Потерянный в памяти

Дин медленно, лениво и как-то отсутствующе перевел взгляд на компанию друзей, которые о чем-то болтали возле открытого уютного кафе. Вообще-то была уже осень, но не так холодно, чтобы одевать свитера. Он любил такую погоду: ни холодно, ни жарко, легкий прохладный ветерок, никакого яркого солнца и ярких бликов. Все пасмурное, темное, приглушенное. Столик, с которого они встали, расплатившись за заказ, был белым, но пасмурное небо окрасило его в серый цвет. Вообще-то Дина зовут Даниэль. Сквозь толстую стену безразличия до сознания блондина дошел смех. Крис рассмеялся вместе с Дарреном, а Ваал легонько улыбался. Крис держал последнего за руку и иногда робко пытался вытащить пальцы, но останавливался и оставлял руку на прежнем месте. Возможно, Даррен не заметил или сделал вид, что не заметил. А Дин уже давно подметил, что они стали это делать на постоянной основе. Вот Крис немного смутился и размял нерешительно пальцы, шаркнул ногой чуть ближе к Ваалу и отвел взгляд, пока рука сбивчиво искала другую. И тогда Ваал обычно сам тихо хватал его пальцы и сжимал их. Крис тогда счастливо улыбался. Они смотрят на тебя. И в этот момент он произнесет слова не потому, что ему хочется, а потому, что тогда он будет выглядеть, как должен выглядеть рядом с ними. Как выглядел бы Дин. Крис покраснел, а Даррен начал что-то ему говорить, но все звуки были не более чем шумом, бульканьем пузырьков в старом, заплесневелом аквариуме. Блондин даже не понял, что сказал. Видимо, уже на автомате произносит слова с нужной ему эмоцией и интонацией. А еще ты не брал деньги у отца на мотоцикл. Придумав какую-то глупую отговорку, Дин, Даниэль, встал и ушел в сторону автобусной остановки. Мотоцикл он сегодня оставил дома, дабы его безразличие не убило его на ближайшем повороте. В автобусе можно вести себя как угодно, так как знакомых в городе все равно немного, а хорошо его знают только те трое. Только для них он Дин, а не глупый, пафосный Даниэль. И фамилия у тебя Дематтиес. Стоит им заглянуть в любой официальный документ или хоть спросить, у кого он арендует студию, они увидят имя, которое никогда не слышали. В окне автобуса отражались холодные зеленые глаза и бледное лицо, отдающее безразличием. Как много он уже истратил, сколько ему осталось? Да как-то все равно. Он марионетка, и сейчас ведет себя так, как будто кто-то невидимый заставляет идти и делать совершенно бесполезные вещи. Будь его воля, он бы сел в этом автобусе и никогда бы не уходил. Хотя, если бы у него была воля, хоть чуточку, хоть самую маленькую капельку, то Дин как раз куда-нибудь бы и пошел. Ты соврал, когда сказал, что никогда не видел мать Даррена. Автобус остановился и Дин вышел. Приятно, когда остановка прямо напротив твоего дома. Оглядев посеревшую многоэтажку взглядом и немного потерянно потоптавшись на месте, парень зашел в свой подъезд. Ведь ты ее создал. Ну и что с того? Им знать необязательно. Да они не поймут. Особенно Крис. Ты живешь во лжи, окруженный ею. Зато дома его ждет Шис. И, раз суббота, наверняка там будет сидеть эта сволочь-демон и ждать его, поглаживая свои волосы и пытаясь что-то втолковать ей, пока она готовит и делает любые другие вещи, которые делала бы сестра. И когда Дин откроет дверь, тот посмотрит на него, залихватски ухмыльнется и спросит своим томным, слащавым голосом: - Как твоя душонка? Не вся истратилась еще? И ты ответишь: нет, хотя знаешь, что скоро от этого умрешь. Зато Шис будет улыбаться тебе. *** - Он какой-то мрачный, заметили? – спросил Даррен, когда они сидели у него дома на красном мягком диванчике в комнате, которая гордо