Your secret is my fear

⇋ ⇌ ☆ ⇋ ⇌

            Феликс подошел к школе Хёнджина, где они договорились встретиться. Ли ждал парня и нервничал, потому что это, можно так сказать, их первое свидание. Они стали переписываться в Инстаграме, это радовало Феликса, но и заставляло задумываться, а не поступает ли так Хван только для того, чтобы загладить свою вину. Но он пока не знал Хёнджина настолько, чтобы понять, что парень так делать не будет. — Фел, – к нему радостно подбегает Джисон. — Что ты тут делаешь? — Хёнджина жду, – мнется Феликс и пытается скрыть глупую смущенную улыбку. — Все-таки все наладилось. Ты его простил? — Да, – отвечает Феликс и снова улыбается, а когда видит за спиной друга фигуру блондина, то теряется и начинает приглаживать свою рубашку, хотя она была совершенно не мятая. — Привет, – улыбается Хван, поправляя рюкзак на плече. — Пойдем? Феликс коротко кивает головой, машет Джисону рукой и уходит вслед за Хёнджином, не знает, куда они идут, но доверяет парню. Джисон остался ждать Минхо за углом школы, их привычное место для встречи после уроков. Там они либо прощались, целуясь, либо шли домой к Ли, чтобы позаниматься перед экзаменами. Не всегда, правда, эти занятия включали в себя только повторение материала и решение задачек по алгебре. Феликс шел чуть позади Хёнджина, хотя парень и так двигался неспешно, но Ли не мог за ним поспеть, шаг у Хвана такой широкий. В какой-то момент Феликс поравнялся с ним и робко посмотрел на его профиль. — Куда мы идем? – спрашивает Феликс. Он смотрит по сторонам, замечает, что они уже дошли до набережной. — Просто гуляем. Хочешь в другое место пойти? – Хёнджин останавливается у забора, облокачивается и смотрит на реку, но потом переводит взгляд на Феликса. На лицо парня падают солнечные лучи, от этого его веснушки становятся еще более выразительными. — Нет, я рад с тобой погулять, – улыбается Феликс и точно так же прислоняется к заборчику на набережной. Все еще слегка неловко находиться рядом с Хёнджином, Феликс толком не знает, как начать какой-нибудь разговор, что спросить у парня. Ситуация кажется Ли сюрреалистичной. Ему было сложно осознать, что он стоит на набережной с тем самым Хван Хёнджином, который имел огромное количество подписчиков в Инстаграме, который являлся моделью, рос в богатой семье и выглядел настолько чертовски привлекательно, что Феликс откровенно считал, что он для Хёнджина не пара. А потом Ли вспоминал их разговор на площадке. Хван сказал, что он ему понравился. Это ведь что-то значит? — Хёнджин, – начинает Феликс и обращает на себя внимание блондина, который до этого момента был увлечен созерцанием речного пейзажа. — Ты ведь со мной не из жалости гулять пошел? – все-таки Феликс задает свой глупый вопрос, но Хёнджин на это высказывание лишь усмехается. — Из жалости? Кто так делает вообще? – вскидывает брови Хван, удивляясь. — Эм, не знаю. Прости, это ужасно глупо с моей стороны так подумать, – Феликс жмурится, будто к удару готовится, и опускает голову. — Все в порядке. Я понимаю, что могло навести тебя на эту мысль. Тебе сложно мне доверять после той ночи, но я попытаюсь это исправить, – Хёнджин касается рукой темных волос Феликса, зарывается пальцами в пряди, проводя назад. Ли боялся пошевелиться, чтобы Хван внезапно не убрал руку, ведь ощущается это так приятно. — А я постараюсь так больше не думать, – Феликс смущенно улыбается, позволяя Хёнджину гладить себя по голове, словно котенка. — Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя красивые веснушки? – Хван поднимает голову парня, держа ладонь на его