Дом, в который всегда можно прийти

Дорогие читатели, до начала прочтения данной части прошу обратить внимание на следующее: данная часть будет весьма нудной, поскольку я решила уделить внимание деталям и писала повествование со стороны одного из главных героев, чтобы в последствии раскрыть весь смысл второго. Прошу набраться немного терпения. ♡

***

— О-о-х.., - Тэхён ставит тяжеленые сумки у калитки во двор, прямо на землю, потому что до лавочки, что стоит у заборчика под окнами собственного дома, идти нет смысла, когда потом снова придется их перетаскивать. Да и стирка этим сумкам тоже не помешает. А носит он их, потому что недружелюбный кучер не захотел вести свою лошадь на пару метров подальше, к калитке дома Тэхена, даже не объяснив почему. Омега наконец выдыхает, когда понимает, что сумок в повозке кучера больше нет и таскать их туда сюда уже не нужно. Пожилой дядюшка, как только Тэхен убрал все свои вещи с его собственности, безжалостно ударил лошадь вожжами, и та, громко прогоготав, отправилась в путь обратно в город, откуда они, собственно, и прибыли. Тэхен, разумеется, поблагодарил дедушку, но тот и носом не повел на его "спасибо, что довезли", к тому же, не за бесплатно. В деревне, куда приехал Тэ, было спокойно и тихо, хорошо и свежо. Воздух здесь самый чистый, приятный и всегда, главное то что, пахнущий свободой. В деревне ты можешь ходить по лесным тропам, по обе стороны от которой благоухают различные травы и цветы, заманивая тебя всё дальше своими запахами и видами глубоко в лес; можешь полежать на всё той же пахнущей траве на поляне или лугу и, смотря на небо, понимать, какой же мир прекрасный, если не учитывать людей; можешь пойти на реку, где вода наичистейшая, кристальная, так и просящая, чтобы в неё окунулись, чтобы забыли все свои заботы и проблемы, отдавая их этой, казалось бы, не видавшей края воде. А после, когда ты это сделаешь, с громким визгом побежишь из неё, крича: "холодно!", а позже снова нырнешь в воду и заметишь, что уже вроде не такая она и холодная, чем была до этого. Тэхён столкнётся со всем этим во второй раз, а будет он как в первый, потому что был он в их с родителями домике в деревне тогда, когда ему было всего лишь семь лет, и ощущения все притупились, а некоторые и вовсе стёрлись и забылись. Омега смотрит на все свои сумки и, даже не успев сообразить, что лучше занести в первую очередь: тяжёлые или лёгкие, - замечает невдалеке бабушку лет шестидесяти, которая стоит у колодца и собирается коромыслом поднять два ведра, наполненных водой. Дом у Тэхена расположен не очень удачно, если посмотреть с одной стороны, так как стоит он аж на самой окраине деревушки, с другой же как никак ближе находится к колодцу, что находится как раз в самом конце поселения. Очень удобно - ходить далеко никуда не надо, чтобы набрать воды, да и лес в двух шагах, что тоже очень хорошо. Однако он удобен не только для самого хозяина, но и для других. С двух сторон, считай, никак не обезопашен, от того и минус жить тут - грабить легко будет. В этот же момент Тэхена посещает мысль о том, почему женщина делает это самостоятельно, а вернее, почему ей никто не помогает, когда в деревне точно есть с половину добротных альф (Тэхен уверен в этом на все 100%), которые вполне в состоянии донести два несчастных ведра до ее дома без каких либо усилий, но по какой-то причине все равно этого не делают. Нет, ясное дело, что старушка и сама может спокойно справиться с этими ведрами, никого при этом не прося, но ведь вся суть проблемы кроется совсем не в том, что она не попросила, а в том, что никто помощи то и не предложил. Именно в поведении и моральных устоях тех, кто здесь живет, корень и есть. Неужели ни один человек, даже если это будет и не альфа, а омега или более молодая женщина или девушка, чем эта бабушка, не может, а точнее сказать, не хочет, предложить своей помощи? Тэхен не верит, что всем плевать на человека, которого они видят, небось каждый день, а если это действительно так, то Ким разочарован, что будет жить в таком месте, потому что если местные не помогают даже "родному" человеку, то Тэхену уж и подавно ничего здесь не светит. Прогонят и носом не поведут, а ему на ранних этапах своей самостоятельной жизни сейчас очень нужна чья либо помощь. Хоть немного и хоть в чем нибудь. Он уже будет благодарен за это. Но ладно, одно дело, если никто из посторонних