Хочешь быть героем?

Техно десять, когда он начинает восхищаться героями. Он, отжав пульт у Уилбура — его брата-близнеца, — с блеском в карих глазах до дыр смотрит старые интервью всяких про-героев. Про-герои красиво рассказывают о том, как они всю жизнь мечтали спасать людей и бороться за справедливость и свободу. Они говорят, что их первостепенная цель — спасение людей, и лишь потом деньги и слава. Техно загорается. Техно тоже хочет спасать людей. Защищать их от злодеев, спасать от падающих зданий и оберегать от несчастий. Такими должны быть все герои — так считает десятилетний Техно. Поэтому он старается, развивает причуду, просит отца записать его на всевозможные курсы по владению холодным и огнестрельным оружием и подаёт пример, как настоящий герой. Он подаёт пример своему младшему брату. Своему шумному неугомонному брату с ослепительно голубыми глазами и золотыми волосами. Томми. Томми раздражающий, прямолинейный и искренний. Его не заботит вежливость, его не заботит ложь и лесть. Честный, открытый и агрессивный. Три прилагательных, описывающих Томми. Он иногда бесит Техно. Пристаёт, достаёт и портит вещи, если ему что-то не понравится. И Техно всегда смеряет Томми строгим взглядом, заставляющим его вытянуться по струнке. Но Томми — действительно хороший ребёнок. Честный, добрый, справедливый. Он вырастет хорошим героем, если пронесёт эти качества через года. Томми предан своим людям. Он предан друзьям и семье. Он с гордостью расскажет о причуде отца, угостит выпечкой матери, с огнём в глазах споёт новую песню Уилбур и восхититься владением оружием Техно. Один раз Томми за ужином говорит, что хочет быть похожим на Техно. Быть таким же смелым и сильным. На следующий день защищает своего друга Эрина, когда до них докапываются хулиганы. Он отбивает его честь кулаками и зубами до тех пор, пока на детской площадке не появляется фигура Техно. Отец ругает Томми за драку. Уилбур даёт ему подзатыльник и с улыбкой говорит, что стоило решить всё словами. Техно молча треплет его по голове, говоря, что он молодец. Томми вспыхивает, как одуванчик от огня, и Техно улыбается лишь уголками губ. Техно всего пятнадцать, когда его принимают в старшую Геройскую школу. Понадобилась тысяча всяких документов: медицинские справки о физическом и психологическом здоровье (немного подправленные), школьная характеристика и документы об общественной деятельности, учёт в полиции, результаты экзаменов. У Техно всё идеально. Он первый в рейтинге среди других поступивших, третий на теоретическом вступительном экзамене и первый на практическом. Техно ощущает небывалый прилив сил и крови, когда они проходят ещё один тест, но уже между классами. Кровь бурлит в жилах, разгоняется в сосудах и бьёт в голову. Она выходит из-под кожи, обращается в клинок, и он кладёт своего первого противника на лопатки, прижав кончик меча к его кадыку. Чужие зелёные глаза противника смотрят на него с восхищением, азартом и тенью ненависти. Техно лишь хмыкает. Семья первое время звонит ему каждый день, спустя месяц — каждую неделю. Техно делится впечатлениями, рассказывает об учителях и одноклассниках, а Уилбур рассказывает об успехах в музыкальном училище, мать и отец говорят о случаях на работе, а Томми просто смеётся и говорит, как же в школе скучно. Техно не разделяет его позицию хотя бы потому, что он всегда любил учиться. И до сих пор любит. Томми иногда звонит ему сам между семейными звонками. Иногда он в школьной столовой хрустит чипсами и материт Эрина, который посмел взять несколько, иногда он на детской площадке тоже с Эрином и несколькими другими мальчишками, а иногда он дома. В его комнате обычно царит мрак, а свет идёт лишь от горящей настольной лампы. Томми кричит на всю квартиру о том, насколько круто играть в вышибалы на физре, жалуется на доставучего учителя английского и спрашивает у Техно, какое бы у него было геройское прозвище. — Тесей, — однажды говорит Техно, пожимая плечами. Время одиннадцать, он стоит в туалете и разговаривает с младшим братом, потому что в комнате спят соседи. Техно всегда почитал древнегреческих героев, особенно Тесея. Убил минотавра, спас людей из лабиринта, делал всё самое лучшее для своего государства. Томми подойдёт это имя. — Это тот чувак, который завалил минотавра?! — громко спрашивает Томми, повторяя мысли Техно. Его телефон чуть ли не падает со стола. — Ага, — Техно слегка улыбается. — Герой своего времени. Ты тоже можешь стать таким. — ВАУ-У! — восклицает Томми. — Ты думаешь, у меня получится?! — Конечно получится, Тесей, — Техно поглядывает на дверь туалета. — Я верю в тебя. Томми загорается. И улыбается, говорит, что обязательно станет героем, как Техно. Техно едва исполняется шестнадцать, когда в голове что-то щёлкает. — К кому пойдёшь? Техно косится на подсевшего к нему Клэя. Он морщится при виде нездорово зелённого яблока, сока и какого-то контейнерного сендвича. Как он вообще это ест? Из всех мест школьной столовой Клэй выбрал именно это. Не то чтобы Техно нелюдим — напротив него сидит Скеппи, жрущий овсянку, как не в себя, а слева сидит Ники, скромно жующая свой домашний обед. У него есть, по крайней мере, два отличных друга, которые показали себя на тренировках и учёбе. Техно уверен в них на все сто процентов. В конце концов они смогли доказать, что стали героями именно потому, что хотят спасать людей. В Клэе Техно не уверен. — В смысле? — Техно чуть хмурится, откусывая кусок свиной отбивной. — Вам что, ещё не сказали? — Клэй из параллели, так что до них новости иногда доходят быстрее. — Мы получили временные лицензии, так что нас отправят на стажировку. Длится около месяца или типо того. Техно хмурится. Ему сразу не понравилась идея получения временной лицензии так рано. Им по шестнадцать-семнадцать лет, и их отправляют геройствовать? Сейчас сентябрь, а они лишь второгодки, которые только недавно начали обучаться настоящему героизму. — Не знаю, — честно жмёт плечами Техно. — Наверное… — Я бы пошёл к Капитану! — восклицает Скеппи, отвлекаясь от бедной овсянки. — Она классная! Херачит врагов налево и направо кулаками, а потом!… Потом!… — Потом наносит свой коронный! — так же громко кричит Дрим, поднимая руку с зажатым в ней яблоком. — Да-а, её водяной хлыст прекрасен! Капитан — герой номер тридцать два по имени Паффи. Её причуда, названная «гидрокинезом», позволяет ей контролировать воду, что очень напоминает способность Техно. Она служит в основном с морских патрулях и на кораблях, где воды больше всего. Говорят, что она не носит с собой воду, так как может достать её откуда угодно! Техно было бы полезно пойти к ней. Но есть одно «но». Она ему не нравится. Один раз, в далёком прошлом, когда Капитан была начинающим героем, она позволила себе отпустить злодея. Просто взять и отпустить. Они сражались, и, если судить по слухам, резко остановились и начали говорить. Камер не было, но люди на Реддите и Фейсбуке распространяли информацию, что злодей был старым знакомым Капитана. Техно не склонен верить всему, что говорят другие люди, но как ещё объяснить то, что Капитан отпустила этого человека? Он как-то просматривал проскользнувшие в сеть ролики от людей недалеко от эпицентра их сражения, и было видно, что Капитан отпустила злодея. Она позволила взять чувствам верх над собственными обязанностями. И самое ужасное то, что она осталась безнаказанной. Её оправдали. Сказали, что она пыталась догнать злодея, но тщетно. Все фотографии, посты и видео, порочащие Капитана, блокировались. Но с тех пор она служит в основном во флоте, патрулируя морские границы. Смехотворно. Хорошо, что министра внутренних дел и управление Про-геройского комитета сменили. Теперь там сидят порядочные люди, служащие своей Родине и народу. (Это не так.) В любом случае Техно искренне не понимает такого восхищения. Особенно со стороны Скеппи. — Я хочу пойти к герою зелени, Розе, — скромно заявляет Ники, теребя свои каштановые волосы. Техно поворачивается к ней, нахмурившись. — Так у тебя же огненная причуда! — опять восклицает Скеппи, переводя взгляд на Клэя. Тот неосознанно кивает. — А она растениями управляет. Чему она может тебя научить? — Ну, она в основном занимается спасением во время стихийных бедствий, — говорит Ники, наклонив голову. — Чаще всего в лесной местности… — Лесной, — повторяет Техно и хмурится ещё сильнее. Ники смущается. — Да, я знаю, что это глупо и так далее, — соглашается Ники, начиная неловко разминать пальцы. Обычно она так делала, когда сильно волновалась, — но Роза — одна из самых лучших про-героев, которые занимаются именно спасением! Я хочу получить от неё совет. Техно задумался. Он переводит взгляд на Скеппи, затем на Клэя. — Нам ещё не озвучили перечень агенств, — подмечает Техно. — Не факт, что Капитан и Роза возьмут к себе стажёров. — Вообще-то возьмут, — заявляет Клэй, кусая своё яблоко. — Нам дали список. Из крутых героев там ещё Ореол. В глазах Ники вспыхивает искра, и они с новой силой начинают обсуждать всевозможных про-героев. Техно нравится Ореол. Несмотря на свою странную мутационную причуду, сделавшую его похожим на демона, он достаточно мил и добр. Он организовал множество благотворительных фондов, призывал в порядку и мире во всём мире, был против насилия (забавно) и вообще являлся миролюбивой персоной. Техно кажется, что по сравнению с Капитаном, Ореол кажется куда лучше. Даже с такой противоречивой внешностью. Спустя