Я навсегда за тебя в ответе

      С того воскресенья, несмотря на то, что по вечерам Сакура буквально падала в кровать от усталости, ей почти каждую ночь снились странные сны. Такие яркие, будто всё происходило наяву…       В этих снах Какаши Хатаке — она не видела ясно его лица, но сомнений быть не могло — и сама Сакура превращались в персонажей «Тактики флирта».       Девушка просыпалась среди ночи и долго лежала в темноте, прежде чем удавалось уснуть вновь. Её тело словно жило само по себе, охваченное сладким томлением; это было похоже на голод — только чувствовала она его всей кожей… И особенно остро — между ног, внизу живота, где всё пульсировало в такт бешеному ритму сердца, наполняясь горячей влагой.       О том, что в конце недели ей предстоит сдавать Хокаге отчёты по госпиталю и исследовательской работе, Сакура думала чуть ли не с ужасом.       «Ох, нет. Попрошу на этот раз Шицуне-сан», — решила девушка.       Однако эта затея провалилась.       — Сакура, ты ведь пойдёшь сегодня к Рокудайме? — спросила начальница госпиталя утром субботы, протягивая тонкую папку. — Будь добра, отнеси ему и отчёт от Цунаде-сама.       — А вы не…       — Нет, — резко ответила Шицуне и почему-то зарумянилась. — У меня… У меня дела после работы! Я никак не могу!       — Хорошо, отнесу, — обречённо вздохнула куноичи, забирая папку у неё из рук. — Как поживает Цунаде-сама?       — Похоже, у неё всё отлично. — Шицуне улыбнулась и достала что-то из ящика стола. — Вот, погляди…       На фотографии Цунаде с довольным видом лежала в шезлонге на берегу океана с ярко-оранжевым коктейлем в руке; её роскошные формы, обтянутые бирюзовым купальником, как всегда, вызвали у Сакуры лёгкий укол зависти.       «Мне бы хоть чуточку побольше. — Она с сожалением бросила взгляд на собственную крошечную грудь. — Какая же она красивая, Принцесса Цунаде…»       Куноичи подавила вздох и вернула фотографию Шицуне.       — Ах да, и вот это, — Та протянула девушке толстую пачку бумаг, — нужно передать Орочимару-сама… Результаты генетического анализа Третьего Райкаге.       Саннин воодушевился, получив исчерченные диаграммами листы, и сказал Сакуре, что нет смысла продолжать работу, пока он всё это не изучит.       В итоге из госпиталя куноичи вышла как никогда рано — в половине пятого.       «Ладно, хватит, — сказала она себе, чувствуя, как по мере приближения к башне Хокаге сердце в груди стучит всё сильнее. — Не умеет же Какаши-сенсей читать мысли, в самом деле!»       И всё равно у неё дрожали коленки, пока она поднималась по лестнице и шла по коридору в его кабинет.       — Привет, Сакура, — помахал ей Рокудайме из-за стола. — Что там у тебя? Отчёты?       Её тут же бросило в жар. Девушка сглотнула и усилием воли заставила себя не таращиться на Какаши Хатаке во все глаза.       Словно впервые в жизни она заметила, какой он привлекательный — с тёмными глазами и непослушными пепельными волосами, схваченными протектором… И как ладно сидит на нём обычная форма шиноби.       — Ага, — буднично отозвалась Сакура, кладя бумаги на стол. — И ещё Шицуне-сан просила передать вот это…       Какаши приоткрыл папку и поинтересовался:       — Как дела у Цунаде-сама?       — Судя по всему, курорты Страны Молнии пришлись ей по душе, — улыбнулась куноичи.       — Это хорошо, что у неё находится время на отдых, — кивнул Рокудайме. — Если у тебя на этом всё, можешь идти, Сакура.       «Фух, обошлось, — выдохнула куноичи уже на улице. — Повезло, что Какаши-сенсей сегодня неразговорчив!»       