Однолетняя камелия

На следующий день, как и сказал Шиничиро, они отправились в квартиру Мияко. Было довольно грустно покидать столь прелестные апартаменты. Хотя она почти и не бывала тут, только ночевать и приходила, так как всегда была загружена работой, не обращая ни на что внимание. Однако Хасэгава всё-таки находила время, чтобы лично подбирать мебель для интерьера квартиры. Каждый комодик, шкафчик, пуфик, цветочек имел своё особое место, и чтобы, не дай Боже, его кто сдвинул. Хотя особо и некому было. Мияко забрала не так много вещей, решив оставить остальное, так сказать, про запас. И конечно она не забыла про подаренную Шином камелию. И парень, и девушка были счастливы вместе. Сано ходил на работу, а Хасэгава всё ещё была в длительном отпуске. Однако её тревожило, что же сказать директору, когда окажется, что это не просто отпуск. Но да ладно, об этом Хасэгава подумает потом. А пока она наслаждалась счастливыми моментами, которые ей ежедневно дарил Шиничиро. Мияко в свою очередь по возможности вела домашние дела. Всё это прерывали только постоянная тошнота, часто доходящая до рвоты, и ужасные боли. Главное, что теперь Мияко действительно чувствует себя счастливо, и этому ничего не могло помешать. О том, что жить ей осталось совсем немного, они старались не вспоминать. На химиотерапию Шин поехал вместе с Мияко, как и обещал. После нескольких процедур девушка была радостной, потому как чувствовала себя легче: и боли длились меньше времени, чем обычно, и тошнило её реже. Но радость была ровно до того момента, пока она не увидела изменения явно не в лучшую сторону. Волосы на концах стали как солома и обильно выпадали, пришлось их состричь до каре чуть выше плеч. Кожа стала почти белой и сильнее обтягивала выпирающие ключицы. И всё же, счастья было достаточно, чтобы перекрыть все эти ужасные события. Мияко совсем потеряла счёт времени. Даже три месяца пролетели незаметно. К ней иногда приходили Эма и Манджиро, приносили какие-нибудь гостинцы. Изана всё также боялся и на шаг к ней приблизиться, они очень поссорились с Шиничиро из-за последнего происшествия. Да и сам Курокава не желал приезжать, почти сразу после того события он уехал в другую страну в командировку, насколько - неизвестно. Время летит незаметно. И вот последние дни весны. Очень скоро её день рождение. Но всё было не так радужно... Однажды Шин вернулся с работы домой. - Представляешь, сегодня была неплохая акция в магазине. Твой любимый шоколад продавали за мизерную цену! Я взял несколько плиток. - Вёл он диалог, громко говоря на всю квартиру. Пройдя до столовой, Шин поставил пакеты с покупками на стулья. Оглядевшись, он понял, что-то не так. Да и Мияко не отвечает. - Мия? - Задал парень вопрос, на который никто не ответил. Только в комнате послышалось шуршание. Сано сорвался с места в спальню. - Мияко! - Он распахнул дверь и увидел девушку, которая, видимо, только проснулась. Шин подбежал к ней. - Как ты меня напугала! - Он аккуратно сел на край кровати. - Прости. Мне весь день было плохо. Я ничего не делала. Голова беспокоила ужасно. В глазах всё плыло и до сих пор плывёт. Слабость просто кошмарная. - Мияко положила голову на колени к Шиничиро. Парень стал поглаживать её по волосам, которые уже укоротились почти до стрижки пикси. - Бедная моя девочка. Ну, ничего, я сейчас всё сделаю. Тебе принести чего-нибудь? - Обезболивающего, никак не могла встать с постели. - Хорошо. Шин переоделся и пошёл на кухню за обезболивающим и стаканом воды. Отдав всё девушке, парень снова вернулся на кухню. Но он всё не мог сосредоточиться на деле. "Нехорошо, что