Любить - не преступление

Чонгук поморщился, сильнее сжав руль. Не представляю, как он мог нести меня, да и вообще двигать рукой с рваной раной на плече. – Я не хотел, чтобы ты так узнал… Его голос был прерван громким взрывом, раздавшимся позади. Чимин вздрогнул и обернулся. Стволы деревьев закрывали вид, но в ночном небе виднелся густой столб дыма. – Они скоро приедут. Нужно избавиться от машин, – напряженно прошептал Чонгук. Чимин понимал, что у него сейчас полно забот, но должен был задать вопрос, который волновал его больше всего: – Кто ты? Такой, как… они? Чонгук тяжело вздохнул, сжал губы и посмотрел на Чимина. Тот не отводил от него пытливого взгляда ни на секунду, даже не моргал. – Помнишь, ты говорил что-то про волшебство? Ты веришь в него? – Твою мать, Чонгук, я его только что видел собственными глазами! – завопил Чимин. – Эти гребаные монстры точно относятся к разряду волшебных тварей. Тебе не нужно начинать издалека, ясно? – Ясно-ясно, – прикрикнул Чон. Затем уже тише добавил: – У меня была заготовлена речь. И я говорил, что не знаю, как объяснить. – Ох, – наигранно вздохнул Чимин. – Ты хотел, чтобы я поехал с тобой, так ведь? Что ж, поздравляю, счастливчик! Ты просто не оставил мне выбора! Последние слова Чимин прокричал. – Просто скажи это, – попросил он сквозь слезы. – Да, – раздался низкий голос с рычащими нотками. Чонгук хлопнул ладонью по рулю и снова добавил: – Дьявол, да! Я оборотень. Ты это хотел услышать? Я такой же гребаный монстр. Оба смолкли. Чимин больше не рыдал, а этот прекратил рычать. – Оборотень, – медленно прошептал Чимин, пробуя слово на вкус. Именно его он отвергал больше остальных. Чонгук… Оборотень. Это казалось комичным, Чимин даже не сдержал нервный смешок, но быстро прикусил губу и покачал головой. – Не верю. Чонгук бросил на него обеспокоенный взгляд и нахмурил брови. – Наверное, я бы тоже не поверил. Ты ведь впервые увидел… Их. – Нет, я не о том. Кажется, мозг уже осознал то, что увидели глаза. Оборотни, мать твою, существуют. Если только это все не какие-то спецэффекты к новому фильму про Ван Хельсинга, а ты – неизвестный миру гений сценических постановок. – Это не представление, Чимин, – серьезно сказал Чон. – Я тоже так подумал. Особенно кровь на тебе кажется уж слишком реалистичной. Но я не верю, что ты такой же монстр, как они. Это просто… не укладывается в моей голове. Чонгук промолчал, лишь хмыкнул и покачал головой. Лесная тропа закончилась, и они выскочили на ночную трассу. Обогнали джип с близнецами и поехали впереди. Нет, он не чудовище. Только не Чонгук. Чимин потянулся рукой к его плечу, но тот резко отдернулся и злобно рыкнул, заставив в страхе вжаться в сиденье. – Все еще не веришь? – процедил он сквозь зубы. Чимин прислушался к себе в поисках ответа и уловил единственную мысль: «Не верю. Он не монстр». – Не надо на меня рычать! – заорал блондин. – Можно подумать, я смогу как-то навредить тебе, здоровяку. Ты весь в боевых ранениях, и нужно остановить кровотечение из раны. Когда ответа не последовало, Чимин грозно заявил: – Сейчас же, Чонгук. – Невероятно, – пробубнил он себе под нос. – Он мне приказывает. Ненормальный. – Я все слышал. А ты все еще истекаешь кровью, и это совершенно небезопасно, особенно если учесть, что мы едем на большой скорости. Это что, сто десять миль в час? Ты с ума сошел? – Дьявол, заткнись хоть на секунду. Я пытаюсь сосредоточиться. Ладно, Чимина занесло. Он всегда слишком много болтает, когда нервничает, Чон уже должен был это понять. Пытаясь составить четкую картину и еще раз все проанализировать, Чимин уставился в окно. Мелькали стволы елей и сосен. Дорога проходила сквозь лес, и это ничего не говорило о местоположении. Руки коснулось что-то теплое, и Чимин вздрогнул от неожиданности. Чонгук сплел пальцы и, не отрывая взгляда от дороги, поднес к губам перевязанную ладонь Чимина. Это было так чертовски мило, прямо как в романтических фильмах, когда парочка отправляется в путешествие. Только у них немного не то. А еще перемотанная бинтом ладонь кое о чем напомнила. – Блин, а где майка? Майка, Чонгук? Ну, та, в которой я был днем? На ней моя кровь. Если ты ее вывесил сохнуть где-то во дворе, то мне кранты. Они ведь вынюхают запах крови? А потом найдут меня? – Я сжег ее еще до их приезда, – раздраженно процедил мужчина. – Ты уверен? Ну да, думаю, после взрыва там мало что останется. Но ведь их тела найдут. А потом начнут сравнивать останки. Поймут, что кости не человека, да и на волков они не совсем похожи. Раза в три больше и стоят на… – Ну все, – прорычал Чон, резко вжимая педаль тормоза. Чимин забыл пристегнуться, поэтому чуть не впечатался носом в лобовое стекло. Хорошо, вовремя успел выставить руки. Позади раздался визг тормозов джипа. – Ты что творишь, идиот? – в испуге закричал Чимин, когда они полностью остановились. Чонгук