щеке. Феликс мотает головой. — Глупые люди, даже не видят истинной красоты, – Хёнджин проводит большим пальцем по щеке Феликса, будто пытается прочувствовать эти солнечные отметины. — Хёнджин, ты меня смущаешь, – смеется Феликс, убирая руку парня от своего лица. — Милый, – умиляется Хван, замечая, как щеки Ли еще больше краснеют. — Пойдем дальше, – Феликс поправляет рюкзак и начинает идти по набережной. Хёнджин усмехается и идет за ним, а когда достигает его, проводит ладонью по плечу парня, затем – по предплечью и, наконец, берет за руку. Ли вздрогнул, удивленно посмотрел на Хвана, а потом на их соединенные руки, но отстраняться не стал. Ладонь Хёнджина забирает маленькую ладошку Феликса целиком. — Чем хочешь заняться? – спрашивает Хван, покачивая рукой вперед-назад. — Не знаю, – Феликс оглядывает набережную и ближайшие кофейни. — Можно кофе попить, – показывает он на одну кафешку. — Пошли, – соглашается Хёнджин и ведет парня рядом с собой за руку. Хёнджин был в таком приподнятом настроении, что мало (совсем не) смотрел по сторонам, поэтому, когда они переходили дорогу, чуть не попали под машину. Феликс вовремя увидел приближающийся автомобиль и толкнул Хёнджина в грудь обратно к тротуару. Теперь Ли стоял и прижимался к торсу Хвана, держа свои руки на его груди, а Хёнджин, в свою очередь, успел неосознанно положить ладони на талию Феликса. — Ты по сторонам хоть смотри, – у Феликса от испуга голос ломается. А Хёнджин усмехается, глядя на него, прижимает к себе еще ближе и смотрит в округленные глаза, которые хаотично разглядывали его лицо. — Что смешного? Мы чуть под машину не попали. — Но ты спас нам жизнь, – Хёнджину ни капельки не было страшно. — Ты всегда так невнимательно дорогу переходишь? — Я обычно на машине езжу, – непринужденно говорит Хёнджин, потому что для него в порядке вещей иметь личного водителя, но не для Феликса. Феликс тянет короткое «ааа» и резко отстраняется, а то уж больно близко стоит к Хёнджину. Тут люди по тротуару проходят, и Ли становится неловко. — Значит, – Феликс крепко берет Хёнджина за руку. — Сначала надо смотреть налево, а потом направо, – объясняет он Хвану, будто тот маленький ребенок. Хёнджин смеется, пока они переходят дорогу. — Я знаю, просто растерялся, находясь с тобой рядом, – Хёнджин открывает перед Феликсом дверь кофейни, пропуская его первым. Феликс поджимает губы, у него уже уши раскраснелись, слыша эти комплименты и подкаты. А Хёнджин в этом деле мастер. Феликс подходит к стойке, упирается в нее руками и начинает просматривать меню. На самом деле он не особо хочет ни пить, ни есть, просто решил занять как-то время. Ему немного неловко находиться рядом с Хёнджином, особенно просто вот так гулять в общественных местах. Он не верил, что заговорит с Хваном, а теперь успел подержаться с ним за руку, даже спасти от смерти. Рядом с Хёнджином Феликс выглядел не так статно, форма его отличалась по цвету – у Хвана была благородного синего цвета, а у Ли коричневого. Этот цвет Феликсу совсем не нравился, но получаемые знания цветом формы не определяются. — Выбрал? – Хёнджин подходит сзади вплотную и выглядывает из-за плеча Феликса. Парня бросило в жар, и он весь напрягся. Теплое дыхание Хвана касалось уха Ли, так что сердце начинало биться в истерике. Он близко, он слишком близко. — Да. Латте, – Феликс тыкает пальцем в меню. — Можно два латте, – Хёнджин диктует заказ бариста, — а сироп какой? – спрашивает он Ли. — Соленая карамель, – быстро говорит Феликс то, что первое пришло на ум, но он действительно любил этот сироп, поэтому он остался в плюсе. — Два