Мора и ветер. Мондштадтский отпуск

      Рядом с любимыми мир искрится. Сам Булгаков рассказывал про двух петроградских влюблённых, которые в счастье своём не заметили революцию. Весь ужас и кошмар прошёл мимо них только по тому, что они были вдвоём. Сидя на мондштадтской крыше, Бэй Доу поняла, какую рану залатала в ней Нин Гуан. Сморенная вином и объятьями девушка уснула. Капитанша знала с самого рождения: есть я, и я самодостаточная. И мир потакал ей, мудро не напоминая о дыре в её душе, через которую приходила печаль. Вино, работа, развлекухи закрывали это отверстие только на время. Рядом с ней она была не просто самодостаточной, она стала целой. Больше не было зияющей пустоты где-то в сердце.       Пиратка посмеялась про себя, представляя удивлённые лица торгашей, узнавших, что Воля Небес Цисин уснула пьяная на крыше отеля в объятьях главы Южного флота. Совершенно наплевав на все так чтимые ей формальности.       «Красотка моя. Не знала, что она немного, но все же боится конкуренток. Удивительно. Королева понторезов, а туда же. Знала бы ты, каких усилий мне стоит не ревновать тебя к каждому столбу. Вокруг меня бешеные толпы не кружатся постоянно. Мужчины, женщины, дети - все перед тобой штабелями ложатся. Идут нахуй эти официальные приёмы. Моя жопа сгорела ещё в первый раз».       Начинало холодать, солнце потихоньку закатывалось за горизонт. Промозглая ночь начинала вступать в свои права. Двенадцатигранник мирно кружил над печной трубой. Надо было возвращаться, но будить девушку не хотелось. Внизу по мощёным улицам бродили люди. Слушая бардов, покупая продукты или просто разговаривая. Зоркий глаз выловил блондинистую голову и такую знакомую белую шевелюру. Люмин с Кадзухой? В Монде? Паренёк говорил, что отправился в путешествие со своей знакомой, пока Алькорн грузится, но Люмин? Интересно.       Бэй Доу кое-что вспомнила. Подняв руку, она призвала электро шар.       «Люмин, не знала, что ты в Монде. Дело есть, поможешь? Нужно платформу из янтаря намутить. Я на крыше отеля "Золотой Феникс". Считай это поручением, награда тоже будет. Кадзуху с собой прихвати, я вижу вас с крыши».       Шарик фиолетовой молнией метнулся к девушке. Путешественники остановились и внимательно выслушали сообщение. Посовещавшись с минуту, они пошли в сторону отеля. Призвав по анемо вихрю, они легко попали на крышу. Встретившись с их удивлёнными взглядами, Бэй Доу жестом просила их не орать. Тактичная парочка молча к ней подошла.       - Люмин, где Паймон? – почти шёпотом проговорила капитанша, не выпуская из рук свою девушку. – Она обожает базлать на всю улицу.       - В чайнике убирается, её очередь. Бэй Доу, зачем ты нас позвала? – озадаченность легко читалась на лицах друзей. – Что с Нин Гуан?       - Наша блистательная леди немного перепила. Нужно, не разбудив, доставить её в номер. Платформы умеешь делать? – озорной тон запутал путешественников ещё больше.       - Перепила? – лёгкое любопытство переросло в конкретную озадаченность. – Сейчас. – взмах руки и в метре от компании появилась прямоугольная платформа, парящая в воздухе. Капитанша извернулась, аккуратно поднимая Нин Гуан на руки так, чтобы её голова всё ещё покоилась на её плече. Сев на платформу, она все также шёпотом попросила:       - Там внизу открытое окно. Поставь платформу напротив, чтобы я могла войти. Я положу её в кровать и объясню всё вам. Хорошо? – девушка кивнула. Очень нежно и бережно неся свою ношу, капитанша пролезла в окно. За ней влетел светящийся кристалл.       