Причина жить

      "Всё началось здесь, помнишь?" - Дазай не спускает с губ улыбки, которую по незнанию можно было бы назвать искренней, самой легкой на свете. У него почти всегда такое выражение лица, когда Осаму не один. Чуя сидит напротив. "Да", - кратко обозначает он.       Осаму свойственно ностальгировать по прошедшему, особенно в такие моменты. Когда солнце, истекая ярко-алым, разливающимся в дымчатых облаках и окрашивая их в нежные цвета, заходит за горизонт.       "Зачем ты тогда пришёл?" - Чуя приподнимает одну бровь. Они, почему-то, ранее не говорили об их первой встрече. А сейчас, видимо, пришло время. Дазай горько усмехается. Причина явно не из лучших. Потом ухмылка становится привычно фальшивой. Это лицо игрока. "Чуя", - обращается он так, что бегут мурашки, хитро улыбаясь. "Я хотел покончить с собой в тот день!" - одновременно спокойно и почти торжественно заявляет Осаму, пожимая плечами. "Знааа-аешь!" - шутовски тянет он, по-кошачьи щурясь. "Даже жаль, что ты тогда пришёл!" - завершает мысль паяц. Чуя в ответ только хмурится. Он почти научился переводить с языка Дазая, и сказанное сейчас можно было бы обобщить как "Ты спас меня". Именно это Чуя и произносит.       "Я тебя спас?" - почему-то почти хищно улыбается Накахара, обозначая свою власть над чужой жизнью. "Ты мне помешал", - бесстрастно поправляет Осаму так, чтобы фраза звучала выгоднее для него. Такие игры для них привычны. "Ты давно не пытался", - хочется отметить Чуе, но он прикусывает язычок. Это немного переходит границы, особенно в этот момент.       "Сколько времени прошло, не правда ли?" - по тону Дазая слышно, что он погружается в свои мысли. Накахара все еще удивляется тому, как шатен считывает его думы за считанные секунды. Именно это он и хотел сказать, только менее деликатно.       "Что же стало твоей причиной жить?" - серьёзно спрашивает Чуя, смотря прямо в коньячного цвета глаза с переливающимися радужками. "Ты, конечно!" - Дазай смеется, щелкает Накахару по носу, и встаёт, как ни в чем ни бывало поправляя плащ. Затем он, сделав пару шагов вперед, оборачивается на своего собеседника, оставшегося в легком шоке сидеть на скамейке, и снова хихикает: "Я серию книг не дочитал, Чуя. Потом повешусь".       Он не ждёт Накахару, оставляя тому выбор. Наверное, тот останется на месте, ведь догонять - это унизительно. И действительно, Чуя сидит на скамейке, и в его голову прокрадываются мысли о том, что они оба, конечно, те ещё дураки.