Вспышка

      Подперев голову рукой, Алина смотрела, как Нина носится по кухне. По квартире плыли запахи рыбы, сливок и чеснока. Зеник готовила национальное фьерданское блюдо - форель, запеченную на картофельной подушке под чесночным соусом. Самым сложным было правильно приготовить соус.       «Это особое искусство», - сказал Нине Матиас. Для сердцебитки это прозвучало как вызов. Хотя едва ли Хельвар вкладывал в эти слова именно этот смысл.       Алина не могла нарадоваться на их пару. Спокойный, уравновешенный, надежный Матиас прекрасно гасил порой излишнюю эмоциональность ее подруги. А Зеник охотно это позволяла, чем удивляла, но и радовала, Алину безмерно. Они были красивой парой. А еще очень счастливой парой. Удивительно гармоничной, даже старая вражда между равкианцами и фьерданцами, казалось, не коснулась их.       - Вы такие замечательные, - произнесла Алина и тут же предложила, - может быть, я все-таки помогу? Хотя бы с соусом. Нина круто развернулась к Алине, смахнула рукой в муке прядку волос со лба. На коже остался белый след. - Нет! Я должна сама! Я должна доказать этому, - она осеклась и улыбнулась, как было всегда, когда говорила о своем женихе, - да и вообще, солнышко, две хозяйки на одной кухне - дурная затея. Алина тут же помрачнела, отвела взгляд. - Нет-нет, - тут же отозвалась Зеник, которая знала подругу слишком хорошо, - не смей даже думать! - О чем? - поджала губы Алина. - Я слышу твое сердце. Я знаю твои мысли, - преувеличенно зловещим тоном произнесла Нина. Старкова закатила глаза. - Но мне и, правда, неловко, что я стесняю тебя. - О святые! Старкова! Нет, ну я понимаю, что ты с детьми работаешь, но сама вроде не ребенок уже, неужели тебе тоже надо повторять по сотне раз? Хорошо. Я повторю: ты мне не мешаешь! А насчет того, что мы замечательные, - Нина вдруг усмехнулась как-то странно, отвернулась к плите, стала помешивать соус, по квартире плыл восхительный запах чеснока. На соседней сковородке шипела морковь с луком, - ты бы видела лицо Матиаса, когда я подошла к нему на конференции. Он представлял медицинское оборудование, я заинтересовалась. Кто-то из принимающей стороны ляпнул, что я гриш, сердцебит. Мол, вот, зря фьерданцы нас недооценивают, мол, очень полезная способность, особенно для реаниматолога. Брезгливое выражение лица Матиаса можно было фотографировать и на выставку отправлять как образец эмоции. Его предки, как я узнала потом, веками служили в рядах дрюскеллей. Это сейчас они не охотятся на гришей, ну официально, это сейчас это просто элитное подразделение армии Фьерды, да и что гришей во Фьерде ловить. Там кто не эмигрировал, сидят тихо по резервациям и лишний раз носа не высовывают. Но что было много веков назад, ты и сама знаешь. Матиас, наверное, смотрел на меня и думал: как жаль, что гришей больше на кострах не сжигают. Я так разозлилась, - Нина сняла соус с огня и принялась нарезать тонкими пластиками картофель, - не смогла просто оставить все, как есть. Начала расспрашивать его обо всем. И ему пришлось отвечать мне. Он не мог не ответить. А потом я ушла поздно с конференции, шел дождь. Ты не представляешь себе, какие у них дожди осенью. Что-то со снегом и льдом, холодное настолько, что, кажется, замерзают все внутренности. Я не могла поймать такси, забыла зонт, вымокла насквозь и, видимо, имела столь жалкий вид, что Матиас меня пожалел. Он тоже задержался. Подвез меня до гостиницы. Слово за слово мы разговорились. И вот... мы здесь. В этой точке времени и пространства, - Нина помолчала немного и призналась, - я очень его люблю.       Алина соскочила со стула, подошла к подруге и обняла ее со спины. - Он никогда тебя не бросит! Если уж решил наплевать на традиции своей страны и своей семьи, приехал сюда... Все будет хорошо! - Конечно! - фыркнула Зеник, - пусть только попробует меня бросить! Алина рассмеялась и вновь вернулась на стул. - Он не пойдет завтра с нами? - Нет, - отрезала Нина, - ни он, ни Каз. Никаких мальчиков! Эта ночь только для девочек! - подруга задорно подмигнула. Старкова хмыкнула, в нетерпении поболтала ногами. Инеж с супругом прилетала сегодня поздней ночью. А завтра они собирались идти в клуб, пить, танцевать, веселиться до утра. - Я ужасно по ней соскучилась, - призналась Алина, она не могла дождаться, когда увидит подругу. - Я тоже, - кивнула Зеник, раскладывая рыбу поверх картошки и посыпая зажаркой, - так здорово, что она решила приехать! - Ты говорила, что ее муж - достаточно строгий человек, он ее вообще отпустит на всю ночь? - спросила Старкова. - Каз - сложный. Очень, - призналась Нина, - но он адекватный, в отличие от твоего Мальена. Отпустит. Заклинательница поморщилась. - Мальен не мой. Зеник хмыкнула. - Очень на это надеюсь. Ты уверена? - В чем? - удивилась Алина. - В том, что сможешь отработать с ним две недели? - У меня выбор как будто есть! - рассердилась Старкова, - законодательство Равки никто не отменял, Нина! - Уверена, что есть какая-то лазейка, - отмахнулась Зеник, - просто мы ее не знаем!       