девушку затошнило. - Алина, все в порядке? - заботливо спросила Женя, переводя удивленный взгляд с Алины на Зою, не понимая, конечно, что происходит.       Едва ли понимала до конца сама Зоя. А Старкова догадывалась, что злость, читающаяся во взгляде Зои, это злость из-за лжи Алины. Супруга Николая вовсе не была так же лояльна, как он сам. Она злилась за то, что Старкова обманула Александра.       Но, справедливости ради, они с Морозовым никогда не поднимали тему семьи и их дальнейших отношений. Да, Алина не говорила о том, что замужем, но ее об этом никто не спрашивал! Она не лгала. Просто... не сказала. И никто не давал права прекрасной Зое разговаривать с Алиной в подобном тоне. Это ведь было только между Алиной и Александром. Зачем было лезть в их отношения? Впрочем, никаких отношений уже и не было. - Спасибо, Мальен в порядке, - сухо произнесла девушка.       - Вы видели, конечно, газеты, Алина? - Женя изо всех сил пыталась разрядить обстановку, - вы замечательно выглядите в кадре! Вообще получился отличный репортаж! Господин Ланцов доволен. - Я очень рада, Женя, - мягко произнесла Алина, хотя ей и дела не было до господина Ланцова, а газет она, конечно, не читала. Она вообще о них забыла, слишком уж много проблем на нее свалилось.       Зазвонившему телефону, Алина еще никогда не была так рада. Она вытащила его из кармана, взгляд Зои скользнул по руке девушки. - А кольцо ты не носишь, чтобы ввести в заблуждение еще пару-тройку мужчин? - прошипела Ланцова. - Зоя! - глаза Жени округлились от шока, - что ты такое... - Нет, Зоя, - спокойно произнесла Алина, в груди у нее клокотал гнев, кожу жгло изнутри, солнце рвалось наружу, - кольцо я продала. На опешившую Зою было приятно смотреть. - Женя, - повернулась к изумленной Сафиной Алина, - было приятно повидаться. Зоя, передавай привет Николаю и Максиму. Всего хорошего.       И, сжимая в руке трезвонивший телефон, Алина вышла на улицу. - Да! Я уже бегу к метро! - ответила, не глядя на экран. - Надеюсь, чтобы потом появиться дома? - голос Мальена заставил споткнуться и резко остановиться прямо посреди улицы. На нее кто-то налетел, кажется, кто-то обругал, с неба сыпался дождь, и тонкая куртка уже промокла насквозь, но Алина не замечала ничего. Леденящий ужас расползался по телу, сковывая. Все эти дни Мал не звонил и не писал. И Алина, расслабившись, приняла вызов не глядя, уверенная, что ей звонит Зеник. Как глупо! Хотелось выругаться. - Возвращайся, Алина, - продолжал Мал, - Керамзин ждет тебя. Это же твой дом. Твоя... работа, - последнее он произнес насмешливо, - ты же уже поняла, что нигде не нужна, кроме как здесь.       О да. Она поняла.       Поняла, когда ей отказали без объяснения причин все работодатели. И она рыдала на кухне Нины от отчаяния, а подруга ругалась на чем свет стоит. Кажется, приличных выражений тогда вообще не срывалось с губ разозленной Зеник.       Поняла, когда пришла сегодня к Всеволоду и узнала, что Мальен побывал у него, опередив Алину, представив меценату свою версию событий. Но Керамзов дал ей надежду.       Алина чуть было не сказала об этом Мальену, так хотела стереть это раздражающее самодовольство из голоса мужа - он был уверен, что загнал Алину в угол, - но вовремя прикусила язык. Не стоит пока Оретцеву знать о том, что Всеволод встал на сторону Алины. Мало ли, что взбредет в голову ее пока еще мужу.       Алина молча сбросила вызов. Ей нечего было сказать Мальену. И не хотелось говорить. Она все еще чувствовала себя расстроенной встречей с Зоей, униженной и растоптанной одним напоминанием о том, что Алина вовсе не пара Александру. Впрочем, он сам показал это.       Девушка прикрыла глаза, а потом отправила телефон Мала в черный список. Ее выбивали из равновесия его звонки и сообщения. Глупо было не сделать этого раньше. Впрочем, Алина еще надеялась, что Мал отступится, успокоится, и они смогут нормально поговорить. Может быть, так и случится, когда Всеволод отзовет свою глупую бумагу. Алина позвонит мужу через неделю, и они, возможно, все же смогут решить дело миром. Ведь тогда у Мала не будет ни единой причины удерживать рядом с собой Алину.       