латте с соленой карамелью и два шоколадных круасана, – Хёнджин улыбается бариста, девушка подтверждает заказ, и он оплачивает его, приложив телефон к терминалу. Короткий звоночек терминала подтверждает, что оплата прошла успешно. Хёнджин в этом и не сомневался. У него достаточно денег на карте, чтобы сейчас сводить Феликса в дорогой ресторан, но только Ли этого не захочет, и Хван понимает. — Я потом переведу тебе… – начинает Феликс, а Хёнджин перебивает: — Я угощаю сегодня, – Хван не может перестать одаривать парня мягкой улыбкой, потому что каждый раз, когда он смотрит на него, в груди распускаются бутоны роскошных пионов, такие крупные, способные заполнить все нутро, вытесняя оттуда невзаимную любовь к лучшему другу. Ведь сейчас на горизонте появился тот человек, который действительно хочет внимания Хёнджина к себе и готов подарить свое внимание в ответ. — Тогда я потом заплачу за кофе, – Феликс не был гордым, но он считал, что так будет правильно. Они только начали встречаться. И да, у Ли не было столько же финансов, как у Хвана, но он мог угостить его кофе и десертом, в принципе, он даже мог сводить его в кафешку, где подают вкусные ребрышки. — Хорошо, как скажешь, – Хёнджин кладет свободную ладонь Феликсу на лопатки, выводя из кофейни. В другой руке он держал стаканчик с кофе и пакетик с двумя круасанами. — Я думал, мы посидим, – Ли немного удивляется, вновь оказавшись на улице. — Можем пойти ко мне, – внезапно предлагает Хван. Феликс непременно начинает думать о том, что может произойти у Хёнджина дома, чем они будут заниматься. Не будут же они уроки делать? У Ли все в порядке со школьными предметами, да и вряд ли Хвану нужна помощь. — Я просто подумал, что мы проведем время вместе, поболтаем там, – пожимает он плечами, косясь на растерявшегося от такого предложения парня. — Ну, можно, да, – соглашается Феликс и отпивает немного латте, взяв стаканчик в обе руки. Хёнджин все еще держит свою руку на спине Феликса, а потом обнимает за плечи и притягивает к себе, пока они идут до автобусной остановки. Ли становится тепло то ли от горячего напитка, то ли от ощущения чужого тела рядом. Чужого, но такого, кажется, уже родного, потому что Феликс много раз фантазировал о Хёнджине еще до их знакомства, до той ночи на вечеринке. Некоторые прохожие, которым нечего делать, окидывают парней прищуренными взглядами, но Феликсу от этого не становится дискомфортно, ведь рядом с ним тот, кто ведет себя настолько уверенно, что никто даже подойти к ним не посмеет. Хван будто уже окончательно решил, что Феликс – его парень, он готов защитить его от укоризненных взглядов, колких слов и той неуверенности, которая все еще жила в теле Ли. — Все-таки ты знаешь, как пользоваться общественным транспортом, – подшучивает Феликс, когда Хёнджин прикладывает к валидатору проездную карточку. — Катаюсь иногда, – Хвана не задевает эта шутка, он понимает, что Феликсу все еще непривычно находиться в его компании, но он постарается это исправить. Они проезжают несколько остановок, время быстро пролетает, пока Феликс смотрит в окно, стоя в углу рядом с поручнем. И он не замечает, что Хёнджин смотрит только на него, на его веснушки, на которые падает солнечный свет. Хван стоит скалой, скрывая парня от остальных пассажиров, которые качались туда-сюда, не могли, даже держась за поручень, удержать свои тела, качались словно кильки в банке. Хёнджин был готов выстоять, принять случайные удары локтем в спину, а также побыть на короткое время подушкой безопасности для какого-то неуклюжего мужчины, лишь бы на Феликса никто не