Алина помолчала, задумчиво стала рисовать пальцем на столе узоры. - Будет тяжело, - произнесла, - уже тяжело. Но выбора нет. Я перетерплю эти две недели. Просто я боюсь, что Мал... - Старкова закусила губу, - ну, он способен, как оказалось, на любую подлость. Он же сказал Александру, что я... - девушка осеклась. Она так много думала над этим. О том, что Александр искал ее. О том, что Мал сказал Морозову. И о том, что виновата сама. Ей не стоило молчать, игнорировать звонки и сообщения Александра. А теперь она не знает, что делать. Растерянная, запутавшаяся и нерешительная. - Ты любишь его? - вдруг спросила Нина, - этого Александра? - подруга решительно скрестила руки на груди, пытливо глядя на Алину. - Я... - растерялась от такого простого вопроса Старкова, скулы порозовели, глаза заблестели, - я... - Я вижу, - хмыкнула Нина, - а если любишь, то какой драной волькры ты не борешься? - Я не уверена, что это уместно, - призналась Алина, - я не знаю, как. Я игнорировала его. Я так долго была нерешительна. Я ни разу не сказала ему, что люблю. И ни разу по-настоящему не дала понять, что хочу быть с ним. Я уверила себя в том, что не нужна ему. И... ошиблась. - Любую ошибку можно исправить, - твердо произнесла Зеник. - Возможно, - пожала плечами Старкова и повторила, - но я не знаю, как. - Ну люди придумали телефоны, - проворчала сердебитка, отворачиваясь и ставя поднос с рыбой в духовку, - звонки - одно из полезных изобретений человечества.       Алина вздохнула тяжело. Нина, наверное, была права. Но было страшно позвонить и наткнуться на вполне справедливую холодность, на равнодушие, ощутить себя ненужной и униженной. Это было бы слишком тяжело. Поэтому Алина тянула время, находила себе какие-то дела. Хотя один звонок с предложением встречи едва ли занял бы много времени.       И чем дальше тянула, тем более невозможным казался разговор с Александром. Заклинательница загоняла себя в ловушку, старательно отрезая все пути отхода, не видела выхода. Не была готова сейчас стерпеть насмешку или суровую отповедь. Но будет ли она хоть когда-нибудь готова? Алина понимала, что Александр не должен был постоянно бегать за ней. С ее стороны тоже должны были быть шаги навстречу. И все же, чисто по-женски, было чуточку обидно. Почему он так легко поверил Малу? Почему не спросил ее сам?       Впрочем, он, быть может, и хотел спросить, только она не отвечала на звонки и сообщения.       - Задумалась, - констатировала Нина. Алина вздрогнула, она так глубоко ушла в свои мысли, что не заметила, как Зеник подошла вплотную. Подруга смотрела сверху вниз на Старкову. - Если он тебе действительно нужен, то борись за него. А если не нужен, то забудь его. - Легко сказать, - раздраженно произнесла Алина. - Легко и сделать, если уже определиться, чего хочешь, - пожала плечами Нина, порой она бывала по-настоящему безжалостна, - ты много лет не делала то, чего хочешь. - Иногда мне кажется, что и вовсе разучилась чего-то желать, - призналась Старкова. - Но сейчас желаешь, - произнесла Зеник, - так реализуй. Тем более, что вполне можно реализовать то, чего хочешь. Забрать себе того, кого хочешь. В конце концов, - глаза Нины сверкнули шальным блеском, - хочу познакомиться с мужчиной, который наконец-то сбил мою подругу с того, что все вокруг называют путем истинным! - Да ну тебя! - Алина шутливо толкнула Нину в бок.       Сердцебитка бесстыдно расхохоталась. И ни капельки не была смущена. Она походила на коварную злодейку из старых сказок и была очень довольна этим образом.       