неделю после этого разговора Техно стоит около Капитана, которая взяла его на стажировку против его воли, напротив злодея, разрушившего целое здание. Напротив Ореола. Техно не знает, что сказать. Он просто молчит, клинок из крови начинает терять форму, потому что Техно растерян. Он всеми силами старается сдержать форму оружия и придумать план. Он здесь с Капитаном, чья причуда — управление водой и предметами, содержащими её. Теоретически она может использовать кровь из клинка Техно, но как это поможет? Позади Ореола располагается огромная дыра в панорамном окне, всё остальное в трещинах и дырах. Они на этаже двадцатом, не меньше: если толкнуть злодея (героя, которым он восхищался), то он умрёт. Его огромные крылья повреждены, Блейд сам это сделал — порезал его своей кровью. — Сдавайся, Ореол, — её голос чуть дрожит, Техно слышит это, но не обращает внимания. Он осматривает осколки, разбросанные бумаги, сломанные столы и стулья, кулер, из которого льётся вода, чьи-то фотографии. Что сейчас может сделать Техно? Что может сделать Капитан? Что может сделать Ореол? — Не то что? — он улыбается, слегка приподняв уголки губ. Его чёрный тонкий хвост, как у ящерицы, мотается из стороны в сторону. — Не то отправлю за решётку, и будешь гнить там, — Капитан в бешенстве. Она сжимает кулаки, её пушистые белые волосы, завязанные в хвост, тоже дрожат. Техно смотрит то на неё, то на Ореола. — Ха-ха, Паффи! — он смеётся. — Ты этого не сделаешь. Ты знаешь, что будет, если я окажусь за решёткой. — Знаю, — уверенно заявляет она, — и мне не страшно. Мне нечего терять. — Да что ты, — Ореол опять смеётся. — Совсем не боишься оказаться со мной в одной камере? — Нет, — твёрдо заявляет Паффи. Техно даже как-то неловко. Он вспоминает те удалённые видео из сети. Неужели они как-то связаны? Блейд переводит взгляд на неё. — А сын твой? — Паффи вздрагивает. — Фулиш? О нём подумала? — Он мёртв, — шипит Паффи, и голос её источает такую ненависть, что Техно отшатывается, — и убили его вы. Сын Капитана мёртв? Техно видел новости об этом. Что-то про суицид и выстрел в висок. Техно сглатывает. Так это было убийство? И в этом замешан герой? Почему это не афишировалось? Почему Капитан умолчала? Почему Комитет по геройской деятельности ничего не предпринял? А полиция? Военные подразделения? Почему никто ничего не сделал? — А малышка Мишель? — Капитан опять вздрагивает, сжимает кулаки. — Она же сейчас играет в куклы и ждёт, когда же мама Паффи вернётся. А мамочка не вернётся? — Заткнись! — она говорит это яростно, резко, явно паникуя. Её пальцы чуть скручиваются. — Заткнись, или встретишься с последствиями, Бэд. — И какими? — Ореол откровенно гогочет, пока Техно осмысляет чужое имя. — Убьёшь меня? Мужчина резко переводит взгляд на Техно, заставляя того пошатнуться. Настолько пронзительны эти ослепительно-белые глаза. — Напротив стажёра? — он с интересом глядит на кровавый клинок Техно. — Хиленький ты какой-то. Неужели КГД вновь понизил возраст ста- Капитан резко сжимает кулак, и Ореол на мгновение замирает. А потом заваливается назад и падает. Слышится свист воздуха и хруст. Техно отпускает кровавый клинок и оседает на колени, пока тот преобразуется и возвращается в сосуды через мелкие раны в качестве крови. — Что… что произошло? — Техно немного шокирован. Капитан кладёт на его плечо крепкую ладонь и слегка встряхивает. Она смотрит так печально, скорбно и злобно одновременно, что Техно даже теряется. — Никогда так не делай, слышишь? — она говорит шёпотом, и Техно видит, как по её щекам скатываются крупные слёзы. — Никогда. Затем она отпускает его и идёт к уцелевшей лестнице, что-то говоря. Блейд, немного погодя, встаёт и идёт за ней. Внизу он встречается с Клэем, разобравшимся с парочкой террористов, захвативших здание вместе с Ореолом; они обмениваются взглядами и кивают друг другу. Клэя отворачивается, и его обступают люди, благодарят за спасение, а тот скромно чешет затылок, говоря, что это его работа. Техно сужает глаза: что-то не нравится ему в его жестах. Спустя месяц Капитана обвиняют в содействии нелегальной секте, покрывательстве и утаивании важных сведений от Комитета по геройской деятельности — КГД. Её сажают в тюрьму на пятнадцать лет, приёмную дочь отправляют в другую семью. — Что ты думаешь о Капитане? — спрашивает однажды Техно Томми по видео-звонку. Тот скромно доедает свою лапшу быстрого приготовления и переводит взгляд на камеру. — Капитан?… Эта та, которую посадили недавно? — аккуратно спрашивает Томми, вытирая рот рукой. — Ага, — слишком сухо отвечает Техно. Он косится на белую дверь туалета, потом переводит взгляд на зеркало. Ловит своё измученное отражение, синяки под глазами и неряшливые каштановые волосы, прям как у Уилбура. — Она была крутой, — Томми отвечает незамедлительно. — Мне она нравилась. Вся добрая была, пожертвования собирала, я даже видел, как она помогала детским домам… Постой-ка! Томми резко вскакивает. — Ты же у неё стажировался! — вскрикивает он, резко приближаясь к камере. — Вместе с этим… Кле… — Клэем, — договаривает Техно, вздыхая. — Да, у неё. После поимки Ореола посадили и её. Томми молчит некоторое время, прежде чем спросить: — Ты знаешь, почему? Зрит в корень. — Да, — Техно неудобно об этом рассказывать. Будто он раскрывает чужой секрет и личную тайну. — Капитан обвинила Ореола в убийстве сына. Я так понимаю, что Ореол был основателем той странной секты, а Капитан ему… помогала. Он выплёвывает эти слова: настолько ему противно это говорить. Не столько из-за того, насколько он ошибался, сколько из-за презрения к ним обоим. У Капитана хотя бы хватило мозгов перестать. Но она всё равно их не сдала. Почему? Это было её долгом. Обязанностью. Но она этого не сделала. В про-героике нет места сентиментальности. Лишь холодный расчёт и устранение противников играют тут важную роль. — Зачем она им помогала, если они убили её сына? — Томми спрашивает это без былого запала, тихо. Конечно, человек ведь умер. — Не знаю, — Техно выдыхает, — не знаю, не знаю я, чёрт! Томми округляет глаза, пока на чужой шее взбухает толстая вена. Видимо, Техно долго думал об этом. Не спал ночами. Размышлял. Видел падающее тело Ореола во снах, видел, как он тянет свои огромные когти к нему и убаюкивает сладкими речами, а Техно и пошевелиться не может. — Почему она ничего не сказала?! — восклицает Техно, плитка сотрясается от его крика. — Почему она засуетилась только после смерти сына?! Неужели ничего не видела?! Или считала, что делает правильно?! Он бросает телефон на раковину, сжимает и разжимает кулаки, думая, что Паффи это заслужила. Молчание. Только старая лампочка жужжит, хоть как-то отвлекая от мечущихся по краям сознания мыслей. — Техно? — раздаётся из динамика после долгой паузы. — Тех, ты тут? Техно резко выдыхает, усмиряя свой гнев, и возвращается к телефону. Белая лампочка легко моргает, когда он его берёт. — Тут, — Томми смотрит на него со страхом и беспокойством. — Прости… вспылил просто… Томми молчит, а потом выдаёт гениальное: — Ну и тупой же ты. Техно пару раз ошеломлённо моргает, во все глаза смотрит на озлобленного Томми. Техно тут, получается, после вспышки гнева, а он ещё его и тупым называет? — Ты рили думаешь, что она прям злодейка-злодейка? — выплёвывает Томми, размешивая лапшу вилкой. — Я точно не знаю, но, блять, я не думаю, что она из плохих намерений участвовала там. Взгляд Техно холоден, но Томми не отступает. Они оба упёрты в отстаивании своих принципов. Просто Техно для Томми — авторитет. — Почему ты так думаешь? — Техно резко замолкает, слыша за дверью чужие шаги и смех. Наверное кто-то хочет тайно пробраться на кухню. — Потому что она крута, — совершенно серьёзно заявляет Томми, считая это отличным аргументом. — Ну ты можешь представить Капитана злодеем? — Я не мог представить Ореола злодеем, но он им оказался, — жмёт плечами Блейд. — Ну… нет, понимаешь, — Томми задумывается, — у Паффи даже… аура другая. Ну, знаешь… блять. Томми собирается с мыслями, а Техно терпеливо выжидает. Он мнёт свою растянувшуюся футболку и погружается в себя из-за раздумий, стоит ли завтра идти в спортзал после уроков. Их школа вполне хороша для такого. Но Техно тут же откликается, когда Томми начинает говорить. — Понимаешь, она просто всегда такая… открытая, что ли? — Томми вновь перемешивает лапшу вилкой, и Техно замечает, что рядом стоит учебник алгебры. Ещё не сделал уроки? — Ореол таким не был. Он был весь такой хорошенький, а… не искренний. Паффи всегда говорит с душой, и это чувствуется, но… Техно перестаёт слушать. Конечно Томми говорит об искренности и ауре. Техно знает, что ошибиться можно легко. Томми просто не понимает этого. Поэтому он это и говорит. И они начинают горячо спорить. Под конец оба не могут заснуть где-то часа два. Техно лежит с больной головой, Томми — со слезами на глазах. Техно едва исполняется восемнадцать, когда он стоит на сцене на открытом воздухе с грамотой в руках. И он улыбается, едва завидев свою семью. Мама смотрит на него, сощурив тёмные глаза, и её длинная улыбка расплывается по лицу. Техно видит, как её ямочки окружают тени. Она в чёрном деловом платье, держит одной рукой маленькую сумочку, а другой сжимает руку папы. Папа с мамой вообще не сочетаются. Он в стандартных джинсах, футболке и зелёной кофте, повязанной на поясе. Как будто на прогулку вышел. Одна из его ворон сидит на его плече и периодически каркает (папа шикает на неё за это). Уилбур и Томми выглядят безумно гордыми. Они состроили такие лица, ака «смотрите, это наш брат!». Они горды. Их улыбки сияют ярче солнца, и даже каменная маска Техноблейда трещит — из-под неё выглядывает слабая улыбка. Техно одет в красный пиджак, штаны и белую рубашку. Ветер колышет его каштановые волосы, пока Уилбур не кидается на него и не треплет их. Томми просто бросается на него и крепко-крепко обнимает. — Посмотрите на него! Герой! — папа по-отцовски хлопает его по плечу. — Правда, всё такой же дрыщ, — Уилбур заливисто смеётся, сощурив глаза, совсем как мама. В этом они все втроём похожи. — Это ты дрыщара, Уилл, а Техно уже качок! — Томми резко хватает его за бицепс и виснет на нём, когда Техно поднимает руку вместе с худощавой фигурой Томми. Тот визжит и смеётся. — Ах ты- Уилбур кидается на младшего брата, пытаясь его шутливо защекотать, а у того врубается режим ультразвука, и он просто начинает носится вокруг родителей. Пока Уилл занят Томми, к Техно вновь подходит папа. Он улыбается так же широко, как и Томми с Уиллом, его синие глаза блестят от слезинок и безграничной гордости за своего сына. Отец кладёт ему свою массивную ладонь на плечо и чуть встряхивает Техно. — Я так горжусь тобой, сынок, — папа искренне улыбается и резко прижимает Техно к себе, стискивает ткань его пиджака. Техно может лишь скромно обнять в ответ и попытаться положить голову на чужое плечо. Техно готов поклясться, что прямо сейчас его отец плачет. И он мнёт этот бордовый пиджак, который Техно так старательно выстирал. Что поделать. Папа отходит, когда догонялки заходят слишком далеко и Уилбура приходится защищать от агрессивных атак маленьких кулачков. Мама просто стоит перед ним и нежно улыбается. Никакие женские руки или масла для тела не сравнятся с её тонкой улыбкой, гладкой линией тянущейся от ямки до ямки. — Как ты? — внезапно спрашивает мама, поправив ожерелье на шее. Она почему-то сжимает сумочку в руках, вены выступают на её бледной коже. Техно не совсем понимает её вопрос, показательно наклоняет голову. — Хорошо, думаю, — тихо отвечает Техно, пока папа отчитывает Томми за удары по Уилбуру. Близнецу, кажется, чертовски смешно. — Я выпустился. Наконец-то. — Ты… не хочешь поговорить об этом? — слегка наклоняет голову мама, её каштановые локоны завиваются около толстой шеи. Техно не понимает. — О чём? — Ты точно уверен, что хочешь продолжать? Техно не понимает, о чём она. Её улыбка становится какой-то печальной, совсем не весёлой. Мама берёт его огромную ладонь в свою, более маленькую, проводит пальцами под разветвлённым венам и сухой коже со шрамами, потертостями, царапинами. Техно на время выпадает из реальности. — Ты уверен, что хочешь быть героем? — тихо спрашивает мама, наконец уточнив вопрос. Техно искренне удивляется. — Конечно, — с долей неловкости отвечает он. Его руки напрягаются, и от прикосновений матери это не уходит. Она сжимает его ладонь чуть сильнее. Мама смотрит на него, поджав пухлые губы. Какая-то горечь проносится в её глазах, и она лишь закрывает их, склонив голову. — Техно, карьера героя очень… опасная, — неуверенно говорит мама. Она косится на Томми с Уиллом, которых отец отводит куда-то подальше. Он кидает на них тревожный взгляд. Папа знает, о чём они говорят? — Эта работа очень непредсказуема, — говорит мама, смотря Техно прямо в глаза. Он догадывается, к чему она ведёт. И думает, что как-то поздновато она начинает беспокоиться. — Я знал, на что шёл, — твёрдо заявляет Техно, скрестив руки на груди. Взгляд матери становится грустнее. Он поворачивает голову, смотрит, как его однокурсник Клэй смеётся вместе с Джорджем и Ником, его друзьями. Они будут на одном курсе, если поступят в один университет. — И слишком поздно отступать. Я уже закончил геройскую школу. — Никогда не поздно поменять профессию, — мягко поправляет его мать, слегка нахмурив брови. Она только недавно ходила в салон, чтобы привести их в порядок. — Ты всегда можешь отказаться, если тебе это не нравится. — Но мне нравится, — говорит Техно, сощурив глаза. — Почему я должен менять её? — Я не говорю, что ты должен, — вздыхает мама. — Я говорю, что тебе стоит подумать. Герои нечасто доходят до пенсии. Так он и думал. — Мам, не волнуйся, — Техно выдавливает из себя всю нежность, на какую способен, чтобы успокоить уже дрожащую мать. Он проводит рукой по её плечу, чуть сжимает. — Я не умру. Мама выдыхает. Техно чует цветочный шлейф, тянущийся от неё. И мама смеётся. Смеётся искренне и нежно, мягко, тихо. Это не трель соловья, не звон колокольчиков — это мягкий облачный смех матери. Так смеяться умеет лишь она. Мама обнимает его, слегка сжав его пиджак. Совсем как папа. Хоть в чём-то они похожи. Техно обнимает её чуть сильнее. — Не умирай, сынок, — тихо, почти с надрывом шепчет она, — не умирай. Я не хочу хоронить старшего сына своими же руками. Мама — работник морга. Она часто сталкивается со смертью лицом к лицу. Она всегда со всеми нежна. Нежна с трупами, накрывая их плотной белой тканью, нежна с коллегами, от которых разит никотиновым смрадом дешёвых сигарет, нежна с Томми, когда тот умудряется пораниться. Она невесомо проводит по его ранам, дует на них, чтобы не щипало, аккуратно обрабатывает перекисью и заклеивает пластырем. Да и пластырь потом отрывает нежно. Она воплощение нежности. Никто не может относится к людям с такой же добротой и любовью, как она. Техно девятнадцать, он в больнице после стажировки, и там врачи жестоки даже с детьми. Техно не видит той нежности мамы, с которой она прикасается к другим. Вместо этого врачи вонзают под кожу иглы, впрыскивают витамины, а потом идут дальше. Они нещадно обрабатывают руку Техно спиртом, и тот шипит от боли сквозь зубы, потому что рана огромна, и это вполне больно. Он удерживает себя от формировки оружия из крови, дабы не напугать врачей. Клэй сидит рядом, прикрыв глаза. Они на втором курсе Специального Университета Про-Геройской Деятельности, идут по направлению «устранение злодеев и преступников». Они лишь второкурсники, но побывали на стольких миссиях по устранению наркодиллеров, обычных преступников, сколько не снилось опытным полицейским в отставке. Они грубая сила, свежая кровь и солдаты, беспрекословно выполняющие любые указания старших героев. Им говорят «не убивайте», хотя Техно лично видел, как один из прогероев размазал наркодиллеру череп. Им говорят «просто обездвижьте их», но Техно видел, как один из героев пнул какого-то мелкого мужичка-шестёрку за лишний писк. Им говорят «сохраняйте контроль», но Клэй кидает с помощью телекинеза свои иглы во всех, кто попадётся под руку, и другие только поощряют это. Им говорят «не переборщите», но позволяют Техно взрывать чужие сосуды с помощью крови. Капитан прибила бы его на месте. Техно прикрывает глаза, пытаясь унять нарастающую головную боль. Она пульсирует в висках и в затылке, сердце бьётся и в груди, и в глотке. Техно может чувствовать каждый сантиметр каждого сосуда, может чувствовать каждую клеточку крови и составляющие её атомы, чувствует движение жидкости в себе, и это помогает успокоиться. — Хуёвый денёк выдался, да? — раздаётся со стороны Клэя. Он наклоняет голову набок, его слипшиеся от пота волосы свисают на его зелёные глаза. — Угу, — только и бурчит Техно, даже не открыв глаза. — Эй, Блейд, — вновь окликает его Клэй. — Ты в порядке? Техно молчит. — Техно? — тихо спрашивает Клэй. Техно резко распахивает глаза, и они блестят в свете больничных ламп. — Дрим, — говорит Техно, — что с теми парнями, в которых ты вонзил иглы? Клэй хмурится. — Они в больничке, думаю, — Клэй чешет затылок, не особо думая над ответом. В больничке. Техно самолично видел, как одна из игл вонзилась в открытую шею. Кто знает, выживет ли тот человек. Техно молчит, но кровь яростно пульсирует в сосудах. — Я не хотел их убивать, — поздновато добавляет Клэй, повернув голову к Техно. — Я должен был рассчитать правильно. Ни одна игла не должна привести к смерти. Должен был. Кровь начинает циркулировать ещё быстрее. Техно двадцать, и он красит волосы в розовый на пару с Ники. У Ники цвет смеси клубнично-вишнёвых творожков с консервантами, тёмно-розовых пионов и блестящих розовых алмазов. У Техно волосы цвета гидроксида кобальта, но никто, кроме него, эту ассоциацию не понимает. Томми просто называет его ботаном и заядлым химиком. — Как, блять, розовые волосы сделали тебя ещё мужественнее?! — вскрикивает Томми, разговаривая с ним по Скайпу. Сегодня Техно сидит в комнате общежития за ноутбуком, потому что Скеппи куда-то умотал. Техно усмехается, пожимает плечами и проговаривает длительное «ма-а-агия». Они болтают ещё немного, пока Техно внезапно не задаётся очень важным вопросом. — Ну, как успехи в школе? — спрашивает Техно, попивая зелёный чай. — Э-э-э… ну-у… — Томми выдерживает долгую паузу, и Техно решает, что всё плохо. — Химия? — тыкает Техно в уязвимую точку. — … ага, — тихо говорит Томми. — И с чем проблемы? — лениво спрашивает Техно. — Со всем! — вспыхивает Томми, вскидывая руки. Он выходит из поля зрения камеры, копошится, если судить по звукам, в рюкзаке и с громким хлопком кидает учебник и тетрадку на стол перед камерой. — Ну не понимаю я эту химию! Что такое блядская валентность?! Что значит конфигурация?! Праведный гнев Томми. Техно фыркает со смешком, отхлёбывая чай. — Почему какой-то русский мужик придумал таблицу элементов, а теперь я