Любишь огонь - потерпишь и дым.

Кэролайн брела по тёмному коридору своего дома. Кажется вся свита легла спать, однако она слышала, что Элайджа и Ребекка не спали. Они увлечённо болтали о чём-то. Где находился Клаус, Кэролайн, как бы это не было удивительно не знала. Девушка дошла до места, где находилось пианино. Босые ножки быстро подошли к инструменту. Форбс присела на мягкое кожаное сиденье и вздохнула, погружаясь в свои мысли. Она очень полюбила музыку за это время. Неважно классическая ли мелодия или музыка на современный манер, джаз или рок, умелое переплетение и сочетание нот ласкали её слух, заставляя забыть обо всём. Внезапно её воспоминания остановились на том дне, когда она убила Марселя. Прежде чем его убить она спела ему песню... Песня Florence and The Machine - Seven Devils Длинные худенькие пальцы плавно заскользили по клавишам. Кэролайн прикрыла глаза. Holy water cannot help you now Святая вода не поможет тебе теперь, A thousand armies couldn't keep me out Тысяча армий не смогли бы меня остановить, I don't want your money Мне не нужны твои деньги I don't want your crown Мне не нужна твоя корона, See I've come to burn Знаешь, я пришла, чтобы сжечь Your kingdom down Твоё королевство дотла. Клаус тихонько приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. Ему нравилось как она поёт. Мужчина прошёл внутрь и встал позади любимой, скрестив руки на груди, вслушиваясь в текст припева песни... Семь демонов окружают меня - пела спокойно блондинка, изливая как обычно всю свою душу в песню, выворачиваясь наизнанку. Когда Форбс закончила петь, она открыла глаза и ловко повернулась лицом к гибриду. В его глазах была настороженность. Волнение. Даже некоторая доля растерянности присутствовала. Кэролайн неуклюже скрестила руки в замок и положила их к себе на коленки. - Эта песня предназначалась тебе, а в итоге я спела ею Марселю перед смертью. - Клаус заинтересованно посмотрел на неё. - Мне? Полагаю, ты хотела отвоевать у меня моё королевство? - ухмыляясь, спросил он. Кэр покачала отрицательно головой. - Ты не внимательно слушал песню. Я хотела сжечь его дотла. Поэтому я и втёрлась в доверие Марселя. Он мог укрывать меня от тебя. Всё, что от меня требовалось, это убить его, дождаться, пока ты будешь уверен в том, что весь город полностью принадлежит тебе, а потом подстроить всё так, чтобы свита была уверена, что это ты убил их любимого хозяина. В итоге поднялось бы восстание. Большое восстание. Вместе со мной во главе. Я хотела тебя замуровать заживо в подвале как и всех, кто нарушил правила Марселя, а затем, просто уйти красиво. Спеть тебе песню и спалить всё население к чертям. - в небесно-голубых глазах зажёгся непонятный блеск. Кэролайн на секунду представила, что все её планы осуществились и она видит перед собой пылающий в огне город. - Да.. - выдохнула восхищённо та, - Это было бы грандиозное зрелище. - Никлаус недовольно нахмурился и молча присел к ней. - Что? - спросила Кэр, заметив его недовольное выражение лица. - Ничего. - он отвернулся. Майклосон не любил говорить о своих чувствах и эмоциях. - Нет, - она положила свою ладонь поверх его, отчего он вздрогнул и тут же повернул голову обратно, - Я хочу знать, что ты думаешь. Чувствуешь. Это важно для меня. - умоляюще говорила блонди. Минуту первородный колебался. - Я просто пытаюсь понять тебя, Кэролайн. Всю жизнь я считал, что есть два способа убить себя – самоубийство и безразличие. Одно дело, когда ты была без чувств. Твоё равнодушие можно оправдать, но теперь... То ты плачешь у меня на руках, из-за того, что устроила резню в баре, то с придыханием говоришь о том, как сожгла бы город и всё мирное население дотла. - Кэр улыбнулась и положила голову ему на плечо. - Ты слишком серьёзно воспринял мои слова. Я лишь подумала о том, что это была бы самая моя лучшая и красивая из всех мести, что я устраивала. - Ник немного