не ответил и, резко дернув дверцу, вышел из машины. – К-куда это ты? Ты что… Бросишь меня? Посреди трассы? Ночью? Ты спятил? Открылся багажник, раздалось шуршание и облегченный вздох. А через секунду уставший мужчина оказался рядом и, открыв пассажирскую дверь, рванул Чимина на себя. – Не-е-ет, – протянул блондин, ужасаясь собственной догадке. – Ты не оставишь меня здесь! – Эй, у вас там все в порядке? – прокричал Тайгер, выглядывая из окна. Рядом сидел Лайн. Слабо махнув нам рукой, он слегка улыбнулся. – О, хорошо, – облегченно вздохнул Чимин. – Он жив. А ты что творишь? Это что, наручники? А это? – Скотч, детка, – сказал психопат и, скрутив Чимина в мгновение ока, сковал запястья за спиной. Чимин пребывал в каком-то заторможенном состоянии, отказываясь верить, что с ним так поступили. Ведь это же Чонгук, его герой, его спаситель. – Какого… Ум-м-м… Гум-м-м… Абсолютно бесцеремонно заклеив рот широкой лентой, гад втолкнул его обратно на сиденье и заботливо пристегнул ремнем безопасности. А затем чмокнул в лоб и звонко хлопнул дверцей. Он чуть ли не вприпрыжку обошел машину и уселся за руль. – Ум-м-м… – Ну что, медочек, едем? – Ошол на хеммм! – Так я и думал! Переключив передачу, мерзавец резко тронулся с места, нагло скалясь. Это не шутка? Он действительно сделал со мной это? Я буду мстить. Клянусь, так просто не забуду. Сначала Чимин мычал и пытался вырваться, но Чонгука, казалось, это ничуть не заботило. Он погрузился в свои мысли, следя за дорогой. Гнали на предельной скорости, все больше отдаляясь от кошмара. Неожиданно раздался женский голос, заставивший Чимина смолкнуть и застыть. – Всем патрульным. Пожар в квадрате сто три… Чимин вздрогнул, когда Чонгук вырвал с мясом прибор из панели управления, смяв его, словно бумажный. – Ми-м-м, – бросил Чимин, тяжело дыша. Напугал, блин. Психованным Чон не нравился Чимину совершенно, а учитывая недавнюю выходку, он вообще его бояться начал. Пришло время задуматься над тем, кто же такой маньяк и его братья. Не чудовища, Чимин все еще надеется на это, но и не всесильные герои. Полукровки. Так их назвал мистер Вудворд, гореть ему в аду. Повернувшись к Чонгуку вполоборота, Чимин начал его изучать. Он сильный, намного сильнее обычного человека, раз даже раненый поднимает тяжести. А его братья-переростки определенно не похожи на семнадцатилетних юнцов. У парней отменный слух, они слышали даже шепот из другого конца дома. Быстрые. Иногда Чимин не успевает уловить их движения. И нюх у всех троих отменный. Значит, они обладают какими-то сверхспособностями, но при этом слабее тех, мохнатых. Чонгук сказал, что он оборотень, но почему тогда они с близнецами не обратились в волкоподобных, чтобы драться на равных? Они что-то среднее. Сильнее людей, но слабее оборотней. Полукровки. Обалдеть… – Это что, восторг в твоем взгляде? – спросил наглец, по-прежнему не отводя глаз от дороги. – Я так и чувствую, как от тебя прет восхищение. – Му-у-у… – Ты ненормальный, знаешь? Разве это правильная реакция? Нет, ну ладно истерика, крики, плач… В идеале, глубокий обморок, но сегодня явно не мой день, даже не стоит надеяться на такое везение. Дьявол, я должен был вколоть тебе дозу посильнее… – Ум-ум-уг-ом-м-м… – Ты бы не проснулся, не увидел всего этого. Возможно, даже никогда бы не узнал про нас. Похоже, теперь пришло время Чонгука высказаться и спустить пар. Он завелся не на шутку, а Чимин стих, чтобы ничего не упустить. Вдруг проговорится. – Мы могли бы жить, как нормальная семья. Знаю, это звучит несколько странно, учитывая наше знакомство, но согласись, медочек, ты от меня без ума. Чон бросил на блондина быстрый взгляд и подмигнул, Чимин закатил глаза. Так и хотелось выставить средний палец прямо перед этой наглой расцарапанной мордой. – Я говорил, что мне нравится, когда ты злишься? Твои глаза так темнеют, это дико сексуально. Чимин пытался подавить желание расплыться в глупой улыбке, но не вышло. И хотя скотч закрывал половину лица, Чонгук поймал его на горячем. Повернувшись к нему, он застыл. На его лице больше не было дерзкой ухмылки, он снова стал серьезным и сосредоточенным, будто пытался что-то сказать взглядом. Не будь рот Чимина заклеен, он бы, наверное, поцеловал его сейчас. Он, черт побери, должен следить за дорогой, а не пялиться на мои губы. – У-у-у-м-м-м! Чимин выпучил глаза и закивал в сторону лобового стекла. Чонгук хмыкнул, неторопливо повернулся, будто у него и без подсказок все под контролем, и уверенно произнес: – Я не дам им до тебя добраться. Надеюсь, так и будет, ковбой. Они проехали в тишине около пятнадцати минут, прежде чем свернули на небольшую тропинку. Черный джип последовал за ними. – Уху хму? – спросил Чимин. – Не волнуйся, детка. У папочки все продумано. Чимин состроил гримасу и промычал ругательство. Чонгук усмехнулся и затормозил. – Приехали! – объявил он.