должен её учить?! — Томми смотрит в камеру наполненными отчаянием голубыми глазами. — Если бы её не придумали, то тебе было бы ещё хуже, — смеётся Техно, закручивая на палец один из розовых локонов. Его волосы отрасли. Сильно отрасли. Обычно длинные волосы мешают работе, но Техно вообще не хочет их срезать. — Лучше бы вообще химию не изучали! — вскрикивает Томми. — Чёрт, да она же весь аттестат испортит! Как я в Геройскую школу-то пойду?! И Техно замирает. Рука резко сжимает кружку чая, карие глаза широко распахиваются. Техно медленно ставит кружку на стол, внимательно вглядывается в лицо Томми, талдычащего про что-то своё. — Повтори. — Ну и я- А? — Повтори, что ты сказал, — просит Техно, скрещивая руки на груди. — Э, ну Эрин кинул в того чела комком грязи- — Нет, перед этим. Когда ты сказал, что химия тебе аттестат испортит, — Техно внимательно прищуривается, чуть ли не сканирует лицо Томми на наличие любых изменений. Томми замирает. — Ну, если у меня будет плохой аттестат, то я не попаду в Геройскую школу, — говорит Томми, будто это очевиднее того, что два плюс два равно четыре. Кровь в сосудах начинает циркулировать быстрее, но Техно не понимает, почему. Почему давление растёт? Почему сердце бьётся быстрее? Почему телу жарко? Техно не удивлён решению Томми. Томми всегда восхищался героями, как и Техно, поэтому тот и решил пойти по стопам старшего брата, но- Детей отправляют на передовую в пятнадцать лет. Они получают лицензии, даже не достигнув совершеннолетия. Они сражаются бок о бок с героями, принимают удары на себя, режутся, оказываются подстреленными, но им пятнадцать. Капитан и Ореол. Ореол сказал, что Комитет вновь понизил возраст стажёров, и это так. Счастливая новость для подростков. Счастливая. Смерть, убийства, потеря контроля. Зачистка наркобаронов. Клэй вонзал иглы в шеи уже лежащих людей с помощью телекинеза, сам Техно взрывал чужие сосуды и сердца, герои с причудой усиления позволяли себе раскрошить череп живому человеку. Да, злодею, да, ублюдку, но человеку. Мама говорила Техно, что нужно подумать. Мама просила не умирать, а Техно сказал «я не умру». Техно всерьёз жалеет, что тщательно не обдумал её слова тогда. Но у Томми удобная причуда для героя. Контроль над всеми видами энергии, хотя обычно Томми управляет температурой. Он обязан хорошо знать физику и химию, чтобы справляться со своей причудой и приносить пользу с её помощью. Томми, его брат, его маленький глупенький брат. Он может стать героем, у него есть задатки, но- Как только у Техно мелькает мысль в голове, что Томми может стать героем, уподобится им, то у него кровь вскипает в жилах. — … но Эрин хочет пойти в полицию, мы будем крутецкими напарниками! — радостно восклицает Томми по ту сторону монитора. Он фокусируется на Техно. — Тех, ты слушаешь? — Да, — Техно улыбается. — Давай посмотрим, что у тебя там с химией. Техно двадцать один, и он становится героем. Техно двадцать один, и Томми нацеливается на ту же Геройскую старшую школу, в которой учился его брат. Техно двадцать один, и он присоединяется к тому же агенству, что и Скеппи. Ники становится помощником героя номер десять, Розы, которая стала не только спасателем, но и вершителем правосудия. Теперь она ловит преступников. Ники рассказывала, что Розе (или, как говорила Ники, Ханне), стоило немалых усилий переквалифицироваться и добиться разрешения драться со злодеями и ловить преступников. У неё есть несколько помощников: с одними она ходит на спасательные миссии, с другими — в патруль. Ники почти всегда в патруле, хотя она училась в спасательном факультете. Это странно. Она работает не по специальности. Почему Роза так делает? Неужели всё из-за причуды? Но Ники даже не учили, как правильно их ловить. Блейд всё время хмурится, когда видит Розу вместе с начальником его агенства, Шлатта. Шлатт Блейду не нравится, но что делать? У него одно из самых больших агенств во всей стране, и, чтобы создать своё собственное, такое же огромное, надо научиться им управлять. Шлатт — герой-миллионер с номером шесть в рейтинге по стране, он почти никогда не ходит в патрули и скидывает всю работу на помощников. Он курит и пьёт, называет Техно «Блейдиком», доводя его до ручки. Рука так и тянется сжать его горло, взорвать его шею, разорвать глазные яблоки, чтобы те сочились кровью, вырвать руку, выпить его крови, давай же, давай, уничтожь его, НУ! Техно резко дёргается, его коленка задевает стол, пока какой-то полицейский объясняет план налёта на клан якудзы в маленькой, душной комнате. Все взгляды обращаются к нему, Скеппи, посланный Шлаттом с ним, вздёргивает бровь, Ники и Роза (убей её) странно смотрят на него, чёрт побери, даже Клэй, основавший своё агенство «ДримТим», смотрит на него из-под стрёмной белой маски со своими дружками-прихвостнями ещё из школы, боги, я выцарапаю им глаза, ДАВАЙ, НУ ЖЕ- — Извините, — хмуро произносит Блейд, успокаивая разогнавшуюся кровь. — Не хотел. Продолжайте, пожалуйста. Техно периодически видит Томми в патрулях (уже?), и они машут друг другу, причём Томми забавно подпрыгивает. Их взаимодействие в какой-то момент стало объектом умиления в Твиттере и Реддите. Родители хохотали над этим, а Уилбур спамил им в личку смайликами «>:(», потому что его обделили вниманием. Но Уилбур — музыкант, стремительно набирающий популярность. Он пишет песни, играет их вместе со своей группой. Уилбур унаследовал причуду отца — вороны. Он, как и отец, может призывать птиц и в какой-то мере управлять ими. Техно же унаследовал причуду матери, но смог достичь полного контроля над ней, в то время как мама… нет. Она может помогать во время операций, если её вытащат из морга, переливая кровь или останавливая её, но не более того. Техно же вывел её на новый уровень. Музыкант с птицами, пугающий про-герой, манипулирующий кровью, и восходящая звезда в той же сфере про-геройской деятельности с причудой манипуляции энергией. Вот это комбо. Люди активно обсуждают их на многих форумах, из-за чего их популярность постепенно растёт. Техно приходится раздавать автографы во время патрулей, Уилбуру — тоже, Томми даже фоткается. Всё хорошо. Всё отлично. Техно завтракает со Скеппи тостами, идёт с ним на патруль, обмениваются взглядами с Ники, пару раз встречает Клэя. Клэй, в отличие от них, уже создал своё собственное агенство «ДримТим» вместе с одноклассниками, Ником и Джорджем. Ник может создавать огненные шары, что очень напоминает причуду Ники, а Джордж создаёт иллюзии. Клэй, Ник и Джордж. Дрим, Сапнап и 404. Дрим уже в топ тридцать героев, хотя он только недавно начал свою геройскую деятельность. У него интересная причуда, много побед над врагами, есть харизма. Неудивительно, что Клэй всё быстрее идёт к вершине, хотя тот ничем не отличается от крошащих череп героев, он кидал иглы в невинных людей, ОН НЕ ЗАСЛУЖИВАЕТ ЭТОГО, ЕГО НАДО УБИТЬ, УБЕЙ- Техно уже двадцать два, и его вызывают в главное здание КГД. Он предстаёт перед несколькими людьми в строгих костюмах, его глаза слепит солнце, бьющее через панорамное окно. — Блейд, — начинает важная женщина с уложенными седыми волосами, — мы предлагаем вам контракт. — Условия? — Техно вздёргивает бровь, кулаки сжимаются. Женщина смеряет его строгим взглядом, перебирая какие-то документы. И она начинает говорить. Техно становится верной собачкой Комитета, выполняя самые страшные и таинственный задания, которые они ему поручат. Зачистить группировку воров. Их нельзя щадить, их нужно убить, потому что они убивают людей и делают из них наркотики. Убить группу безумных учёных. Блейд видит в огромном ящике с формалином девочку. Девочка девяти лет с отсутствующей рукой, огромной опухолью на лбу, размером с чёртов арбуз, и дичайше длинный язык. Блейд взрывает её сосуды и отворачивается, когда формалин и кровь смешиваются воедино. Убить главаря сети работорговцев, которые продают маленьких людей для секса, работы и многого другого. Блейд врывается к нему в хоромы с ноги и видит, как он, чёртова сука, долбит маленького мальчика на чёрном кожаном диване, в то время как какая-то блондинка — полураздетая, истекающая кровью — корчится в агонии у него под ногами. Блейд резко подбегает к мальчику, закрывает его глаза и взрывает глазные яблоки мужчины. Тот кричит, а Блейд кутает испачканного пацана в свой красный плащ, пока кровь вращается вокруг Блейда, потому что тот никак не может успокоится. Блейду поручают вычислить известного злодея, Шутника. Он держит огромную подпольную сеть казино, у него причуда перевоплощений, и он злодей-одиночка. Блейду нужно две недели, чтобы надавить на нужных людей, убить вторых и размазать лицо третьим, и у него на руке появляется карта с расположением множества казино, заляпанная кровью. Блейд врывается в одно из таких, выводит из строя автоматы и, стуча тяжёлыми ботинками, идёт в сторону огромной парадной двери. Позади него мечутся другие герои, полиция. Никаких стажёров. Слишком секретно и опасно. Блейд выбивает дубовую дверь массивным телом, а в него уже стреляют. Он ныряет куда-то под стол, пытается сжать чужую кровь, но не получается. «Отрицательный резус-фактор», — шикает на себя в мыслях Блейд, создавая свой клинок из крови и уворачиваясь от ещё одной пули. Блейд выскакивает и идёт в атаку, умудряясь рассмотреть чужой внешний вид. Парень, стреляющий в него, не старше его самого. Чёрные сальные волосы не ухожены и не причёсаны, смуглая кожа покрыта