успокоился. - И почему ты пропустила такую шикарную возможность, если не секрет? - Надо быть полным идиотом, чтобы пойти против тебя. Ты был бы в ярости. У меня и без тебя было достаточно проблем на заднице. Поэтому я решила отложить все свои грязные планы и немного отдохнуть от чёрных дел. Клаус притянул вампиршу к себе ближе, зарываясь лицом в белокурых кудряшках. - Даже если бы я был в ярости, я бы никогда не причинил тебе вреда, милая. - Долго вы будете здесь нежится? - послышался недовольный голос Давины. - Кэролайн вопросительно изогнула бровь, а древний мило улыбнулся. - Мы мешаем тебе настроится на магические радио, дорогуша? Или у тебя возникли какие-то другие проблемы? - грозно спросил он. Всё таки ведьм Майклосон ненавидел также как и раньше. - Вы мешаете спать. - теперь брюнетка говорила не так уверенно. - Правда? Удивительное явление любимая, не правда ли, - бросая на Кэр короткий взгляд, а потом возвращая его на Давину, говорил гибрид, - в Новом Орлеане Давина была просто могущественной ведьмой, а теперь к её невероятным способностям прибавился и сверхъестественный слух. Она умудряется слышать нас из другого конца дома. Поразительно. - с сарказмом договорил мужчина. Девушка сглотнула ком в горле. - Давина иди спать. Не действуй на нервы. Считай, что это приказ. - повелела устало Кэролайн. Ведьма кивнула и ушла прочь. - Нам тоже не помешает поспать, любовь моя. - нежно сказал Клаус. Кэр зевнула. На неё внезапно напала усталость. Вампирша буквально валилась с ног. - Угу. - буркнула Форбс в ответ. Мужчина издал смешок. - Я донесу тебя. - одним ловким движением Майклосон подхватил её на руки, словно пушинку и понёс в спальню. ( Тем временем в спальне Кэтрин и Элайджи ) - Кэтрин, что случилось? - битый час Элайджа наблюдал за тем, как Пирс ходит из стороны в сторону, измеряя комнату шагами. - Я не понимаю, что ей ещё нужно? Её окружают люди, которые заботятся о ней, любят, дорожат ею, а она ведёт себя так, словно её посадили в подвал как Гилберт и заставили сожрать собственный глаз. - Элайджа скривил недовольную, кислую гримасу. - Полагаю, это изобретательность моей младшей сестрёнки? - спросил тот. Ему было несколько жалко Елену. - Да. Знаешь, вот эта черта характера мне в ней определённо нравится. - одобрила Кэт. Элайджа сжал губы в тонкую линию. - Нельзя быть такой злой, Катерина. Это может обернутся на тебя. - Пирс отмахнулась и продолжила нервное хождение. - Ты пообещал оберегать её, Элайджа. Я прошу, нет, я умоляю, сдержи своё обещание. Я чувствую, что она мечется из стороны в сторону. Хождение по острию лезвия не доведёт до хорошего. - старший Майклосон несколько разочарованно посмотрел на Кэтрин, но при этом подметил, что Петрова действительно волнуется за подругу. Он впервые видел, чтобы Кэтрин так волновалась, умоляла и нервничала из-за кого-то другого. Ему открывались её светлые стороны, которые он так мечтал возродить в ней. - Разве я когда-нибудь не выполнял обещаний? - Катерина посмотрела на него с долькой злобы. - Припомнить тебе то, как ты изящно покинул меня? Не говоря ни слова. Молча. По-английски. И напомнить ли мне тебе, что за несколько недель до этого ты вероломно клялся мне, что никогда не оставишь меня одну? - Элайджа склонил голову, скрывая стыд. - Это никогда не повторится. - посмотрев ей в карие глаза, поклялся он. Кэт скрестила руки на груди. - Не зарекайся. - коротко ответила девушка и молча захватив вещи, отправилась в душ. Элайджа решил что её грубость - последствие волнения Катерины. Они не железные, верно? Каждому нужно выплеснуть эмоции наружу. Тем временем Татья замышляла нечто подлое... Разве она собиралась играть по правилам, которые изложила Кэролайн? Конечно нет. Она желала отомстить, но убийство - было слишком лёгким выходом. P.S: Маленький намёк на то, что в следующей главе будет неожиданный разворот событий. Также немного душевных разговоров.