Следующая станция: Технопарк

      Добравшись до жилого района, парни выбрали дом, стоящий поближе к дороге, что вела к заводам. Дверь в подъезд была открыта, так что трудностей с вскрытием замков не возникло. — На каком этаже поселимся? – спросил Барри, придерживая дверь Винсу. — Думаю, стоит остановиться в квартире повыше, чтобы обзор на двор был лучше. — Тогда на восьмой? И вид хороший и спускаться не очень долго. — Давай.       Поднявшись на восьмой этаж, парни зашли в одну из квартир и закрыли за собой дверь на всякий случай. Лишняя осторожность никогда не помешает.       Винс прошёл в гостиную, снял обувь, оставив её возле порога, и чуть ли не с разбегу прыгнул на кровать, разлёгшись в позе морской звезды. Барри же подошёл к рядом стоящему креслу, тоже снимая с себя лишнее: винтовку, подсумок, перчатки, форменную куртку с карманами, жилет с жёсткими вставками и чёрные берцы. Из одежды остались только носки, чёрные плотные штаны, серая нательная футболка.       Винс, привлечённый шуршанием одежды, поднялся на руках и шокированно посмотрел на кресло. — Это всё было на тебе?! — Ага. — Как ты не помер на солнце? На улице лето! – Винсент потрогал плотную ткань формы. — Ну, я же практически военнослужащий, а вояки обязаны быть выносливыми... А ещё сильными, – Барри решил продемонстрировать свои бицепсы Винсу, согнув руку в локте и оттянув короткий рукав футболки.       Парень от удивления немного приоткрыл рот. Он помнил руки Охотника три года назад, когда только познакомился с ним. По выходным они часто вместе гуляли и обычно Барри приходил в футболке. Винс тогда делал много комплиментов физической подготовке мужчины, на что тот скромно отвечал, мол все служащие такие.       Сейчас же рельефные мышцы друга привлекали куда больше внимания. Парень и раньше замечал за собой, что ему нравится разглядывать мощное тело Барри, но себе в этом признался только лишь в этот момент, смотря на огромные бицепсы и мысленно истекая слюной. — Нравится? – хитро улыбнувшись, произнёс Барри. — Д-да... – Винс повисел ещё пару секунд, а потом резко опомнился, – в смысле нет! Т-то есть да, но нет. Ну, типа, нравится, но только... – парень запаниковал.       Он не хотел, чтобы Охотник подумал о нём лишнее, поэтому безуспешно пытался оправдаться.       Мужчина поправил серую футболку, а после подошёл к красному от стыда парню и сел напротив него. Винс подумал, что сейчас его будут осуждать или ещё хуже, пошлют далеко и надолго, но этого не произошло.        Вместо этого Охотник аккуратно приложил свою ладонь к щеке Винса и провёл большим пальцем по коже. Провёл ещё раз, и ещё... Винсент сидел, боясь пошевелиться. Он не знал, как на подобное реагировать. Да, ему уже двадцать пять лет, вполне себе взрослый мальчик, понимающий к чему ведут подобные действия, но проблемы с общением и отсутствие отношений проявлялись ступором. — Ты хоть вдохни, а то сидишь и дышать боишься, – как ни в чём не бывало сказал Охотник, продолжая гладить парня по щеке. — Ч-что т-ты д-д-делаешь? – Винс не мог принять происходящее. — Признаюсь тебе в чувствах после долгой разлуки. Разрешишь? – прошептал Барри, придвинувшись к плотно сжатым губам парня.       Винсент тихонько кивнул, не отдавая себе отчёт, почему согласился. Он не хотел думать об этом, просто знал, что Барри ничего плохого ему не сделает.       Охотник осторожно коснулся губ Винса, проверяя, оттолкнёт ли его парень. Винсент же робко положил руки на мускулистые плечи потенциального "больше_чем_друга" и, сжав пальцами хлопковую футболку, притянул мужчину ближе к себе. Ощущение недосказанности наконец растворилось в воздухе.       Барри неспешно сминал обветренные губы парня, продолжая нежно поглаживать его по щеке. Трепетное чувство заставляло сердце биться в сумасшедшем ритме, а кровь шуметь в ушах. Винс в ответ на незатейливую ласку глухо постанывал, хотя пытался сдерживать себя.       В какой-то момент парень почувствовал тёплый язык, который осторожно лизнул его нижнюю губу. Винса будто прошибло током и он дёрнулся, сорвавшись на всхлип. Барри сразу же оторвался от парня и обеспокоено посмотрел ему в глаза. — Винс, всё в хорошо?       