Электронная банда GetX

      Братья Сатомо и Рюджи Окаджима были абсолютно разными людьми. Первый, который был старше, всегда соблюдал дисциплину и делал всё бескорыстно. Младший же из братьев всегда и во всём искал выгоду и готов был даже пойти на преступление, лишь бы добиться своих целей. В детстве это были драки с другими мальчишками за игрушки и воровство фруктов из соседских садов. А ближе ко взрослому возрасту начались шантажи и манипуляции более слабыми людьми. Совершенно не удивительно, что спустя годы Рюджи оказался под крылом у мафии, в то время как Сатомо приняли на службу в армию Японии, где его вскоре признали самым примерным солдатом. Но Сатомо было мало почёта и воинских званий. Он хотел счастья и в личной жизни. И вот однажды, когда он на следующий день после прибытия домой начал заниматься гимнастикой во дворе, его заметила новая юная соседка по имени Юки. Они разговорились, узнали друг о друге много интересного, поняли, что их чувства взаимны и решили начать встречаться. Сатомо не верил, что всё это происходит именно с ним: простые встречи быстро переросли в серьёзные отношения, дело очень быстро дошло до свадьбы, и вот, они уже воспитывали сына Такео и ждали появления на свет второго ребёнка. Но жизнь она как пешеходный переход: за белой полосой обязательно следует чёрная... 1990-е годы. Сатомо нёсся через весь Киото, не замечая вокруг себя никого и ничего. Ему доложили, что во время родов состояние жены ухудшилось, и он торопился в больницу, чтобы быть рядом с любимой в трудную минуту. Вот он уже добрался до больницы, хотел было войти в палату, но его туда не пустили. Вывод напрашивался сам собой — происходило что-то по-настоящему серьёзное. Но Сатомо всё равно решил остаться в больнице, потому что сильно переживал за жену. Он провёл в коридоре несколько часов, слушая переговоры врачей и стенания Юки. Его уже начало клонить в сон, как дверь открылась, и прозвучали самые ужасные слова в его жизни: «Мы сделали всё, что могли, но... Она скончалась». Сатомо не верил своим ушам. Ему казалось, что это лишь ночной кошмар. «Пустите меня к ней!» — злобно закричал он. Ему дали пройти, и перед ним встала ужасающая картина: женщина, которую он любил больше всего на свете, лежала в койке, не подавая каких-либо признаков жизни. Сатомо подошёл к телу Юки и прислонил её руку к своему лицу. Скорбь была прервана одним из врачей, который сообщил другую новость: «У вас родилась дочь, и она абсолютно здорова». После этого мужчине вручили сверток с маленькой розовощёкой девочкой. В тот момент Сатомо испытывал смешанные чувства. Он не знал, радоваться появлению на свет одного человека или грустить по поводу ухода другого. Ему теперь придётся в одиночку воспитывать уже двоих детей, да ещё и имея профессию, из-за которой он редко появляется дома. Первые годы господину Окаджима прощали его отсутствие на службе из-за заботы о детях. Но потом его начали чаще вызывать в командировки, на которых он мог отсутствовать по несколько дней. Сатомо пришлось принять непростое решение: отдать Такео и Киру в интернат, где они будут в окружении воспитателей и других детей... 