Во имя науки

– О боже… – Разве это не прекрасно? – Ух ты… Это д-даже лучше, чем по телеку. НАМНОГО лучше! Лучше, чем я могла представить. – Фриск, ты ЖИВЕШЬ со всем этим? Солнечные лучи такие приятные и воздух такой свежий! Я чувствую себя такой живой! – Эй, Санс, что это за гигантский шар? – Мы называем это «солнце», дружище. – Так это солнце?!! Ваушки!!! Не могу поверить, что я наконец встретил солнце!!! – Я мог бы стоять и любоваться этим часами… – Да, оно красиво, не так ли? Но нам действительно стоит подумать о том, что делать дальше. – Это начало нового светлого будущего. Эра мира между людьми и монстрами… *** Мира между людьми и монстрами не случилось. – Убирайтесь в свои пещеры, чудовища! Низкорослый мужчина, на фоне короля прибывших гостей, казался еще ниже. Тем не менее, злости в нем было достаточно для того, чтобы подобрать камень и бросить его в монстра поменьше коим оказался удивительно «полный», улыбающийся, скелет. Удачливо брошенный камень был пойман и отправлен на землю. Череп скелета продолжал улыбаться. – Мы пришли с миром, не желаем никому зла. – Белый и пушистый монстр напоминал смесь медведя и быка. Белоснежный, его шерсть, на вид очень мягкая, в совокупности с безобидным видом создала образ плюшевого создания. – Почему бы нам просто не поговорить? – Не дайте себя обмануть, они опасны! – Из небольшой толпы вылетел еще один камень, поменьше. Пролетев вперед тот задел миниатюрную корону на рогатой голове монстра. Она пошатнулась, но не упала, король вовремя схватил украшение громоздкой лапой. – Прочь! Новые, осмелевшие, голоса вырывались из толпы. Кричали громко, трусливо и от того еще агрессивнее. Кто-то бросил еще один камень, шум подхватили другие, полетели снаряды с опасной периодичностью. Миролюбивые монстры отступили, как много-много лет назад. Они не желали повторять судьбу собратьев. *** Тьма. Непроглядная, всепоглощающая тьма. Где-то вдали слышны механические звуки. Ядро работает исправно, питает энергией заточенный под землей город. Вокруг чернота, она давит, звук устройства не дает окончательно свихнуться. Существо глядит в пространство рядом с собой. Где-то здесь должны быть его руки, но вместо них едва различимые, светлые пятна. Возможно, и их поглотила тьма. Оно машинально хватает одной конечностью другую. Нет, руки на месте. Оно пытается коснуться лица или того, что от него осталось. Пальцы нащупывают трещину у подбородка, по ней стремятся дальше, выискивают хоть что-то и проваливаются в полую глазницу, ощупывают ее изнутри. Оно не помнит, как выглядит лицо, но радость о пусть и частичной целостности не прекращается еще некоторое время. Оно пытается сделать шаг, маленький и осторожный. Возникает мысль, дурное воображение рисует картину того, как существо проваливается в пустоту, как она, подобно болотной трясине, поглощает, стирает навечно без возможности выбраться. Возможно, это уже случилось, шага не слышно, существо не понимает, если ли смысл у этого шага, продвигается ли оно хотя бы куда-нибудь. Все потеряло какой-либо смысл. Давно или недавно? Сколько прошло времени? Оно не имеет понятия, а предположения вызывают животный ужас, приносят с собой осознание и отчаяние поглощает сознание, прекращает мыслить здраво. Хочется бежать, но куда? Бежать в пустоту, но зачем? Выхода нет. Спасения нет. *** Стоял погожий день, такой же, как год назад, когда монстры впервые увидели солнце, когда почувствовали первое дуновение теплого ветра. Гора Эботт возвышалась над небольшим поселением нелюдей. Со времен «Дома» ничего не изменилось. Низкие постройки собирали всеми силами, не без помощи магии возводились надежные строения. Скромные и со вкусом, они готовы выдержать ни один год изменчивой погоды. По крайней мере, монстры на это надеялись. Жизнь не изменилась, протекала спокойно и размеренно под лучами натурального светила. Люди все еще не желали принимать существ из пещер, не спешили им доверять, а монстры терпеливо ожидали, все еще надеялись заполучить шаткое доверие. Все чаще монстры выбирались в людской город, все меньше на них глядели искоса, камни и оскорбления прекратились. Этого было достаточно. Воскресный полдень. Ториель возилась на заднем дворе жилища. Пушистые и очень ловкие лапы переставляли посуду с места на место, педантично поправляли