Маленькие кошмары для рассказов в темноте

Комната наполнилась приятной фортепианной музыкой. Все окна большого холла были настежь открыты, и по помещению гуляла вечерняя свежесть. Семилетняя Тсуна сидела на мягком, обитым атласной тканью кресле, рядом со своим отцом. Справа от неё переговаривались мужчины. Девочка поймала себя на мысли, что, несмотря на усталость, единственная прислушивается к игре брата. Он казался ей каким-то другим, отдалённым; его привычная теплая улыбка сменилась сосредоточенностью. Глаза Джотто внимательно следили за нотами и, приглядевшись, Тсуна заметила, что часть его волос окунулась в солнечный свет. Проследив за остальными лучами, она неосознанно остановилась на его ресницах и зажмурилась, будто почувствовав на себе яркий свет. Отец говорил о работе, поэтому девочка совсем не прислушивалась к тому, о чём он говорит. Джотто перевернул страницу нотной тетради и снова углубился в игру. Солнце садилось, а Тсуна задумалась о том, как быстро шло время. Солнечные лучи уже опустились в область его шеи и на ворот белой рубашки. Сегодня Джотто исполнилось пятнадцать лет. Он казался ей таким взрослым, даже будучи рядом с их отцом, на чьём лице появились первые морщины. Закончив играть мелодию, Джотто плавно опустил руки на колени и повернулся к сестре и отцу, тепло улыбаясь. В зале послышались аплодисменты, и мужчины по очереди подобострастно хвалили игру парня. — Савада, ты такой молодец! — обратился один из тучных мужчин к их отцу. — Завидую тебе белой завистью – талантливый сын, умница жена и красавица дочка. Что ещё нужно для счастья? Иемитсу подхватил два бокала с красным вином и протянул один из них мужчине. — Только выпить за это, — с легкой улыбкой произнёс он и повернул голову к Джотто. — Подойди к нам. Сегодня ты тоже заслужил немного расслабиться. Джотто неуверенно подошёл к отцу, но бокал из рук взять постеснялся, будто это предложение его даже расстроило. — Благодарю, но я, пожалуй, откажусь от вина. Джотто постарался очаровательно улыбнуться, сглаживая углы, но его улыбка действовала на всех, кроме Иемитсу. Мужчина хмельным взглядом скользнул по хилому телосложению подростка и произнес: — Ну что ты как всегда портишь всем праздник, — он будто вычеркнул из головы факт дня рождения Джотто. — Мама не узнает, — отец заговорщицки подмигнул. Джотто растерянно опустил взгляд на бокал и почему-то перевёл взгляд на сестру. Тсуна тоже вся сжалась, будто не зная, какой реакции ждёт от неё брат и просто поближе прижалась к отцу. Иемитсу пьяными глазами коротко посмотрел на дочь, когда она к нему прикоснулась, и снова с прежней улыбкой посмотрел на Джотто. Все в зале уставились с выжиданием на парня. Где-то справа послышался шепот двух мужчин. Один из них, рассмеявшись, вставил слово: — Джотто, ну ты уже взрослый парень. Тебе предстоит унаследовать бизнес твоего отца, нельзя так неуважительно относиться к таким предложениям. — Вот-вот, — с такой же едкой улыбкой поддержал его второй, — На таких мероприятиях грубо отказываться от предложения выпить. Иемитсу почувствовал всеобщее негодование и уже с некоторым раздражением и досадой смотрел на своего сына, будто бы он ужасно позорит его своим поведением. — Долго я ещё должен держать бокал? Джотто беспомощно уставился на него: его смутили разговоры гостей и он пытался найти в глазах отца защиту. Но Иемитсу только громко поставил бокал на поднос и отмахнулся от него, поворачиваясь к своим приятелям. — Хлипкая молодежь – ни выпить, ни проявить мужество толком не в состоянии, — мужчина больше не смотрел в сторону сына. Джотто опустил взгляд и сел рядом с сестрой, когда в комнату впорхнула Нана. Джотто и Тсуна одновременно с облегчением направили глаза на неё, но та прошла в другой конец зала и тихо поставила похожую музыку, которую до этого играл Джотто и подошла ко всем. — Здравствуй, дорогой, — ласковым голосом сказала женщина и поздоровалась с остальными мужчинами. — Сейчас Вы слышите мелодию, которую играл наш мальчик, но, скажите честно, вживую она звучит волшебно. Иемитсу поднялся и влажно поцеловал её в щеку, обнимая за талию, Тсуна перевела взгляд на окно и боковым зрением заметила, что Джотто смотрит в пол. Мужчины принялись