Походный костёр

      Игры с мячом в походе - это бессмертная классика. Волейбол, одиннадцать, вышибалы - во всё это играли и мы с друзьями тем злополучным летом. Тогда ещё мы не знали, что нас ждёт впереди.       В лагере по соседству от нас жил какой-то мальчик со своей сестрой. Они были бледными, с тёмными волосами и почти чёрными глазами. Никогда они не лезли в наши игры. До тех пор, пока мы не начали играть в вышибалы.       Вечером мы собрались на поле. Уже темнело, но это не сильно беспокоило нашу компанию. Нас было всего семеро вышибаемых. За вышибал играли те самые дети. Мы были не против, поскольку все хотели побегать от мяча.       Это была ошибка.       Нам следовало отказаться от этой игры.       Поначалу мы все веселились, бегали и легко обдуривали детей, которые еле-еле кидали мяч. Ручки слабоваты - так нам казалось. Но всё было совсем иначе.       Уже медленно убегая, давая хоть какой-то шанс вышибалам, мы смеялись и подшучивали. Мяч оказался в руках у девочки. Она сначала мило хихикнула, а затем со всей силы бросила мяч в Мишу. Мы ожидали, что наш одноклассник увернётся или хотя бы вскрикнет от небольшой боли, но когда обернулись на него, то увидели лишь застекленевшие глаза и выражение шока на его лице. Через мгновение парень упал на землю. С его затылка быстрым ручейком стекала кровь, окрашивая песок вокруг.       Мы все замерли от увиденного, прежде чем броситься к однокласснику и попытаться нащупать пульс. Его не было. Перед нами лежал мёртвый Миша. Разве могла маленькая девочка ударить так сильно? Здесь явно было что-то не так. Был ли это розыгрыш? Может сейчас парень встанет, и мы все вместе посмеёмся над этой шуткой?       Нет, этого не будет. Люди не умеют так правдоподобно изображать смерть.       По коже каждого из нас пробежались мурашки. Надо было позвать взрослых, убежать, сделать хоть что-нибудь, но ноги отказывались двигаться с места. Решив, что стоит прекратить смотреть на Мишу, я обернулась на ту самую девочку. Она улыбалась, но не как обычные дети. Это была улыбка настоящего психопата. Уголки её губ подёргивались, словно от нервного тика, делая улыбку каждый раз всё шире и шире. — Мы бу-дем иг-рать даль-ше? - спросил её брат. Я посмотрела на него и увидела ещё более жуткую вещь. Его бывшие до этого чёрными глаза сверкнули красным, а вместо нормального лица была жуткая рожа. Он провёл языком по острым как у акулы зубам, словно для него «игра» была долгожданным лакомством.       Все эти изменения заметили и другие ребята. Фраза мальчика побудила нас действовать. Не сговариваясь, мы тут же бросились врассыпную. — Ку-да же вы? Э-то не по пра-ви-лам! - жутким голосом спросила девочка. В её руках откуда-то появился ещё один мяч, совсем не похожий на тот, которым играли мы. Кажется, он был металлическим - лучше разглядеть не удалось, ведь я бежала в лес.       "Что делать? Прятаться? Бежать? Искать помощь?" - думала я, пока, спотыкаясь об торчащие корни деревьев, углублялась все дальше в лес. Время от времени я слышала крики одноклассников то из одной части леса, то из другой. Каждый раз моё сердце замирало от страха, а ноги сами собой меняли направление движения, лишь бы не идти к опасности.       Через пару вскриков я уже не соображала, откуда я пришла, куда бежала изначально. Да и неважно это было уже. Сейчас я хотела лишь не встречаться с этими детьми. Моё лицо и голые предплечья вскоре оказались изрезаны ветками, через которые я пробиралась, не видя дороги, но я не обращала на это внимания – лишь бы бежать, бежать так далеко, как это возможно. Выскочив на поляну, я обо что-то споткнулась. Опустив взгляд на освещённую луной траву, я увидела изувеченную девушку. Её голова была размозжена, повсюду валялись кровавые ошмётки. К горлу подступила тошнота, когда я поняла, что это было тело моей лучшей подруги. Это было тело Яны. — Нет... - в ужасе прошептала я, не в силах отвести взгляд. — Нет, этого не может быть... Это же всё сон!       