шрамами, чёрные глаза растеряно оглядывают фигуру Блейда. У парня грязная белая рубашка закатана по локоть, галстук чуть съехал, чёрные кожаные ремешки держат строгие штаны. — Да остановись ты, чёртов Блейд! В него всё стреляют и стреляют — одна пуля даже попадает в руку, но Техно заставляет свою кровь не течь, — однако Блейд упорно пронзает Шутника своим мечом. Плечо. Нога. Ладонь. Блейду нужно обездвижить его, а тот всё умудряется коверкаться, перевоплощая лицо то в кокетливую девицу, то в ужасную старушку, то в маленького ребёнка. Блейд должен ранить его, изничтожить, сожрать его, выхлебать всю кровь, убить, убить, убей, убей, УБЕЙ, КРОВИ КРОВАВОМУ- В какой-то момент кровавый меч превращается в кирку и Техно из-под низа наносит удар лезвием прямо в глаз. Глаз разрывается, мужчина шипит, и у него вновь чёрные сальные волосы. Техно прижимает его руку к полу своим огромным ботинком, откидывает пистолет в сторону и заставляет злодея лечь на пол. — Я победил, — выносит вердикт Блейд, когда за ним забегает полиция и заковывает Шутника в наручники. — Пошёл ты! — отчаянно кричит злодей, его глаз сильно кровоточит. — И это так поступают герои, а?! Выдирают чужие глаза?! Техно не реагирует. Этот человек — злодей. А злодеи… И Техно замирает. Шутник резко поворачивает к нему избитое, окровавленное лицо, будто его много раз приложили о шкаф. Левый глаз истекает кровью. Но он же не бил его по лицу. Он- он просто ранил его четыре раза. И всё. Он больше ничего- — Герой крови, Блейд, то же мне… — слышатся проклятия Шутника, пока полиция ведёт его на выход. Сапнап, вяжущий контрабандистов в казино, молча провожает злодея взглядом. Сапнап позже вызывается допросить Шутника. Шутник устраивает побег прямо с допроса. И Техно ничего не подозревает, хотя видит каплю пота на шее Сапнапа, его бегающие по комнате глаза, слышит его сердцебиение и то, как бежит по сосудам кровь. Очень быстро. Техно не успевает ничего обдумать, потому что он уезжает навестить родителей на время отпуска. Он едет с Томми в метро, затем на поезде, и он всё время как-то умудряется вытягивать Техно из мрачных мыслей, заставляя то играть в карты, то читать книги про Древнюю Грецию, то дразнит его, называя «Техно-блейдом». Техно не беспокоят они, когда Томми рядом. Поэтому он жмётся к брату ближе. Техно всё ещё двадцать два, и его вырывают из родительского дома, потому что ему поступает запрос от правительства. Блейд заплетает отросшие до лопаток волосы в косу, надевает бордовый геройский костюм, напичканный колбами с его кровью, сумками с медикаментами и ремнями с ножами. Его алый плащ с белым мехом не совсем вписывается в этот костюм суперсолдата, но он таким образом отдаёт дань уважения классическим героям. Героям в плащах. Сентиментально, но ему нравится. Кровь почти не заметна на его красном костюме. Глаза Блейда почти что отливают алым в свете, когда он вонзает кровавый клин в шею низкого мужчины с выросшими клыками. Блейд кидает нож и попадает прямо в голову мужчины с поднятыми руками. Нож приковывает чужую голову к стене, увешанной плакатами всяких старых фильмов, и тут же распадается, превращается в обычную кровь и возвращается к хозяину. Чужое тело оседает на пол, пробитая голова сильная кровоточит, неестественно наклоняется набок. Глаза широко распахиваются. Техно видел этого мужчину во время патруля. Он так любезно помог девушке найти дорогу- Что-то шуршит сзади, и кровь сама по себе обращается в острие, вонзается во что-то, в чью-то плоть. И она раздирает чужое тело изнутри. Гнев Блейда затмевает рассудок, он начинает быстрее дышать, адреналин насыщает кровь, которую он использует, как оружие. Блейд рычит, словно зверь, слышит чуткими ушами, как чужое тело падает, как оно хрипит, как бурлит кровь в лёгких, печени, сосудах, клетках, везде. Блейд разворачивается, и бедной жертве кажется, что его глаза алые. Это мужчина. Нет, не так. Паренёк. Щупленький, высокий блондинчик с серыми глазами. Он похож на Томми. Он слишком похож на Томми. У Блейда дыхание перехватывает, кровь резко застывает в жилах на мгновение, а потом вновь начинает растекаться по телу. Мальчик тяжело дышит, его рука сжимает левый бок, и, когда он испускает последний вздох, Техно падает на колени. Он глубоко дышит, пытается угомонить бушующую внутри кровь, а она всё бежит и бежит, кажется, что сердце не выдержит и остановится. Кровь формируется в кухонный нож, и Техно вонзает его в мальчишеский труп. И ещё раз. И ещё. Кровь, кровь, кровь брызжет во все стороны, попадает на его лицо, волосы, костюм, сияющие безумием глаза, а Техно уродует чужое тело и лицо, потому что это не Томми. Не может этот маленький ублюдок быть его младшим братом, его младший брат не такой, он не достоин его, умри, умри, умри, убей, убей, убей, крови, больше крови, КРОВИ, КРОВИ, КРОВИ, КРОВИ, КРОВИ, КРОВИ КРОВАВОМУ- — Бог ты мой, — шепчет санитар, когда Техно заявляется в больницу, весь покрытый кровью. Он стекает с него на пол, скользит по стерильному кафелю, а врачи в ужасе прикрывают глаза, потому что Блейд сейчас не похож на героя. Он похож на того, кто пришёл убивать. Герой без номера, герой крови, Блейд. Его карие глаза прищуривает к одному из санитаров. — Я перестарался с оружием, — говорит Блейд, кончики пальцев пульсируют. — Простите. Изуродованные трупы лежат в какой-то окровавленной гостиной, а Техно звонит своей семье и болтает с братьями. Техно двадцать три, и он с размаху бьёт стену, на которой остаётся вмятина. Он переехал в новую квартиру, которую любезно предоставил КГД в их новеньком офисе, представляющим собой целый центр их деятельности. Такие верные псы, как Блейд, должны быть всегда под рукой. Это неправильно. Неправильно убивать их. Они мрази, преступники, ублюдки, но их нужно судить по справедливости. По закону. У них нет смертной казни. Она не прописана в Конституции, высшая мера наказания в их стране — пожизненный срок. Блейд не имел права их убивать. Он не мог их убить, насколько бы паршивыми они не были, он не имел права, потому что они все люди. Из Техно сделали солдата, Блейда, и назвали это героем. Он работает в тени, несмотря на популярность несколько лет назад, он чистит общество, он выполняет свой долг, он рука правосудия, он- Техно всегда мечтал спасать людей. Он все тринадцать лет мечтал об этом. Он считал, что многие герои хотят того же, но это не так. Ореол оказался организатором секты. Техно прочитал это из расследования. Газеты пишут, что Капитан тоже состояла в ней. Именно одного из последователей она тогда отпустила. И они убили её сына. Принесли в жертву. Капитан всё ещё сидит за решёткой. Она отомстила за сына, взорвав чужие сосуды с помощью воды. И это называют героизмом? Техно знает, что несколько человек умерло в результате налёта героев на наркобарона несколько лет назад, когда они с Клэем практиковались. Именно тогда он вонзил свои иглы в чужие шеи, и люди потом умерли. Он говорил, что они не должны были умереть, но они мертвы. И это называют героизмом? Из них сделали солдат. Техно приняли в геройскую школу, когда ему едва стукнуло пятнадцать. Его, ещё несовершеннолетнего, ещё ребёнка. Из них сделали послушных госслужащих, солдат, патриотов, приверженцев правительства, верных цепных псов. Клэй, нет, Дрим стал героем номер один. Сапнап пятый в рейтинге, 404 — восьмой. Сапнап упустил Шутника. Старого злодея Шутника, и Техно готов поспорить, что тогда Сапнап намеренно отпустил его. Когда Сапнап говорил, что он сожалеет об этом, его пульс участился, зрачки сузились, а кожа покрылась потом. Он врал. И это называют героизмом? Герои не только должны спасать людей. Они должны отдавать злодеев в руки правосудия, а не убивать, отпускать или- Техно бьёт стену ещё раз. Его телефон начинает звенеть. Техно опускает большую накаченную руку и ленивым взглядом скользит по рабочему столу. Новенький и крепкий телефон дрожит, на дисплее что-то высвечивается. «Томми». И эта глупая фотка, где Томми тянет Уилбура за волосы. Техно берёт телефон и сбрасывает звонок, как делал на протяжении последних двух недель. Ему- ему надо проветриться. Техно накидывает на себя огромную зимнюю куртку, надевает шапку, берёт ключи и немного денег, телефон оставляет на столе. Он запирает дверь, здоровается с подобными ему цепными псами (убитьубитьубить), быстрыми шагами выходит из офиса КГД и идёт просто вперёд. Он не следит за окружением. Мимо него проходит геройский патруль, но они не здороваются, потому что он в гражданской одежде и в маске. Техно игнорирует снежинки, цепляющиеся за его розовые волосы, слушает стук своим берцев. Техно во всём чёрном и большом: куртка длинная, сливается с темнотой города, конкретные шаровары заправлены в огромные берцы. Он выглядит, как чёртова машина для убийств, и даже ощущает себя таковой. Техно греет не столько одежда, сколько собственная кровь. Она растекается по жилам, и даже лютый мороз не может остановить ни её, ни гнев Техно, направленный на всех героев на этом свете. Они все ужасны. Они все сентиментальны, позволяют чувствам влиять на работу, хотя они не должны, из-за их чувств люди страдают, они- Техно слышит крик. Он не заметил, как оказался в переулке. Он не заметил, как оказался позади грабителя с ножом. Он не заметил, как его рука сама по себе сжалась, потому что они кричат на него, говорят убивать. Он не заметил, что свет льётся ему на лицо, он не заметил ужас женщины, увидевшей