О душах…

Ноги косятся, а руки безостановочно дрожат. В этом пылающем месте слишком жарко для обычного человека, слишком душно для работы легких. С каждой секундой дышать становится труднее, но Люси держится, ведь проявлять слабость перед врагом — совсем не стиль «Хвоста феи». Она не знает, где именно сейчас находится. Если честно, даже не совсем поняла, как он перенес ее сюда. Оглядывается на мгновение и понимает, что скорее всего на балконе высокого каменного здания. А впрочем, может, и нет. В конце концов, она старается сконцентрировать все свое внимание на стоящем рядом противнике. Лишь краем глаза успевает подметить багряное небо и источники этой самой жары. Бурлящие, мать их, вулканы. Верно, что еще это могло быть, ее-то везением? — Блядство. Люси из последних сил трансформируется в одеяние Водолея. — Точно подмечено, Солнце, — усмехается Игния, с интересом следит за каждой мельчайшей реакцией девчушки. Словно хищник — за добычей. Хотя, так оно и есть. Она действительно довольна забавная. Но вместе с тем куда более рассудительная и осторожная, по сравнению остальными дружками дражайшего «братца». Перенести ее было прекрасной идеей. И как же, как же она с и я е т… Хартфилия вздрагивает. И от того, как очередной брат Нацу обратился к ней, и от его внимательного, пронизывающего естество взгляда. Слишком внимательного и слишком ж а д н о г о.

°°°

Игния р а з о ч а р о в а н. Неужели, неужели вот этот мальчишка, пусть и при посторонней помощи, смог противостоять самому Акнологии? Такой слабый, хилый человечишка смог одолеть Монстра, которого боялся весь Земной край? Смешно. Нет, это невозможно. Такой сопляк никогда бы не смог этого сделать. Всего лишь секунда — и Адский Огонь не оставил бы от «брата» даже пепла. Игния разочарован, ведь ждал воистину сильного противника, того, кто, возможно, заставил бы трястись его в страхе лишь от своего вида. Но он получил мальчишку, не способного не то что победить, даже просто биться наравне с Меркфобией. Глупого, тщетно цепляющегося за Игнила, драконоборца. Самая настоящая ж а л о с т ь. Дракон зол. Реальность разбила все ожидания вдребезги. Из-за этого мерзкого, раздражающего чувства хотелось уничтожить абсолютно всё вокруг. Разрушить всё так, чтобы не осталось и следа от причины его гнева. Но он сдержался. Каким бы вспыльчивым не был его темперамент, уж самообладанию он был обучен. Нацу оказался ошибкой, бельмом, но… Была в нем одна единственная деталь, достойная внимания. Его пылающая, горячая Душа. Игния любит огонь, он дышит им, живет им. Каждая клетка его тела переполнена бушующими искрами. Само его драконье сердце горит Адским пламенем. Огонь есть во всем существующем, начиная от лучей солнца и вплоть до жилок в листве растений. Но особенно ярко пламя пылает именно внутри живых созданий. Душа есть у каждого. Она уникальна: имеет свой цвет, свое сияние, свою форму и даже запах. Лишь раз взглянув на неё можно понять, каким именно созданием является ее обладатель. Огонь души прекрасен. Он завораживает, манит, зовет. Для Игнии души подобны драгоценным камням. Ему нравится разглядывать их, искать самые яркие, самые благородные и редкие экземпляры. Вот только еще больше он любит чувствовать их тепло, их жар. Коллекционировать отпечатки лучших из лучших. Игния это о б о ж а е т. А в битве — смертельной схватке — это сделать легче всего. Жаль только, что «братец» к этому совершенно не готов. Впрочем, это не самая большая проблема. Замотивировать такого болвана не так-то уж и трудно. — Нацу, а что если я убью твоих друзей? — Игния смеется громко, растягивает звуки и ждет, наблюдает за разгорячившимся драконоборцем. А после отводит взгляд, чтобы напоследок насладиться страхом остальных людишек. И замирает, поражённый сиянием чужой души.

°°°

— И ты не придумал ничего лучше, чем перетащить меня сюда, так? — Люси пальцем обвела все тот же балкон. Одеяние Водолея помогает сохранить хоть какую-то прохладу и ясность мысли. После похищения она так и не предприняла попытку побега. Куда? В вулканы или в совершенно незнакомое здание, где драконий нюх учует ее за пару мгновений? Нет, спасибо, не в том она состоянии, чтобы совершать необдуманные поступки. Да и слишком уязвима она сейчас: из-за странного магического фона даже Духов не призвать. Э-эх, кажется, у нее начинается мигрень… — Хах, но это более чем сработало. Сама ведь видела, как Нацу загорелся, — парень (по крайней мере, внешне) усмехается, обнажая клыки. Он расслаблен, совершенно не чувствует опасности от Заклинательницы. В некоторой степени, даже восхищается ее спокойствием. Они сидят, скрестив ноги, друг на против друга на каменном полу. Атмосфера почти дружеская, если, конечно, закрыть глаза на то, что Люси похитили, и имеет она, по сути, статус заложницы. Ну, и еще на то, что Игния ранее чуть было не испепелил всех её друзей. Идиллия. Игния н а с л а ж д а е т с я. — Ты только не пожалей об этом, — продолжает волшебница. — Я, знаешь ли, в такой ситуации не впервые. И, скажу честно, тебе совершенно не завидую, — в ее голосе появились весёлые нотки. — Либо Нацу надерет тебе зад, либо ты пополнишь список его друзей, — Люси прищуривается, и в глазах появляются хитрые блики. Проговорила она это так обыденно, будто и правда не было иного исхода. — А вот это мы еще посмотрим, Солнце, — Игния фыркает, не отводя взгляд. Он ловил каждое ее слово, каждое движение, и каждый вдох. Довольно прищуривается, когда видит, как ее лицо снова почти не заметно перекашивается из-за этого обращения. Дразнить ее приятно. Какая п р е л е с т ь. Ее спокойствие, уверенный голос, безмятежное состояние (будто действительно все это для нее не впервой), — все это интригует, притягивает жадный взгляд. Заклинательница не прячется, не мнется, а смотрит прямо, в ответ, и столь же внимательно, как и он сам. У Хартфилии душа — ослепительно яркое Солнце. Сильное, стойкое, никогда не гаснущее. Горящее, но всегда неизменное. Миролюбивое и теплое, — от него во все стороны растягиваются десятки нитей. Каждая связывает с особыми для нее людьми. А некоторые, более яркие нити, сверкающие сотнями звезд, будто бы проходят через пространство этого мира. Те самые узы с Звездными Духами. Самые крепкие из, что он когда либо видел. Если честно, он з а в и д у е т.

°°°

В тот момент, когда он впервые увидел златовласую волшебницу, для Игнии будто бы остановилось время. Чарующее, сильное и будто бы всеобъемлющее зарево. Д р а г о ц е н н о с т ь. Солнце оплетало Нацу, оплетало всех людей вокруг. Поддерживало не на физическом, но на куда более глубинном уровне. Невидимое, но звено. Прекрасная, восхитительная душа. Та, что согревает, подобно Солнцу. Та, рядом с которой меркнет даже Нацу. Резонирующая, пульсирующая. Будто бы всё еще не достигшая своего величественного пика. Душа, до сих пор растущая, но уже покоряющая сердца людей. Игния любит огонь, он дышит им, живет им. Каждая клетка его тела переполнена бушующими искрами. Он обожает всепоглощающее огниво… Но еще больше он поклоняется Солнцу. Огненный дракон Игния был п л е н е н Солнцем Люсьены Хартфилии.