её состояние так резко ухудшилось. Господин Такада начал задавать всё больше вопросов о том, почему Мияко со своим рвение вдруг взяла дополнительный отпуск, да ещё и через меня. Здоровье Мии всё хуже и хуже. Зрение за три месяца слишком стремительно начало снижаться. А Огава только мне и говорит об этом, чтобы её не волновать. Он сказал, что ей осталось около 8 месяцев. Неужели срок, отведённый ей уже почти кон... Блять!" Парень резанул палец ножом. Чем и отвлёк себя от печальных размышлений. Но настроение уже было ни к чёрту. Он даже не сдвинулся, чтобы обработать порез. Шин отбросил нож, прокатив его по столешнице, и от бессилия поставил локти кухонный гарнитур. Кровь продолжила стекать по руке. Он выругнулся про себя, тяжело вздохнул и потянулся за отброшенным ножом, затем продолжил нарезать овощи. "Какого я творю. То, что я попсихую, тут ничего не изменит. Нужно взять себя в руки", - он горько усмехнулся сам себе: "Да кого я обманываю. В моей ситуации нельзя взять себя в руки. Только надеяться на нереальное чудо. Которого просто нет". Его мысли закончились только после того, как он завершил блюдо. Шиничиро решил приготовить лёгкий овощной крем-суп. Если есть слабость, значит, может быть и тошнота. Собрав всё на поднос, пошёл в спальню. - Вот, давай-ка поедим. - Он помог девушке сесть. Она слегка улыбнулась. - Спасибо. Что бы я делала без тебя. - Принимая поднос, проговорила Мияко. - Голодала. - Отшутился парень, она тоже улыбнулась, но вдруг уголки рта снова опустились, девушка увидела тот самый порез. - Шини, как же ты так. Нужно же быть аккуратнее. Сильно болит? - Она взяла его за руку. - Не переживай. Это я овощи нарезал и промазал, отвлёкшись. Мне уж точно не так больно, как тебе. - Его рука потянулась к её ключице, где виднелись огромные синяки от капельниц, которые ей ставили в понедельник, среду и пятницу. От прикосновения его пальца, она вздрогнула. Они всё никак не проходили из-за частоты выполнения процедуры. Только один начинал желтеть, следом ей делали новый. И так по кругу. - Прости, не хотел. Давай кушать. Тебе помочь? - Нет, я справлюсь. Сам лучше ешь. - Она смутно улыбнулась и, взявшись за ложку, начала трапезу. - Скажи, что ты хочешь на день рождения? - Спросил Шиничиро, когда они поели, и он всё убрал. Девушка посмотрела на него с удивлением. - Откуда ты узнал? - На работе по приказу господина Такады перебирал данные работников нашего отдела и случайно нашёл твоё резюме. Там было указано. Я на твой вопрос ответил. Теперь ты. - Улыбнулся он. - Ничего. - Холодно ответила Мияко и отвела взгляд. - Ты и так много чего мне подарил. Так что больше мне от тебя ничего не нужно, Шини. Главное будь рядом. Ладно? - Парень вздохнул и, взяв её лицо в свои ладони, повернул к себе. - Ну нет, - протянул Сано, - так не пойдёт. Проси что угодно. Я всё сделаю. - Мияко поняла, с этим человеком спорить бесполезно. Хотя, долго она не задумывалась. - Тогда поехали на море. Моё день рождение в субботу. – Шиничиро, казалось, засиял ярче, чем Сириус в чистом небе. Он встал с постели и, выпрямившись, как солдат на построении, отдал честь. - Есть! Приказ понятен и будет выполнен в срок! - Отчеканил он, но потом более тихо произнёс. - Но только при условии, что ты будешь чувствовать себя хорошо. Если нет, то я весь свой балкон засажу красной камелией. - Она рассмеялась. - Хорошо, теперь у меня есть мотивация на нормальное состояние. Думаю, пора спать ложиться. Завтра нам ведь снова к Огаве-сану. - Да, точно. Ну тогда ложимся. - Шиничиро залез к девушке и прижал её к себе спиной. - Я. Тебя. Очень. Сильно. Люблю. - Он