Старкова подалась вперед, обнимая подругу за талию, прижимаясь щекой к ее животу, вдыхая запахи чеснока, сливок и специй, закрыла глаза. Зеник погладила Алину по голове. Это было так приятно. Искренние объятия. Искренние чувства. Искренняя, настоящая забота. - Что бы я без тебя делала, - пробормотала Алина. - О, детка, - хмыкнула Нина, - тебе было бы очень скучно. Ты бы стухла от тоски! Старкова расхохоталась в ответ, ей вторил громкий смех Нины. ***       - Дурацкая погода! Дурацкий рейс! - ворчала Нина, - дурацкий... - Кеттердам? - подсказала Алина, посмеиваясь, отпивая кофе и ежась. Спать хотелось ужасно. Самолет из Керчии задерживали на полчаса из-за погодных условий. - Не-а, - Зеник бесцеремонно выхватила стаканчик из руки подруги, - чудесный город. Даже район Бочки. Алина вскинула бровь, забирая кофе обратно. Он слегка остыл, что печалило Старкову. Ей было холодно от недосыпа. Шум аэропорта в какой-то момент слился в единый гул, разбавляемый лишь объявлениями диспетчера, и усыплял еще больше. - Что это за район-то такой? - Довольно криминальный, - отозвалась Нина, - но там лучшие заведения столицы! - Ясно, - фыркнула Алина, - это ты так на свадьбу съездила? - Ну и что, что свадьба! - закатила глаза подруга, - поду-у-у-у-маешь свадьба! Так вот. Кеттердам - красивый город. Тебе надо напроситься к Инеж в гости.       Алина очень хотела бы съездить в Керчию, зря она, что ли, учила керчийский. Но было как-то неловко. Тем более, что теперь Инеж - замужняя женщина. У нее и вовсе может не оказаться времени на подругу. Наконец, объявили о том, что самолет из Кеттердама приземлился, и нетерпение Нины, казалось, достигло своего апогея. Алина снисходительно ухмылялась, глядя на Зеник, которая нетерпеливо переступала с ноги на ногу, готовая мчаться сломя голову, едва увидит Инеж. Допила кофе, прогулялась до урны, вернулась. - Ну и где они? - ворчала Нина. - Дай людям багаж получить, - хмыкнула Старкова, а потом увидела Инеж.       Глаза Гафа сверкнули, на губах заиграла улыбка. Алина собиралась дождаться, когда Инеж и ее супруг подойдут, но у Нины, конечно, были другие планы. Зеник рванула вперед с воплем. Алина пошла за ней. На них смотрели, даже оборачивались. Подоспела Старкова как раз в тот момент, когда Инеж едва выпуталась из объятий сердебитки. - Солнышко, - Инеж обняла Старкову. Алина с радостью ответила на объятия, вспоминая, сколько силы в этих тонких руках, вдыхая запах духов подруги, что-то горьковатое, гвоздичное, едва уловимое, очень необычное и приятное. - Как же я рада тебя видеть, - прошептала Старкова, не в силах отпустить подругу, - как же я скучала! У Алины даже слезы на глазах выступили от избытка эмоций. Она с трудом отстранилась. - Ты представляешь, наша яблоня все еще стоит. Инеж внимательно посмотрела на Старкову. - Интересно только, что ты делала в тех краях, - вполголоса произнесла Гафа, оглядывая Алину с головы до ног. Потом отступила, - Алина, познакомься, мой супруг - Каз. Каз, это Алина Старкова. - Очень приятно, наконец, познакомиться, - улыбнулась Старкова, откровенно разглядывая мужчину.       У него были острые черты лица и тяжелый взгляд, тонкие губы поджаты, словно был чем-то недоволен. Алине стало не по себе. Она не могла понять, какие эмоции испытывает мужчина. - Взаимно, - он ответил нейтрально, - Инеж много рассказывала о тебе. - Только хорошее, - улыбнулась Инеж, беря мужа под руку, прижимаясь к нему всем телом. Выражение лица мужчины на мгновение смягчилось, словно близость Инеж обладала магическим эффектом. - Да-да, - влезла Нина, - все это очень трогательно, но пойдемте уже, а? Мне опостылел этот аэропорт! - В это время года с полетами над морем всегда сложно, - отозвалась Инеж, беря Алину под руку, бросая на Нину хитрый взгляд, - не могли взлететь, - она посмотрела на Старкову, - у тебя новая стрижка. Тебе так идет! - А у тебя новые духи, - покосилась на подругу Алина, - тебе тоже идет. - Это Каз угадал, - Инеж бросила на мужа теплый взгляд. По губам Бреккера скользнула тонкая улыбка, но он никак не прокомментировал. - Где вы остановились? - спросила Нина, на ходу вызывая такси. - В «Равке». - Ох, ну ничего же себе! - присвистнула Зеник, - с размахом! Надолго? Ты так и не сказала. - Неделя. Должны успеть завершить все дела. Внезапно и мне здесь подвернулась работа. Если меня устроят условия, - Инеж бросила на мужа быстрый взгляд. Тот поморщился. Алина прищурилась, пытаясь понять, что не так. - Что за работа? - Обеспечить компьютерную безопасность одной компании, - отмахнулась Инеж, - ничего нового. Так что ты делала у нашей яблони? Алина на мгновение растерялась, не зная, как ответить. - Это, - замялась, не зная, как подобрать слова, - долгая история, и я обязательно... - А она меняет работу, - перебила бесцеремонная Нина, - меняет дом и мужа - тоже. Каз поперхнулся воздухом, брови Инеж взлетели вверх. Алина покраснела, нервно сцепила руки, не зная, куда себя деть. - Солнышко? - вопросительно посмотрела на девушку Гафа. - Я все объясню, - вздохнула Алина, - но в целом, Нина емко обрисовала ситуацию. Все очень сложно. И это действительно долгая