Слёзы ровными прозрачными струйками скатывались по раскрасневшимся щекам. Неконтролируемые полувздохи срывались с уст парня. — В-всё х-хорошо... – Винсент измучено улыбнулся, – д-давай прод-должим? — Что ж ты со мной делаешь, – прошептал Барри, аккуратно вытирая слёзы с щёк парня, и вновь прижимаясь к желанным губам.       На этот раз Винс обвил руками шею Охотника и сам углубил поцелуй. Спустя пару секунд Барри отстранился, обхватил парня за талию и усадил того себе на колени. Винсент в нетерпении поёрзал на бёдрах Охотника, а после подставил шею, намекая на продолжение.       Мужчина довольно усмехнулся и стал неторопливо растёгивать некогда белую рубашку офисного сотрудника. На третьей пуговице парень не выдержал и избавился от рубашки самостоятельно, быстро растегнув остальные пуговицы. — А ты можешь быть быстрым, когда хочешь. — Давай я сейчас зажгу спичку, а ты разденешь за то время, пока она горит, – парировал Винс.       Барри с вызовом посмотрел на парня, посадил его обратно на кровать и встал рядом с ним. — Начинай обратный отчёт.       Винсент с интересом наблюдал. Бывший солдат молниеносно скинул с себя футболку, затем в считанные секунды справился с ремнём на брюках (КАК ЧЁРТ ВОЗЬМИ?!) и отправил всё это в полёт до кресла. После Барри гордо предстал в одних боксёрах. — Сколько насчитал? — Пять секунд... Ты меня не перестаёшь удивлять.       Охотник повалил Винса на кровать, впиваясь полу-укусом-полузасосом в шею. Парень запрокинул голову, издав прерывистый стон. На тонкой коже, словно бутон розы, постепенно расцветал красный след. Барри напоследок провёл языком по "метке" и спустился поцелуями ниже.       Ощущение тёплых и влажных губ, беспорядочно касающихся то груди, то подрагивающего живота, то затвердевших сосков, заставляло плавиться в придерживающих по бокам руках. Винс пропустил момент, когда Охотник снял с него потёртые брюки. — На что-то грандиозное я бы не надеялся, ибо кроме чёртовых батончиков у нас нет ничего полезного, – будучи до невозможного возбужденым, Барри сохранял возможность спокойно говорить и здраво мыслить. Выработанная выдержка, не иначе. — А на что можно надеяться? – произнёс севшим голосом Винс, одаривая затуманеным взглядом призадумавшегося мужчину. — На дружескую дрочку, – Охотник ещё и шутить умудрялся. — Я, мх~ – Барри случайно задел ногтем выступающую тазовую косточку Винса. — Неужели стесняешься? Несколько минут назад ты вовсе не стеснялся.       Поняв, что Барри дело говорит, Винсент не стал противиться, хотя глубоко внутри он жутко стеснялся всего, что связано с его достоинством.       Парень считал это чем-то постыдным, сугубо личным, но почему он должен смущаться любимого человека? Не найдя никаких аргументов, Винс помог Барри стянуть с себя ставшее лишним нижнее белье. — Закрой глаза и просто чувствуй, – горячо прошептал Охотник.       Барри нежно коснулся плоти Винса, проведя подушечками огрубевших пальцев по длине органа. Каждая шероховатость прекрасно ощущалась на тонкой коже, придавая особое острое наслаждение от процесса. Винс лежал с закрытыми глазами и вздрагивал от каждой невидимой царапинки.       Охотник одной рукой обхватил уже налившийся кровью ствол, немного сжал его и сделал движение вверх-вниз, а пальцы второй руки в такт дразнили затвердевший сосок. Винс загнано стонал, иногда выкрикивая имя любовника. — А-ах~, мх, Барри-и... – перед глазами вспыхивали и тут же гасли разноцветные искры.       Охотник потянулся к приоткрытому рту парня, быстро поцеловав. Самообладание трещало по швам, хотелось взять запястья Винса мёртвой хваткой, закинуть их над головой, а после грубо и властно целовать, но ментальнотравмированный парень вряд ли такое оценит. По крайней мере пока. Барри-то знает тайные пристрастия и фетиши своего мальчика, один только оценивающий взгляд чего стоил.       Собственный стояк тёрся о ткань боксёров, вызывая дискомфорт. Охотник стянул мешающую ткань и провёл рукой по члену, распределяя стекающую с головки смазку. Один только вид скулящего, раскрасневшегося, сжимающего до побелевших костяшек простынь Винсента с всё ещё заметными дорожками слёз, заставлял Барри тяжело дышать.       Охотник взял в ладонь оба члена, жёстко надрачивая, проходя большим пальцем по головкам. Спустя пару размашистых движений Винс с громким стоном выгнулся в позвоночнике, сотрясаясь от накрывшего его оргазма. Волны всепроникающей слабости расходились по разгоряченному телу. Следом за парнем кончил Барри, издав низкий гортанный стон, похожий на рычание зверя.       