Хотя еще оставалась репутация, над которой Мальен так трясется, его возможное повышение, о котором он даже не сказал ей до скандала. И, казалось бы, Алину не должно это волновать. Но именно его повышение мешало девушке стать свободной. А она хотела стать свободной, чтобы Мальен никак не мог повлиять на ее жизнь. И еще оставался банковский счет, которым Мал без нее даже воспользоваться не сможет. И теперь оказавшись без всего, Алина поняла, что вовсе не собирается отдавать ему все деньги, хотя и обещала это во время их разговора в приюте. Но теперь - нет. Половина этих денег принадлежит ей, потому что так хотела Ана Куя, и Алина пополняла счет точно так же, как и Мал. Так какой драной волькры она будет отдавать эти деньги? Ну нет! Она еще поборется за них!       Фыркнув, Алина решительным шагом направилась к метро. ***       - Тебя не учили брать зонт? - Нина зудела над ухом, пока они шли к ателье, - ты простынешь. - Не простыну, - отмахнулась Алина, - у меня теперь есть мотивация быть здоровой и сильной! Зеник фыркнула насмешливо, а потом приобняла подругу за плечи. - Я очень рада, что Керамзов пошел тебе навстречу. Мы еще поборемся!       Алина счастливо улыбалась. И не имело никакого значения, что она замерзла, что она голодна и так и не получила свой кофе.       Вспомнив о встрече в кофейне, Алина поморщилась. Зоя живо указала Алине ее место, напомнила ей, что девушка не нужна Александру. Что же, другого от блистательной Ланцовой ожидать не приходилось.       - Что это ты помрачнела? - тут же насторожилась подруга. - Замерзла, - отмахнулась Алина, толкая дверь ателье. Внутри было тепло, играла ненавязчивая тихая музыка, пахло чем-то свежим и до невозможности приятным. - Добрый день, - к ним поспешила улыбчивая девушка, окинула посетительниц внимательным взглядом, но ничего не сказала. Наверное, ее научили не судить по внешнему виду. Это было приятно. - Мы бы хотели, - начала Зеник, переглянулась с Алиной, - в общем, я бы хотела сшить свадебное платье. - Во фьерданском стиле, - добавила Алина. - Да, - кивнула Зеник. Девушка задумчиво кивнула. - Присаживайтесь, я сейчас приглашу господина Костюка. Алина и Нина снова переглянулись и присели. Пока они ожидали, им принесли кофе, и Алина под многозначительное хмыканье подруги схватила чашку с такой поспешностью, словно от этого зависела ее жизнь. - Это зависимость, детка, - шепнула на ухо Зеник, - ты в курсе? - Заткнись, - пробурчала Алина, а сама вертела головой по сторонам, разглядывая готовые платья.       Ее внимание привлек черный наряд, стилизованный под кафтан, расшитый золотой нитью. Тяжелое, бархатное платье притягивало взгляд, от вышивки невозможно было оторвать взгляда. Рядом висело еще одно - синее с серебряной вышивкой, напоминавшее о шквальных. И Алина быстро отвела взгляд, поморщилась.       - Коллекция в стиле кафтанов гришей прошлых веков, - послышалось рядом, - Давид Костюк, - молодой мужчина поклонился им. Он выглядел интересно в узких черных брюках и фиолетовом кафтане, расшитом серой нитью. На носу у него были огромные очки в тонкой оправе, которые то и дело съезжали ему на нос, и он поправлял их. - Нина, - представила Зеник, внимательно разглядывая мужчину, - а это моя подруга - Алина. - Очень приятно, - мужчина присел напротив, закинул ногу на ногу, в его позе было природное изящество, - итак, девочки сказали мне, что вы хотите платье во фьерданском стиле. Необычное пожелание для жительницы Равки. Могу я поинтересоваться, почему? - Мой жених - фьерданец, - спокойно отозвалась Нина и шумно отхлебнула кофе, глядя с вызовом, - хочу сделать ему приятно. А еще мне нравится их вышивка. - Значит, платье будет с вышивкой, - кивнул Костюк, задумчиво постучал себя пальцем по губам, а потом тонко улыбнулся, - это прямо вызов, Нина. Я давно не шил ничего подобного! - глаза его загорелись.       На середине разговора о традиционном фьерданском кружеве, - они решили, что платье непременно будет кружевным, - о вышивке, которая была разной в разных регионах и о том, что можно совместить вышивку фьерданскую с той, что носили гриши еще несколько столетий назад - Давид был в восторге, когда узнал, что Нина - сердцебит, - Алина отчаянно заскучала.       