активно соглашаться с мнением женщины, обступив её со всех сторон. Пока взрослые ворковали, Тсуна прислонилась головой к плечу Джотто. Она сильно нервничала, будто боясь, что его это разозлит, но парень только сжато улыбнулся и поцеловал ее в макушку, обнимая сестру свободной рукой. Это заметили сидящие позади них мужчины, и кто-то из них заулюлюкал: — Ох, как трогательно мальчик относится к своей сестрёнке. Будь Тсуна постарше, может быть, она смогла бы уловить нотку издёвки в его голосе, но из-за возраста восприняла это буквально и улыбнулась сказавшему это мужчине. Уголки губ Джотто опустились, и он просто перехватил руку своей сестры, отодвигаясь от неё, чтобы она перестала лежать на его плече. Нана весело засмеялась: — Не надо так с ним, Кайл. Джотто очень нежный мальчик, не будьте к нему так строги, — женщина стояла рядом с Иемитсу, который не убирал руку с её талии. Иемитсу нахмурился, присоединяясь к разговору между супругой и одним из мужчин. — Слишком ты его разбаловала, — отчеканил он, стараясь скрыть раздражение. — Превратила в сопливую девчонку. Джотто снова опустил взгляд. — Не стоит так грубо: он хрупкий ребёнок с потрясающим музыкальным талантом и слухом, — Нана подошла к сыну и приподняла его лицо, чтобы заглянуть в глаза. — Ты очень талантливый, милый, я горжусь тобой. Нана улыбалась и с искренней любовью смотрела на своего ребёнка, тогда как Джотто смог ответить ей только натянутой улыбкой. Тсуна в этот момент перевела взгляд на отца, и ей на долю секунды показалось, что его лицо исказила гримаса гнева. — Почему ты не пришла послушать, как я играю? — тихо спросил Джотто, чтобы отец его не услышал. — Извини, твой папа попросил меня сходить вниз, передать кое-что прислуге. Я не знала, что он хочет, чтобы ты выступал прямо сейчас, так бы я осталась. Иемитсу услышав, о чем говорит его жена, вернулся к разговору и продолжил жаловаться: — Ну, кому нужна эта музыкальная школа? Джотто должен вырасти настоящим стратегом с развитой компанейской чуйкой, — как будто оправдываясь перед остальными, проговорил мужчина. Кто-то подхватил эту тему и устремил взгляд на девочку. — Чего же ты малышку не отдал вместо него играть на пианино? Иемитсу повернулся к дочери и та почувствовала жжение в горле. — Ей медведь на ухо наступил – ни слуха, ни голоса, только миловидная мордашка. Никаких талантов. Джотто, который всё это время держал руку сестры, сжал свои обе ладони в кулак, причиняя ей дискомфорт. Это заставило её обратить внимание на лицо брата, на котором читался нескрываемый гнев – жилки на шее вздулись, а его взгляд был полон ненависти и направлен куда-то позади стоящей рядом Наны. — Ну, отдали бы её в кружок рисования, — нашлись ещё какие-то советчики рядом. Тсуна смущенно посмотрела на свои балетки. — Да и тут её природа обделила, — отмахнулся мужчина. — Одну пачкотню мажет, ни к какой женской профессии у неё нет способности. Ещё и трусишка редкостная. Нана раздраженно посмотрела на своего мужа и подошла к нему. Но тот лишь неестественно улыбался на её раздраженный шепот, потом прошелся рукой по её щеке, что-то прошептал, сводя её гнев на нет, и попросил принести корзины с фруктами из соседней комнаты. Один из мужчин заметил пасмурное настроение детей и обратился к Иемитсу, в надежде ободрить хотя бы девочку: — Нет таланта и нет, ничего страшного. Женщине главное удачно выйти замуж, а красотой твоя дочь не обделена, вся в мать пошла, — улыбнулся он. Иемитсу снова бросил на нее взгляд, но уже без такого равнодушия, будто его переубедили эти слова и в них прозвучало для него какое-то открытие. — Правда, она у меня очаровательная. Джотто поднялся на ноги, всё ещё держа руку сестры в своей. Глаза всё больше пеленал гнев и он, наконец, устремил взгляд прямо на Иемитсу, но тот даже не повернулся в его сторону, продолжая разглагольствовать: — Джотто пока зелёный, пусть бренчит на фортепиано. После его шестнадцатилетия бросит своё баловство и займётся финансами. Окружающие с одобрением закивали, кто-то открыл ещё несколько бутылок вина, и их начали разливать между собой. — А как у него дела в школе? Джотто в этот момент оробел, отводя взгляд с отца. — Ленится, математику плохо понимает. Всё