Пирог из Лизы

Вдоль по заасфальтировнной горной дороге колесила полицейская тачка. Из приоткрытого окна, через которое внутрь салона просачивался уличный жар доносились нечленораздельные вопли. «Ах, наш Пёсбург - Жемчужина у моря. Ах, наш Пёсбург, Ты знал так много горя! Ах, наш Пёсбург - Любимый русский край. Цвети, наш Пёсбург, Цвети и процвета-а-ай! Наш милый Пёсбург Цвети и процветай!» Курцхааров, сидящий рядом с водительским сидением, снял служебную фуражку и вытер со своего лба капельки пота. Остальные члены экипажа поаплодировали старшему лейтенанту за такое прекрасное исполнение отечественной песни. Сам кобель же отпил из бутылки с водой, стоящей в подстаканнике между креслами переднего ряда, потом вздохнул и положил руки под голову. - Славно поработали! Сейчас доставим этого водилу в участок, а потом…. Но тут глаза лейтенанта широко распахнулись. Вскочив и затормошив рядового, который сидел за рулём, Курцхааров в спешке отчеканил - Мы же забыли ликвидировать поврежденный транспорт! Всем повернуть обратно и держать курс на место задержания преступника! Наряд из полицейских авто развернулся и умеренно поплёлся в обратную сторону. Через пять минут псы уже прибыли в пункт назначения, и поспешили сдвинуть авто при помощи буксировочного троса. Но Курцхааров заприметил одну маленькую деталь - из кузова теперь выходила линия следов от ботинка. По вычисленному размеру обуви сразу стало понятно, что хозяин следов - молодой подросток (либо же карлик). Лейтенант подозвал парочку служебных кобельков и решил вместе с ними пройти по следу и выяснить, кто же прятался в кузовной части грузовика. Не спеша проехав вдоль дорожки из следа, хранители порядка наконец подъехали к блестящему Бентли, выкрашенному в чёрный цвет. Рядом с чуть приоткрытой дверцей лежал непонятный клочок бумаги. Приоткрыв дверь, дабы увидеть салон, Курцхааров вдруг резко сжал кусок служебного плаща в кулаке, пытаясь сдержать рвотные позывы. Возле руля, закинув одну ногу на заднее сиденье лежала женщина с короткими медными волосами. Глаза, потерявшие свою тонкую влажную пленку из слез, закатились под верхнее веко. Вся одежда была раскромсана, а в области грудной клетки зиял огромный шрам, щедро украшенный порцией запекшейся крови. Рядом, опустив голову в щель между сиденьями, лежал щенок - хозяин кроссовок, следы от которых украшали горную трассу. Из щеки торчало лезвие обоюдоострого ножа, рассекая по диагонали нижнюю губу и кончик языка. Изо рта на чёрный мягкий пол стекала пенная слюна. Скривив морду от чувства необыкновенного отвращения, страха и жалости, Курцхааров поднял бумагу с земли и прочитал написанное ручкой поверх: «Доставить на Парфюмерную Улицу, дом 29, второй подъезд, десятая квартира. Передать лично в руки Папе Барбоскину. Не вскрывать, пока не будет передано адресату. После прочтения сжечь.» Курцхааров усмехнулся и уже хотел было разорвать конверт, как вдруг один из рядовых силой выхватил у него бумагу. - Это что ещё за трюки!? - Не советую вам его разрывать! Написано же ведь, что не вскрывать, пока данное письмецо не получит адресат! - спрятал конвертик рядовой. - Это ты откуда такой смелый взялся? Я тебя сегодня впервые вижу. - усмехнулся старший лейтенант. - Меня зовут Двортерьерко! Антон Двортерьерко. Я - новоиспечённый полицейский, только недавно вступил в ваши ряды. - И почему же ты считаешь, что письмо нельзя вскрывать? - все наседал на подчинённого мужчина - У меня есть своя теория на счёт происходящего, поэтому мне нужно устроить своём мини-расследование, дабы все разузнать. А вы не годны на роль моего помощника - вы не заметили в кузове щенка, из-за вас девочка упала вниз к подножию горы, что привело к гибели обоих. Плюсом вы забыли ликвидировать транспорт этого наркоторговца, что говорит о вашей некомпетентности и безалаберности! Курцхааров был поражён такой смелостью и дерзостью своего подчинённого, что снова разожгло внутри него чувство лёгкого азарта. Лейтенант предложил Двортерьерко заключить небольшое пари. - Ну, раз вы считаете, что годитесь в сыщики-любители, то будь по вашему. Начните своё «расследование», только если вы потерпите неудачу, то глумиться над вами я каждодневно буду, и за спиной вашей над упертостью хихикать! Договорились? Мужчины пожали друг другу руки в знак заключения пари. Через шестнадцать часов Двортерьерко выдвинулся на поиски того самого Папы Барбоскина