Я попятилась назад, до тех пор, пока не столкнулась с кем-то. Резко оглянувшись, я поняла, что это та самая девочка, убившая Мишу. Теперь она пришла и за мной. Её сумасшедшая улыбка заставила меня испытать новый прилив тревоги, которая словно съедала изнутри, заставляя ощущать себя так, будто множество маленьких иголочек впились во внутренние органы. — Сколь-ко? - спросила девочка, глядя на меня снизу-вверх. Она сказала ещё что-то, но после пережитого ужаса я не сумела разобрать её речь. — Что...сколько? - переспросила я, чувствуя, как кружится голова, а сознание постепенно начинает подсовывать картины скорой смерти. Вот я уже лежу рядом с Яной, и моя голова точно так же размозжена… Или как Миша? Лицо с навсегда застывшим на нём выражением. Страха? Шока? Сейчас, стоя прямо перед смертью, принявшей облик маленького ребёнка, я не могла вспомнить, как именно выглядел мой одноклассник. — Сколь-ко те-бе лет? - нетерпеливым тоном повторила девочка. — Сколь-ко раз бить? — Бить... Мне... Мне семнадцать. - заикаясь ответила я. Знание правил игры заставило одну мысль неосознанно появиться в моей голове. По спине пробежались неприятные мурашки.       "Я осталась последняя. Никого нет. Их всех больше нет. Господи, пусть это будет кошмаром..."       Это и было кошмаром. Кошмаром наяву. Вскоре появился и мальчик. — Мы на-чи-на-ем. - сказал он и тут же бросил в меня мяч. Я увернулась. — О-дин...       Два... Три... Четыре...       Когда же это закончится? Волейбольный мяч, которым был убит Миша, стремительно проносился мимо меня, заставляя отскакивать в разные стороны. Я не знаю, почему они использовали не металлический. Может, хотели завершить дело тем же, чем и начали.       Десять... Одиннадцать... Двена...       Резкая боль пронзила моё плечо - по нему попал мяч. Вот и конец. Я проиграла. Сил испытывать хоть что-то по этому поводу уже не было. Внутри осталась лишь пустота и смирение со своей судьбой. — Свеч-ка. - произнёс мальчик, останавливая свою сестру, уже начавшую подходить ко мне с той безумной улыбкой. В одно мгновение из психопата она вновь стала выглядеть как простой ребёнок. Если забыть о том факте, что в руках у неё находился окровавленный мяч.       Свечка? Какая свечка? Точно... Когда мы играли обычную игру, я один раз поймала мяч и заработала свечку. Я никогда не думала, что это однажды спасёт мне жизнь. — Точ-но. - отступив на пару шагов назад, девочка продолжила игру. Как пламя свечи в тёмные времена освещает дорогу, так и во мне зажглась надежда на то, что всё закончится хорошо.       Пятнадцать. Шестнадцать. Семнадцать.       Я смогла. Я увернулась от всех ударов, кроме одного, но меня спасла свечка. Теперь я была свободна. Не было необходимости бежать. Измученно, но с видимым облегчением, я улыбнулась. — Мы по-иг-ра-ем е-щё. - клятвенно произнесла девочка и исчезла вместе со своим братом. Мои ноги подогнулись, я упала на землю, потеряв сознание от пережитого страха. Последним, что я видела, была яркая луна, почему-то словно подёрнутая дымкой кровавого цвета.       Вот сейчас прошло уже десять лет. Я который раз сижу у могилы Яны и вспоминаю эту историю, обещание, данное девочкой. Луна светит так же ярко, как тогда. Задрав голову, я стала рассматривать ночное светило. На моей душе стало так спокойно, словно я никогда не переживала сумасшедшую гонку со смертью. Словно не навещала сейчас одного из близких людей, кто эту гонку проиграл.       Когда я заметила, что дымка над белой луной постепенно становится кровавой, тревога заполнила моё сердце.       Нет.       Только не это.       Только не снова.       Моё внимание привлёк шорох со стороны памятника в виде ангела, украшавшего могилу неподалёку. Из-за него вышло двое детей. — Ну что? По-иг-ра-ем? - спросила у меня та самая девочка. На её лице вновь была широкая улыбка.