упал, потому что казалось, иначе парень рассыплется. Автобус не приехал прямо к дому Хёнджина, он остановился близ его района. До дома пришлось немного пройтись, как тогда с Джисоном. Дом семьи Хван находился неподалеку от дома семьи Ли, но на другой улице этого богатого района. — Твои родители дома? – спрашивает Феликс, поджав губы. — Пока нет. Вечером вернутся с работы. Парни шли рядом, но Хёнджин больше Феликса не обнимал, он даже чуть ускорил шаг, поднимаясь по тротуару в горку. В какой-то момент он обернулся, продолжая идти, и спросил: — Боишься, что нас застукают? – ухмыляется Хёнджин, приподнимая один уголок губ. — Я? Что? Я не думал ни о чем, – отнекивается Ли, мотая головой. Хван издает короткий смешок и продолжает вести парня к своему дому. Конечно, Феликс задумывался о том, что они там будут делать вдвоем. Если в доме никого, а они будут одни в спальне Хвана, то Ли переживал, как поведет его тело в этой ситуации. Он не хотел бы, чтобы очередная встреча с Хёнджином закончилась интимной близостью, после которой они все еще ничего не будут знать друг о друге. Хёнджин набирает код на панели возле калитки, которая затем отворяется. Феликс аж рот приоткрыл, но потом резко его закрыл, поджав губы. Хван пригласил его войти первым, что Ли и сделал, робко шагнув во двор. Дом Хёнджина тоже был довольно большим. Хоть здание было и двухэтажное, но довольно длинное, лужайка перед домом занимала много места. Обогнав Феликса, Хёнджин подошел к входной двери, отпер ее и вошел внутрь, приглашая парня войти. Ли разулся и стал оглядывать прихожую, которая соединялась с просторной гостиной. Кожаный белый диван и плазменный телевизор приковали внимание парня, который видел что-то похожее только в фильмах, а ведь люди так действительно живут. — Пойдем ко мне в комнату или ты хочешь осмотреться? – Хёнджин уже ступил одной ногой на ступеньку деревянной лестницы, чтобы подняться на второй этаж. — Нет, пошли, – Феликс не мог смотреть перед собой или себе под ноги, потому что голова так и вертелась из стороны в сторону, пытаясь все рассмотреть. Мраморный пол прихожей и гостиной был такой холодный по сравнению с деревянными половицами второго этажа. Там паркет был натерт до блеска, так что в носках можно было легко поскользнуться. Зайдя в комнату, Хёнджин кладет пакетик с круасанами на рабочий стол, а сам проходит к окну, чтобы чуть раскрыть занавески, потому что ему больше нравился естественный свет, чем искусственный. А когда за окном вечерело, то солнечный свет становился более мягким, теплым и приятно заливался в окно спальни. Кофе парни допили еще по дороге, поэтому круасаны есть уже было не с чем. Пока и не хотелось. Феликс присел на край застеленной кровати, до этого он снял рюкзак и оставил его около двери. Он решил избавиться от строгого школьного пиджака, положив его рядом с собой. Феликс вообще старался занять как можно меньше пространства, не хотел, чтобы Хёнджин слишком ярко чувствовал его присутствие. Но это ведь все глупости. Хван тоже снял пиджак, выпустил белую рубашку из брюк, так что теперь он был похож на кого-нибудь из школы Ли – там многие парни имеют такой небрежный вид, за что получают многократные выговоры. Рубашка Феликса стала слегка прилипать к пояснице, поэтому он тоже ее вытащил из брюк, чтобы ощутить хоть немного комфорта. Пока Хёнджин открывал ноутбук и что-то там настраивал, скорее всего, музыку, Феликс решил осмотреть комнату. Стеллаж с книгами сразу привлек его внимание. Парень подошел к нему и стал читать названия книг на корешках. Ли и сам немало прочитал, в