Silence

Серёжа прогуливался по парку. Ранняя весна не приносила ни капли радости. Серое небо в тон асфальту и такие же серые деревья. Пробирающий до костей холод, если находиться на улице немного дольше. В общем, ничего позитивного. По дороге парень решил заскочить к своему другу. Давненько они не видились. Хоть к нему идти не близко, но ничего, ради него можно пойти на всё. -Эй, Кир, привет. Как ты? — а в ответ тишина. Акума привык. Даже не останавливался, всё продолжал и продолжал, — А помнишь, помнишь, как мы ночью вышли гулять и ирл подрубили. Яркое воспоминание появилось перед глазами. «-Пойдём гулять? — вставая с кровати, протянул Кир, — хватит киснуть, идём. Даже не пытаясь припираться Акума пошёл одеваться. -Давай ирл подрубим? — немного пройдясь, сказал Акума, — всё равно скучновато. -А давай, бро.» Тёплая улыбка озарила лицо парня. -Даа, было хорошо-о-о. Только я замёрз из-за тебя. Бе.-а в ответ такая же тишина. Ни звука. Посидев в тишине ещё с минуту, Серёжа продолжил. -А помнишь, как ты мне то-ли какао покупал, то-ли горячий шоколад, а потом сказал вылить, — с ноткой обиды в голосе сказал Акума, — а я та-а-ак хотел его выпить, очень вкусно. -А помнишь, как я тебе шнурки завязывал, ха-ха-ха. На нас тогда ещё косо смотрели. «-Бля, шнурки опять развязались, — с привычной шутливой ноткой в голосе сказал Курсед. Недолго думая, Акума опустился перед его ногами и начал завязывать шнурки. Кир же, не ожидая такого, тупо смотрел на него несколько секунд, а потом положил руку ему на голову и сказал: -А вы дальше и сидите на диване, дети суки, играйте в свою доту. На это лишь Серёжа тихо посмеивался внизу. " Яркие картинки пролетали в памяти одна за другой, сменяя друг друга с невероятной скоростью. Вот они сидят в каком-то ресторане и ждут блюда, прикалываясь, тут идут вместе по улице, обзывая друг друга в шутку. Тут они сидят у Кира дома, устроив драку подушками. А здесь едут в Мустанге непонятно куда, только потому что захотелось. -Да-а, прикольно было. Я тогда пойду, Кир. А-то замёрз как-то, ты пиши и звони если что. Пока, бро! А собеседник всё время молчал. Молчал, о том, что больше никогда не сможет не написать, ни позвонить. Молчал, потому что никогда больше не сможет заговорить.