Встретились как-то Маэдрос, Фингон и Финрод

Смех трёх эльфов разносился по Тириону. Они сидели в небольшой беседке с бокалами вина в руках, увлечённо разговаривая о чём-то. Недавно своё совершеннолетие отметила Артанис, поэтому эти трое не могли не отпраздновать окончание своей работы в роли нянек. Ну, по крайней мере до тех пор, пока не появятся ещё братья, собственные дети или племянники. — Слава Эру все они выросли, — с улыбкой произнёс Фингон, отпивая небольшой глоток из бокала. — эти трое не мало моих нервов потратили за то время что я с ними сидел. — Ну трое это ещё ничего, — с усмешкой протянул Финрод, накручивая прядь золотых волос на палец. — А вот четверо… — он засмеялся, мысленно вспоминая все ужасы такого количества братьев и сестёр. — Если бы мы сейчас соревновались, я бы точно победил, — со смехом сказал Нельяфинвэ, на секунду остановив взгляд на угольно-черных волосах Фингона, в которых виднелись золотые ленты, этим же самым утром вплетённые самим Майтимо. — шестеро, да ещё и двое из них — близнецы, это не так то просто. Мало того, у меня ещё и несовершеннолетний племянник есть. А когда Курво вместе с отцом уползают с головой в работу, а Турко уезжает на охоту, с ним сидим обычно мы с Кано. А этот малой тот ещё проказник. Кузены рассмеялись, вспоминая разные смешные ситуации с их младшими братьями и сёстрами. — У Турукано недавно же тоже родилась дочь. Он от неё не отходит, поэтому сидеть с ней не приходилось ещё, но по глазам видно - тоже будет своенравной. — Может поделимся друг с другом забавными историями из их детства? — спросил Маэдрос откупоривая ещё одну бутыль вина, которую он позаимствовал у Финвэ. — Отличная идея! — ответил Финрод, у которого в глазах моментально появился азарт. — Что скажешь, Финдекано? — Кто начнёт? — кивнув, ответил темноволосый, с интересом глядя на Нельо. — Может я? По праву старшинства. — спросил рыжий, вспоминая одну историю с Макалаурэ, который являлся вторым сыном Фэанаро. Финрод и Фингон закивали, соглашаясь, и по-новой наполнив бокалы, сели ожидать историю от Маэдроса. — Помнится мне, Кано у нас дедушкины королевские одеяния вместе с короной стащил… — слегка подумав, начал рассказ старший феаноринг.

