Русалка

Никса. Нииикса. Ни-кса. Всячески растягивая ее имя, будто пробуя его на вкус, мужчина шептал лёжа на бархатном покрывале. Его мысли были где то далеко от реальности, почему то он думал о том, какого это быть русалкой. Не то чтобы его манили эти мысли, скорее больше интерес. Ведь он в самом деле почти про нее ничего не знал. Перевернувшись на бок он устремил пронзительный взгляд изумрудных глаз на белоснежный бортик ванной, стоящей посреди комнаты. Там на дне лежала поразительной красоты девушка, у которой вместо ног был рыбий хвост. Лафейсон взмахнул пальцами и с его руки сорвались зелёные искры полетев прямо в ванную. Через долю секунды из воды вынырнула девушка. Никса резко протёрла глаза, в панике разглядывая вокруг себя пространство, недоуменно переводя взгляд на Бога коварства. Локи удивлённо посмотрел на нее в ответ, будто совсем не понимая причину ее беспокойства. -- Что то случилось? -- спокойно спросил брюнет, заинтересованно разглядывая девушку. -- Вода зашипела и как то странно засияла... я просто испугалась. -- быстро дыша ответила рыжая, продолжая глазами искать источник странных искр. -- Рыбонька, ты так долго лежишь на одном месте, что и не такое покажется. -- подняв брови, ответил трикстер. -- Может быть вы правы.. -- Русалка закусила губу и вытащила пробку, позволяя воде уходить. Локи удовлетворённо хмыкнул, переворачиваясь на другой бок и смотря в окно, наслаждаясь видами асгардской природы. Девушка медленно встала на ноги и пошатываясь подошла к кровати на которой лежал брюнет. Она с интересом разглядывала его спину которую украшали шрамы. Присев на край кровати она увидела, как мышцы на спине Бога напряглись. Никса протянула руку и коснулась белоснежной спины Лафейсона. Водя пальцами по его шрамам она задумчиво свела брови на переносице, пытаясь понять как именно у него они появились. Локи постепенно расслабился, понимая что вряд-ли она воткнет ему нож между лопаток, хотя он бы поступил именно так. Особенно если бы кто то покусился бы на его свободу. Он бы втерся в доверие, а потом выждал бы удачный момент и ударил в спину. Русалка почувствовала, что он расслабился и осторожно легла рядом, прикрывая наготу покрывалом. Брюнет ухмыльнулся, переворачиваясь к ней лицом и подкладывая руку под голову. Он медленно провел пальцами ей по ключицам, подлезая рукой под одеяло. Тело русалки покрылось мурашками и она задрожала, чувствуя как его пальцы обводят грудь и сжимают сосок. Все сильнее и сильнее. В его глазах растет любопытство. В ее глазах появляется испуг. Губы дрожат и медленно приоткрывается. -- Больно.... -- Где? -- он улыбается и сжимает другую грудь. Услышав сдавленный стон он переместил пальцы на ее живот и обводя пупок двинулся к промежности. Никса округлила глаза и недолго думая выкинула одеяла, пытаясь резко сползти с кровати. -- Тшшш...ну куда это ты собралась. -- он зажал ее, наваливаясь сверху. Девушка пискнула и упёрлась руками ему в грудь, пока ее губы задрожали. Мужчина перехватил ее руки и увел за голову, прижимая к кровати. -- Господин пожалуйста... -- Никса зажмурилась, дрожа всем телом. Его пальцы медленно скользнули ниже, но вместо того, чтобы продолжить, он лишь провел ими по внутренней стороне ее бедра, ощущая, как дрожит ее кожа. — Так боишься? — прошептал он, насмешливо приподняв бровь. Никса смотрела на него широко раскрытыми глазами, дыхание неровное, губы слегка приоткрыты. Она не понимала его игры, но напряжение в теле не отпускало. — Я… не боюсь, — выдавила она, но голос предательски дрогнул. Он рассмеялся