Немного отойдя от нахлынувших разом чувств, Охотник потянулся за лежащим на краю кровати пододеяльником, чтобы вытереть и привести в порядок себя и Винса. Закончив с "заметанием следов", Барри взял чистое одеяло и, укрыв парня, лёг рядом.       На протяжении получаса Охотник почесывал голову Винса, перебирая пальцами отросшие волосы на затылке.       "Даже жаль его будить, а надо. Если сейчас не поговорим, потом можем и не успеть", – Барри всё равно ощущал некоторое беспокойство по поводу завтрашнего дня, поэтому он решил разбудить мирно посапывающего парня.       Охотник аккуратно потряс за плечо Винсента и тот нехотя открыл глаза. — Прости, что растолкал, но ты, вроде, сам хотел, чтобы я рассказал тебе обо всём случившемся, – тихо сказал Барри. — А, точно... Конечно, хотел, – Винс спросонья зевнул, – расскажи, пожалуйста, куда ты пропал. Меня интересует в основном только это. — Что ж, спустя год нашего знакомства, – Барри невольно улыбнулся накатившим воспоминаниям, – меня, так сказать, "призвали" на прохождение некой дополнительной подготовки. Я сразу почуял неладное, ибо подобные письменные повестки получили практически все люди, которые проходили службу в полиции или в военных подразделениях. Весьма подозрительно, что огромному количеству граждан разом понадобилась какая-то подготовка. Я попытался узнать у своего начальства подробности и можно ли отказаться, но мне ясно дали понять, что дело это государственной важности и обычным людям не следует знать ничего. Единственная информация у меня была на врученном листе, мол список вещей и время отбытия поезда. За несколько дней до отъезда я пытался проводить с тобой больше времени и в последний вечер я впервые обнял тебя на прощание, – Охотник убрал упавшую на лицо Винса прядку волос, сделав паузу. — Я помню, в тот же день мне на работе присвоили номер 307. Видимо, тогда и начались перемены в мегаполисе. — Именно. Начались перемены. Ночью я, как и многие люди, сел на поезд и нас повезли в неизвестном направлении. Далее по прибытии на станцию без названия, мы прошли пешком несколько километров до какого-то огромного здания, которое, похоже, отстроили специально для подготовки Охотников. Следующие два года из обычных служащих людей делали бездушных машин. Надо ли говорить, что многие отсеялись, потому что не прошли этап "контроля разума". Выбирали лишь тех, кем можно манипулировать. Я быстро понял суть, да и не хотел на расстрел для "отсеянных", поэтому притворился послушным. Благо, входить в роль я умею. После длительной подготовки, Охотников ввели в курс дела и раскидали по новым местам работы. Кого-то отправили на патруль города, некоторых на работу с сотрудниками офиса, а меня, так как я снайпер, отнесли к особому отряду. Теперь моей работой стала поимка девиантов. Ну, а далее по удачному стечению обстоятельств, я смог найти в базе данных твой номер и выйти за тобой "на охоту", – Барри улыбнулся, прищурив карие глаза.       Винс обдумывал всё сказанное Охотником. — Я могу спросить, как дела проходили у тебя в офисе? Хотел бы знать лично от сотрудника кампании. — Ну, ты уже знаешь, всем работникам присвоили номера, и мы должны были откликаться исключительно на них. А далее пошли множественные ограничения: не покидать офис во время обеда, не пользоваться смартфоном во время рабочего дня, не разговаривать с коллегами и много чего ещё. Теперь мы жили по строжайшему расписанию. Меня, конечно, это напрягало, я узнавал, как обстоят дела в других кампаниях, но там было абсолютно то же самое. Полное бесправие и жёсткий режим. Через несколько месяцев таких запретов нас поставили перед фактом, что мы должны перебраться в другой офис. — И никто вам не сказал, что ждёт на новом месте работы? — Конечно же нет... Я не выдержал такого колоссального давления на психику и в первый же день выбежал в окно, – Винс закрыл глаза, пытаясь справиться с негативными мыслями.       Барри придвинувшись поближе, обнял парня, уткнувшись носом в макушку. — Главное, что мы снова вместе, а остальное не важно. — Мгм, – согласно промычал Винсент. — Я люблю тебя, Винс, – Барри закрыл глаза, проваливаясь в сон. — Я тоже тебя люблю, Барри, – засыпая в тёплых объятиях прошептал Винс.