звалась «Гостиная», хотя это был просто еще один склад для книг. Правда по сравнению с остальными комната была не очень захламлена. - Правда? – спросил Крис немного отстраненно. Его мысли витали в немного другой сфере: он все не мог отделаться от мысли о том, что держаться за руки – чертовски приятное дело. И чтобы доказать себе это или чтобы проверить это утверждение, парень брался за руки с Ваалом практически постоянно, а тот не особо и возражал. Наверное, ему нравилось. Рука у Ваала была прохладная, мягкая и очень нежная. После того полета прикосновение к ней стало вызывать приятные воспоминания и сразу становилось теплее на сердце. Парня это очень смущало, но он не мог остановиться: казалось, что это как вредная, но восхитительная привычка. Кристиан даже провел эксперименты с другими руками, но такого чувства чего-то родного не вызвала ни одна. У Дина она была холодной, безжизненной, а у Даррена – горячей и спокойной. У Ваала пальцы двигались и перебирались туда-сюда, будто играя, а рука то сжималась, то практически отпускала. Словно какой-то расслабляющий массаж. Крис тоже пытался так сделать, но из-за смущения и неловкости в этот момент боялся даже громко дышать. Перебирая в голове варианты, почему простое прикосновение одного человека вызывает такую бурю эмоций, заставляя сердце трепетать, а с другими такого не происходит, Кристиан вспомнил один древний роман, прочитанный еще в детстве. Точно! Его озарило. Ваал ему нравился. Прямо очень сильно, наверное. Ну не знал он, как измерять силу своих чувств. Сначала на его лице появилось выражение просветления, он даже подпрыгнул на месте, но, промотав эту мысль еще раз, покраснел до кончиков ушей и застыл на месте. Покрасневший, с лицом великого открывателя и шумно выдыхавший воздух. - Боже, ты бы видел, что творилось с твоим лицом, - сказал Даррен, потягиваясь. - Но все-таки, куда он пошел? Он вроде как живет у меня сейчас… - Он мог поехать к своей сестре! – ответил Кристиан, когда вспомнил кое-что. Он начал обрабатывать эту информацию в голове, и это процесс выбил все остальные мысли. - Сестре? – практически одновременно спросили парни. - Ну да, я ее встретил на моем дне рождения, Дин разговаривал с ней. Что-то не так? - А вроде столько лет знакомы. Я ничего о ней не слышал. - Я тоже. - Кстати, я до того момента тоже ничего не знал… В этот момент вошел дворецкий. Высокий, статный мужчина средних лет, вылезший прямиком из Средневековья, сказал, что к ним гостья. - Приведи ее сюда, - ответил Даррен через пару мгновений молчания. Дворецкий кивнул, и, кашлянув, ушел, тихо прикрыв деревянную дверь. Послышались шаркающие шаги. Все смотрели на дверь в ожидании, когда же она откроется. Почему-то им казалось, что как только это произойдет, они снова окажутся в каком-то водовороте непредсказуемых событий. Вопреки ожиданиям, вместо все сносящего урагана в комнату вошла милая хрупкая девушка с короткими светлыми волосами. Ее простое белое платье подчеркивало бледность кожи и сливалось с ней, а зеленые глаза смотрели немного отрешенно. Шаги у нее были невероятно тихие, словно она призрак. Даррен кивнул дворецкому, и тот вышел, проделав ту же процедуру, которую уже довел до автоматизма. Девушка стояла несколько секунд, пока Крис не вскочил. ̶ Ты же сестра Дина, правильно? Девушка немного помолчала, а потом задумчиво ответила, что, наверное так и есть. Голос у нее был шуршащий, немного хрипловатый и только помогал представить его в образе призрака. ̶ У него действительно есть сестра, – сказал Даррен, приглашая ее сесть, – вам что-то понадобилось? Девушка кивнула и продолжила молчать. Она