Пока пиратка копошилась внутри номера, Люмин с Кадзухой обменялись многозначительными улыбками. Они оба испытывали недоумение. Люмин от того, что застала Нин Гуан в таком состоянии, а Кадзуха от лицезрения заботы и нежности на лице Бэй Доу. Через две минуты Бэй Доу вылезла к ним на крышу.       - Благодарю. Вас явно сами боги послали. Хорошо, что Нина уснула. Мне нужно на озеро. Прогуляемся? – фирменная залихватская улыбка толкнула путешественников в привычное русло. Путь до озера был не долгим. Тактичная Люмин не стала спрашивать, в честь чего напилась рассудительная Воля Небес. Кадзуха был рад за счастливую пиратку, которая болтала на радостях без умолку. За беседой они незаметно оказались в тёмном уголке городской стены, прикрытой деревьями. Там их ждал тип неприятной наружности. Он стоял, озираясь, как будто ждал, когда его начнут догонять. Бэй Доу встала напротив парня, закрывая единственный просвет в кустах, откуда его можно было увидеть.       - Тебя ещё не загребли? Удивительно. – нагло вопросительный тон, кажется, порадовал тёмного типа.       - Хороший вор на нарах не чалится. – мерзко наглая полуулыбка, казалось, бросает вызов в мир. – Давай к делу, капитан. Патрули через полчаса сменятся. Ты просила, мои кенты побазарили с кем надо. Фатуи во главе с этим гандоном Дотторе по-чёрному взрывчатку накупили и камбезы рыболовные. Предвестнику ещё ящик какого-то говна зелёного прислали, шестёрки базарят, если эту хуйню выпить с катушек навсегда слетишь. Общак ставлю, хотят Джинн выманить и грохнуть. Она им как кость в горле. Я за поступки ответил, мы в расчёте. – наглый и мерзкий тип отлип от стены и прямо посмотрел в единственный глаз капитанши. Люмин с Кадзухой напряглись.       - Не забывай, под кем ходишь. Ещё один такой косяк, тебя на нож посадят. – они оба говорили в угрожающе агрессивной манере, как собаки, собирающеюся перегрызть друг другу глотки. В этой ситуации пиратка была доберманом, чморящим дворнягу. Парень знал, что не прав, но не бычить не мог. – Я как могла отбазарилась, ещё раз как гнида себя поведёшь, я за тебя впрягаться не буду. Понятно.       - Яснее не куда. До свидания. – мерзкий парень быстрым шагом учапал в сторону волчьего леса. Бэй Доу выдохнула, только когда он пропал из виду.       - Крыса мондштадтская. – она буквально плюнула эти слова. – Спасибо вам. На встречу с такими в одного ходить не солидно. Дотторе, похоже, думался, как Цисин и рыцарям поднасрать. Фатуи везде своё рыло суют.       - Бэй Доу, я не понимаю. Ты здесь в отпуске или по делам флота приехала? – Кадзуха спрашивал своим фирменным спокойным тоном.       - И то, и то. Мы с Ниной в отпуске и заодно дела окучиваем. Она торговый путь отжимает, я похитителей мирю. Простите, что сразу не сказала. Атмосферка в Мондштадте сейчас мутная и тёмная, кто знает куда вывернет.       С небольшим хлопком из-под пространства вылетела Паймон, громко приветствуя друзей.       - Бэй Доу, привет! Ты тоже в Монде?       - Да, малышка. С Нин Гуан путешествую. Есть хочешь? – Люмин хохотнула.       - Когда эта бездонная бочка отказывалась? Конечно, хочет.       - Не наговаривай на Паймон! А что мы идём есть? – все трое громко прыснули сдавленным смехом.       Поздний ужин вышел веселым, но недолгим. Люмин с Кадзухой собирались на архипелаг Золотого Яблока завтра с утра в большой компании. Капитанша порасспрашивала их и вежливо удалилась через час. Довольная, как прошёл день, она возвращалась в номер уверенная в том, что Нин Гуан мирно спит, но это было не так.       