столовые приборы и всякие раз проверяли, ровно ли стоят стулья. Близился час чаепития, не первый на счету, но как всегда волнительный. Ториель волновалась по любому поводу, без повода тоже. – Тук-тук. – Кто там? ¬– Неожиданно для самой себя она подскочила на месте, моментально оборачиваясь и теряя всякий интерес к столу. – Ждали гостей – горстку костей? – Лениво шлепая пушистыми тапками на костистых ногах, улыбчивый скелет продвигался в сторону стола. – С каждым днем твои шутки все хуже и хуже! Скелет позади, был вдвое выше, шумнее и активнее. Нарядился он как на праздник: шорты на нем удерживались не иначе как магией, их ремень скрывался за мешковатой рубашкой, короткие рукава которой хаотично подхватывал ветер. Он собирался сам, о чем сулили застегнутые пуговицы. У талии, или там, где она должна была быть, застегивание съехало на одну пуговицу ниже, из-за чего посреди наряда образовалась крупная складка. На лысой черепушке, каким-то чудесным образом, оказалась дамская шляпка с широкими полями и белой лентой. – Брось, тебе нравятся мои шутки. – Совсем нет! И улыбаюсь я только потому, что на солнце щурюсь! – А мне нравится. – Ториель издала тихий смешок, как ей казалось, в самом же деле ее смех согнал птиц с деревьев по всей округе. – Все готово, осталось только дождаться остальных. – Мы уже тут. – У крупной калитки стояли две фигуры. Крупная так походила на хозяйку банкета, она скромно стояла позади худощавой. Азгор всякий раз топтался на месте не решаясь войти, сегодня не было исключений. Андайн же, по-хозяйски открыла калитку затаскивая большого пушистика во двор. – Где же Альфис? – Хозяйка взглянула на тощую гостью и совершенно не обратила внимание на крупного монстра. – Я думала она придет вместе с вами. – Так и было запланировано… ¬– Женщина рыба почесала выбритый затылок. – Но у нее неожиданно появились дела в лаборатории. Какой-то росточек подрос на целый сантиметр, такое открытие! Ох уж эти ботаники. Она позже присоединится, просила начинать без нее. Хозяйка дома немного приуныла, но не стала убирать пустую тарелку, пригласила всех гостей за стол и мигом убежала в дом. Спустя всего пару минут, когда все расселись по местам, она наполнила двор запахом свежей выпечки. В одной лапе балансировал крупный пирог, во второй покоилась тарелка с печеньем в форме монстров. Оба блюда оказались на столе, Азгор скромно разлил фирменный чай по чашкам. Начался размеренный разговор. Все как всегда, стабильное спокойствие, обсуждение любой новой мелочи, те же шутки, что и всегда. Намечался самый обычный день, да планам не было суждено сбыться. Вдали послышались раздраженные голоса. Медленно шум распространялся по всему поселению монстров, те обеспокоенно выглядывали из окон, глазели из дворов, детишки прекращали игры, с любопытством таращась на происходящее. Люди приближались, разъяренные, шумные, не предвещая ничего хорошего. Компания не могла сидеть в стороне, пирог был оставлен без присмотра, стол опустел вмиг, монстры отправились навстречу толпе. – Признавайтесь, это ваших рук дело?! Где вы их удерживаете?! – Возомнивший себя главой шествия мужчина вышел вперед. Крупные морщины на лице и седые волосы никак не соответствовали подтянутому телосложению. – Что произошло? – Азгор все еще был главой горстки монстров, короны на его голове не было. – В долине пропадают люди! Вышли на пикник и тут же исчезли, будто их не было! Мы прочесали весь лес, никаких следов! Человек обязательно оставил бы следы, а тут… Магия, не иначе! Король монстров нахмурился, разговор приобретал неприятные черты. Он осмотрел своих подданных, узрел видимый ужас в глазах Ториель, любопытный череп Папируса и безразличие Санса, в котором скрывалось нечто большее. – Мы бы не стали похищать людей. Мы не желаем вам зла, наоборот, намеренны подружиться… В знак нашей невиновности мы поможем вам отыскать пропавших. Дайте нам шанс помочь разобраться в случившемся. Толпа галдела, не унималась несколько минут. Те минуты показались вечностью. Наконец решение было принято, глава толпы нехотя кивнул. – Дайте нам хотя бы один намек или повод… Войны не миновать. – Мы понимаем. Быть может, вы отыскали хоть что-то? – Это. – В пушистые лапы Азгора лег ошметок белой ткани. На нем красовались едва заметные, побледневшие, капли крови.