не помог, а другое - разве у нее нет своего мужчины или хотя бы внука или внучки? Если нет никого, то это очень печально... (и снова же, почему никто не захотел протянуть руку помощи?), а если есть, то это люди бессердечные и эгоистичные, раз заставляют справляться с такой работой, своего, между прочим, члена семьи, бабушки. — Здравствуйте! - громко сказал омега, подойдя к незнакомке. Та была не высокого роста, ниже Тэхена (а он, к слову, 170), и чуть уже ссутулившейся и наполовину с седой головой. Видно, что старость берет свое. Наверное, у нее все суставы уже болят от таскания воды (да и не только от этого, наверное), потому что двух ведер на целый день слишком мало, учитывая, что сейчас только обед, а она уже здесь и явно что-то делает по дому или хозяйству во дворе. Тэ просто обязан ей помочь, - бабушка, давайте я вам помогу, - аккуратно предложил парень и протянул руки к ведрам с водой, чтобы донести их - он не умеет еще орудовать коромыслом, чтобы с легкостью взять его и понести тяжелые емкости, а учить его сейчас явно не будут. Сдался он ей, обучать еще его. Бабуля, обратив внимание на паренька, за которым наблюдала, когда он еще сумки с повозки разбирал, сразу же окинула его взглядом, оценивая. Н-да. Как он ей поможет то? Тощий - одна кожа да кости, что этот омега унесет то там? То, что Тэхен омега, она поняла, во-первых, по сладкому лавандовому аромату, исходящему сейчас от парня, а во-вторых, по его телосложению - слишком он уж для альфы тонок и слаб, а еще миловиден. Нет, конечно, альфы тоже бывают миловидными и славными на личико, но все таки омежьи черты лица отличаются от альфьих. Более нежные и аккуратные, не острые и выразительные. Так вот потому бабушка и взмахнула рукой. — Нет, что ты, не нужно, я сама, - как и ожидалось, отнекивается бабушка, но Тэхен настаивает и продолжает уговаривать бабушку, чтобы он ей помог. — Ну как ты мне поможешь, мальчонок? - немного даже негодующе посмотрела она на него, будто Тэхен сказал абсолютнейшую наивность, которую говорят зачастую дети и еще сами пока не понимают, что то, что они говорят, отчасти ерунда и лишь вера в лучшее и прекрасное в жизни, - ты ведь их даже не поднимешь. Тэхен смутился от такого заявления и почувствовал, как его даже дискриминируют - он ведь не немощный, ведра уж сможет донести до дома, даже если и идти придется далеко. Теперь он обязан помимо того, что помочь этой бабушке, так еще и доказать, что сможет отнести их. — Пожалуйста, не отказывайте, ведра же тяжелые, - все надеется он на то, что его помощь примут. Родители его ещё с самого детства учили, чтобы он помогал тем, кому может, и тогда эта доброта вернётся к нему вдвойне, что омега активно и делает, однако не из злых умыслов, что взамен ему что-нибудь да перепадет, а просто потому что сердце доброе и воспитание хорошее. Искренность в глазах мальчика так и виднеется, она старается всё больше выйти наружу, показать, что она есть, просит, чтобы воспользовались ею, а не отталкивали. Женщина, смотря в эти по-настоящему добрые, горящие от желания помочь глаза, удивляется, что незнакомец так яро хочет помочь ей, ведь по сути они видятся впервые и даже имён друг друга не знают, что исправить точно нужно. Насколько она поняла, паренек жить сюда переселяется, а построить хорошие отношения необходимо. Соседи как никак теперь. Анализируя ситуацию трезво и разумно, старушка понимает, что плечи её уже несколько лет болят, спина просто ноет от той работы, что она выполняет каждый день, руки в небольших мозолях от всё той же работы, ведь в деревне её гораздо больше, чем в городе, и принять помощь стоит, - я донесу их, - Тэхён старается как можно убедительнее говорить и даже немного грудь вперёд выдвигает, выпрямляется, старается быть хоть немного больше, показать, что сила в нём имеется. Это даже забавным выглядит. Бабушка начинает хихикать и смотрит уже смягчённее на него. — Ну давай, попробуй, - с поражением говорит бабуля, и Тэ, блеснув глазами, сразу же хватает две металлические ручки, поднимая ведра. Черт... А это действительно не так легко, как думал омега. Вода все таки тяжелая, и сейчас эти самые ручки сильно впиваются ему в пальцы - точно красные полосы останутся, но бабушке не следует знать это. Тэ старается максимально показать, что ему не тяжело и вообще это легкотня, но бабушка сама всё видит и лишь улыбается, но останавливать парнишку