2000-е годы. У другого героя судьба сложилась удачнее, но всё равно не обошлось без трагедий. В семье владельцев рамен-бара Ямасаки тоже царило счастье, пока в 2002 году её глава, Майото, не погиб в результате несчастного случая: он находился в вагоне метро, когда случилось землетрясение. Хорошо, что деятельность Мэй позволяла ей проводить достаточно времени с сыном Кейго, и уже совсем скоро он начал сам помогать ей готовить блюда и разносить заказы клиентам. Тем временем Кира и её брат проживали не самые лучшие времена в интернате. Другие ребята их игнорировали и никуда не приглашали, а всё из-за того, что Киру и Такео иногда навещал отец и привозил им игрушки или вкусняшки, в то время как многие дети в интернате были круглыми сиротами. Из-за этого брат и сестра даже иногда подвергались травле. Они изо всех сил пытались держаться на плаву и верили, что когда-нибудь будут жить вместе с отцом как нормальная семья. Но однажды случилось непредвиденное: Сатомо не пришёл навестить детей. Они ждали месяц, год, два, а он всё не приходил. Сотрудники интерната уже задумались о включении этих двоих в список кандидатов на усыновление/удочерение. Как вдруг совершенно неожиданно туда заявился дядя Рюджи, который к тому времени уже стал уважаемой фигурой среди якудза. — Здравствуйте. Я слышал, что здесь находятся Кира и Такео Окаджима. — Д-да, так и есть, — ответила одна из воспитательниц. — Просто я являюсь дядей этих двоих. До меня дошла новость, что их отец, то бишь мой брат, пропал без вести и что он отдал своих детей именно сюда. Воспитатели не стали перечить этому человеку и сразу же вывели к нему брата с сестрой. А ведь дети даже и не знали о том, что у них есть дядя, поэтому они воспринимали Рюджи как страшного незнакомца. Июнь 2015 года Так как у Рюджи не было собственных детей, он решил воспитать наследника из своего племянника: рассказывал ему обо всех тонкостях жизни якудза и, конечно же, обучал его боевым искусствам. Кире же Рюджи не уделял такого же внимания, так как считал, что женщинам всё это знать не обязательно. Однако, девушка очень хотела быть такой же сильной, как и её брат, чтобы в случае чего с лёгкостью постоять за себя, поэтому она решила сама поискать место, где её будут обучать владению кулаками и холодным оружием. После недолгих поисков, Кира смогла-таки найти подходящее заведение. По началу к ней относились без особого отношения, но когда девушка оголила руки, все увидели татуировку в виде пиона, говорящую о её принадлежности к якудза. После этого, остальные ученики школы начали побаиваться Киры и старались в лишний раз с ней не вступать в контакт. Девушку по началу такая неприкосновенность не устраивала, и она начала тихо ненавидеть своего дядю за то, что он её так клеймил, ведь он хотел, чтобы все знали, кем является его племянница. Но вскоре ей пришлось изменить своё мнение, так как оказалось, что от её принадлежности мафии есть и польза. Однажды Кира заметила, что один юноша подвергается издевательствам со стороны остальных учеников школы. Её эта сцена тронула до глубины души, ведь их с братом так же травили в интернате. Воспользовавшись своим приоритетом, Кира заступилась за несчастного парня, отгородив его от задир. Ребята не понимали, с чего вдруг ученица с самым высоким рангом решила заступиться за этого простофилю, но решили с ней не спорить. — Ты в порядке? — спросила Кира. — Да какой там порядок? — ответил парень. — Я говорил маме, что из меня не выйдет смелого защитника, но она меня и не слушала и только повторяла: «Ты единственная опора нашей семьи!» Но я стал лишь единственным посмешищем. — Думаю, тебе просто не хватает уверенности в себе, а для этого нужна должная поддержка. И тебе повезло, я как раз могу тебя ей обеспечить! — Мне будет помогать якудза? Это что-то нереальное... — Не переживай, я не опасна. По крайней мере потому, что я сама ненавижу свою принадлежность к этому слою населения. — Что ж, спасибо, Кира. — Можешь не благодарить, эмм... Как там тебя? — Кейго. — Да-да, верно. Извини, я просто на тебя как-то раньше не обращала внимания.