убийство героем. Техно убегает. Техно убегает, потому что он был облит светом, потому что он убил человека, потому что убей, убей, убей, КРОВИ, КРОВИ КРОВАВОМУ-, потому что его рука уже поднималась, чтобы оборвать жизнь ни в чём не повинной женщины. Техно бежит в башню КГД, и администратор видит кровь на его лице. Техно забегает в комнату, захлопывает дверь. В ушах звенит стойкое «КРОВИ КРОВАВОМУ БОГУ!». Техно ещё нет двадцати четырёх, а он забирает свой костюм из ремонта, складывает все нужные вещи в спортивную сумку, сжигает свои документы, разносит свою кровать, свои шкафы, рвёт книги, ломает стол, а фотография его семьи в стеклянной рамке оказывается заляпанной его собственной кровью. Техно смотрит на телефон. Ему писал Скеппи, ему писала Ники, ему писали мама с папой, Уилбур отправлял ему километровые голосовые, а Томми продолжает спамить. Он убил человека, хотя должен был отдать его под суд. Они управляют им так же, как и они. Он выполняет их волю, он их ведущая рука. Он теряет свою волю, свой контроль. Он должен огородиться, абстрагироваться, изолировать себя от семьи и друзей. Техно разбивает свой телефон вдребезги и раздавливает его берцами. Он уходит из главного офиса КГД и бежит. Оставшийся двадцать четвёртый год его жизни проходит в тумане. Он убегает из столицы, и вдогонку слышит обвинения в убийстве в свою сторону. Техно ходит в гражданской одежде, покупает припасы в магазинах, до которых ещё не дошли новости, ночует на заброшках и обочинах. Техно слышит лишь мрачное убейубейубейубейубейубей в своей голове, и это сводит его с ума. Нет никого, кто мог бы это остановить. Техно заходит в кафе на окраине какого-то маленького городка, берёт капучино и садится в затемнённый дальний угол. По телевизору над стойкой заказов показывают новости. Блейд на всех новостных каналах. Его крутят везде и все. Даже не его. Томми. Какой-то репортёр тычет в маску Томми микрофоном, оператор снимает больно криво, чтобы разглядеть копну пушистых пшеничных волос. Эти паскуды берут чёртово интервью у его младшего брата. Техно сжимает стакан. — Тесей, что вы думаете об обвинениях в сторону Блейда? Они имеют основания? — спрашивает репортёр ровным голосом, и Техно видит, как Томми сжимает рукав своего костюма, как позади него мелькает что-то зелёное и- Это Клэй. Герой номер один. Рядом с его братом. Томми стажируется у грёбанного Клэя. Герой отпихивает Томми в сторону и встаёт перед камерой вместо него. Белая маска скрывает всевозможные эмоции. — Блейда нигде не видно, — начинает говорить Клэй, и Техно уже морщится, потому что он отлично знает, насколько хорошо подвешен язык его одноклассника, — и его вдруг обвиняют в убийстве. Я не могу поверить, что Блейд сделал это, но все факты указывают на то, что он- И Томми, обычный школьник, отпихивает героя номер один от камеры и начинает орать. — Х**** это всё! — Томми мастерски цензурят. — Я знаю Блейда дольше всех вас, и он никогда, слышит, никогда бы этого не сделал! Он всегда за справедливость, за правосудие! Он всю свою жизнь мечтал стать героем, и если вы думаете, что он действительно убил кого-то, то засуньте своё мнение себе в- Интервью прерывается, и Техно продолжает смотреть на экран широко распахнутыми глазами. Спасибоспасибоспасибоспасибоспасибоспасибозащититьзащиттььзащититьубейубейзащити его убей его врагов, защититьспасибоспасибоспасибо Они любят его. Они всегда спокойны рядом с Томми. Они всегда молчат, когда он рядом с ним. Техно настигает просвещение. Томми прав. Он всегда был за справедливость. За правосудие. Он герой, а их работа очищать общество, да? Его пора очистить от лжи и грязи, которыми покрыты герои, пускающие пыль в глаза простым людям, пора убиватьубитьубить, кровь кровь кровь кровь- Техно — Кровавый Бог, и он жаждет крови этих грешников. Техно двадцать четыре, когда он впервые сталкивается с героями лицом к лицу. Это Сапнап, это Дрим и его второй стажёр, Эндер. Техно знает, что его зовут Ранбу, он чуть старше Томми и один из его друзей, и у него причуда телепортации. Техно лениво скользит взглядом по Клэю и Ранбу, останавливается на Сапнапе. Рядом с Техно стоят первосортные суперзлодеи. Он не знает их имён, не знает их причуд. Он вообще не читал новости последние полгода. — Блейд?… — шепчутся злодеи, отходят от Кровавого Бога на несколько шагов. Он игнорирует их. Просто идёт вперёд, прямо к стоящим в боевых позициях героям и стажёру. Техно общался с этим Ранбу. Он хороший паренёк, скромный, вежливый. Кровавый Бог не знает, что из него выйдет, поэтому пока не станет его убивать. Они протестуют. — Блейд? — более громко спрашивает Дрим, сжав кулаки. — Что ты здесь делаешь? Мы не видели тебя уже полгода. Где ты был? Кровавый Бог не реагирует. Переводит взгляд на Сапнапа. — Ник, — он специально называет его по имени, и названный вздрагивает. Клэй молчит, Эндер опасно озирается. — Ты помнишь, как мы схватили Шутника несколько лет назад? Они не понимают его вопросов. Они не понимают причину, из-за которой он их задаёт. Они не понимают, а Кровавый Бог понял. — Да, — Сапнап кивает. Нервно. — И что случилось потом? — Кровавый Бог наклоняет голову набок, волосы, не завязанные в косу, льются на плечо. — Он сбежал, — Сапнап фыркает, напрягает руку. — Какого чёрта ты- — Когда ты говорил, что сожалеешь о том, что упустил его, ты врал, — и глаза Кровавого Бога загораются алым, — и ты понесёшь наказание. Кровавый Бог даже не двигается с места. Он даже не шевелит пальцами, не дёргает мускулы. Он просто думает. И кровь взрывается в сосудах Сапнапа. Он испускает хрип и падает на колени. Кровь льётся из его рта, ушей, рук, пропитывает костюм. Сапнап падает и умирает. Эндер и Клэй не шевелятся. — Эй, а Блейд за нас! — вскрикивает злодей позади, и Техно слышит, как он подходит к нему сзади. — Добро пожаловать в- Злодей тоже взрывается кровью. И второй. И третий. В четвёртого Техно кидает ножом и попадает. Ранбу смотрит на него испуганно. Эмоции Клэя распознать невозможно. — Они тоже познали кару, — Кровавый Бог хмурится. — Не хочешь поговорить об этом, Клэй? Эндер резко хватает своего наставника и телепортирует его. Они исчезают в вихре фиолетовых частиц, и Кровавый Бог усмехается. Ничего страшного. Он их найдёт. Через неделю Техно убивает Шлатта, воткнув в его сердце нож. Ещё через два дня он ломает ноги Айсу, герою-напарнику Клэя, потому что тот работает за деньги. Кровавый Бог устраивает настоящую резню, и через две недели Техно узнаёт, что Томми покинул геройскую школу и стажировку Клэя. Его выкинули оттуда. Ну конечно. Его брат отныне злодей, такого нельзя допускать до высоких позиций в мире героев. Кровавый Бог не сожалеет. Техно совсем чуть-чуть да стыдно. Из-за него его брата выгнали, и эти мрази познают вкус грязи, они поплатятся, убей убей убейубейубейубей. Уилбура начинают хейтить в соцсетях, преследовать за такое же лицо, как у злодея Блейда. Папе с мамой приходится переехать. Папу заставляют уйти с работы, маму кое-как да оставляют, но на операциях она больше не помогает. На Тесея выливается целая ванна грязи. И им становится тошно от этого. Кровавый Бог встречает Розу и Ники во время очередной битвы с Клэем. Ники смотрит на него ошеломлённо, она сжимает кулаки и почти что плачет. — Блейд, что ты- Техно, что ты творишь? — она задыхается, спрашивая это, и плачет, когда Кровавый Бог смеряет её холодным взглядом. — Они все должны гореть в аду, Ники, — спокойно отвечает Техно и нападает на Клэя. Ники запускает в него шлейф огня, опаляя его длинные волосы. Они горят, но Кровавому Богу всё равно, потому что ему нужна кровь, кровь, кровь, кровь, КРОВИ КРОВАВОМУ БОГУ- — Подумай о своей семье, Техно! — кричит она, запуская в него поток огня. У неё отрицательный резус-фактор, поэтому он не может контролировать её. Ну и пусть. — Томми уже исключили из Геройской школы! Он тоже пропал! Не заставляй своих родителей и братьев страдать, Техно! — Я несу справедливость, и мне всё равно, чего это стоит! — ревёт Кровавый Бог, в то время как Техно внутри замирает. Они кричат в его ушах, горланят о крови, мести, убийстве. Кровавый Бог кидает кровавое копьё в Ники и попадает в её бедро. Оно тут же исчезает, а рана в ноге начинает кровоточить. Он мог бы помочь. Мог бы. Но не станет. Роза, её напарница, её воспитатель, выращивает огромные плющи из-под земли и направляет их на Кровавого Бога. Кровавый Бог чувствует, что крови ему недостаёт. Его кожа бледнеет, перед глазами плывут чёрные пятна, а дыхание сбивается. Кровавый Бог убегает, чувствуя, как Клэй на него смотрит. Техно нет двадцати пяти, когда его рука начинает жутко болеть. Она болит. Он не может держать в ней оружие, а на его плече выросла среднего размера шишка. Он не знает, что это, и его это не волнует. Кровавому Богу нужно закончить начатое. Его рука подводит его, когда он собирался полоснуть Клэя саблей, но не смог правильно взмахнуть из-за боли. Его рука подводит его, когда он промахивается кинжалом, и он летит мимо головы очередного мусорного героя. Кровавый Бог злится. Крови всё меньше и меньше, а оружия надо больше и больше. А рука вновь подводит его, когда в заброшенном здании он встречает Шутника. Это происходит случайно. Техно просто шёл по зданию и внезапно наткнулся на него. Техно щурит карие глаза, присматривается к чужому лицу. Шрам пересекает его глаз. Его волосы седые, а лицо старческое, но шрам остаётся. — Я помню твоё лицо, — говорит