Апельсин или вишня?

Беатрикс сидела на бетонном блоке одного из боков лестницы, которая ведёт в университет, кутаясь в кожаную куртку. Джексонвил, это не Аляска, здесь гораздо теплее, но всё же не привычные восемьдесят пять плюс, а всего лишь шестьдесят девять, для конца октября абсолютная норма, в среднем погода в штате в этом месяце составляет где-то семьдесят шесть — семьдесят восемь градусов. А замёрзшей за полторы недели на Аляске Пейн градусы и вовсе казались в два раза ниже. — Ты ещё до сих пор не отогрелась? — Изабелла, подошедшая прямо к ней, улыбнулась и подала ей стакан с захваченным по дороге на учёбу кофе. — Да. Ужас. Холодный ужас, — Трикси быстро взяла нагретый от напитка стакан и обхватила его двумя ладонями. — А где Блум? — Она сегодня с группой уехала в какой-то модный дом. Честно не помню в какой именно, но её не будет сегодня в институте, — Белла пожала плечами и тоже стала греться о стакан двумя ладонями. После того разговора с Жонес прошло 2 дня, и она никак не давала о себе знать. В душе Белла надеялась, что после их разговора она взяла билет на самолёт и улетела обратно в Сидней, где и живёт на постоянной основе вместе со своей матерью и отцом Изабеллы — Кристианом. Всеми фибрами души брюнетка не любила Амэл, мать Жонес. Она знала о семье Кристиана, но её раздутое самомнение и взращённое в ней непринятие отказа, видимо, с детства, помешали ей трезво, как нормальный человек, обдумать свои действия. Она создала огромные проблемы отцу Беллы и поставила его в шаткое положение перед законом, а чтобы с концами не потерять любимую жену и дочь, он решился на развод с мамой Изабеллы и любимой женщиной и в следствие на брак с преемницей Áртура Жонес, который был уж точно не последним человеком на родине отца, в Австралии. Но и папа Беллы не так лёгок на подъём и согласился только с условием, что его настоящую семью он будет обеспечивать и видеться со своей родной дочерью в любой момент, когда ему этого захочется. Даже в такой трудной ситуации Кристиан не потерял связи со своей дочкой и через года и преграды Изабелла доверяла отцу любые свои секреты, рассказывала все новости и могла обратиться за помощью или советом по абсолютно любому вопросу. — О чём задумалась? — из мыслей об отце и прошлом Беллу вытянула подруга. — А то я говорю-говорю, а ты мне не отвечаешь. — Прости, Би. Молилась за то, чтобы Жонес улетела из Джексонвилла, как минимум, и из Штатов, как максимум, — Белла присела на бетонный блок рядом с рыжеволосой подругой. — Что ты говорила? — Завтра Хэллоуин. Как будем праздновать? Соберёмся все втроём и напьёмся, играя в UNO? — Трикси легонько ударила своим стаканчиком кофе по стаканчику подруги, будто это бокалы с вином. — Или есть другие предложения? — Нет, — отрицательно помотала головой брюнетка и посмотрела вперёд. У ворот в институт стоял Ривен, непринуждённо болтающий с какой-то тёмноволосой длинноногой девицей, которая всем видом пытается его привлечь, если разобрать язык её тела: поза, закручивание тёмного локона волос на палец, наклонённая чуть вбок голова, неестественно хоть и совсем чуть-чуть выгнутая поясница — всё это говорило о её намерениях. И в этот список планов уж точно не входил пунктик смыслового разговора о жизни и далее. Сам Ривен, кажется, не против её кокетства, и ему это, похоже, даже нравится. Он стоял в открытой позе и перебирал языком очередной чупа-чупс во рту. Какой вкус сегодня? Нет, Изабеллу это не волнует очень сильно, чисто вкусовой интерес. Её вообще не волнует Блэйк, его новая пассия и их намечающийся «разговор о жизни». Около университета останавливается несколько машин практически одновременно и одна из них чёрный гелик, а её хозяин Скай Хэйл. Но ещё две машины тоже славятся своими владельцами — Рэй Миллер, встречающийся с уже известной, хоть и недавно появившейся, певицей Мэй Ло, и Райланд Холл, такой же женский обольститель, как и его друг — Ривен. Последний при виде друзей прощается с новой пассией, что напоследок целует его в щёку, оставляя на коже и мелкой щетине след своей розовой помады, и уходит к своим подружкам в беседку, коих на территории университета много. Обыденные мужские рукопожатия и вот уже квартет Y, как их из-за биологических признаков называет Трикси, типо Х и Y, направляется на свои пары. Но Скай останавливается около Беллы с подругой и кивает, сопровождая это всё коротким приветствием, на что получает кроткий кивок, знак приветствия. — Мы завтра устраиваем вечеринку в честь Хэллоуина, приходите и не забудьте про свои образы, — Скай приглашает девушек, а Райланд подмигивает Беатрикс, от чего её губы растягиваются в улыбке, а после они не отрывают друг от друга взгляда. — Окей, мы подумаем… — Хорошо, тогда я скину адрес и время начала сбора завтра. Сегодня ещё не всё точно известно, — Скай отсалютовал знакомым и исчез за дверьми университета вместе со своими друзьями. — Ну вот и порешали, как будем праздновать Хэллоуин завтра. Будет весело, — Би улыбнулась и встала с насиженного места, отряхивая джинсы. — Скоро пара, пойдём. — Ладно, — протянула Белла и подозрительно сощурила глаза, захватывая сумку с блока, где она сидела с подругой. — Что это сейчас было? — М? О чём ты? — Трикси повернулась корпусом и подождала пока к ней подойдёт Белла и они направятся в сторону аудитории. — Ты сейчас взаимно кокетничала с тем ловеласом Холлом? — брюнетка засмеялась и спародировала взгляд подруги две минуты назад. — Трикс! — Ну он сексуальный, почему бы и нет? — рыжая засмеялась и пожала плечами. — Трикси, ты же помнишь каков он по своей мужской натуре? Будь осторожна. — Не переживай ты так. Я помню, помню, — рыжая отмахнулась рукой и пошла к аудитории, расстёгивая куртку, так как в помещении университета было намного комфортней по температуре и пронизывающего холодного ветра нет. — В любом случае мне больше не нужны отношения, натерпелась я этой серьёзности в прошлых, — Би намекнула на своё отвратительное расставание с экс-бойфрендом.