история. Они дошли до такси. Каз сел впереди, Алина и Нина по бокам от Инеж сзади. - У меня грандиозные планы! - возвестила Нина, когда машина тронулась. С переднего сидения раздалось хмыканье Каза. - Нет-нет, Бреккер! Не смей хмыкать! Жена и так твоя большую часть года, но пока она в Ос Альте, она принадлежит нам с Алиной. - Я вообще-то своя собственная, - отозвалась Инеж, притворно нахмурившись, но на губах ее играла улыбка. - Ага, - отмахнулась Зеник, - итак! Ты должна познакомиться с Матиасом, попробовать восхитительную форель по-фьердански, а значит, прийти ко мне в гости вместе с Казом. Да-да, Бреккер, тебе не отвертеться. - Как будто с тобой можно спорить, Нина, - как-то устало произнес Каз, вызвав громкое фырканье Зеник. - А завтра мы идем в «Рандеву». - Ого! - округлила глаза Инеж. - Да-да, - довольная Нина откинулась на спинку сидения, - и я даже забронировала нам столик там. - Как тебе это удалось? - изумилась Гафа, - туда же очередь за полгода. - А вот так! - сверкнула глазами Зеник, а потом призналась, - у нас лечился брат владельца. Брат - мудак тот еще, сволочь первостатейная. А вот владелец - милейший человек. Не знаю, какой у него еще бизнес, кроме клуба. Наверняка не слишком легальный. Но мужчина он безупречно вежливый. Он приходил навещать брата, ну я и попросила столик. Рассказала, что ко мне приезжает лучшая подруга, с которой я крайне редко вижусь, - последнее было сказано громко и со значением. Бреккер хмыкнул. - Что мешает приезжать в Кеттердам, Нина? - Да! - поддержала мужа Инеж, - вот что? И тебя, Алина, это, кстати, тоже касается. - Я приеду, - отозвалась вполголоса Старкова, - через полгода, например? - Отлично! Май - прекрасный месяц в Керчии. Иногда даже можно купаться. - Побываешь в Бочке! - зловеще рассмеялась Нина. - Мне не рекомендовали этот район, - спокойно парировала Старкова. - Ну... главное, чтобы ты знала, с кем туда идти, - подмигнула Инеж. Они остановились у гостиницы. Вновь долго обнимались, задерживая нервничающего таксиста. - Завтра, одиннадцать вечера, «Рандеву»! - строго произнесла Нина смеющейся Инеж, - Каз, было приятно повидаться! - И мне, - склонил голову Бреккер, едва заметно улыбаясь, скользнул по Алине внимательным взглядом, - и приятно познакомиться. Старкова тепло улыбнулась. - Мне тоже.       По пути домой Алина заснула у Нины на плече так крепко, что подруге пришлось ее расталкивать. Они поднялись в квартиру в полном молчании, которое Алина нарушила, когда они готовились ко сну. - Очень сдержанный человек Каз, - произнесла задумчиво, не уверена была даже, что хочет ответа на эту фразу. - Ну а каким еще быть человеку, чей бизнес на большую часть нелегален, - пожала плечами Нина. Старкова замерла с одеялом в руках. - Инеж знает? - спросила вполголоса. - А ты как думаешь? - строго посмотрела на подругу Зеник. - И ее это, очевидно, не смущает, - Алина выключила свет, легла, - они любят друг друга. Это видно. - Ну и почему бы им не любить друг друга! - фыркнула Нина.       Алина задумчиво смотрела в потолок. У Инеж всегда было обостренное чувство справедливости. Удивительно, что она смогла влюбиться в человека, который зарабатывал на жизнь не совсем законным путем. Алина нахмурилась. Ей не хотелось бы осуждать. В конце концов, ведь за что-то ее подруга полюбила Бреккера. Полюбила настолько, что связала с ним свою жизнь, осталась с ним в чужой стране. Алина привыкла доверять своим подругам.       - Задумалась, золотко? - спросила Нина. - Так странно, - задумчиво ответила Алина, - Инеж и... такой человек, как Каз. - Любовь - странная штука, - философски протянула Нина, - гриш и фьерданец из рода дрюскеллей. Алина хмыкнула. - Ну тоже верно, - повертелась, укладываясь удобнее, - спокойной ночи, Нина. - Спокойной ночи, солнышко, - в голосе Зеник была улыбка. ***       С трудом протолкавшись через гудящую и вопящую толпу, сходу оглушенные громкой музыкой и ослепленные вспышками света, девушки, наконец, дошли до своего столика. - Уф! - плюхнулась на диванчик Нина. - Именно, - вторила ей Алина. Инеж только посмеивалась.       Пятничным вечером в одном из самых популярных клубов города было яблоку негде упасть. Девушки завертели головами, но официанта в пестрой толпе разглядеть было невозможно. - Ну и ладно! - Нина поднялась с самым решительным видом, одергивая короткое черное платье, - сама все принесу. Инеж? - Что-нибудь с игристым, - отозвалась Гафа. - Поняла, - кивнула Зеник и развернулась, чтобы уйти. - Эй! - возмутилась Алина, - а я? А меня ты не хочешь спросить? - А тебе я знаю, что принести, - подмигнула подруга и исчезла в толпе. - Нет, вы только посмотрите на нее, - возмутилась Старкова, впрочем, не слишком искренне.       