***

Было утро. На этой неделе король Финвэ и старший принц нолдор — Феанор, отсутствовали по причине семейной поездки на природу. Нерданель была занята познанием новых способов обработки металла под руководством Махтана, поэтому приглядывать за маленьким Маглором остался Маэдрос. Позапрошлым днём в Белый Город прибыл художник из ваньяр Валимара, Таурендил. Дожидаясь короля, он согласился нарисовать юных принцев. К сегодняшнему дню портрет довольно взрослого Майтимо и Фингона, который был чуть помладше, уже висел на стене дворцовой галереи. На этой картине молодые кузены сидели рядом на зелёной траве королевского сада — Нельо заплетал другу косы, вплетая в них ленты, поблёскивающие золотом, а Финдекано пытался перебирать струны арфы. Эта картина выглядела весьма забавно, так как арфа была явно великовата маленькому сыну Финголфина. Макалаурэ же рисовать собирались сегодня. Только проснувшись, Нельяфинвэ пошёл к младшему брату, который был уже достаточно большим чтобы спать в отдельной комнате. Едва открыв дверь из своей комнаты, Майтимо натолкнулся на какое-то маленькое существо, вихрем пронёсшееся по коридору. Мигом бросившись за ним, старший сын Феанора был сильно удивлён, так как это маленькое нечто оказалось никем иным как его братом, обмотанным в королевский плащ и в обнимку с небольшой дедушкиной арфой, которая была малышу всё равно великовата. Где-то на его голове — а если точнее, то на плечах, — была золотая корона Финвэ, украшенная красными камнями, подол плаща шлейфом волочился за мальчишкой. — Кано! Вернись сам и верни корону! — крикнул на бегу Маэдрос, пытаясь догнать Маглора. Темноволосый эльфёнок попытался оглянуться, вероятно не услышав шаги брата за шорохом плаща, но запутался в ткани и шлёпнулся на пол. Благо плащ сработал как подушки и смягчил падение. Корона слетела с него, и со звоном откатилась немного в сторону. Арфа упала рядом. Нельо подбежал к младшему, помогая подняться и выпутаться из плаща. Подняв брата на ноги, Маэдрос присел на колено, чтобы быть с мелким хоть немного на одном уровне. — Кано! Куда ты потащил королевские причиндалы деда? — спросил тот, беря в свои руки ладони Макалаурэ. — Рисоваться, — невинно ответил ребёнок, смотря большими глазами на Руссандола. Ещё пару минут рыжий молча смотрел на него, после чего громко рассмеялся, при этом всё же не забывая о королевских манерах. Он поднял на руки черноволосого мальчика со всеми его украшениями, посадил себе на плечи и понёс в том же направлении, куда тот изначально и бежал, не прекращая смеяться. Младший тоже улыбался и тихо хихикал. Через несколько минут они вышли к небольшому саду — тому самому, в котором Таурендил вчера рисовал Фингона и Маэдроса. Сам художник уже сидел под одним из деревьев. Завидев юного принца, едущего на плечах брата явно не в своей одежде, он встал и подошёл к пришедшим. Майтимо спустил Макалаурэ на землю, положил на скамейку арфу и корону, и кивнул, приветствуя художника. — Я смотрю наш юный принц тщательно подготовился к тому что-бы быть моделью, — с добрым смехом произнёс тот, глядя на то, как Маглор ищет место где-бы позировать, пытаясь при этом не запутаться в плаще. — Это да… Чуть пол себя не расшиб, — сказал Нельо, а затем добавил. — Я пойду. Заберу его потом. А то сам свалится, ещё и корону потеряет, — усмехнулся он, кивнул Таурендилу, развернулся и несколькими шагами скрылся в коридорах замка. Маглор в это время нашёл какую-то корягу, напоминающую пень, залез на неё, и уже думал какая поза будет более величественная. Остановился он на том, что уселся в позу лотоса чтобы было не так тяжело держать музыкальный инструмент, плащ спустил с пенька спадать будто ярко-красный водопад, а корону попытался подтянуть обратно на голову, но у него не очень-то и удалось. — Постой, — подойдя к Канафинвэ сказал художник, помогая разместить корону так, что бы она не спадала на плечи. — Вот, теперь другое дело! Можно и начинать, — произнёс он, и получив одобрительный кивок от младшего принца, отошёл за принадлежностями. — Стой ровно, — попросил Таурендил, подтащив поближе холст, краски и кисти, а затем начал работу. К вечеру картина была завершена. Им приходилось часто прерываться так как Кано уставал просто сидеть на одном месте, да ещё и под тяжёлой короной и плащом, который тоже не был лёгким; много крутился и прерывался на треньканье на так понравившемся ему инструменте, которое получалось даже довольно складным. Вскоре вернулся Маэдрос. — Ну как? — спросил он художника, после чего подошёл к Маглору и помог ему снять все королевские украшения. — Всё готово, — ответил Таурендил, поворачивая картину к ним. Макалаурэ сел на пень, внимательно рассматривая результат, пока Майтимо аккуратно сворачивал красную мантию деда. Поблагодарив художника за выполненную работу, Кано взял картину, и, снова забравшись на плечи брата, поехал обратно в замок и самостоятельно повесил картину на отведённом для неё месте в галерее. Довезя младшего до его комнаты, Нельо вернул корону, арфу и мантию на место, проверив чтобы не было ни одной новой царапины или пятна. Следующим днём там же должен был появиться и Финголфин, потом Финарфин, а потом и Финрод, которому тогда было ещё меньше шестидесяти лет — это была стена, где в своё время должен был появиться каждый потомок Финвэ, как и он сам.

***

— …Одна царапина на короне всё же появилась тогда. Надеюсь дедушка не заметил, — с улыбкой закончил старший сын Феанора, отставляя бокал в сторону. Фингон и Финрод тоже улыбались, представляя что было бы если бы Финвэ заметил царапину. Солнце стояло высоко, освещая их лица, и играя бликами в волосах эльфов, пока они пытались вспомнить такие же забавные истории из своей жизни в роли нянек.