медленно проговорил каждое слово. - И. Я. Тебя. - Улыбаясь, ответила девушка так же. *** - Шини, ну давай быстрей! Плетёшься, как старый дед! - Позвала его девушка и звонко засмеялась. Она бежала прямиком к морю, придерживая длинный сарафан, чтобы не запнуться. - Сейчас, сейчас. Я просто не хочу сгореть. И тебе не советую! - Крикнул в ответ ей парень, но тоже улыбнулся. В конце концов, слышать её смех - самое главное для него. А в это время Мияко уже добежала до моря и зашла в него ровно по щиколотки, ахнув от резкой прохлады и всё-таки намочив подол сарафана. Также звонко смеясь, она стала кружиться среди небольших волн, уже не обращая внимания на то, что почти вся мокрая из-за солёной морской воды. Шин расстелил покрывало на песке и сел, наблюдая, как веселится Мияко. Укороченное каре развевалось от её своеобразного танца и горело, словно огненные языки пламени. Она была полна счастья, как ребёнок, впервые приехавший на море. Натанцевавшись в воде ещё с полчаса, Мияко плюхнулась рядом на покрывало с Сано.Парень сразу накинул на неё полотенце. - Ну вот, вся вымокла. Иди, переоденься в купальник, а сарафан на машину повесь, быстрее высохнет. - Он старался говорить серьёзно, но улыбка во все тридцать два зуба выдавала его счастье. - Да когда я ещё так повеселюсь! - Слова были сказаны необдуманно, но всё-таки имели вес. Действительно, она не знает точно, когда её не станет, поэтому хочется нарадоваться вдоволь, чтоб хотя бы не о чём не жалеть. - Так, ты пока отдохни ещё, а я пойду, переоденусь. - Заявила девушка и, встав, пошла в сторону машины. Минут через 10 девушка вернулась. - Ну вот я готова. Теперь твоя очередь. - Пока парень ушёл переодеваться, она взяла тюбик с кремом от загара. И только отбросив его в сторону, взвизгнула от неожиданности. Шиничиро налетел на неё и, схватив на руки, понёсся к морю. - Шини! - Только и успела крикнуть девушка, прежде чем оказаться в воде. - Видела бы ты своё лицо! - Смеялся он, пока Мияко вытирала глаза от морской воды. - Сдурел так меня пугать! Я думала, по пути ласты склею! - Она вытерла глаза и хитро посмотрела на парня, а потом провела ладонями по водной глади, создав небольшую волну, которая накрыла Шина с головой. - Эй! У меня волосы будут потом, как будто я неделю не мылся! Так нечестно! - Пожаловался он, тряхнув головой. - Ничего. Переживёшь! Будешь знать, как пугать людей до смерти! Они ещё долго возились в воде, пока не устали. На берегу пара укрылась большим полотенцем. Мияко положила голову на плечо Шиничиро. Сано жевал один из бутербродов, которые Хасэгава сделала с собой. Девушка же просто наблюдала за водой. Было невероятно хорошо, даже состояние особо не тревожило. Только голова снова начала болеть, отчего она вздрогнула. Шин это почувствовал. - Что-то болит? - Да. Голова. Я сейчас обезболивающее выпью, и всё будет в порядке. - Она потянулась к косметичке, в которой были все таблетки и тюбики. Но порывшись в ней минут пять, поняла, что забыла их. - Чёрт. - Расстроено пробубнила девушка. - Что такое? - Таблетки забыла от радости. - Тогда домой? - Беспокойно спросил Сано. - Но мы ведь только приехали. - Жалобно почти проскулила она и отвела взгляд. Парень вздохнул и обнял её. - Ничего. Мы ещё приедем как-нибудь. Лето только началось. - Эх... Ладно. - Парень дожевал бутерброд и встал, подав руку Мияко. - Главное - твоё здоровье. - Сказал он и помог ей подняться. - Твой сарафан, наверное, уже высох. Я пойду первым, а пока ты будешь переодеваться, соберу все наши вещи. Погоди немного. В машине ей стало хуже, поэтому Шин занёс её в