Конъюнкция

      То, что возвращение Сахарозы обратно в Мондштадт может обернуться маленькой катастрофой, Альбедо предполагал ещё задолго до судьбоносной встречи. Всё же он прекрасно знаком с характером ассистентки, и прекрасно выучил повадки Азалии.       — П-приятно познакомиться! — заикаясь выдала Сахароза, дёрнувшись и зажато чуть наклонившись.       — Взаимно, — легко кивнула Азалия с привычной улыбкой, спокойно окидывая взглядом Сахарозу, — наслышана о тебе. Было бы здорово послушать о твоей последней работе! Ты ведь ездила в Ли Юэ ради изучения мутировавших сахарков, верно?       То, что Азалия осведомлена о работе Сахарозы, Альбедо не удивляет — она легко заинтересовывается людьми и достаточно общительна, чтобы заранее узнать всё интересующее о человеке, с которым собирается встретиться. Сахароза, до этого выглядевшая привычно-встревоженно, словно оживляется — говорить о своей работе она действительно любит. В такие моменты отступает неуверенность в себе, позволяя доказать то, что она действительно один из лучших специалистов в своей области. Слушать её, — искренне горящую своей идеей, — в подобные моменты одно удовольствие.       Альбедо отвлекается на работу, оставив их на разговор между собой — ровно до того момента, как осознаётся, что негромкие голоса стихли. И стоит поднять на них взгляд — Альбедо замечает, как Азалия, явно не долго поразмыслив над своим желанием, дотронулась до ушей Сахарозы, внимания к которым та слишком смущалась. От былой уверенности не осталось и следа — всё лицо застывшей на полуслове Сахарозы покрылось ярким румянцем, и не прошло пары мгновений, как она вскочила с дивана, протараторила что-то бессвязное о работе и умчалась прочь.       Азалия озадаченно моргнула.       — Я её чем-то обидела?       Альбедо коротко хохотнул, и, подперев подбородок скрещенными руками, улыбнулся уголками губ. Про то, что подобный трюк Азалия провернула с Кли, он уже успел узнать. Видимо, всё же стоило заранее попросить её воздержаться от подобного интереса в сторону робкой Сахарозы.       — Полагаю, проблема в том, что не все люди привыкли к физическому контакту. Сахароза просто смутилась от неожиданности.       — Я извинюсь в следующую встречу, — кивает Азалия, взяв слова Альбедо на заметку, — мне просто было интересно, настоящие ли они. К слову, я уже некоторое думаю кое о чём…       — Я вежливо откажусь от того, чтобы создать зелье, способное наделить человека животными чертами, — Альбедо медленно покачал головой, уже зная, куда ведёт разговор.       Азалия на это наигранно-огорчённо вздыхает — весёлая улыбка её слишком явно выдаёт.

⭐⭐⭐

      Альбедо привык к тому, что Азалия достаточно часто оказывается поблизости, как и привык к тому, что можно спокойно попросить её что-нибудь принести и подать — ей не составит труда отвлечься от чтения или чаепития, чтобы помочь. Но после возвращения Сахарозы, что увлечена своей работой, Азалия вернулась к своему более привычному времяпровождению — стала больше прогуливаться по окрестностям, заинтересованная в том, как местная фауна изменилась со времён её детства, а недавно и вовсе согласилась на короткую экспедицию в окрестности Ли Юэ. Альбедо не видит в этом ничего плохого — Азалия слишком любознательная, чтобы держать её постоянно подле себя или в лаборатории, потому он рад, что она нашла себе развлечение. Да и справляться в одиночку совершенно не сложно.       Так думалось ровно до осознания одного факта.       Он не достаёт до самой верхней полки. Туда, с помощью такого великого изобретения человечества, как стремянка, были сложены те книги, которые могут потребоваться примерно раз в тысячелетие. Азалия спокойно дотягивалась, и это осознаётся лишь в тот момент, когда Альбедо хмурится, буравя взглядом предательски выглядывающие с полки корешки.       Гринберги все высокие, а Азалия, ко всему прочему, безмерно любит каблуки. Альбедо совершенно не имеет ничего против этого — нельзя не признать, насколько она кажется грациозной и утончённой, если не поддаётся некоторым своим специфичным привычкам, но даже в этом есть своё очарование. Её рост — попросту красивое дополнение к природному шарму.       И всё же Альбедо стало интересно, что она сама думает по этому поводу.       — Я тут подумала… — как всегда сходу начинает Азалия, заходя в кабинет Альбедо, но сама же умолкает, заинтересованно взглянув на него, — всё в порядке?       — Ты когда-нибудь задумывалась о нашей разнице в росте?       Азалия наклонила голову, выдавая своё удивление внезапным вопросом. Впрочем, совершенно недолгое — почти сразу она расплылась в привычной улыбке, и, без труда достав книгу, на которую до этого смотрел Альбедо, произносит:       — Я уже привыкла к тому, что многие ниже меня, так что перестала обращать на это внимание. К тому же, у нас не настолько большая разница.       Передав нужную книгу, Азалия небрежно сняла туфли, и из-за снятых каблуков разница действительно практически не ощущается. Если не углубляться в детали, то можно посчитать, словно они и вовсе почти одного роста.       — Видишь? — со смехом произнесла Азалия. — Я хотела предложить пообедать вместе. Пойдём?       — Пойдём, — спокойно кивнул Альбедо, пока Азалия обувалась обратно, — я как раз планировал сделать перерыв.       А о том, что у него у самого сапоги с каблуком, пожалуй, можно и не напоминать. В конце концов, это действительно не так важно.

⭐⭐⭐

      — Альбедо… — Азалия привычно вторгается в кабинет и привычно смолкает на полуслове, в очередной раз умудрившись подловить момент, который не хочется портить лишними разговорами.       Азалия тихо закрывает дверь и проходит внутрь, стараясь не шуметь. Застать Альбедо спящим, так ещё и за своим рабочим местом, что-то из разряда фантастики — порой ей начинает казаться, словно он заряжается от солнечного света и ему совершенно не нужен сон.       Она позволяет себе маленькую вольность — аккуратно собирает бумаги, разбросанные по столу, убирает пустые колбы и расставляет по полкам взятые книги, зная, что Альбедо по пробуждению не согласился бы сразу нормально отдохнуть, а решил бы для начала прибраться. Потому лишь закончив с небольшим творческим беспорядком на столе, Азалия треплет его по плечу.       — Не стоит спать за столом, — с мягкой улыбкой произносит Азалия.       Альбедо заворочался, прежде чем открыть глаза и ленно осмотреться, пытаясь осознать ситуацию. Азалия позволяет себе улыбнуться чуть шире — непривычное чувство умиления оказалось сильнее неё.       — С добрым утром? — в шутку произносит Азалия. Альбедо в ответ лишь заторможенно моргает вместо привычного кивка, словно так и не найдя в себе сил сделать что-то большее, чем просто сесть прямо.       Азалия, пристроившись на краю стола, без лишних раздумий обхватывает его щёки. Альбедо переводит взгляд с неё на руки, а после обратно, и совершенно не сопротивляется, лишь сонно ластится, вызывая очередную мягкую улыбку.       — Ты милый, — беззастенчиво и прямо произносит Азалия, чуть наклоняя его голову, — чертовски милый.       — Приму это за комплимент, — тихо произносит Альбедо, вновь прикрывая глаза.       Азалия смеётся, но не позволяет вновь уснуть — чуть наклоняется, чтобы оставить лёгкий поцелуй на щеке, прежде чем потянуть за собой, прочь из лаборатории. Умиление умилением, но и дальше пренебрегать отдыхом ему никто не позволит.