Коронованный

04 января 1994 года. Гарри почувствовал что-то неладное еще в понедельник на уроке Истории Магии. Потом ему стало хуже на Трансфигурации, а вечером того же дня он вообще чуть не свалился с метлы на тренировке. Отрицать было бесполезно — он заболел. Оставался только вопрос — чем? Колокол прозвенел в семь тридцать, оповещая студентов о начале не только новой учебной недели, но и о начале нового семестра. Выбираться из теплой постели не хотелось. Охота была полежать еще как минимум час, да и в башне Гриффиндора было сыро и холодно, ведь за окном бушевала самая настоящая буря. Когда Гарри все-таки разлепил заспанные глаза на часах было восемь, а это означало, что если он сейчас же не поторопится, то опоздает на завтрак. Ни Рона, ни других обитателей спальни уже не было на месте. Пошатываясь мальчик вылез из-под одеяла и поплелся в ванную комнату. Наспех натянув на себя школьную форму и схватив заранее сложенный рюкзак, Гарри сбежал по винтовой лестнице на ходу застегивая застежку на мантии. В большом Зале как обычно было шумно, студенты делились своими впечатлениями от поездки на Рождественские каникулы домой. — Доброе утро, — зевнув произнёс он, перешагивая длинную скамью и усаживаясь рядом с Роном и Гермионой, — как съездила во Францию? Гермиона весело улыбнулась другу и показала большой палец. — Великолепно, я так давно не проводила время с родителями! Хорошо, что получилось выбраться перед сложным семестром. А ты как? Не слишком уж докучали тебе Дурсли? Гарри отмахнулся, словно не желая отвечать на этот вопрос. Он не думал, что на эти каникулы ему все-таки придется уехать обратно на Тисовую Улицу, но Дамблдор настоял, чтобы все студенты разъехались по домам ввиду наличия опасности в лице Сириуса Блэка. Рассчитывать на поездку в Нору Гарри не пришлось — Рон с семьей поехал навестить Чарли в Румынию, а ему все-таки пришлось отправиться к "дорогим сердцу" родственникам. — Удивительно, но они меня не беспокоили, — ответил он, наливая себе тыквенного сока, — Дадли притащил из своей школы какую-то болячку, так и пролежал у себя в комнате всю неделю. Тетя сидела с ним, все причитая, что Дадлику нехорошо. И дядя Вернон места себе не находил. Подумаешь, температура слегка повышена. Но мой кузен из всего может сделать шоу. Говорят, какая-то новая болезнь. Так что я можно сказать, прекрасно провел время в гордом одиночестве, если не считать Буклю. Он отхлебнул тыквенного сока и закашлялся. Отсутствие хоть какого-то вкуса заставило его чуть ли не выплюнуть напиток обратно в кубок. — Что с ним такое? — с трудом проглотив, сморщился Гарри, — отвратительно. Гермиона нахмурила брови. А Рон услужливо постучал друга по спине. — Что такое? — Попробуй, — Гарри потянул графин, — неужели я за неделю забыл вкус тыквенного сока? Гермиона скептически посмотрела на Гарри, налила себе полстакана сока и недоверчиво попробовала. — Все в порядке с ним, Гарри, — она приподняла брови, — ты не чувствуешь вкуса? — Видимо, — пожал плечами Поттер, все же отставляя стакан подальше от себя, — ладно, съем я, пожалуй, яичницу. Казалось, что это чья-то противная шутка, потому что конфетки Берти Боттс на вкус были лучше, чем еда за завтраком. — Ты совсем не хочешь есть? — обеспокоенно спросила Гермиона, отложив свою вилку, — нездоровится? — Видимо, — Гарри снял очки и принялся растирать глаза, которые тотчас заболели. Покачав головой, подруга протянула руку и положила на его лоб. Пару секунд она держала руку неподвижно, но как только ее опустила, выдала: — У тебя жар, Гарри. Ты заболел, — покачала головой она. — Пропустишь уроки в первый учебный день, — стукнул по столу Рон, — что я буду делать без тебя на прорицании, приятель? Может и меня заразишь? Гермиона громко фыркнула. — Иди в Больничное Крыло, на тебе лица нет, — посоветовала она, — а ты Рон, лучше думай об учебе, а не о том, как откосить от занятий! Иди Гарри, я скажу профессору Макгонагалл. *** — Мистер Поттер, — цокнула языком мадам Помфри, — Поправить диоптрии пришли? — Нет, мэм, — перебил ее Гарри держась за дверной косяк, — я очень странно себя чувствую. Мадам Помфри как и Гермиона вскинула брови. Обычно Гарри Поттера приносили сюда на носилках, но, чтобы он сам пришел в Больничное Крыло не имея проблем с конечностями, это было конечно странно. — На что жалуетесь? — она пропустила его в палату и усадила на пружинистую кровать. — Мне кажется, у меня повышенная температура, — Гарри потянулся ко лбу, словно пытаясь проверить есть ли у него лихорадка, — а еще происходит что-то