Ей было хорошо. Она впитывала атмосферу шального пьяного веселья. Откинувшись на спинку дивана, закинув ногу на ногу, позволив разрезу широкой красной юбки оголить бедро, бездумно смотрела на кружащиеся разноцветные огоньки и беснующуюся на танцполе толпу. Инеж постукивала носком сапога на головокружительной шпильке в такт музыке. - Итак, солнышко, ты обещала мне все рассказать, - начала подруга.       Алина запрокинула голову еще сильнее. Она могла бы сказать, что для такого рассказа сначала нужно выпить. Но уже начала говорить. Слова полились сами, и во второй раз рассказ дался Старковой гораздо легче.       Нина где-то пропала. Гремела музыка, Алина, склонившись к Инеж, рассказала ей все. По мере рассказала на лице Инеж последовательно сменялись удивление, жалость, потом злость, ярость, снова жалость.       - По-моему, солнышко, ты что-то не так поняла, - выдала Гафа, когда Алина закончила рассказ. - То есть? - нахмурилась Старкова, - что тут можно не понять? Мальен... - Ох, да волькра задери твоего мужа! - поджала губы Инеж, - его убить мало за то, что он сделал. Я об этом Александре. Ты должна с ним поговорить. - С кем? - в поле зрения появилась Нина За ней семенили аж два официанта. Довольная и гордая Зеник посмеивалась. На одном из подносов были закуски, на другом коктейли и наборы шотов. Алина ухмыльнулась, глядя на высокий бокал, в котором плескалось нечто травянисто-зеленого оттенка. - Абсент, - протянула Заклинательница. Нина сверкнула глазами. - Итак, - подняла свой бокал сердцебитка, - за встречу! - Ура! - в один голос выкрикнули Инеж и Алина. Девушки сдвинули бокалы.       Полынный запах мгновенно прочно поселился в носу, травянистая горечь обволокла язык, заставив голову Алины закружиться. Тоска и восторг. Привычные мурашки пробежали по телу, словно бы Александр был рядом. Девушка сделала еще глоток, создавая иллюзию присутствия мужчины рядом, позволяя себе расслабиться. - Так о чем речь? - поинтересовалась Нина. - О том, что Алина должна поговорить с Александром, - ответила Инеж. - А! - хмыкнула Зеник, - она тебе уже успела все рассказать! - Ты бы еще дольше ходила, - проворчала Алина. - А ты пей-пей, - развеселилась Нина, - глядишь, у пьяной у тебя появится смелость позвонить. Инеж захихикала, щеки ее раскраснелись, она одобрительно кивнула. Алина смутилась, опустила взгляд, вглядываясь в зеленую муть бокала. - Я веду себя глупо, да? - Что ты, солнышко, - начала Инеж. - Да! - перебила бесцеремонная Зеник. - Нина! - тут же с упреком воскликнула Гафа. - А что? - невозмутимо пожала плечами сердцебитка, - взрослая женщина, а ведет себя хуже подростка. - Ох! - тряхнула волосами Алина, - да ну тебя! Давайте лучше выпьем за дружбу! Инеж, я так рада, что ты приехала, - Старкова обняла подругу. - Ос Альта все равно всегда останется моим домом, - отозвалась Инеж.       После выпитого коктейля, стало совсем легко, тело стало невесомым, Алина громко смеялась, запрокинув голову, над какой-то шуткой Зеник. И чувствовала себя совсем хорошо.       Это было чувство родом из их студенческих лет. Когда у Нина - самая занятая из них - умудрялась выкроить время для прогулок с подругами. В том числе и для походов в клубы. Тогда они, конечно, выбирали заведения рангом пониже. Алина вообще удивлялась, как они живы-то и целы остались после посещения иных притонов. Но было весело. Дешевый и не всегда качественный алкоголь, ужасная музыка, пьяные кавалеры на один вечер, о которых Малу совсем не следовало знать. Просто несколько танцев и неуклюжий флирт. И как же было легко и просто! Весело и беззаботно! Вечера только для них троих. И казалось, что благодаря этой дружбе они горы могут свернуть. А, собственно, почему не могут?       - Пошли танцевать! - вскочила Алина, взметнулся подол красной юбки, стукнули каблучки ботинок, девушка протянула руки подругам, за которые они со смехом ухватились. Алина изобразила усилие, вызывая общий смех.       Так, держась за руки, они и влились в толпу. И Алина закружилась, отдаваясь ритму, забывая обо всем. Позволила себе быть частью толпы, двигалась, оглушенная музыкой, ослепленная огнями. Чувствовала себя совершенно счастливой. Ей это было нужно, сбросить накопившееся напряжение, отпустить себя хотя бы на один вечер, забыть о проблемах и невзгодах, не помнить о Мальене и Александре, о том, что в понедельник начинается ее двухнедельная каторга, иначе и не назвать. Но об этом сейчас Алина предпочитала не думать. Предпочитала просто плыть вместе с музыкой, чувствовать ее, отдаться ей. И это было прекрасно. Одна композиция плавно перетекала в другую, воздух становился все жарче, шум толпы все громче.       