Воля Небес проснулась, прочитала записку, оставленую пираткой, и стала ждать свою девушку. Дверь скрипнула. Бэй Доу не стала включать свет, стараясь не шуметь, она стянула сапоги. Неожиданно на её талии сомкнулись две мягкие руки. Такое жаркое дыхание щекотало ухо и щеку. Резкая волна мурашек прошлась по телу.       - Долго ходишь. Разобралась с кем хотела? – её томный голос так и манил к себе.       - Да. Давно проснулась? – ей потребовались некоторые усилия, чтобы просто развернуться и обнять её за плечи. Тело легко вспыхнуло, выдавая намерения души.       - Не очень. Иди ко мне. – лёгкий вдумчивый поцелуй длился довольно долго, иногда разбавляя темноту вдохами. Их желания встретились и вот уже пиратка неспешно несёт обхватившую её ногами за талию Нин Гуан, не прерывая поцелуй. Опершись коленом на кровать, она медленно положила её на простыни. Оторвавшись на мгновение, девушка, отрывисто втягивая воздух произнесла:       - Архонты! От Воли Небес несёт перегаром. Какие мы податливые, хочешь нежностей? – мягкие руки продолжали гладить спину.       - Грубости, нежности, тебя хочу. – кисть правой руки легла на изгиб шеи. – Будь со мной. – просящий поцелуй заставил засунуть свои желания куда поглубже. Сейчас была только она. Податливая, как глина, и нежная, как шёлк. «Хочешь с чувством и расстановкой. Сделаем». Приятные вздохи, лёгкие поглаживания, нежные, часто мимолетные поцелуи заставили девушек забыть о времени и месте. Бесконечно приятно и медленно Нин Гуан раздевала свою любовь. Манжеты на запястьях, воротник, пуговицы на груди, красивые кубики пресса. Щелчок застёжки лифчика, страстный, не в меру горячий поцелуй. Запах вина, соли, солнца и великолепного мыла перемешались, окутывая и так уже почти отключившееся сознание.       «Какая я же ты… Не описать»       Переполненные чувствами, они вновь вплелись в объятьях. Соединяясь телами и душой, безгранично доверчивые в этот миг девушки не желали вспоминать про мир. Все его проблемы ждали их завтра.       В лесах Спрингвейла Дотторе ставил эксперименты над испарениями зелёной жижи. Явно недовольный результатом. Фатуисты-подчинённые готовили склянки с порохом. Складывая их по коробкам и мешкам. Оставалось четыре дня до начала операции.       В Ордо Фавониус уставшая от бесконечной нервотрепки Джинн мирно сопела на груди своей подруги библиотекарши, пока та лелеяла себя надеждой, что она когда-нибудь выкроит время на неё. Большой и мягкий диван в каморке легко вмещал их обеих.       На улицах лил дождь, капая на мостовую.       Кадзуха, Люмин и Паймон всё ещё сидели в таверне, обсуждая приготовления к завтрашней поездке.       На квартире Эмбер намечался неловкий разговор. Эолу может и мучило похмелье, но не заметить, что скаута мучает какой-то вопрос было невозможно. Если напряжение можно было бы измерить, то в этой комнате его содержания зашкаливали. Похоже рыцаря Морской Пены собирались прижать к стенке.       В Заоблачном Пределе Хранительница Облаков и Творец Гор обсуждали, как даровать смертной долголетии адептов. Хозяйка горы Хулао была готова на многое ради своей любимой дочери. Казалось, уже давно забытое счастье снова плескалось в её глазах. Ради неё можно и поступится правилами. Сама Гань Юй несла небольшой букет цветов в теперь уже знакомую квартиру.       Над Южно-Тейватским морем, неутомимо махая крыльями, на родину летела огненная бабочка. Напоминая, что всё может повернуться куда угодно в любой момент.