Сыграем?

Он предложил тебе сыграть и ты согласилась.   Эдди Мансон, дерзкий металлист, руководитель клуба Адского Пламени, был ненавистен теми, кто его не понимал, и так любим теми, кто находил его гениальным.   Ты и помыслить не могла, что он подойдет к тебе в столовой. Спрыгнет со стола и своим сладостным, дерзким голосом, почти шепотом, предложит тебе сыграть, как бы невзначай. И ты согласилась…   Холодное, сырое утро ноября. Туман потихоньку рассеивается, ты видишь знакомый силуэт. Такой желанный, такой любимый. Ты следуешь за ним, прямо в глубь леса. Мокрая, росистая трава вынуждает тебя идти быстрее, в кроссовках еще целый день ходить! А Эдди все движется в глубь, оборачиваясь иногда, проверить есть ли ты позади. Его роскошные, кудрявые, темные волосы развиваются на ветру. Темные, цвета шоколада глаза, поблескивают хитростью. Эдди думает о тебе постоянно…   Твои легкие кудряшки, волосы цвета вороного крыла, такие длинные, такие густые и такие манящие. Наверняка словно дорогой шелк. Мансон часто засматривался на тебя. Твои голубые, как небо, глазки редко одаряли Эдди внимание, но стоило встретиться взглядом, как разряд тока проходил сквозь ваши тела, заставляя кожу покрываться мелкой дрожью.   Эдди Мансон всегда был рядом. Где-то неподалеку, присматривал за тобой…   Вы почти дошли до заветной скамеечки с большим столом. Тут туман еще плохо рассеялся, кроны деревьев колышется на ветру, листья начинают опадать и покрывать землю цветным ковром.   — Присаживайся, — шепчет он тебе и ты повинуешься, он подходит сзади, утыкаясь носом в копну твоих волос и ты совсем не против.   — Твои духи, —  ты ощущаешь приятный и одновременно резкий запах мужских духов. Поддаешься соблазну. — Нравится? — уже перебирая твои волосы, на ушко шепчет Эдди.   Сейчас жизнь кажется нереальной, ты заполучила то, что хотела. — Знал, что я была влюблена в тебя в средней школе? — боясь спугнуть лепечешь ты. — А сейчас, что уже нет? — с досадой отвечает Мансон и отстраняется.   Эдди отходить к величественному дереву, пристально смотря в кору дерева. Ты встаешь, легкой походкой направляешься к нему, вдыхая свежий, вперемешку с духами Мансона, воздух. Ветер развивает ваши волосы, щекочет лица. Подходя ближе, тебе становится страшно, не отвергнет ли он тебя? Примет, согреет ли в это холодное ноябрьское утро?   — Эдди… — почти неслышно мурлыкаешь ты.  Он оборачивается, смотрит в твои глубокие глаза, словно ищет в них утешение.   — Я люблю тебя, — шепнула ты. Солнце пробивается сквозь густые тучи, яркий свет падает вам на лица и вы сливаетесь в таком желанном, сладостном поцелуе. Тебе пришлось встать на цыпочки, чтобы достать до его розовых мягких губ. Его руки обвивают твою талию, тебя пробивает дрожь. Эдди заправляет прядь твоих волос за ушко. Его пальцы, словно самый мягкий пух. В легких почти не остается воздуха, вы отстраняетесь, чтобы восстановить дыхание. Мансон смотрит на тебя, своими темными глазами, словно кот, пробирается в твою душу. Снимает с себя куртку, накидывает ее на тебя, обнимает. — Я любил тебя, люблю и буду любить, — мурлычит Эдди. Он берет тебя под руку, грея слоим теплом. В мире нет никого, кроме вас.