смотрела вниз, сквозь стеклянный кофейный столик. Казалось, что ей много чего хочется рассказать, но она не может. Крис хотел что-то сказать, но Ваал остановил его рукой и сощурил темные глаза, оглядывая гостю. Затем он вздохнул. ̶ Не бойся, ты можешь говорить. Мы никому не расскажем, откуда мы знаем то, что знаешь ты. Ты же не хотела бы, чтобы весь твой путь сюда пропал впустую? Девушка посмотрела него и немного покачала головой. Светлые локоны задевали костлявые плечи. Ее губы задрожали и произвели выдох, а потом она вдохнула воздух обратно. ̶ Вы, ̶ указала она головой на Ваала, ̶ такой же, как он. Похититель душ. Разница в том, что вы не заставляете никого отдать вам свою жизнь. Даррен и Крис переглянулись. Если Крис еще смутно догадывался, о чем говорит эта девушка, то шатен не имел никакого представления и недоуменно уставился на гостью. Брюнет тоже хотел знать больше и выжидающе переводил взгляд с одного на другого. Ваал и глазом не повел, даже не удивился, а только немного озадаченно почесал голову. ̶ Может ты и права, но это ведь не причина твоего визита, так? Девушка повертела головой и снова уставилась в кофейный стол, но на этот раз она не молчала. ̶ Меня зовут Шиссель, или Шис. И да, я сестра Даниэл... Дина, ̶ поправилась она, немножко замешкавшись, ̶ и я хочу ему помочь. Он в опасности. Из-за меня. ̶ Ты ему хочешь помочь? ̶ спросил Ваал, выделив голосом «Ты». Шис посмотрела немного удивленно на него, но тут же глаза вернулись в свое обычное отрешенное состояние. ̶ А почему собственная сестра не может хотеть помочь брату? ̶ спросил Крис непонимающим и неуверенным голосом. ̶ Вот да, почему нет? ̶ согласился с ним Даррен. ̶ Сама расскажешь или как? ̶ Ваал посмотрел на Шис немного усталым взглядом и снова вздохнул, озадаченно глянув в потолок. ̶ Я сама. И снова пауза. Крис уже было подумал, что у нее такая фишка – делать интригу с помощью многозначительных пауз, чтобы нагнать напряжение и интерес, но заметил, что у нее дрожат губы. Кажется, она боялась говорить. ̶ Я призрак прошлого, ̶ начала Шис, ̶ и из-за меня Дин не может расстаться с тем, что оставлено позади и жить настоящим. Его имя она произносила как-то странно, пробуя на вкус. Видимо, она считала, что ему оно не подходит. Все давно заметили ее оговорку, но перебивать не стали, а то замолчит опять. ̶ Шиссель Дематтиес умерла два года назад. Даррен и Крис уставились на нее, как на призрака, которым она и должна была по идее быть. Только Ваал не удивился. Ему сейчас удивительно не хватало сигареты – так многозначительно вытащить пачку, пафосно закурить, выдохнуть дым и сказать что-то невероятное. ̶ Ну конечно, иначе зачем бы он тебя создал? ̶ сказал Ваал, прищурившись и протянув руку. Он осмотрел ее, но уловив чей-то ревнивый взгляд, решил дальше не продолжать. ̶ Ребята, мы тут в непонятках сидим, может объясните хоть что-нибудь?.. ̶ взмолился Даррен, а брюнет с ним согласился. ̶ В общем, если обобщить, то у Дина, или Даниэля, скорее всего Даниэля, очень большие проблемы. Очень. Сколько ему осталось? ̶ Я не знаю, ̶ ответила Шис, ̶ но немного. Помогите ему. И скажите, что я больше не приду. Мой брат вложил в меня слишком много, и я не хочу выжать из него еще больше. ̶ О боже, что происходит?.. ̶ спросил Кристиан, у которого от мыслей уже немного кружилась голова. Ему никто не ответил. Шис встала и тихо вышла за дверь, как ее не окликали и как не пытались остановить. Брюнет даже дотронулся до нее, но почувствовал лишь холод и хрупкость, словно от китайского фарфора. Девушка закрыла за собой тяжелую дверь, не заметив прикосновения. ̶ Это странно, ̶ заключил