Кровавый Бог, — нет смысла его прятать. — Ты ебучая сука, Блейд, ты знал? — Шутник перебивает его, вертит пистолет в руке, вальяжно идёт ближе к Богу, и его это бесит. — Ты сам выбрал быть злодеем, — жмёт плечами Кровавый Бог. — Я тебя покарал. — Так ты тоже злодей, Блейд, — скалится Шутник, и Кровавому Богу совершенно не нравится его оскал. — Таких, как ты, нигде не сыщешь. Ты легко взорвёшь чью-то кровь. Легко пробьёшь чужую голову. Легко убьёшь ребёнка. Да ты монстр, Блейд. Кровавый Бог рычит. — И это называется геройством? — Шутник смеётся, и его лицо меняется. Теперь он всё тот же парень с сальными волосами и смуглой кожей. — Убийства — геройство? Техно замирает. Кровавый Бог в ярости. — Преследования — тоже геройство? Техно вертит головой. Кровавый Бог сжимает кровавый меч. — А жестокость что? Вынужденная? Техно задыхается, кровь ускоряется. — Вы все мусорники, Блейд, — смеётся Шутник. — Ты показал героев во всей красе. — Я знаю, насколько коррумпированно правительство! — кричит Кровавый Бог, и Шутник замирает. — Я выполнял их заказы! Я убивал по их приказу! Я нёс их волю! А теперь я несу свою, настоящую, потому что я Кровавый Бог! И мир замирает. Кровавый Бог чувствует, как ускоряется пульс снайперов, засевших где-то под крышей. Шутник смотрит на него с открытым ртом. А потом его взгляд наполняет гневом. — И как же ты отличаешься от правительства, а?! — кричит в ярости Шутник, сжимая пистолет. — Убивал и теперь убиваешь! Даже цель не поменял! Ты всё та же псина, заложник, только уже не правительства, а самого себя, идиотский ты кусок дерьма! Кровавый Бог хмурится. — И если бы было иначе, — орёт Шутник, направляя на Кровавого Бога пистолет, — ты бы не убил Сапнапа! Выстрел. Кровавый Бог уворачивается. Выстрел. Он поднимает руку. Выстрел. Он кидает нож из крови и промахивается. В него стреляет спецназ, но он забегает за колонну одного из зданий и ищет пути отступления. Сейчас полдень, ему нужно либо бежать по крышам, либо перебить здесь всех. И тогда появляется он. — Эй, вы что тут творите?! — глаза Техно широко распахиваются, потому что он слышит его. Томми. Томми здесь. Томми исключили из Геройской школы, но он всё равно здесь. Техно даже выглядывает из-за бетонной колонны, не веря своим глазам. Томми в том же костюме. Он в удобных красных кроссовках, плотных и широких штанах цвета хаки, красной плотной кофте и этой странной маске на глазах. Техно всегда говорил, что он похож на енота. Шутник начинает смеяться. — Боги, да тут семейная встреча, — откровенно ржёт Шутник и, развернувшись на пятках, смотрит прямо в глаза Техно. — Эй, Блейд! Тут твой бра- Кровавый Бог заставляет одного из снайперов выстрелить прямо в сердце Шутника. Тот резко падает, хрипит, а Бог заставляет кровь остальных снайперов разорвать их плоть на части. Двое мужчин с отрицательным резус-фактором погибают от копий из крови их товарищей. И Кровавый Бог выходит в свет. И Тесей замирает. — Техно, — только и выдыхает он, отходя назад. Боится. Техно тоже бы боялся. — Привет, Томми, — сухо здоровается Техно. — Давно не виделись. И Томми отшатывается. — Давно не виделись?… — тихо повторяет он. — Давно, мать твою, не виделись?! Ничего больше не хочешь сказать, полудурок?! Томми плачет, Техно уверен. Он чувствует, как ускоряется чужое сердцебиение. А Кровавый Бог чувствует облегчение, ведь защитазащитазащитзащитазащитаубейвраговубейврагов. Они спокойны. В кои-то веке спокойны. Техно не скрывает улыбку. Он любяще улыбается Томми, прикрыв карие глаза, и поправляет обрезанные волосы. Привычка. — Какого чёрта ты улыбаешься?! Какого хуя ты улыбаешься?! — Томми уже в истерике. — Ты знаешь, как, блять, переживали мама с папой?! А Уилбур?! А я?! Какого хуя ты начал убивать! Ты же- Ты же герой, Техно! Какого- Свет блестит в волосах Томми, и они становятся чуть ли не золотыми. — Знаешь, Томми, — начинает Техно, запрокидывая голову. Томми тут же замолкает. — Герои… спасают людей. Это их главная функция. Томми хмурится, явно озадаченной резкой сменой темы. — И они спасают, да, — Техно перестаёт улыбаться, его брови хмурятся. Он переводит взгляд на Томми, — для показухи. Для журналистов. Томми молчит. — Нет, даже не так, — Техно трёт переносицу. — Есть много способов спасти людей. Поймать злодея, промышляющего воровством. Спасти человека с тонущего корабля. Просто помочь донести продукты и тд. Техно видит, как Томми перестаёт плакать, и вздыхает. — Такие, как я или Клэй, — он говорит это имя презрительно, сморщившись, будто он съел лимон, — уничтожают злодеев. Такие, как Роза, спасают людей из катастроф. И вот в чём загвоздка. Техно прикрывает глаза. Томми накапливает энергию где-то в районе руки, но Техно чует. Мгновение, и Томми послушно оседает на пол, вскрикнув «блять». — Помнишь Капитана и Ореола? — спрашивает Кровавый Бог, подходя к Тесею ближе. Он идёт, идёт, стучит массивными сапогами, подходит к самому носу Тесея и смотрит на него сверху вниз. — Ореол был плохим, да. Основал секту, убил сына Капитан. А ты говорил, что она хорошая, что она просто хотела, как лучше. — Так и есть, — не выдерживает Тесей, фыркая. — Так, чёрт побери, и есть. — А вот ни черта, Томми, — Техно садится на корточки и смотрит Томми прямо в глаза. И Томми пугается. Потому что видит там лишь животный голод. — Капитан убила Ореола прямо на моих глазах, — вкрадчиво шепчет Техно, и Томми резко замирает. — Знаешь как? Томми смотрит испуганно, и Техно почти что разочарован. Он поднимает ладонь и резко сжимает её. Ничего не происходит. — Бум, — усмехается Техно. — Она взорвала воду в его сосудах. Своему приёму я научился у неё. Она бы прибила его, если бы увидела. Томми смотрит на Техно огромными голубыми глазищами, и в их уголках скапливаются слёзы. — Она далеко не так хороша, как ты говорил, — Техно доволен своей маленькой победой, и- — Как будто, блять, ты чем-то лучше. Кровавый Бог прищуривается. Тесей смотрит на него такими яростными глазами, что даже они теряются. — Ты убил Сапнапа, — рычит Тесей, — ты сделал Панза инвалидом. Ты чуть не убил Ники. Ты взорвал кровь нескольких злодеев напротив Ранбу, и он говорил, что никогда не видел такого удовлетворения на чужом лице. Кровавый Бог глубоко дышит. — И ты называешь себя вестником правосудия?! — кричит Тесей, и по его щекам текут слёзы. — Ты-то?! Ты убиваешь их, а не отдаёшь под суд! Ты устраиваешь самосуд! Кровавый Бог резко встаёт и морщится. — Ты не Бог и не судья, чтобы вот так распоряжаться чужими жизнями, слышишь?! — кричит Тесей на него, наплевав на застывшую в жилах кровь. — Ты обычный человек, как и все мы, Техно! Остановись, мать твою! Пятнадцатилетний ты охренел бы от того, что ты творишь! — Я был юн и туп! — рычит Техно в ответ. — Я не знал, какое правительство сгнившее на самом деле! Какие сгнившие герои нас окружают! Капитан убила Ореола, основавшего чёртов культ, герои размазывают черепа преступников прямо во время налёта, поощряют их мучительную смерть, чёрт, они позволяли мне взрывать их глаза и сосуды! Они позволяли Клэю вонзать иглы в их шеи, от чего они умирали! Томми молчит. — Шлатт, у которого я работал, желал лишь бабла! — у Техно вена вздувается на шее и на руках. Он с силой сжимает кулаки, ногти впиваются в ладонь. — Сапнап отпустил чёртового Шутника, и я до сих пор не знаю, почему! Чувства и жажда чего-то берут верх над людьми, из-за чего страдают другие! — Тогда если они подвластны своим чувствам, то ты тоже, Техно! — кричит в ответ Томми, и у Техно начинает дёргаться веко. — Ты живёшь гневом! Ты убиваешь ради удовольствия, чёртов кретин! Почему?! Такого никогда не было! — Я НИКОГДА НЕ ХОТЕЛ УБИВАТЬ! — глаза Техно наливаются кровью. — ПРАВИТЕЛЬСТВО ГОТОВО УБИВАТЬ ЛЮБЫХ НЕСОГЛАСНЫХ ЛЮДЕЙ, И ОНО ДЕЛАЛО ЭТО МОИМИ РУКАМИ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ, ТОММИ? МОИМИ! Техно сжимает ворот своего костюма, кровь вырывается из его руки. Томми резко вскакивает (когда Техно его отпустил?) и атакует. Заряд энергии прилетает Техно прямо в грудь, и тот отлетает в ветхую стену заброшки. Тесей тяжело дышит. Томми рыдает. Техно пытается восстановить дыхание. Кровавый Бог желает правосудия. — Оно ничем не отличается от злодеев, Томми! — кричит Техно, резко вставая. Томми бежит к нему, готовя новый заряд. Техно образует трезубец из своей крови. — Оно выращивает верных цепных псов! Таким оно меня вырастило! И я выполнял их приказы, пока однажды из-за них не убил обычного человека! Тесей запускает в него энергией, но Кровавый Бог уворачивается. — Оно прогнило насквозь! — Техно подбегает к Томми и пытается пробить его ногу, но тот легко уворачивается и запускает Техно заряд в бок. Техно резко перехватывает его запястье и с силой сжимает. — Всё государство прогнило! Полиция прогнила, герои прогнили, даже само правительство, КГД! Техно тянет Томми на себя и ударяет его в нос. Томми запускает лёгкий энергетический заряд через тело Техно и отпрыгивает, смазывая кровь с кривого носа. — Ты получил лицензию уже в пятнадцать лет, Томми! Пятнадцать! — кричит Техно. — Ты был ребёнком! Я лишь пошёл в Геройскую школу, а ты уже получил лицензию! Они делают тебя псом с ранних, мать его, лет! — Мне уже девятнадцать, и что-то тебя не останавливает тот факт, что я был ребёнком! — выплёвывает Томми. — Сейчас ты герой- нет, чёртов линчеватель, и ты мешаешь мне! — ревёт Техно и делает из разлитой по всему зданию крови меч. Он мгновенно прилетает