Устав, Алина вернулась к их столику, один за другим опрокинула два шота и плюхнулась на диван, вытянув ноги, рядом упала Инеж, покосилась на подругу, улыбалась бездумно. - Как в старые-добрые времена, а? - подмигнула Гафа. - Ага, - кивнула Алина, - и как в старые-добрые времена, мы уже выдохлись, а Нина только начала. Они расхохотались. Старкова отыскала взглядом Зеник в толпе, та и не думала останавливаться, войдя во вкус.       - Расскажи мне, - попросила Алина, - о том, как вы познакомились с Казом? Почему ты его полюбила? Он выглядит таким строгим и суровым. Расскажи. Хочу знать. Скулы Инеж порозовели, на губах расцвела робкая улыбка. Старкова залюбовалась подругой, ее безусловной любовью, что вспыхнула в карих глазах, ее смущением, расцветшим алым цветом на щеках. Это было красиво. - Ну, - Инеж опрокинула шот, - помнишь, перед последним курсом колледжа я поехала на стажировку в Кеттердам? Алина кивнула, вспоминая, как счастлива тогда была Гафа, ее ведь пригласила одна из крупнейших торговых компаний Керчии. - Так вот, - продолжила подруга, - у них был чудный отдел кибербезопасности. Сплошь молодые ребята, талантливые, яркие, безумные. Ну и, конечно, мы считали, что можем все. И как-то раз, основательно выпив, мы поспорили о том, можно ли взломать внутреннюю сеть конкурирующей фирмы. А там, чтобы ты знала, компьютерная безопасность была рангом выше. Считалось, что пробить из защиту невозможно, - Инеж фыркнула самодовольно, - но я не была бы Призраком, если бы не приняла вызов. Алина захихикала, глядя на раскрасневшуюся подругу, которая и сейчас горела праведным гневом: кто-то посмел усомниться в ее способностях. - Ну я и взломала, - небрежно дернула плечом Гафа, - кто ж знал, что компания принадлежит... Казу, - девушка покачала головой, глядя куда-то в сторону, едва-едва улыбаясь, - меня нашли буквально через пару дней. Посадили в машину и повезли в Бочку. И, в общем, я подумала тогда, что настал мой последний час, потому что поездка в самый криминальный район Кеттердама в черном тонированном внедорожнике - это, как правило, путешествие в один конец. И хоть со мной обращались вежливо, но выбора ехать или нет, у меня не было. Каз и его начальник службы безопасности встретили меня лично, - Инеж хохотнула, - Бреккер, конечно, держался, но теперь-то я знаю, как ошеломлен он был, увидев перед собой юную девицу, которая еще даже обучение не закончила. Они спросили, как я взломала защиту. Ну я и показала, объяснив им, где слабые места. Думала: убьют, но Каз, заявив, что не привык разбрасываться ценными ресурсами, предложил мне работу. Я напомнила, что еще даже обучение не закончила, а он ответил, что готов инвестировать в меня, что я буду очень выгодным вложением, это уже сейчас видно. Я понимала, что он... - Инеж помялась, опасливо посмотрела на Алину, - не самый хороший человек, и бизнес его не то, чтобы законен, но понимала и то, что не то, чтобы могу отказаться. Я прокололась знатно. Вот только я ловила себя на мысли, что не хочу отказываться. Ну в самом деле, что ждало меня здесь? А там мне открывались хорошие перспективы. И я согласилась. - Так, - Алина даже подалась вперед, горящими глазами глядя на подругу, - это все еще не рассказ о любви! Инеж смешливо фыркнула, опрокинула еще шот. - А дальше скучнее. Мы работали бок о бок, потому что Каз многое контролирует сам. Он все время оказывался рядом, словно бы невзначай. То обронит, где лучше снимать жилье в Кеттердаме, то посоветует надежную марку керчийского автомобиля, а потом мне на карту упадет, так называемая премия, чтобы можно было взять кредит. То пригласит пообедать, под видом того, что нужно обсудить какие-то дела, хотя это можно было сделать и в офисе, то поинтересуется, где лучше провести отпуск в Равке. И при этом всегда держит черту, дистанцию. Словно бы я просто сотрудник его компании, даже не подчиняющийся ему напрямую. Как же я бесилась, - закатила глаза подруга, - о, если бы ты знала, как я бесилась, когда поняла, что он мне симпатичен. Злилась на него, на себя, на весь свет. Совершенно запуталась, боялась, что принимаю желаемое за действительное. Но он никогда и ни к кому не был столь внимателен, как ко мне. Все вокруг это замечали. И я провоцировала, пытаясь добраться до сути. Безуспешно. А потом обнаглела настолько, что положила ему заявление