странное, — он понизил голос, — Не чувствую вкуса еды! Поппи Помфри расправила складки своей мантии и ринулась в свой кабинет. — Сейчас проведем диагностику мистер Поттер, устраивайтесь поудобней и снимите мантию. Обычно магическая диагностика не занимает много времени, но в этот раз Гарри обдавало потоками магии бесчисленное количество раз. Оказалось, что температура действительно была выше нормы. Девяносто девять с половиной и шесть вместо девяносто восьми. — На драконью оспу не похоже, — приговаривала колдомедик, — вариолоидов не обнаружено. И не обсыпной лишай… Прошло полчаса диагностики, но диагноз до сих пор не был установлен. Мадам Помфри расспросила Гарри подробнее и были откинуты такие варианты болезни как ветрянка, грипп, тиф и подагра. — Мистер Поттер, вы ездили к магглам на Рождество? — напряженно спросила она. Гарри кивнул, нервно дергая ногой. — Да, был у тети с дядей, — он хлопнул себя по лбу, — Вспомнил, мой кузен заболел еще в конце декабря. Лежал будто умирает. Может вы мне дадите бодроперцовое зелье, и я пойду… Взгляд колдомедика стал тяжелым, она ахнула, прикрыв рот руками и скомандовала. — Вы никуда не пойдете, мистер Поттер, — одним взмахом палочки закрывая дверь в Больничное Крыло, — вы на карантине! Гарри захлопал глазами. Какой карантин! Простые болячки в Хогвартсе лечили за пару мгновений двумя зельями. — Мадам Пофри, — он говорил медленно, словно думая что она не понимает, — какой карантин, у меня всего лишь повышена температура. — Нет, мистер Поттер, вы подхватили новую маггловскую болячку, — наколдовав себе заклинание головного пузыря, проговорила ведьма, — и если это то, что я думаю, вы очень заразны. Слух о том, что Гарри Поттер привез в Хогвартс неведомую болезнь быстро распространился по школе. Сначала прибежала обеспокоенная Макгонагалл, которая тоже решила защититься магическим барьером. Она обеспокоенно смотрела на своего студента, закутывающегося в теплые одеяла. Потом прибежали Рон с Гермионой, которых даже не пустили на порог Больничного Крыла. Флитвик и Помона Стебль также замаячили в общем коридоре лазарета. Пришел и Дамблдор, который принес любимому ученику пачки жевательных конфет Друбблз. Гарри от такого внимания почувствовал, что уши и лицо также начинают гореть. И это отнюдь не от температуры. — Это должно помочь, — мадам Помфри протянула Гарри ярко-синий флакон, — здесь почти три дозы антивирусного зелья. Если не даст результата, то попрошу Северуса сварить что-то более существенное. Гарри вынырнул из-под трех пуховых одеял. — Он меня отравит, — изобразил рвотный рефлекс мальчик, принюхиваясь к запаху зелья, — я бы ему не доверял. — Ну-ну, — погрозила пальцем волшебница, — он лучший специалист в этом деле. Но давай надеяться, что этого будет более чем достаточно. — Я также на это надеюсь, — произнес Поттер, осушив полностью флакон. *** Гарри проснулся от ужасной жажды. Ему было холодно и жарко одновременно. Голова кружилась настолько, что ему казалось, что дальняя стена качается то вправо, то влево. Слегка приподнявшись на согнутых локтях, он обвел взглядом помещение. Точно, он находился в Больничном Крыле с непонятной доселе болезнью. — Мистер Поттер, — к нему на всех парах мчалась мадам Помфри, — Наконец-то вы проснулись. — Мне тяжело дышать, — хрипящим голосом произнес Гарри, снова откидываясь на подушки. — Выпейте воды, — колдомедик протянула ему поднос, на котором стоял стакан с холодной водой, — жажда всегда возникает после приема таких зелий. Тем более в таком количестве за последние сутки. — Я тут сколько нахожусь? — Гарри чуть не поперхнулся. — Почти полтора дня, — ответила ведьма, — видимо ударная доза зелья тут не поможет. Гарри дрожащими руками поставил стакан на поднос. Холодная вода, казалось хоть немного остужала его горячее от температуры тела. Каждая мышца отдавала тянущейся болью, как будто он поучаствовал в марафоне. В дверь настойчиво постучали, Гарри хотел было повернуть голову, но малое количество сил не позволили ему это сделать. — Профессор, — колдомедик пропустила кого-то в лазарет, — наконец-то вы пришли… я не могу держать его тут долго… Дальше слова было не разобрать, а Гарри решил прикрыть глаза, которые уж очень резало ярким светом. — У Вас есть идеи, профессор Снейп? — спросила колдомедик, оборачиваясь и смотря на кровать, где лежал Гарри, — эти зелья из моих запасов ему совсем не помогают. Может вы сможете сварить что-то более сильное и эффективное. — Я постараюсь, Поппи, — раздался почти над ухом голос Северуса Снейпа, — есть один вариант