квартиру уже на руках. Как бы Шин не хотел снова отвезти Мияко на море, больше они не поехали. Состояние её здоровья ей не позволило. Почти не было дней, когда она чувствовала бы себя хорошо. Но настал момент, которого Хасэгава так боялась. Директор уже не интересовался, а требовал от Шиничиро объяснения, почему Мияко не берёт трубку и не выходит на связь. Сейчас Сано помогал ей одеться. Конечно, он сильно волновался — именно сегодня выдался день с её плохим состоянием. - Ты уверенна? Может, я сам всё объясню? - Нет, Шини, и так ты слишком много сделал для меня. Поехали. - Ну наконец я вас вижу, Хасэгава-сан! - Директор даже встал из-за стола, чтобы поприветствовать девушку. Мияко через силу улыбнулась и почти сразу села за стол переговоров. Ей было жуть как плохо из-за слов, которые ей необходимо сейчас сказать. Господин Такада ей ближе, чем просто начальник. Они вместе уже долгое время. Ещё на 2 курсе она стала проходить практику в маленькой компании, а теперь она разрослась в огромную фирму с филиалами по всей стране и даже за границей. Присаживаясь за стол, мужчина ещё раз окинул подчинённую взглядом. - Мне кажется, вы схуднули. Вы в порядке? – Волнуясь, спросил он, складывая руки на столе в свою привычную позу. - Такада-сан, я хочу уволиться из компании. - Дрогнувшим голосом сообщила она. Кажется, у директора от удивления глаза на лоб полезли. Повисла минута молчания. - Я не могу вас отпустить. Вы ценный сотрудник, мне больше не найти такого. - Спокойно сообщил начальник. - Господин Такада, - она подняла намокшие от слёз глаза на него, - у меня рак головного мозга третьей степени. Я не могу заниматься работой из-за жутких головных болей. Так что я больше не такой хороший сотрудник. Я живу у Шиничиро, у нас с ним отношения. Всё это время он помогал мне со всем справиться. Поэтому... - Под конец речи, она не смогла сдержать слёз. Так было ужасно больно увольняться с любимой работы. Но Такада её перебил. - А я думал, мы друзья, Хасэгава-сан. Почему же вы ничего не говорили. Сано ходил, отмалчивался, и вы трубки не брали. - Он снова встал из-за стола и, направившись к девушке, обнял её. - Не буду я никого увольнять. Я вас, как и Сано, поддержу. А то делал ему выговоры из-за незнания всех обстоятельств. Он ведь целые дни пропускал. - Спасибо вам огромное, Господин Такада. - Ну, вы успокаивайтесь. И идите домой вместе с Сано, отдохните. - Спасибо. Так окончился август, а вместе с ним кончилось и лето... В сентябре дозу химиотерапии увеличили. Огава сообщил Шиничиро, что Мияко осталось совсем немного. А сколько - неизвестно. А в октябре... Мияко больше не смогла встать. Всю аппаратуру пришлось арендовать, с этим и по разным другим финансовым вопросам помогал господин Такада. Огава старался приходить каждый день. Лекарства в её тело поступали почти постоянно. Кожа, как белый мрамор, жутчайшие синяки под глазами, неисчезающие гематомы под ключицей от канюли, лицо, обтянутое трубками для питания, уставшие блёклые глаза — всё это доставляло невыносимую боль Шиничиро. Он не видел её улыбки, он не мог её обнять, не мог поцеловать, даже прикосновения он делал осторожно, боясь навредить. - Шини, обними меня. - Прошептала девушка. Парень в ответ помотал головой. - Если хотя бы одна трубка спадёт, твоя жизнь укоротиться в несколько раз, Юто же сказал. - Проговорил он и коснулся слегка её руки. - Проголодался, подожди немного. Я быстро. - Хорошо. - Она смотрела ему вслед опечаленно, даже разочарованно. Накладывая себе порцию карри, Шин взглянул на подоконник, где стоял горшок с камелией. Она совсем плохо выглядела: алый цвет почти исчез, стал больше похож на бордовый, стебельки несколько увяли. "Вот же шарлатаны. Говорили, что простоит несколько лет с хорошим уходом, а увяла почти через год", - хмыкнул Шин. После перекуса он снова вернулся к девушке. На утро ему нужно было сходить на работу. Господин Такада долго извинялся за это, но выбора совсем нет, накануне важный договор о расширении фирмы, на котором должна была присутствовать Мияко, чего, естественно, Шин допустить не мог. Поздно вернувшись домой, парень сразу прошёл в комнату. И вдруг у него сердце в пятки ушло, трубка питания была сдёрнутой и отброшенной, болталась возле кровати. Девушка повернула голову на Сано. Он быстро подбежал к ней. - Мия! Что ты наделала! Юто не сможет сегодня прийти! У него операция, а я не знаю, как всё это делать! - его поглощала паника, девушку он даже не тронул, только активно жестикулировал руками над ней. - Шини, обними меня. - Жалобно попросила Мияко, слёзы потоком текли по её вискам. - Нет... Нет... Я не могу... Ты же... - Вдруг девушка одним движением, из последних сил, сдирает с себя канюлю с препаратами и капельницу с обезболивающем. - Не надо! Что ты делаешь! - Уже в слезах молил он. Но она его будто не слышала. Привстав с кровати, Мияко бросается к нему в объятия. Он, конечно, словил её вовремя и расположил на своих коленях, держа локоть под головой. - Шини, я люблю тебя. Ты мне очень дорог. Могу я увидеть весь мир твоими глазами? - Почти шепчет девушка, тянясь к его щеке, по которой тёк бурный поток солёной воды. - Ты увидишь его своими глазами! - Парень ловит её руку и прижимает к своему лицу, потом начинает лихорадочно зацеловывать её кисть в следах от капельницы. - Я так благодарна тебе. Ты подарил мне самые счастливые моменты перед моим концом. - Её взгляд всё больше тухнул и стекленел, а ладонь на его щеке холодела. - Ты будешь рядом, всегда и везде со мной! - Но он прекрасно понимал, нет, в его голове будто старые часы начали бить о конце её жизни. Но Шин отчаянно не хотел в это верить, в то, что девушка перед его глазами снова оставляет его и в этот раз найти её будет невозможно. Её рука чуть шевельнулась на его щеке, она заставляла двигаться своё тело через невыносимую боль. - Не плачь. Твоя улыбка такая красивая. - С горечью продолжила она. - Нет! Не покидай меня! Пожалуйста... - Истерически произносил Сано, трясясь в припадке, захлёбываясь слезами. Её губы чуть вытянулись в слабой улыбке. - Я останусь с тобой навсегда в своей следующей жизни, обещаю. Шини, поцелуй меня. - Тихо сказала Мияко, почти на одном дыхании. Шин скривился и наклонился к ней. Он осторожно коснулся её губ своими дрожащими и сухими от страха. Девушка углубила поцелуй всего на секунду, и, в следующий миг, Шиничиро почувствовал, как она обмякала в его руках. А на губах осталась счастливая улыбка. На губах таких белых, как мел для доски в их институте, как снег, на котором они лежали вместе, как коридоры в больнице, где делали ей химиотерапию, как перо у свободной чайки на том лазурном побережье. Прижав её к себе, парень зарыдал истошно, в полный голос. Так, чтобы весь мир слышал, что он потерял любимую им девушку... Немного успокоившись, он позвонил Юто и сказал только три слова: "Её. Больше. Нет". Хотя даже это далось ему с трудом. Но врач всё понял и сказал что-то вроде "соболезную". Когда тело Мияко забрали, Шин сидел в зале, бездумно пялясь в одну точку. За окном послышался какой-то звук, какие-то птицы вили гнездо. Он немного понаблюдал за ними, а после его взгляд уловил знакомый горшочек, и в нём, увядшую насовсем, алую камелию...