он, ̶ она словно неживая. ̶ Она и есть такая, ̶ ответил Ваал, ̶ кукла. ̶ Как манекен, что ли? ̶ это была первая ассоциация, которая пришла в голову. Он бы удивился, если бы понимал и знал больше, но сейчас брюнета разрывала такая вереница мыслей, что все смешалось в простой комок. Даррен видимо, разделяя его чувства, просто молчал и терпеливо ждал объяснений. Ваал поправил очки в своей забавной высокомерной манере, сделал серьезное лицо, как у учителя, объясняющего что-то очень очевидное. ̶ Практически. Магия демонов. Только это очень красивый, дорогой манекен с частичкой души. То есть как бы живой, ̶ парень покачал головой, – только все равно не живой. Ну, вы видели, вроде ходит и говорит. Но это как робот. Просто закладываешь программу и готово. Странно, что она вообще здесь оказалась. Такие куклы двигаются только по приказу хозяина и никогда не сбиваются с маршрута. ̶ Но если это магия... то как Дин связан со всем этим?.. Он же не?.. – спросил Крис. ̶ Ты серьезно думаешь, что он может быть демоном? ̶ ответил Даррен вопросом на вопрос. ̶ Нет, конечно, нет. Но кто-то даровал ему дар ̶ оставлять кусочки своей души в бездушных предметах. Можно хоть в стул, но красивые куклы ценятся дороже. Что-то вроде черного эксклюзивного рынка для богачей. ̶ Но он может умереть! ̶ воскликнул брюнет, вспоминая слова больше и с каждой секундой волнуясь все больше. ̶ Не думаю, что все так страшно. Душа же восстанавливается, нет? ̶ спросил Даррен, у которого, несмотря на спокойное лицо, были немного рваные движения. ̶ Восстанавливается, но со временем и не при постоянном использовании. Я не знаю почему, но мне кажется, что Дин потратил слишком много. Не зря это запрещенная магия ̶ свою душу можешь использовать, но чаще берут подмастерьев, как Дина. Чужие души тратить запрещено. Кто-то воспользовался его ужасным состоянием после смерти сестры. ̶ Откуда ты столько знаешь? ̶ спросил Даррен, нахмурив брови. Крис чертыхнулся: шатен про Ваала ничего не знает, а рассказывать нельзя, ведь не зря же он держал все это в секрете? ̶ Есть друг-демон, ̶ явная ложь, как показалось Крису. Ваал даже не попытался этого скрыть, ̶ имени не назову, и в гости к нему не поведу. Он одинок и скрывается от властей. Я не могу предать его доверие так просто. Крис ничего не сказал, откуда-то зная, что Ваал говорит о себе. И то, что он говорит о себе так редко, да еще описывая как какого-то «друга» расстраивало и маленькие колючки впивались сердце. А как же обещание все рассказать?.. ̶ Связываешься с преступниками? ̶ Даррен еще больше нахмурился и начал нервно постукивать пальцами. ̶ Это то, что сейчас тебе важно? Парень замолчал и воцарилась неловкая пауза. ̶ Тогда я продолжу. Есть черный рынок этих кукол, если Дина не будет в мастерской или дома, я имею ввиду его настоящий дом, то он должен быть там. Будем надеяться, что еще не слишком поздно. ̶ Мы нормально будем там смотреться? ̶ спросил Крис. ̶ Ведь людям туда наверняка нельзя? ̶ Почему? Думаешь, богачи только у демонов существуют? Люди тоже там часто закупаются. У всех рас есть гнилые душонки, которые с помощью послушных кукол удовлетворяют свои желания. Надо только выглядеть, как очень богатые люди. Даррен посмотрел на Ваала недоуменным взглядом и аристократическим движением поправил свой галстук. Беловолосый элегантно поправил свои очки в ответ и легко качнул головой. Эта битва аристократических способностей продолжалась еще где-то с минуту, а потом они перевели взгляд на Кристиана. Парень сжался и сглотнул под сверлящими взглядами. ̶ А вот этого надо обучить приемлемому поведению, ̶ сказал Ваал. И ухмыльнулся.