Прекрасное студенческое прошлое

      Тогда мы с Генри жили вместе уже около полугода, а может и несколько месяцев всего. Не суть важно, на самом деле. Я любил читать маленькие статьи из бесплатных журналов. Их в те времена раздавали чуть ли не на каждом шагу. А я и не отказывался от макулатуры, дают — бери. Поэтому увидеть меня за столом, едящим какую-то пережаренную субстанцию, которая планировалась как яичница, и читающим всякие непонятные статейки, было не редким явлением. Помню, полностью я прочитал только один журнал. Он касался секса и мужского здоровья. Не подумайте, я не парился по поводу перепихона, просто меня этот буклетик заинтриговал. Как я оттуда выяснил, стимуляция простаты крайне полезна для здоровья. Я не помнил почему это что-то хорошее и кто это выяснил, но поймал себя на том, что рука всякий раз после той статьи тянулась к ягодицам. Никогда против заднеприводных не высказывался, мне глубоко плевать, кто с кем спит, но я просто выжидал нужного момента. Ещё один факт обо мне: я постоянно озвучиваю все свои мысли Генри. Иногда хочется что-то просто проговорить, да и тут же забыть. И тут, невзначай, также проговорился, что хотел бы помассировать свою простату. Я даже не отвлёкся от чтения очередного журнала, всё также продолжил пожирать бесполезные знания и сплетни, а Генри так и замер на том же месте, где стоял.       После учебного дня я разлёгся на матраце. Вымотался, вот и лежал, как говорится, без задних ног. Мимо проходил Генри. Он был сам не свой, слишком тихий и погружённый в свои мысли. Либо обиделся, либо стесняется. Первое отметается; я ничем не мог сегодня его задеть. Прежде чем я успел подумать про второй вариант, мой рыжий друг подошёл сам.       — Слушай, Уилл, — выдохнул он, ложа очки на тумбочку. — Я думал насчёт твоих слов, и…       — Ты о чём? — искренне не понимая, задумался я. — А, блин, простата что ли? Да я так, это просто, — хотел сказать, что это были лишь мысли вслух, но решил остановиться, видя, как он пытался что-то произнести.       — Нет, это не просто, — нахмурился Генри. — Правильно ты сделал, что решил признаться мне, потому что я тоже люблю тебя.       Я до сих пор не знаю, как у этого чуда работает логика. Но тогда всерьёз начал анализировать все свои реплики за тот день. На всё про всё ушло около трёх секунд. Но даже этого времени хватило Генри, чтобы разволноваться в край.       — В общем, я, эм, — он начал бегать глазами, а в горле встал ком. Всё. Генри в тупике. Если я не успокою его, он сам себя сожрёт через минуту.       — Да, такое случается, — улыбнулся я, пожимая плечами. Взял Генри за руку и потянул к себе. Он оказался между моих ног. Господь, до чего ж может раскраснеться не особо общительный человек. — Давай тогда займёмся чем интересным?       — Ам, — он закусил губу до того сильно, что я испугался, что Генри её просто отгрызёт. Тогда я поцеловал его в щёку самым непринуждённым образом, после чего лёг на матрац и прижал бедра друга сильнее к своим. У него встал. Чего греха таить, у меня тоже.       — Ну, так что скажешь? — я оскалился в улыбке и притянул его голову близко к своему лицу.       — Да, — шёпотом произнёс он прямо мне в ухо.       — Отлично, — я полез в штаны к Генри, будто для меня это было обыденным делом. Он опешил, но было видно, как сильно ему меня хотелось. Потом я расстегнул его рубашку, провёл ладонями по груди и прошёлся поцелуями от шеи до лобка. Генри томно выдыхал, а я избавлялся от ненужной одежды желанного мужчины.       И вот, он в одном нижнем белье. Я повернулся на живот и начал тереться о причинное место моего Генри. Он словно с ума сошёл; набросился на меня, как голодное животное, и начал раздевать. Я был приятно удивлён. Пара минут, и мы оба без одежды. Я мастурбировал ему, а он смотрел. А как только я глядел в его глаза — он отводил свои. Плюнул на руку, продолжил удовлетворять Генри. Это продолжалось не слишком долго, до того момента, пока я не почувствовал, что грудь друга начала вздыматься чаще. Повернулся к нему спиной и нагнулся.       — Не бойся, я чистый, хотел сам себе помассировать, — заверил я.       — Прямо так, ну, просовывать? — уточнил Генри. Я угукнул и приготовился к новым ощущениям.       Его член в тщетных попытках старался не дрожать. Тройка неудачных проникновений, и Генри слегка направил половой орган в нужном направлении. Я был слегка растянут, поэтому долго привыкать к члену не приходилось. На самом деле, он не доставлял мне совсем никаких неприятных ощушений. Да и приятных, если честно, тоже не особо много. Но тут произошёл толчок под нужным углом. Я простонал, неожиданно даже для себя, и поддался назад. Генри немного испугался внезапного звука, но понял, что всё делал правильно.       — Ещё, — просил я. Наконец, друг всё же нащупал идеальный угол и начал долбить меня. Я закусил простынь и двигался навстречу члену. Генри взял меня за бёдра и начал последний акт, постанывая. Он с большим рвением имел меня. Я кончил, ни разу не прикоснувшись к своему члену. Сперма выстрелила на матрац, намочила простынь и немного попала на внутреннюю часть бедра. Генри излился глубоко в меня. Было немного неприятно ощущать, как белая жидкость вытекала каждый раз, когда я с расслаблением выдыхал.       Он дышал полной грудью. Я обнял Генри за шею и повалил на кровать. Мы целовались, а потом вместе пошли в душ.       Моё рыжее чудо проснулось. Прошло столько лет, а я всё помню наше совместное прошлое. Я улыбнулся и прижал Генри к груди. Мы не произнесли ни слова, но прекрасно всё поняли. Уже утро, пора вставать, как бы сильно мне ни хотелось вечно думать о былых временах.