Ее свадьба была намного проще того, что собиралась устроить Зеник. Нет, подруга не собиралась звать сотню гостей и закатывать грандиозный банкет, но она была очень внимательна к деталям. И от обсуждения этих деталей у Алины голова шла кругом.       Она поднялась, чтобы размять ноги, Давид и Нина, слишком увлеченные обсуждением, даже не заметили этого. Алина побродила по салону и остановилась у того самого черного платья. Задумчиво смотрела на него, вблизи оно выглядело еще более красивым, чем на расстоянии, завораживающим. Мягкость ткани, которую Алина взяла в руки, тончайшая вышивка, воздушное кружево длинных рукавов и фасон с распахивающейся при ходьбе длинной юбкой. Очень красивое. Алина мечтательно улыбнулась.       - Вы знаете, - раздался над ухом голос Давида, - это платье мне однажды приснилось. Алина обернулась, посмотрела на модельера. - Я тут же нарисовал эскиз. Лично контролировал каждую деталь, - Костюк улыбнулся, - на него до сих пор не нашлось покупательницы, хотя многие примеряли. Но оно не идет никому. Наверное, ждет свою Заклинательницу Солнца. Я пообещал себе, что если однажды встречу ее, то просто подарю ей это платье. Все равно оно такое... характерное, никому не дается в руки, - он говорил о платье, как о живом существе, о своем ребенке, с трепетом, почти благоговением. Алина вновь посмотрела на платье, такое красивое.       - Что же, - подошедшая Зеник, как всегда, была прямолинейна, - тогда, думаю, что нам всем повезло. Заклинательницу Солнца вы встретили! Повисла пауза, глаза Давида расширились. У Алины порозовели щеки. Она вовсе не собиралась просить Давида исполнять его обещание, которое он дал сам себе. Это было так неловко. - Солнышко? - Нина вскинула бровь, в глубине ее глаз тлела добрая насмешка.       Алина вздохнула, робко улыбнулась, а потом взмахнула рукой, собирая свет в солнечные зайчики, которые весело закружили по полу, все быстрее, быстрее, быстрее, а потом превратились в искрящиеся сферы, закружившие хоровод вокруг ошарашенного модельера. И, взмыв к потолку исчезли. Повисла тишина. Краем глаза Алина заметила изумленных помощниц Давида.       - Оно ваше, - твердо произнес мужчина. - Нет-нет! - Алина даже отшатнулась, прижав руки к груди, - оно стоит денег, вашего времени. Нет! Ни в коем случае! Да и вообще, - занервничала, - оно же может мне вовсе не подойти! - Я уже вижу, - Давид скользнул взглядом по фигуре девушки, - что оно вам подойдет. Оно ждало только вас, Алина. И оно ваше. Красивая девушка должна носить красивые платья. А Заклинательница Солнца - особенные. Это платье особенное, Алина. Оно принесет вам удачу, поверьте.       Он коротко кивнул своим помощницам, и они тут же подлетели, чтобы снять платье с вешалки и упаковать. Нина стояла довольная донельзя.       Ошарашенная Алина смогла только пролепетать слова благодарности, от которых Костюк просто отмахнулся.       Они договорились, что Нина зайдет через пару дней, чтобы с нее сняли мерки, а заодно посмотрит эскизы, которые нарисует Давид. Распрощались они вполне довольные друг другом.       Прижимая к себе пакет с платьем, Алина первая вышла на улицу. Дождь уже закончился. Было сыро и пасмурно, тяжелые тучи нависли над Ос Альтой, с деревьев почти облетела листва, дул пронизывающий ветер. И в целом картина была безрадостной.       - По-моему, все прошло отлично, - Зеник взяла подругу под руку и потащила по улице, - свадебное платье обсудили, тебе наряд на свадьбу нашли. И вообще он странный малый, конечно, но приятный. - Нина! - невольно улыбнулась Старкова. - Что? Кстати, Инеж скинула дату и время прилета. Наша задача встретить ее в аэропорту так, чтобы нам вслед оборачивались! - Нина была полна энтузиазма. - Едва ли Инеж это оценит, - рассмеялась Алина, которая знала, что Гафа, как и она сама, не любит пристального внимания. Зря ее, что ли, называли Призраком. - Вы. Скучные, - сверкнула глазами Нина и хмыкнула, - а платье шикарное. Уверена, что он прав - тебе оно обязательно подойдет.       Алина посмотрела на пакет.       Удачу, говорите, принесет? Что ж, немного удачи ей не помешает.