бредит своей литературой, как одержимый. … — На свой день рождения попросил у меня какие-то его любимые книжки. Посмеялся я от души – там одни романы. Да какие там романы пацану в его возрасте? … — Я решил подарить ему мотоцикл. Джотто хоть и не любит их и не умеет кататься, но я в его возрасте любил драйв зацепить. Ничего, сын должен в отца характером идти, всё будет. … — Я уже нашёл ему учителя по менеджменту, сегодня в восемь вечера занятие. Ну и что, что день рождения? Это хороший подарок и вклад в его будущее, потом спасибо скажет. … — Тсуна? Да пусть занимается, чем хочет, лишь бы не мельтешила перед глазами. Я уже подумываю заключить с Такадой сделку, у него сынишка примерно её возраста. Главное, чтобы к их совершеннолетию его активы не прогорели. Иемитсу запнулся, когда Джотто развернул его к себе, прижимая к роялю и вмазал по челюсти. Кулак проехал где-то снизу и Джотто занёс его ещё для одного удара, но мужчина, протрезвев от гнева, перехватил руку сына и взял его за рубашку, встряхнув. — Обалдел? — его глаза пылали злостью. — Ты совсем нюх потерял, щенок? Позорить меня перед всеми. Он снова встряхнул сына, приподнимая его за грудки, Джотто стало тяжело дышать. — Я тебя спрашиваю, ты на кого руку поднял, сопля тупорылая? Ты сам чего-то в жизни добился, копейку заработал, чтобы рояль портить? Отвечай! Джотто не мог выдавить из себя ни слова: ему всё еще тяжело было дышать, а взгляд отца прожигал в нём дыру. — Думаешь мне всралась игра твоя на пианинке? Да это позорище, а ты самая настоящая размазня. Только из-за твоей матери я согласился тебя послушать и то смотри, сколько срама выслушал. — Ур… ывд, — прохрипел парень. Рассвирепевший Иемитсу зыркнул на него и приблизился, чтобы лучше расслышать: — Чё? Джотто собрал всю волю в кулак и громко крикнул: — Урод! — он оттолкнул от себя мужчину и сделал два шага назад. Иемитсу стоял и яростно глядел на него, готовый в любой момент ринутся к парню. — Ты просто урод, — помотал головой Джотто и взял за руку свою сестру — Тсуна, — прорычал Иемитсу, уставившись на девочку. Она, стоявшая всё это время за Джотто, испуганно посмотрела на своего отца и поняла, что если она сейчас уйдёт, то с ней произойдёт что-то плохое. Она неуверенно вытащила свою ручку из ладони брата, не отводя взгляд от отца, и осталась стоять на месте. Иемитсу громко рявкнул на весь зал оторопевшему парню: — ПОШЕЛ ВОН! Джотто вздрогнул и, равнодушно посмотрев на свою сестру, быстрым шагом направился к выходу из холла, столкнувшись на пороге с мамой. — Милый, что случилось? — она пришла на крики. Джотто молчал, тяжело дыша, будто собираясь с мыслями. Нана дотронулась до его раскрасневшегося лица и парень вскипел, отбросив её руку. — Ты всегда так делаешь! Всегда так делаешь! Так всегда! Слова звоном отразились в ушах Тсуны и она испуганно смотрела на брата, который оттолкнул Нану и вышел из зала. Поднялся общий гул негодования, но Тсуна не разбирала их слова, почему-то ей самой тяжело было выдохнуть. Она уставилась на зеркало, стоящее позади так и оставшейся стоять рядом с проёмом мамы. В отражении чётко угадывался силуэт Джотто, но Тсуна могла в нём угадать только полный презрения взгляд, направленный на их отца. *************************************** За окном начал моросить дождь, кухня опять погрузилась в тишину, Тсуна заметила, что брат обеспокоенно на неё смотрит и тоже вопросительно на него уставилась. Потом мотнув головой, она поняла, что засмотрелась на его руки. Руки… у Джотто были очень красивые длинные пальцы, будто созданные для игры на фортепиано. Его руки, по всей видимости, и перенесли её в это воспоминание из детства, одно из тех, которое оставило досадный отпечаток, но добавилось кое-что ещё, теперь она отчётливо чувствовала, что тогда ей не показалось, будто всё встало на свои места после того, как Алауди сообщил ей о способностях. Тсуна положила последний взятый банановый пончик обратно в пакет и прикрыла глаза. Может, это было всего лишь ложное воспоминание из детства? Эти глаза, смотрящие на Иемитсу, тогда она не сомневалась в том, что хоть силуэт был похож на её брата, глаза были совершенно чужими. Тсуна посмотрела на Асари и улыбнулась: — Мы можем продолжить.