в руку Техно, и- И рука его подводит. Потому что Техно хотел попасть по ладони. А попал по груди. Техно растерянно смотрит на рану Томми, пока рука пульсирует и болит. Кровавый Бог искренне раскаивается за сие деяние, потому что ОБЯЗАНЗАЩИТИТЬОБЧЗАНЗАЩИТИТЬОБЯЗАНОБЧЗАНОБЯЗАНУБЕЙУБЕЙУБЕЦУБЕЙОНПРЕДАТЕЛЬОНПРЕДАТЕЛЬОНПРЕДАТЕЛЬПРЕДАИЕЛЬПРЕДАТЕЛЬПРЕДАТЕЛЬ. Томми долго смотрит на окровавленную руку, хлюпает сломанным носом и опять встаёт в боевую позицию. И у Кровавого Бога что-то щёлкает в голове. — Томми, я никогда не рассказывал тебе полную легенду о Тесее, так ведь? — резко спрашивает Кровавый Бог, наклоняя голову набок. — Рассказывал, — голос Томми хрипит, — ещё как рассказывал. — Он был королём, спас свой народ, — говорит Кровавый Бог, — а потом его изгнали, и он умер. У Томми бровь дёргается. — И с тобой случилось то же самое, — смеётся Кровавый Бог. — Тебя использовали и выкинули. Томми прерывисто дышит. Ему нехорошо. — У героев не бывает хорошего конца, — рычит Кровавый Бог, пока в ушах звучит ТЕСЕЙТЕСЕЙТЕСЕЙТЕСЕЙМЁРТВМЁРТВМЁРТВ, — на то они и герои, чтобы жертвовать собой ради других. У Томми что-то хлюпает в горле. — Сегодня герои извратили это понятие, — заявляет Кровавый Бог, смотря Тесею прямо в глаза, — но ты нет. Томми тяжело дышит. — Ты хочешь быть настоящим героем, Томми? — спрашивает Кровавый Бог. Томми молчит, потому что кровь заполняет горло. Рана в боку как раз не кстати. Техно успел её нанести, но когда? — Ты хочешь быть героем, Томми? — спрашивает Кровавый Бог ещё раз. — ТЫ ХОЧЕШЬ БЫТЬ ГЕРОЕМ, ТОММИ?! — кричит Кровавый Бог, формируя из крови чёртов трезубец. — ТАК УМРИ, КАК ОНИ! И что-то взрывается. И это далеко не кровь. Это здание. Техно растерянно смотрит наверх. «Шутник», — мелькает у него в голове, и он тут же кидается к ближайшему окну на выход. Он заминировал здание. Кто-то нажал на рычаг. Но Кровавый Бог убил всех- Техно бежит, пока потолок обваливается, и видит, что Томми. не двигается. Кровь хлыщет из него ручьём, и он растерянно смотрит Техно вслед. Техно хочет помочь. Техно хочет побежать и спасти его, но- Но его душит удавка. Его тянут удавкой так, что он пролетает несколько крыш, и здание полностью обваливается. Он приземляется на крышу одного из зданий, что-то душит его, и когда он поднимает голову, то видит знакомую маску героя номер один. Дрима. Техно растерянно смотрит на него, а затем на обрушившееся здание. — Томми там, — выдыхает Техно, его глаза испуганно распахиваются. — Что? Эндер. Ранбу. — Томми там, — говорит Кровавый Бог громче. — Томми там, чёрт возьми! Он хочет вырваться, но не может. Дрим строго осаждает его на место. Дрим нацепляет на Техно наручники, а тот даже сопротивляться не может. Он просто смотрит на обрушившееся здание. Он- он просто не здесь. — А Томми? — спрашивает Эндер. — А как же Томми? — Он мёртв, — сухо говорит Дрим, и Эндер отшатывается. — Мы ничего не можем сделать. Просто телепортируй его. Эндер дрожит. — Есть, сэр. Он касается Техно и перемещается в полицейский участок.

***

Техно двадцать пять, и его сажают в белую стерильную комнату прямо напротив его семьи. Папа смотрит на него хмуро. Мама смотрит на него нежно, но не совсем так. Взгляд Уилбура наполнен слепой яростью. — У вас есть двадцать минут, — говорит охранник и уходит. Техно связали и посадили. Над ним идёт суд. Папа отказался нанимать адвокатов. Техно ничего не говорит. Просто смотрит на всех троих, смотрит, а внутри БОЛЬНОБОЛЬНОБОЛЬНОНЕНАВИЖУНЕНАВИЖУНЕНАВИЖУНЕНАВИДЬНЕНАВИДЬНЕНАВИДЬ. Техно молчит. Он в стерильной белой рубашке, его волосы с отросшими коричневыми корнями коротко подстрижены — так, что розового совсем не осталось. Семья смотрит на него, и Техно понимает, почему они так холодны с ним. — Мы не станем защищать тебя в суде, — твёрдо и едко говорит Уилбур. — Я знаю, — спокойно отвечает Техно. — Даже если бы защищали, меня бы всё равно посадили. Уилбур стискивает зубы. — Почему? Почему. Как много гнева в одном слове. Родители просто смотрят на Техно. Техно переводит взгляд на Уилбура и видит такое же лицо, как у него. — Потому что это справедливость. Уилбур хлопает рукой по столу и резко встаёт. — О-о-о, так вот какая у тебя справедливость, — Уилбур едко улыбается, и она не содержит ничего, кроме гнева. — Убивать героев справедливо, да? Убивать обычных людей — обычное дело, верно? — Ты не знаешь, о чём говоришь, — подмечает Техно, видя, как загораются глаза его брата. — Нет, дорогой Техно, это ты не знаешь, о чём говоришь, — рычит Уилбур, и это почти напоминает Техно себя. — Знаешь, сколько маме с папой пришлось вынести? Знаешь, сколько раз в нас кидали грязью? Знаешь, как много раз мне портили вещи? Портили мою квартиру? Меня не волнуют сплетни в интернете, но моя группа отказалась со мной работать, и теперь я не могу никуда устроиться, потому что у меня такое же лицо, как у тебя. Техно смотрит на него из-под нависших век. — И что ты хочешь? — спрашивает он. — Чтобы я извинился? Уилбур едва сохраняет самообладание. Он сжимает и разжимает кулаки, его натянутая улыбка дрожит, а веко начинает дёргаться. — Да, Техно, — кивает Уилбур и отворачивается. — Твой срок послужит отличным извинением. Техно просто смотрит на него. — Я ни о чём не жалею. Он не жалеет об убийствах. Они все были справедливы. Они- «Ты устраиваешь самосуд!» Не сейчас. «Ты не Бог и не судья, чтобы вот так распоряжаться чужими жизнями!» Нет. Он видит заплаканное лицо Томми перед собой. Предательпредательпредательпредательубейубейубейубитубитубитзащитаубитазащитивоскресистоп — Да как ты смеешь так говорить, — шипит Уилбур ядовито, точно змея. Он сжимает кулаки. — Как можешь ты говорить так, грязная свинья?! — Уилбур, если бы ты работал с правительством, ты бы понял, насколько оно прогнило. — И это повод убивать людей? — Они бы убили других своими поступками. — Какими? — Герои сегодня ставят чувства выше долга. Это неправильно. Я видел, к чему это приводит. «Тогда если они подвластны своим чувствам, то ты тоже, Техно!» Он неправ. Нет. — И это повод их убивать? — По-другому их никак не искоренить. Герои такие же прогнившие, как и правительство, поэтому- — Так, всё, мне это надоело. Папа вставляет своё слово в спор близнецов. Он трёт глаза и смотрит на Техно холодными глазами. — Ты прикрываешься правительством, хотя сам убил несколько десятков человек, — когда отец говорит, его голос дрожит. — Ты- Ты должен был спасать людей, а не убивать, Техно, слышишь? Спасать… Спасать. Папа плачет точно так же, как и Томми. У самого Техно по щеке скатывается слеза. — Пап, я- — Нет, не смей называть меня папой, — папа мотает головой, прячет лицо в ладони. — Не после того, что ты сделал. Мама молчит, поджимает губы. Сердце начинает стучать быстрее. Уилбур натирает веки (кажется, там скоро будут мозоли), прячет лицо под рукой и просто дышит. Техно переводит взгляд на мать. Та смотрит в ответ. — Когда я просила тебя не умирать, — она прикрывает глаза, сжимает маленькие ладони в кулаки, — я не имела в виду выгрызать себе жизнь за счёт чужих. Я не хотела видеть твой труп в морге, Техно. Но и тела убитых тобой людей я видеть не хотела. У мамы нижняя губа начинает дрожать, и она прикрывает её ладонью. — Я не хотел видеть труп Томми у себя на работе, — дрожащим голосом шепчет она, и Техно широко распахивает глаза. — Он- Он был в крови. У него был разбит нос и ранен бок. Его труп… его тело привезли по кус- Мама почти падает со стула, но папа её придерживает, когда она заливается рыданиями. Она вся дрожит, краснеет, а Техно растерянно на неё смотрит, не зная, что сказать. Папа приподнимает маму, помогает ей встать, уже направляется к выходу, когда из Техно вырывается: — Но я не убивал его. И они замирают. Уилбур смеряет его злобным взглядом, папа — тоже. — Техно, пожалуйста, не ври мне хотя бы сейчас, — доносится до него с той стороны от стекла. — Но это правда, — Техно резко встаёт. — Я не убивал его! Я не хотел ранить его! Здание не должно было обвалиться! Я- Техно хотел спасти его. Но его утянули из здания. Дрим утянул его из здания. — Это… это… Его кровь начинает бурлит от злости. — Эта чёртова мразь, — выплёвывает Техно, и его глаза загораются красным. Уилбур замирает. Не Техно убил Томми. Дрим не позволил Техно спасти Томми. Он- он не позволил. Он сказал Ранбу, что тот мёртв, и заставил его телепортировать Техно в полицейский участок. Дрим убил Томми. — Это чёртов Клэй! — и в его имя Техно вкладывает столько гнева, сколько вообще у него есть. Папа с мамой кажутся разочарованными. — Я убью его, чёрт возьми, он умрёт, он умрёт, эта тварь- УБИТЬУБИТЬУБИТЬУБИТЬ КРОВИ КРОВАВОМУ БОГУ КРОВИ КРОВАВОМУ БОГ У КРОВИ КРОВАВОМУ Б О Г У КРОВИ КРОВА В О М У Б О Г У КРОВ И К Р О В А В О М У Б О Г У К Р О В И К Р О В А В О М У Б О Г У — ЗАТКНИТЕСЬ ХОТЯ БЫ СЕЙЧАС! — кричит Техно, и его кулак врезается прямо в защитное стекло. Уилбур растерян. Родители тоже. Их всех в срочном порядке уводят из камеры, и Техно остаётся один на один со своим гневом. Техно двадцать шесть, когда он сбегает. Техно двадцать семь, когда он вонзает в глотку Дрима свой кровавый кинжал. Техно двадцать восемь, когда ему говорят, что у него уже последняя стадия рака. Техно двадцать девять, и его хоронят на каком-то богом забытом кладбище, подальше от мира сего и от остальной семьи. Справедливости нет и никогда не будет, ведь Кровавый Бог, вестник приближающейся кары, сделал свой выбор. Неверный выбор.