***

— Склеил очередную девчонку? — Ривен ударил друга по плечу и потом перекинул через него руку. — Красивенькая, но, кажется, я её где-то видел… Райланд ухмыльнулся, переставая листать инстаграм профиль симпатичной рыженькой второкурсницы и блокируя телефон. Пробормотав что-то наподобие: «Иди к чёрту», шатен посмотрел на ещё двух своих друзей. Оба тёмноволосые с аккуратными чертами лица, будто рождены быть женскими обольстителями, а если честно, то так всегда говорит бабушка Рэя: «Рождённые лишать девушек рассудка». Обычно она это повторяет, покачиваясь на плетённом кресле у камина. Ребята традиционно собираются у неё раз в две-три недели, едят наивкуснейший черничный пирог, обсуждая с бабулей Шери новости из своей жизни. — Нужно подготовить дом, заняться алкоголем и с соседями перетереть, — Рэй тоже откладывает телефон. — У меня можно провести, соседям мы не помешаем. Это правда. Если и проводить вечеринку, то у Миллера, потому как у него есть свой коттедж, где соседи в такое время не появляются, потому что отдыхают где-нибудь, да и если они даже дома, то вечеринки им никогда не мешали. Просто они с Рэйем заключили договор, что к двум часам ночи музыка должна стихнуть наполовину и чтобы без всяких приключений. А то однажды какой-то придурок из их универа привёл с собой кучу народу и они устроили хаос на придомовой территории не только у Рэя, но и у его соседей — замужней пары Дуглас. Разбросали туалетную бумагу, сломали, казалось бы железный, забор, они его просто погнули весь, изрисовали краской стены и траву. К слову, больше того парня не пускали ни на одну вечеринку. — Да мы и не ставили вопрос о месте проведения, — Райланд разваливается сильнее на диване в доме Лопез и натягивает капюшон, тем самым поднимая толстовку выше по телу, открывая вид на нижнюю часть торса. — Я уже понял, — Рэй кинул декоративную маленькую подушку в лучшего друга, после чего началась настоящая драка подушками. — Эй! Мои подушки! Чего вы устроили тут свои петушиные бои? А нет, извиняюсь. Ривен, а ты чего сидишь? Без тебя ваши петушиные бои не выглядят естественно. Что-то случилось? Чего такой спокойный? — Мэй присела на подлокотник дивана со стороны своего молодого человека. — У меня есть пиво в холодильнике, будете? — получив положительные кивки от друзей, брюнетка сходила за банками. — Только по одной. Завтра напивайтесь сколько хотите. Кроме тебя! — Мэй пригрозила возлюбленному, когда увидела заговорщическую ухмылку на его лице.