об увольнении на стол. Лично вот пришла к нему и заявила, что ухожу. - И что? - затаила дыхание Алина. - Это было лучшее решение в моей жизни! - торжественно возвестила Инеж, - мне удалось вывести его из себя, - девушка хихикнула, - по-моему, первый и последний раз. Но зато мы все прояснили. И теперь я... Инеж Бреккер, - Гафа пожала плечами. - Ох, милая, - Алина подалась вперед, обнимая подругу, у девушки даже слезы на глазах выступили. Алина зажмурилась на мгновение, чувствуя, как кружится голова. Последний шот явно был лишним, но едва ли это был повод останавливаться сейчас. - Ну вот оставь вас на полчаса! - рядом плюхнулась возбужденная Нина, - что за крокодильи слезы? - Ничего, - Алина отстранилась от Инеж, глаза которой тоже были на мокром месте, - просто все это... так трогательно. - Что именно? - приподняла бровь Зеник. - Ну как познакомились Инеж и Каз, - шмыгнула носом Старкова. - Ой, святые! - всплеснула руками сердцебитка, - ты о какой части? О той, где он ей угрожал, что тело ее найдут в порту в затхлой воде у пристани, и никто ее не опознает? Или о той, где яростно отрицал, что она ему нужна? А! Может, о той где приводил точные аргументы в пользу того, что ей быть рядом с ним не стоит, потому что, хоть он и постарается защитить то, что ему дорого, но стопроцентной гарантии дать не может? Алина часто-часто заморгала, переводя взгляд с одной подруги на другую, не зная, как реагировать. Нина покатилась со смеху от ее растерянного вида. - Иди! - замахала руками. - Куда это? - возмутилась Алина. - Твоя очередь идти за выпивкой!       Фыркнув, Алина поднялась, неловко покачнулась, пьяно захихикала и танцующей походкой, пытаясь делать какие-то па прямо на ходу, направилась к барной стойке. Махнула рукой, подзывая девушку-бармена и, когда та приблизилась, охнула. - Улла?! - Алина?! Секунду они смотрели друг на друга, а потом рассмеялись. - Вау! Вот это встреча! - произнесла Улла, - шикарно выглядишь! Старкова хмыкнула, дернула плечом, склонила голову в знак признательности. - А ты здесь работаешь? - Пока только стажируюсь, - отозвалась Морозова, - чего изволите? - попыталась сделать шутливый книксен. Заклинательница захихикала, озвучила заказ. - Встретимся через полчасика? У меня будет перерыв, подышу свежим воздухом, поболтаем?       Алина с энтузиазмом кивнула. Она была рада видеть Уллу, смотрела в ее лицо и видела черты Александра, от этого сладко тянуло в груди, сжималось сердце, словно бы встретила дорогого человека. Отсалютовав Морозовой очередным зеленым коктейлем, Алина, ловко уворачиваясь от пьяных посетителей, вернулась к подругам, которые о чем-то оживленно болтали.       Они выпили еще, и снова. Вспоминали юность и школу, и их приключения. Поболтали о предстоящей свадьбе Нины, на которую Бреккеры обязательно должны были приехать. Спохватилась Алина, когда прошло уже гораздо больше получаса, сбивчиво объяснив многозначительно переглянувшимся подругам, куда и зачем она идет, девушка поспешила к задней двери, ведущей в небольшой переулок за клубом, где обычно собирались курильщики.       Сейчас здесь никого не было, только Улла и молодой человек, с которым они разговаривали на повышенных тонах. Алина почувствовала себя неловко, она не хотела становиться свидетельницей чужой ссоры. Но замерла на мгновение, промедлила прежде, чем юркнуть обратно.       Улла имела вид провинившейся школьницы, зато ее парень наседал на нее. Вот Морозова зло поджала губы, вскинула голову, занося руку, но молодой человек опередил девушку, ударив ее. А потом еще раз. Да так, что Улла полетел на землю, а затем на нее обрушился удар ногой. Морозова вскрикнула, инстинктивно сжимаясь, стараясь защититься от следующего удара.       Стерпеть этого Старкова не могла, она тут же ринулась вперед, чуть спотыкаясь. - Прекрати немедленно! - заорала. - Ты еще кто такая? Пошла вон! - пренебрежительно произнес парень. - Уйдешь сейчас ты, - процедила Алина, - немедленно. - Или что? - пьяно рассмеялся парень, - полицию вызовешь? Какое тебе дело до тупой шлюхи? Алина бросила быстрый взгляд на все так же лежащую на земле Уллу. Это было так знакомо, так болезненно. Триггер был слишком силен. Алина нанесла удар, один из тех подлых, которым ее научил Боткин, заставивший парня согнуться, хватать воздух ртом. - Ах ты! - он, впрочем, оправился быстро. Алина дернулась назад, закрывая собой Морозову, концентрируя свет в ладонях, резким толчком посылая волну обжигающего жара вперед. Парень взвыл. - Не надо! - пискнула с земли Улла. - Не надо?! - развернулась к ней Алина, позади стенал и стонал ее парень. - Я сама виновата, - всхлипнула Морозова. - Что? - опешила Алина и тут же твердо произнесла, - нет. Нет такой вины, за которую стоило бы бить кого бы то ни было. - Мы сами разберемся, - тихо произнесла Улла, неловко поднимаясь, Старкова протянула ей руку, на которую девушка с благодарностью оперлась. Ее трясло, на бледной щеке алела ссадина, разбитые в кровь губы распухли, в расширенных зрачках застыла боль, девушка едва стояла на ногах. - Да, слышала, сука! - послышался тонкий голос парня, - мы сами разберемся.       