***

      После занятий, Кира решила проводить Кейго до дома. По пути они говорили о том, насколько тяжела их жизнь: девушка жаловалась на деспотизм дяди, а парень на незавидную участь сына без отца. Так они и дошли до рамен-бара, где работала семья Ямасаки. — Мама! — воскликнул Кейго. — А у меня теперь есть подруга, её зовут Кира. — Надо же, у моего сына впервые появился друг? — удивилась Мэй. — Что ж, Кирочка, приятно познако-- Тут Мэй заметила на руке у девушки татуировки Якудза и чуть не потеряла дар речи. Она тут же побежала к серванту и достала оттуда бутылку саке. — Спасибо, но я не пью, — с нотками волнения сказала Кира. — Извините, вы просто из такого уважаемого класса, а у меня не приготовлено ничего подобающего... — Всё нормально, мам, — вмешался в разговор Кейго. — Кира не против того, чтобы к ней относились как к обычному человеку. — Что ж, тогда изволь угостить тебя раменом, деточка! — Большое спасибо, Мэй-сан. Только вот я задержусь тут ненадолго, иначе мне не миновать гнева дяди. И Кейго, и Мэй было обидно, что Кира просто быстро съела лапшу и убежала, но парень всё равно был рад, что у него наконец-то появился близкий друг, которому он может довериться. Так они каждый день шли со школы единоборств к рамен-бару и потихоньку узнавали друг о друге больше. Кейго даже познакомил Киру со своим питомцем — курочкой Коко, которую хотели пустить на суп, но парень оставил её себе и начал ухаживать. Кира же наконец-то испытала на себе ту самую семейную теплоту, которой ей не хватало. Да и Мэй, казалось, начала проявлять симпатию к девушке из якудза. Март 2017 года       Почтальон уже был готов смириться с тем, что он никогда не найдёт адресата письма, которое он не может доставить по адресу уже месяц. Всё дело в том, что на нём был указан адрес интерната, который был давно расформирован и переделан в обычную среднюю школу, а весь его персонал был полностью изменён. Поэтому почтальон решил отыскать самого адресата — Такео Окаджиму, который мог быть усыновлён кем угодно. Отважный работник почты обошёл едва ли не весь Киото, спрашивая у жителей, знают ли они этого Такео, а заодно доставляя письма и посылки им. И вот, когда он уже совсем отчаялся, один пожилой человек сказал, что знает этого адресата, так как имеет связи с его дядей Рюджи и даже лично общался с Такео на парочке фестивалей. Почтальон ещё никогда в своей жизни не был так счастлив, и тут же побежал по сказанному стариком адресу. Дойдя до нужного дома, он радостно постучал в дверь. — Здравствуйте! Скажите, это вы Такео Окаджима? — Да, это я, — ответил открывший дверь парень. — Замечательно! Я наконец-то вас нашёл! Просто это письмо уже целый месяц не может найти своего адресата. Можно только уточнить: вы действительно являетесь бывшим воспитанником указанного там интерната. — Хе-х. Да, это тот самый интернат. — Вот и прекрасно! Забирайте письмо, изучайте его, а пойду разносить остальные со спокойной совестью! Такео начал читать письмо и еле сдержал шок, потому что это было послание от его отца: «Дорогой Такео. Знаю, для тебя будет полной неожиданностью получить от меня письмо так поздно. Но на то были свои причины. Я не пришёл тогда навестить тебя и Киру, потому что меня вызвали на очень непростую миссию: подкрепление для армии Южной Кореи в их противостоянии с КНДР. Наш отряд отправился на разведку, но нас всё-таки заметили, и мы полгода провели в плену. Я предпринимал несколько попыток сбежать из плена, и одна из них смогла увенчаться успехом. Но, похоже, я недооценил северокорейских солдат, меня заметили и за устроенный переполох я провёл девять лет в тюрьме как нарушитель порядка. Командир полка смог добиться освобождения, но в обмен на лишение воинской должности и невозможность вернуться на родину. Из-за этого мне пришлось переехать во Владивосток, где я устроился резчиком рыбы. Такео, если это письмо до тебя наконец-то дошло, то знай, я всё ещё очень люблю тебя и Киру, и мне бы очень хотелось встретить вас обоих. Вы сможете найти меня в Диомидовском рыбном порту. Твой любящий отец.» Такео испытал целую бурю эмоций после прочтения: радость за то, что отец наконец-то нашёлся, гнев из-за того, что это случилось так поздно, и сожаление как за папу, которому пришлось пройти через столь страшные события, так и за почтальона, который неделями пытался доставить письмо по адресу. Одно парень знал точно: он обязан показать письмо Кире и предпринять попытки сбежать от деспотичного дяди. Когда Кира прочитала письмо, она была поражена не меньше, чем Такео: — Что же это получается: папа больше никогда не сможет забрать нас отсюда? И мы останемся с дядей Рюджи навсегда? — Спокойно, Кир, — ответил Такео. — Мы же взрослые люди, и если папа не может к нам вернуться, что мешает нам вернуться к нему? — Я скажу, что мешает: наш дядя-тиран, который не станет перечить правилам якудза. Ты не боишься, что он может сделать с нами что-то ужасное за этот поступок? — Настоящего самурая ничто не должно пугать.