зелья, который должен поставить мальчишку на ноги быстрее, чем за неделю. Глаза непроизвольно открылись. С каких пор это Снейп хочет его поднять на ноги, а не уложить в гроб?! — Не спите, Поттер? — Поттер яростно захлопнул глаза и ядовито-противный голос прошел сквозь пелену сознания. — Я? — спросил мальчик, потирая глаза. — Вы, — сказал Снейп мягким, но угрожающим голосом, — у вас же не наблюдается раздвоение личности? По крайней мере я не замечал этого. Гарри казалось, что этот человек может читать мысли и поэтому решил воздержаться не только от нелитературных слов, сказанных вслух, но и дум. — Что вы… — холодная рука мужчины легла на горячий лоб Поттера, — что вы делаете? — У него лихорадка, — подтвердил Снейп, убирая ладонь. — Я в порядке! — Гарри попробовал самостоятельно встать с кровати, но на ватные ноги встать было почти невозможно. Мадам Помфри недовольно вскрикнула, стараясь не дать Гарри встать. — Мистер Поттер, а ну лягте обратно! Закатив глаза Гарри решил подчиниться и вновь откинувшись на подушки схватил холодными руками плед. — Профессор Снейп хочет сварить экспериментальное зелье, которое скорей всего должно помочь. Но я не могу оставить тебя в Больничном крыле еще как минимум на неделю. Остальные студенты могут заразиться, если придут с каким-то вопросом. И поэтому он услужливо предложил оставить вас у себя. Гарри недоверчиво воззрился на зельевара, который стоял, скрестив руки на груди и смотря как будто сквозь гриффиндорца. Выглядел он так, как будто это была не просто не его идея, а его заставили принять такое решение. Гарри недоверчиво оглянулся по сторонам, словно старался найти хоть кого-то в качестве поддержки. — Я хочу остаться тут. — И подвергнуть всю школу потенциально смертельной болезни? Вы только о себе думаете? Гарри не нравился этот разговор. — Я хочу жить, — размеренно произнес подросток, - но не хочу получить дозу яда. Северус на это лишь фыркнул. — Если бы я этого хотел, — сказал Снейп, чей голос снова стал звучать опасно, — я бы сделал это еще на первом уроке зельеварения, Поттер. *** Мадам Помфри настояла, чтобы Гарри перебрался в апартаменты Северуса Снейпа сразу же после этого разговора. Подросток дрожал всем телом, когда попал в промозглые подземелья. — Сюда, — Северус указал на темную дверь, — проходите, Поттер. Гарри медленно перешагнул порог, все также сжимая в руке плед. — Располагайся на диване, — одним взмахом волшебной палочки зельевар разжег едва тлеющий камин. — А мне не нужно подышать над котлом с картошкой или что-то типа такого? Вы за доказательную медицину? А может пиявки, у вас их много. Снейп на это никак не отреагировал, а лишь скептически приподнял бровь в своей обычной манере. — Вы не боитесь заразиться от меня? — присаживаясь на край софы и больше закутываясь в плед, спросил Гарри, — я болею. — Какая неожиданность, — подытожил Снейп, запирая за собой дверь. Теперь подросток почувствовал себя словно в ловушке. Это было неприятно, совсем неприятно. Зато приятным показался темный антураж личных покоев, которые не резали больные глаза. Это было хорошо. И даже как-то успокаивающее, если не думать, что это апартаменты Северуса Снейпа. Снейп удалился в смежную комнату и принес оттуда три маленьких флакончика. — Выпей, — велел он. Гарри по привычке ухватился за стекляшку, но пить не стал. Что, если Снейп захотел отравить его? А вдруг он умрет сейчас? Отравиться? Что, если там Сыворотка Правды… — Это миорелаксант, — сказал ему Снейп, — вы варили похожее на втором курс, так что должны знать, как выглядит зелье для расслабления мышц. — Я знаю, что это такое, — вспыхнул Гарри, покраснев и разом выпив содержимое флакона. — Ну-ну. Подросток долго сидел, сминая в одной руке одеяло, словно ожидая, что он вот-вот потеряет сознание. Но этого не произошло, кроме того, он почувствовал как боль в теле отступает. — Я заболел, — начал Гарри, — но что это… — Вы очень проницательны, мистер Поттер, — хмыкнул Снейп, — Да, вы заболели. Вы покинули Хогвартс на праздники и подверглись воздействию нового штамма, блуждающего у магглов вируса. — Я заразен. — И снова верх проницательности. — Я могу вас заразить, — перебил зельевара Гарри, — вы не боитесь заболеть? Или к вам не пристает? — Считайте это клятвой Гиппократа, — уклончиво произнес зельевар, садясь за стол в гостиной на котором громоздились свитки. — Что-то про ответственность позаботиться о больном? — спросил Гарри, чувствуя легкое головокружение. — Именно, — обмакнув перо в красные чернила, Северус открыл для проверки первую работу.