* * *

В дверь позвонили целых четырнадцать раз. Продрав слипшиеся глаза, отец семейства потянулся и сладко зевнул. Звук дверного звонка нарушил его и без того хрупкий сон, поэтому Папа, по медвежьи пошатываясь, направился в прихожую. Посмотрев в глазок, Отец не узнал фигуры за дверью. На всякий случай спросив «кто там?», мужчина отпер дверцу. На пороге квартиры стоял дворняжка с субтильным телосложением, облачённый в бурый плащ и черно-белый шарф. В руках тот держал конверт. - Добрый день…. - просканировал взглядом непрошеного гостя батя. - Я тут к вам по делу заглянул. Я из полиции. Мне нужен Папа Барбоскин Отец семейства Барбоскиных нервно сглотнул. Приход работника полиции свидетельствует о том, что информация о Лизе и ее страшных похождениях всплыла наружу. Мужчина попытался унять нервишки и убедить себя, что все будет хорошо. Ведь пока самое главное сейчас - это задобрить нежеланного «самаритянина», чтобы усыпить его бдительность. Самый быстрый, выгодный и правильный способ - споить его. Папаша откашлялся и подставил руку под нос рядовому в знак приветствия - Папа. Папа Барбоскин! Очень приятно. Я тот кого вы ищите. Раздевайтесь - засыпал словами кобель гостя - Антон. Антон Двортерьерко. Нет, я, пожалуй, дальше прихожей не осмелюсь пройти Но отец семейства быстро стянул плащ и шарф с Антона, потом быстро разул его и силой спровадил с порога на кухню. - Чай-водка-кофе-вино? - моментально оттарабанил мужчина. - У меня есть великолепный рислинг! - Нет, спасибо. - отмахнулся Двортерьерко. - Мне, пожалуй, просто чашечку кофе, если вы так любезны. Папа Барбоскин не посмел отказать сидящему за столом псу, поэтому достал недавно вымытую из буфета чашку, вскипятил кофейник, а после уже начал наливать крепкое пойло. Украдкой ухмыльнувшись и краем глаза взглянув на беззаботного на вид полицейского, сидящего на стуле и изучающего кухонный гарнитур, Барбоскин тихо вытащил из кармана жилетки упаковку с цианидом и бросил две трети таблетки в напиток. Сыпанул ещё восемь ложек рафинада сверху и размешал. Кофе был подан. Папа сел напротив и за кампанию прихлебнул молока. Внимательно наблюдая за действиями лейтенанта, отец хищно потирал свои лапищи (мысленно), в готовности лицезреть падение Антона Двортерьерко со стула. Но едва губы гостя коснулись пойла, как тут дворняга резко поставил чашку с кофе обратно на стол. - Знаете, а я к вам тут не чаи гонять пришёл! У меня очень важное дело. Письмо отдать нужно. И очень загадочного содержания оно. Я прибыл по адресу на лицевой части конверта. И с этими словами кобель достал бумагу и протянул ее адресату. Руки отца семейства Барбоскиных непроизвольно задрожали. Вскрыв конверт, мужчина начал с трепетом, но про себя читать содержание письма. «Дорогой отец. Пишет твой третий по старшинству сын Геннадий. Если ты читаешь это письмо, то знай, что меня уже нет в живых. Я либо при отправке этого письма не смогу выдержать произошедшего и наложу на себя руки, либо меня собьёт фурой на автостраде. Я осознал, что наша семья не достойна прощения. Мы - прогнившие изнутри порождения владыки ада, что не думают о чувствах ближнего и привносят в жизнь других горожан хаос, бесчинства и нескончаемые потоки агрессии. Но такими оказались и все жители нашего города. Самое лучшее решение - это забрать их с собой. Внутри конверта я положил деньги. Много денег. Те, которые смог выкрасть у матери. 100 тысяч точно. Подкупи этим члена «Тамбурина», чтобы он рассказал тебе, как активировать взрывчатку, тоннами лежащую под городом. Узнай, как взорвать её.» Сквозь костюм отца просвечивались струйки текущего пота. Глаза сразу же забегали из стороны в сторону. Зенки покраснели. Антон Двортерьерко забеспокоился - содержимое письма его сильно заинтриговало, если судить по реакции хозяина квартиры. - Ну, что же там? - Все хорошо. Вы можете идти. До свидания - серьёзным тором отчеканил Барбоскин. Непрошеный гость тут же был спроважен за дверь вместе со всеми своими пожитками. Антон, будучи уже за дверью, хлопнул себя по лбу и взвыл от негодования. - Ну как же так! А я то думал, что он даст мне почитать… - пробормотал рядовой. - Вот же дурья башка… Просто у полицейского было своё мнение на этот счёт. По его версии происходящего именно кто-то в Пёсбурге был замешан в череде непонятных убийств. Директора Йельского университета пристрелили некто в переулке, вероятно, за то, что тот отказался принимать группу молодых псов и собак из Пёсбурга. Та же история с танцевальной комиссией из Дома Юношеского творчества, когда Пёсбург не выиграл в состязании. То же самое и со смертью щенка (Гены) и девочки с крыши хлебного фургона (Лизы). И содержание письма могло бы приблизить его к разгадке. Постояв так ещё минут пять, Антон удалился вниз. Быстро съехав по перилам, полицейский-дворняжка вызвал по телефону такси и стал дожидаться автомобиля, поглядывая в пасмурное небо. Отец же заперся в кабинете, и наконец смог дочитать письмо. «Я хочу, чтобы Песбург взлетел в небеса.»