Алина круто развернулась, оставляя Уллу за спиной, непримиримо сверкнули карие глаза. Старкова и сама не знала, откуда в ней столько ненависти, столько злости, но мужчины, которые обижали женщин, не должны были существовать на свете. Алина практически любовалась ожогом на лице парня. - Я сожгу твое красивое личико, - прошипела, делая шаг вперед, и, видимо, вид у нее был настолько безумный, что парень попятился, рука его метнулась к обожженной щеке, в глазах мелькнул страх, - а потом пошинкую тебя на кусочки, - дернула рукой, вспоминая забытые навыки, не уверенная, что получится. Кусок ржавой трубы, отсеченный разрезом, упал рядом с парнем, заставив его взвизгнуть и отпрыгнуть прочь, - и никто никогда не узнает, кто это сделал с тобой. Ты понял меня? - Сумасшедшая сука! - завопил парень. - Пошел вон, - процедила Алина, между ее пальцами бегали огоньки света, угрожающе шипя и потрескивая. - Мы еще разберемся, Улла! - завопил парень, - ты еще поплатишься! - он еще что-то кричал, уходя по переулку прочь.       Старкова развернулась к девушке, как раз вовремя, чтобы успеть подхватить оседающую на землю Уллу. Вся решимость Алины испарилась, она в панике осматривала Морозову, боясь, что упустила какие-то серьезные повреждения. Быстро набрала номер Нины. - Вы нужны мне. Сейчас.       Подруги примчались мгновенно. Не став задавать лишние вопросы, Зеник, оттеснив Заклинательницу, быстро и деловито осмотрела Морозову. Голова Уллы покоилась на коленях Алины, Старкова с тревогой смотрела на хмурое лицо Нины. - Серьезных повреждений нет, - сухо произнесла Зеник, Улла, однако, словно уплывала куда-то, погружалась в сон, - эй! - резко окрикнула Нина, Морозова встрепенулась, - как зовут? - Улла, - пролепетала девушка, - мутный взгляд ее был расфокусирован. - Что употребляла? - спросила Зеник. - Ничего, - прошептала Морозова. - Детка, - рыкнула сердцебитка, - я не прокурор, мне врать не надо! Я помочь хочу. Ну? Какую дрянь? Юрда? Синтетический парем? - бросила быстрый взгляд на руки девушки, - нюхала? Таблеки глотала? - Таблетки, - прошептала Улла, - соль парема. - Идиотка, - резюмировала Зеник, перевела взгляд на Алину, - ей надо в больницу. - Нет! - тут же взвилась Улла, - нет! - попыталась встать, была удержана Алиной, на которую бросила умоляющий взгляд, - мне нельзя в больницу. Мне надо работать! - Работать ты точно не сможешь в таком состоянии, - вполголоса произнесла Инеж, на лбу которой пролегла озабоченная складка. - Мне нельзя в больницу, нельзя, - как заведенная твердила Морозова, взмолилась, - Алина! Пожалуйста!       Старкова колебалась. - Нина? Может быть, ее можно просто увезти домой? В моем сопровождении? - Под твою ответственность, - сухо ответила Зеник, поднимаясь, глядя хмуро, - можешь везти. Но, - поджала губы, тон ее стал суров, - если только она начнет терять сознание, ты увидишь, что дышит как-то не так, ты тут же везешь ее в больницу, ты поняла? Иначе она просто умрет. Морозова вздрогнула, а вместе с ней и Алина. - Я поняла, - ответила Старкова, осторожно поднимаясь и помогая подняться Улле, которая оперлась на нее всем своим весом. Инеж вызвала такси, Нина мрачно смотрела на Уллу, сверлила ее нелюбезным взглядом. - Будь осторожна, - шепнула Инеж, - позвони, как доберетесь. - Помни, что я сказала, - наставляла Зеник, - малейшие сомнения. Малейшие, Алина! Никаких звонков мне и потери драгоценного времени, поняла? Сразу же в больницу! Сразу же! Старкова только кивала. - Тереби ее, не давай спать, - велела Нина, - говори с ней. Дома пусть много пьет. Капельницу бы, конечно, но ты не поставишь. Значит, обильное питье. Ясно? - Да, - кивнула Алина, помогая Улле сесть в такси и забираясь следом. - И не забудь позвонить! - еще раз произнесла Гафа. Старкова благодарно улыбнулась. Дверь захлопнулась. - Куда? - поинтересовался водитель, недовольно косясь на девушек.       Улла назвала адрес. Сердце Алины упало. Потому что даже удалив сообщение от Александра, адрес его квартиры она помнила наизусть.