основном, конечно, школьную программу проходил, но иногда интересовался и современной литературой. Однако у Хвана на полках стояли довольно старые произведения, многие из которых были зарубежными на языке носителя. — Ты это все прочитал? – спрашивает Феликс, поворачиваясь к Хёнджину, который в этот самый момент включил спокойную песню на фон. — Почти все. — Любишь любовные романы? – Феликс еще раз пробегается глазами по корешкам. — Да. Назовешь меня романтиком? – усмехается Хван. — Может, и да, – улыбается Ли, но не показывает своей улыбки Хвану. Феликс действительно видит в нем романтика, и ведет Хёнджин себя достойно героя любовного романа, который написан женщиной. Вежливый, внимательный (но не на дороге), чуткий, по крайней мере, Феликсу так сейчас кажется. И песня, которую поставил Хван, ему нравится, хотя тот ведь даже не спрашивал о музыкальных вкусах парня. — Что будем делать? – спрашивает Хёнджин, упираясь бедрами в рабочий стол. Он рассматривал Феликса со спины. — Не знаю даже. Ли вздыхает, чувствуя затылком пристальный взгляд, и уже в третий раз просматривает книги, а потом видит одну, которую сам так и не прочитал, потому что не мог найти время. Он достает книгу и поворачивается к Хёнджину, листая ее в руках. «Найди меня» – произведение Андре Асимана. Романы этого автора трогают сердца читателей. Он умело описывает отношения и связанные с ними чувства. — Я так и не успел прочитать ее, а ты прочел? – Феликс подходит к Хёнджину, даже не замечает насколько близко. — Да, – томно отвечает тот. — Может, у тебя есть какой-то любимый отрывок оттуда? Мне интересно узнать, – Ли протягивает книгу Хвану, который охотно ее забирает и начинает листать. Хёнджин проходит к кровати и садится, Феликс размещается рядом, заглядывает в книгу, наблюдает, как длинные пальцы парня перелистывают страницы. Потом Ли смотрит на сосредоточенное лицо Хвана. — Ну, вот, например, – Хёнджин проводит кулаком по изгибу книги, прочищает горло и начинает читать один небольшой абзац. Феликс лишь смотрит на парня, слушает его мягкий тембр и довольно выразительное чтение, которое помогает погрузиться в атмосферу. «Конечно, секрет у меня есть. У нас у всех есть секреты. Каждый из нас, словно Луна, показывает Земле некоторые свои стороны, но никогда всю сферу целиком. Большинство так и не встречает тех, кто понимает их во всей полноте и округлости. Я показываю людям только тот кусочек себя, который они, по моему мнению, в состоянии понять; одним – одни кусочки, другим – другие. Но всегда остается темная сторона, которая ведома только мне». Глубокий смысл той фразы заставил Феликса всерьез задуматься. Ведь, правда, нередко разные люди видят разные стороны твоей личности. И совсем необязательно это делать намеренно, иногда просто так получается. Но Феликсу нечего переживать на этот счет, он обычно не скрывает себя настоящего. А вот Хёнджину есть над чем подумать. Отчасти поэтому он и прочитал именно этот отрывок. Ведь в школе, в модельном бизнесе, в Инстаграме он не такой, какой есть на самом деле. Многие его сочтут надменным, Джисон так о нем говорил, но это лишь маска, помогающая держаться в обществе невоспитанных подростков. Если бы все знали Хвана как парня, который по ночам рисует граффити, читает много романов и не особо умеет заводить знакомства с людьми, он бы никогда не оказался на том месте в школьной иерархии, где находится сейчас, даже невзирая на свое богатое происхождение. Но он натянул на себя другой образ, смог познакомиться с Минхо и теперь доволен своим положением. Влюбленность в лучшего друга не входила в его