тихо, почти ласково, и провел рукой по ее талии, чуть сильнее прижимая ладонь к бедру. — Врешь. Его прикосновения были то нежными, то внезапно грубыми, будто он намеренно проверял, где ее предел. Он то сжимал ее бедро, то отпускал, скользил ближе к запретному — и тут же отводил руку, наблюдая, как она замирает. — Так… Господин… что вам от меня нужно? — прошептала она, пытаясь сохранить твердость в голосе. — Развлечение, — усмехнулся он, удерживая ее запястья. — Ты же дикарка, да? Должна быть интересной. Его пальцы снова пробежали по ее животу вверх, к ребрам, словно изучая каждую линию тела. Он наклонился чуть ближе, и ее дыхание участилось. — Может, я вовсе не такая уж дикарка, — отозвалась Никса, пытаясь перехватить инициативу, но голос все еще дрожал. — О, — он ухмыльнулся. — Тогда докажи. Он внезапно отпустил ее руки и откинулся назад, укладывая их за голову, словно предлагая выбор: бежать или остаться. Никса медленно приподнялась на локтях, сжимая губы. В его взгляде читался вызов — он ждал. Но вместо того, чтобы убежать, она пристально посмотрела на него и резко коснулась пальцем его лба, и в его глазах мелькнула искра недоумения. — Что ты…? —начал он, но не успел закончить. Мир вокруг него резко изменился. Комната растворилась, стены обрушились, потолок уплыл в небо. Он стоял на краю крутого обрыва, над бурной рекой, в которой вместо воды текли ленты лунного света. Ветер свистел в ушах, а где-то вдалеке раздавался смех — лёгкий, как звон стекла. — Знаешь, люди так глупы, —прозвучал рядом голос Никсы, хотя её самой не было видно. — Думают, что всё контролируют. Но вода умеет не только подчиняться… но и менять формы. — Малышка, я Бог а не человек. Он резко обернулся — и на миг увидел её: она стояла у самого края водопада из звёзд, едва касаясь босой ногой поверхности. Её глаза сверкали, как лезвия. Потом исчезла. Вместо неё перед ним вырос зеркальный столб, отражающий его собственное лицо — но не настоящее, а искажённое. Там, в отражении, он был маленьким, беспомощным, растерянным. — Это всего лишь иллюзия, — усмехнулся он, стиснув зубы. Но сердце бешено колотилось.  — А разве не все мы иллюзии? — снова прошептала Никса.  И вдруг обрыв под ним раскололся.  Он полетел вниз — но вместо удара о камни очутился в кровати, будто и не вставал.  Перед ним сидела та же русалка. Но теперь её глаза светились не испугом, а холодным торжеством.  — Довольно. Одно слово — и ее магия рухнула, как тонкий лед под сапогом. Никса ахнула, когда ее собственная сила ударила в нее же , будто хлынувшая обратно волна. Он не дал ей упасть. Притянул к себе. Губы в сантиметре от ее уха, голос тихий, но в нем не осталось игры . — Рыбонька, ты же хотела внимания. Его рука охватила ее горло — не душа, но предупреждая . Боль пронзила ее, не физическая, а глубже, как будто он вывернул наизнанку саму ее суть. — Ты вода..— Его пальцы сжались — "А я — океан. Ты не играешь со мной. Ты исчезаешь во мне." Никса затряслась, но не от страха. От бессилия. Она попыталась ударить — и он поймал ее руку одним движением, выкрутил за спину. — Ещё раз и сломаю. В его глазах не было ни злости, ни наслаждения. Только факт. Он — сильнее. Она — его. Никса стиснула зубы , но ее тело уже не слушалось, предательски отзываясь на каждый его жест. Он наклонился ближе и в последний миг перед тем, как их губы должны были встретится, он сказал — Ты будешь просить. И отпустил Она не упала. Не убежала. Просто стояла, дрожа с темным огнем в глазах. Но молча. В голове вертелась одна единственная мысль "бежать".