И в то же время её задело, что в этот раз он почти не обратил на неё внимания. Сакура обернулась и увидела, что Рокудайме стоит у окна, провожая её странным взглядом — то ли задумчивым, то ли сочувствующим… Вид у него при этом был такой, что у девушки защемило сердце.       «Что-то неладное с Какаши-сенсеем творится, — нахмурилась Сакура. — Но всё равно ведь из него словечка не вытянешь…       Что ж, раз я сегодня освободилась рано — не устроить ли тренировку? Тогда завтра можно будет просто отдохнуть».       По дороге к тренировочному полю девушка заметила в одном из кафе Шицуне в компании с Ирукой-сенсеем.       «Так вот какие у вас дела, Шицуне-сан, — усмехнулась куноичи. Ирука что-то увлеченно рассказывал, а начальница госпиталя посмеивалась, не сводя с него глаз поверх бокала с вином. — А что, он довольно милый… И даже шрам его не портит.       Эх, счастливые… Почему мне так не везёт?»       Сакура пошла дальше, мечтая когда-нибудь также сидеть за столиком в кафе и улыбаться Его рассказам…       Внезапно ей стало ясно, что представила она сейчас вовсе не Саске. И вообще за последнюю неделю гораздо чаще её посещали фантазии, порождённые снами, в которых…       «Да что за наваждение, — тряхнула головой девушка, ощущая, как кровь приливает к лицу. — Почему мне снится не Саске, а Какаши-сенсей? Это всё из-за книжки? Или…»       «Саске не сделает тебя счастливой, Сакура… присмотрись к кому-то из своего окружения… К кому-то, кто заботится о тебе и рад проводить с тобой время».       «Выбрось-ка из головы своего скучного сенсея и посмотри, сколько вокруг ребят твоего возраста».       Только вот никто из сверстников не относился к ней так, как деликатный и всё понимающий Хатаке Какаши.       Несмотря на связь, возникшую с Цунаде, в самые трудные моменты Сакуре казалось, будто за её спиной стоит сенсей — и невесть откуда брались силы подняться и продолжать борьбу.       «Потому что… Потому что, несмотря на все мои слабости, нытьё и очевидные промахи, он продолжал верить в меня».       На третьей тренировочной площадке было пусто. Сакура положила рюкзачок на землю и достала перчатки.       «Хорошо, что здесь никого нет, — думала она, подвязывая волосы протектором. — Это наше место. Место команды номер семь».       Изредка, в перерывах между миссиями, сюда приходил и Наруто — тогда тренировка превращалась в обмен воспоминаниями и хихиканье. Джинчурики был ещё одним человеком, с которым Сакура чувствовала тепло и лёгкость — может, Какаши-сенсей подразумевал его? Но, несмотря на всё обаяние Наруто, Сакура не воспринимала его иначе, чем друга; и кроме того…       «В следующий раз, когда встречу Наруто Узумаки, вправлю ему мозги, — решила Сакура, щёлкая костяшками пальцев. — Слепой он, что ли? Сколько можно издеваться над бедняжкой Хинатой?»       Она прикрыла глаза, чтобы лучше чувствовать чакру, направила её в кулак и взяла разгон, целясь в крайний слева столб — тот самый, возле которого много лет назад сидел Саске Учиха.       И ощутила злую радость, когда во все стороны полетели щепки.       — Неплохо, — послышался за спиной голос сенсея. — Я вижу, ты не теряешь ни силы, ни скорости, Сакура…       — Вы тоже тренируетесь, Какаши-сенсей? — изумилась куноичи, поворачиваясь к нему. Рокудайме аккуратно опустил на траву прикрытую салфеткой корзинку.       — Ты сама говорила — шиноби не должен расслабляться… Я не помешаю тебе?       — Нет-нет! — поспешно ответила Сакура, смущённая и обрадованная его появлением.       — Вот и славно. — Какаши чуть прижмурился в улыбке, поправляя протектор. Девушка невольно залюбовалась его стройной фигурой. — Может, устроим спарринг?       — Спарринг? Хм, почему бы и нет, — улыбнулась в ответ Сакура. — На каких условиях?       Сенсей сцепил пальцы в замок и вытянул руки вперёд, разминаясь.       — До третьего поражения. Идёт?       Она кивнула и плотнее натянула тугие перчатки.       — Тогда… Начали!       «Ха! Посмотрим, что вы теперь за боец, Какаши-сенсей!»       Её самоуверенность длилась всего пару минут. Она даже не поняла, как Рокудайме оказался у неё за спиной и взял в захват, крепко прижимая к груди.       — Раз, — объявил Какаши, приставив к виску девушки кунай.       Досада быстро сменилась приятным, волнующим чувством от того, что она оказалась практически у него в объятиях. Сакура тихонько вздохнула и положила затылок на его плечо, но он тут же отпустил её и отпрыгнул в сторону.       — Шиноби не должен расслабляться, — напомнил сенсей, иронически заломив бровь.       — Ах так!       Они немного покружили по площадке, обменявшись несколькими бросками сюрикенов. Куноичи выждала момент, одним прыжком пересекла разделявшее их расстояние и схватила Какаши за запястье.       — Раз! — торжествующе крикнула она, рывком опрокидывая противника — но тот, едва коснувшись земли, развеялся в пар с характерным хлопком.       «Тьфу ты… Опять эти трюки с теневыми клонами.       Нет, с ним надо быть начеку. Похоже, он прекрасно умеет предугадывать намерения врага и без Шарингана — как все мы, простые шиноби: по положению ног и направлению взгляда…»       Рокудайме кашлянул, привлекая её внимание; Сакура обернулась на звук. Сенсей помахал ей кончиками пальцев и спрыгнул с центрального столба.       Теперь они схватились всерьёз. Каждый удар мог оказаться смертельным, если бы противник вовремя не уворачивался. Куноичи ахнула, когда короткая синяя молния сорвалась с пальцев Какаши и с треском пронеслась у неё прямо над ухом, едва не опалив волосы.       «Новое дзюцу? Не требующее печатей? Ну да, он ведь говорил, что Чидори опасно использовать, не имея Шарингана…»       — Два, — продолжал счёт Какаши, легонько ткнув Сакуру кунаем между лопаток — после того, как вынудил её побегать по всей площадке от его молний и отвлёк очередным теневым клоном.       «Хоть бы не позволять ему больше заходить за спину, — удручённо думала куноичи. — Это уж совсем…       Нет, я должна его достать хотя бы разок!»       И в конце-концов ей это удалось.       — Вот теперь — раз, — выдохнула Сакура, когда повалила его на землю, прижав собой и приставив к горлу лезвие куная.       В его тёмно-серых глазах промелькнуло одобрение.       — Хорошо, — согласился Какаши, — сейчас — действительно хорошо.       Через плотную ткань жилета девушка ощущала грудью частое биение его сердца. Лицо сенсея было так близко, что она могла бы стянуть с него маску зубами…       — Может, отпустишь меня, Сакура? За мной ещё третий раунд.       Она с сожалением поднялась на ноги. Рокудайме быстро отряхнулся и принял стойку, держа кунай на уровне глаз.       И снова куноичи пришлось уворачиваться от молний и скакать по всей площадке; пару раз ей едва не улыбнулась удача… Но победа досталась Какаши Хатаке.       — Три, — сказал он, в свою очередь прижимая её к земле собственным весом так, что не пошевелиться… И это было здорово — чувствовать сквозь одежду жар его тела, разгорячённого схваткой.       «Если бы он только догадался, — мелькнула шальная мысль, заставив её покраснеть, — что я…»       Они смотрели друг другу в глаза, тяжело дыша после боя; зрачки Какаши затягивали девушку, словно омут.       «Да, я хочу, чтобы он поцеловал меня».