планы, но и сейчас Хёнджин пытался ее перебороть. Рядом с ним сидел Феликс, который, словно под гипнозом, смотрел на него, Минхо никогда так на него не смотрел и не посмотрит, пора бы с этим смириться. — Однозначно прочту эту книгу потом. Мне стало интересно, – восторгается Феликс, а Хёнджин закрывает книгу, загибая уголок страницы, чтобы не потерять этот отрывок. Он обычно так не делает, читает книги взахлеб, не зацикливается на каких-то отдельных моментах, но этот абзац он хочет оставить в памяти. Хочет запомнить, как читал его Феликсу. — А какая твоя темная сторона, если она есть? – спрашивает Ли, часто моргая. Хёнджин улыбается краешком губ, вздыхает и отвечает: — Наверное, та сторона личности, которая любит рисовать граффити. — Почему же она темная? – Ли вопросительно вскидывает брови. — Ты красиво рисуешь. — Потому что я никому об этом не рассказывал до недавнего времени. Не знаю почему. — Я теперь знаю. И в этом ведь нет ничего постыдного. Может, конечно, не стоит увлекаться порчей муниципального имущества, а так, это очень здорово, – Феликс хотел бы сейчас положить ладонь на бедро Хёнджина, да смущается, поэтому трет свои. — Просто моя мама хочет, чтобы я стал моделью, она вроде как уже выстраивает путь моей карьеры, помогает мне… — А ты не хочешь, да? – уточняет Феликс, заглядывая блондину в глаза. Тот мотает головой, поджав губы. Хёнджин упирается руками позади себя и вздыхает. — Мне нравится рисовать. Я не только стены разукрашиваю, – Хван кивает головой в сторону стены над рабочим столом. Там на доске висит несколько рисунков карандашом и пастелью. Они небольшие, выполнены на скорую руку. — Остальные у меня в скетчбуке, – он тянется к рюкзаку возле кровати и достает небольшой скетчбук, передает его Феликсу. Ли удивляется, что парень вот так просто дает ему взглянуть на свои рисунки, многие ведь стесняются показывать свое творчество, боятся критики. Феликс не сможет раскритиковать, он скорее просто поразится, чем выскажет что-то по поводу рисунка. — У тебя талант, – Феликс листает плотные страницы. Рисунки акварелью привлекают больше внимания. Цветы в исполнении Хёнджина такие нежные и кажутся реалистичными. — Наверное. Я даже не занимался ни в каких кружках. Я с детства был моделью, мама была и остается моим менеджером. Но я устал от этого, от камер и от стилистов. Господи, меня так выбешивает, когда мне на лицо накладывают плотный тон, я будто лицо свое перестаю чувствовать под тяжестью макияжа. А потом еще фотки ретушируют так, что моя кожа неестественно бледная. Бесит, – ворчит Хёнджин, и меж его бровей появляется складка. Но как только Феликс касается его плеча и медленно гладит, складка на лбу разглаживается, и лицо Хвана приобретает привычное умиротворенное выражение. — А ты разговаривал с мамой? — Нет. Мне кажется, если я с ней поговорю, она посчитает, что я неблагодарный сын, который хочет втоптать ее помощь в грязь и разрушить то, что так долго выстраивалось, – Хёнджин опускает голову. — Эгоист – одним словом. — Я так не думаю. Думаю, что если ты поговоришь с мамой, то это уже будет первым шагом, – теперь Феликс пытается быть уверенным рядом с Хёнджином, поддерживая его. — Я даже вуз присмотрел, где изобразительное искусство изучают, – и снова вздох. — Начни с того, что расскажешь ей о своем желании развиваться в этой сфере. Она твоя мама, она должна прислушаться. Возможно, с первого раза она не воспримет твои намерения всерьез, но ты не отступай, – Феликс чуть крепче ухватился за плечо Хёнджина. — Ты откуда столько знаешь? – Хёнджин улыбается и поворачивает на парня голову, рассматривает его темно-карие глаза и легкую растерянность в глазах, которая была вызвана зрительным контактом. — Меня воспитала мама, которая постоянно твердила мне, чтобы я слушал только свой внутренний голос. — И что же он сейчас тебе говорит? – взгляд Хёнджина до невозможности убийственный, но в хорошем смысле. Он пронзает стрелой Амура дрожащее сердце Феликса. — Говорит, что тебя стоит поцеловать, – выдает Ли, залипая на пухлые губы блондина. — Тогда тебе стоит прислушаться, – томно отвечает Хван, чуть раскрывая губы. Оба льнут друг к другу, так что неуклюже сталкиваются носами, отчего смеются потом. Это, пожалуй, разряжает атмосферу. Придя в себя, Хёнджин приобнимает Феликса за талию, сминает ткань рубашки, прижимая его тело ближе. Ли кладет ладони Хвану на плечи, заводит за голову. Хёнджин целует первым, наклонив голову чуть набок, чтобы в этот раз не удариться носом о чужой нос. Он медленно раскрывает губы парня, пробирается языком между губ и переплетает его с чужим. Хёнджин полностью забирает Феликса в свои объятия, целует нежно, не как в ночь вечеринки. Сейчас им не мешал алкоголь, на поверхность выходят только искренние чувства. Постепенно они ложатся на кровать, Хёнджин оказывается сверху, робко изучает изгиб талии Феликса, хотя до этого он его уже даже видел, но сейчас все чувствуется иначе, будто это их первая близость. Ладони Феликса чувствуют мышцы спины блондина, что двигаются под рубашкой. Феликс чуть отстраняет Хёнджина только для того, чтобы на секунду открыть глаза и вздохнуть, поверить, что это реальность. — Мы можем остановиться, – говорит Хван. — Мы можем просто целоваться. Мне нравится тебя целовать, – Феликс облизывает губы, которые уже успели налиться кровью. — Конечно. Мне тоже нравится, – Хёнджин улыбается и снова накрывает губы Феликса своими. Дальше они не заходили, им действительно нравилось целоваться, обнимать друг друга, ласкать руками тела, которые хоть и были в одежде, но все чувствовали. Конечно, возбуждение скапливалось внизу живота, но они его игнорировали. Через какое-то время парни прекратили целоваться и просто легли рядом. Хёнджин обнимал Феликса, прижимая к себе, тот переплетал с Хваном ноги, утыкаясь носом ему в грудь. Хёнджин впервые за несколько лет не думал о Минхо. Обычно он не мог не фантазировать об их невозможных отношениях, часто ему писал, пытаясь заполнить пустоту внутри. Но сегодня Хван ни разу о нем не вспомнил в таком ключе. Его пустоту заполнил парень с темными волосами и выразительными веснушками. Наверное, рано говорить о любви, но между ними, очевидно, была влюбленность. — Мне скоро пора возвращаться домой, – говорит Феликс куда-то парню в грудь, вдыхая свежий аромат его тела. — Я провожу тебя до остановки, – Хёнджин гладит Феликса по голове, массирует, отчего тому становится лишь приятней. В таких нежных объятиях и заснуть можно. — Я проголодался, – тихо произносит Феликс, проводя подушечками пальцев по груди Хенджина. — Круасаны еще остались. Хочешь? – Ли радостно кивает. — Чай сделаем? — Конечно. Пойдем на кухню, – Хенджин не может встать, потому что не хочет отрывать от себя тело Феликса. С ним так приятно лежать и просто обниматься. — Хочешь так до завтра лежать? – усмехается Хван. — Очень хотел бы, – вздыхает Феликс. Через несколько минут парням все-таки пришлось подняться с кровати и спуститься на кухню, потому что уже вечерело, и Феликсу нужно было как можно скорее вернуться домой. Он бы желал остаться у Хенджина на ночь, но, наверное, в другой раз. Сегодня они только начали общение и возможные отношения.