не спешит. Коли взялся за дело, так и доводи его до конца, а не иди на попятную. — А ты у нас откуда родом будешь? - интересуется бабушка и смотрит на того, что старается не пыхтеть лишний раз. Это забавляет её, но всё таки руку к ручке, что ближе всего, протягивает и помогает мальчонке нести одно из двух несчастных ведер, в другой же руке несет коромысло. Тэхен же не против этого жеста, потому что правда переоценил свои силы и понимает, что вскоре может рухнуть. Не старается теперь спорить и казаться сильным, когда таковым не является - ведра действительно очень уж тяжелые и буквально притягивают парня к Земле с удвоенной силой. Да, выступал здесь больше того, что сможет донести, а на деле то оказался слабаком... Ну... Важно вовремя признать это. — Я из ближнего города, бабушка, - с энтузиазмом ответил омега, стараясь отвлечься от уже ненавистных ему ведер, - а вы где живете? — Не далеко тут, мы с тобой соседи, всего пару домов пройти, - с добротой отвечает ему и указывает рукой вперед вдоль домов, - ой, точно, ты сюда жить ведь переезжаешь? А то я так про соседей сказала. — А, да, переехал вот, теперь обживать здесь буду. Меня Тэхен зовут, а вас как? — Ох, да, я совсем забыла представиться, точно, я Мин Хва. — Приятно познакомиться, бабушка, - радостно улыбнулся омега, смотря на бабулю. Дошли они действительно быстро, прошли всего 2 дома, и вот уже у заборчика Мин Хвы, что, между прочим, был целым и совсем будто новым. После увиденного Тэхен впадает в сомнения. Значит, всё таки есть кто-то, кто делает весь тяжкий труд, а значит может и с ведрами помочь. Тогда почему не помогает? Старушка открыла Тэхёну калитку, придерживая ту. Тот зашёл, дальше следуя за бабушкой и уже осматривая владение. А двор то у неё не добротный, соток 15 точно есть. Самая большая наверное даже территория из всех имеющихся в деревне, хотя, Тэхен не знает, не смотрел. И как только она успевает за всем следить, ведь тут кого и чего только нет: бегают курицы, гуси, стоит коровник, на огороде все цветет и пахнет, даже с первого взгляда и не определишь, сколько тут всего, но точно много. Бабушка прошла дальше и остановилась у маленькой деревянной стойки, которая была специально предназначенная для того, чтобы туда что то ставить или же присаживаться ненадолго. Столешница, - именно это напомнила Тэхену эта толстая доска возле дома под окнами,- сооружена была из дерева и находилась на уровне бедер, к тому же, выглядела слишком новой - и года нет. Потёртостей не наблюдается, отколотостей тоже, дерево выглядит светло, что показывает её новый вид. Снова задумываясь о том, почему бабуля несла ведра, Тэхен отмечает, что элементарно выстругать такое дерево бабушка бы была не в силах, да что там, поднять бы ее даже не смогла бы, ведь она большая и тяжелая. Ну или же Тэхен слишком недооценивает старушку. Поставив на деревянную поверхность вёдра, Тэ взглянул на бабулю. — Ох, ну спасибо тебе, Тэхен-а, что помог донести, - держалась она за поясницу, минувшие годы явно дают о себе знать. — Да не за что, бабушка, - омега улыбнулся, - зовите на помощь, если что-то понадобится. Вежливо ответил Тэхён, на что та хихикнула. — Да что ты, поможешь мне дрова наколоть или баню небось затопить? Да ну, чего ты, омега, тяжело тебе будет делать это, да и к тому же, у меня внук есть, который все это делает. Для Тэхёна эти слова прозвучали как оскорбление. Пусть он и омега, но способен на многое. Если захочет сделать что-то, так сделает, и никакой альфа ему не нужен будет для этого (даже не известно, найдёт ли он его, поэтому сейчас он стопроцентно полагается лишь на себя). Да, ведра он не смог отнести без помощи бабушки, слишком тяжело оказалось, но и она не по два же будет носить, а по одному хотя бы. До, займет это много времени, ну а что делать, когда что то предпринимать стоит. Но не смотря на сказанные слова Мин Хвой, Тэхен наконец узнал, что у нее есть кто-то из сильного пола. Но почему же тогда он не отнес воду?! Тэхен уж слишком много уделяет внимания этой воде, ей-богу. Мин Хва же, пока они шли до ее ворот, размышляла о том, что это за омега. Правда, кажется, она догадывается, кто он, поскольку кому принадлежит этот дом она знает - двум братьям омегам, которые ранее приезжали сюда из города пару раз в год точно, чтобы отдохнуть как следует, да присмотреть за домишком - все ли на месте и ничего ли где не отвалилось. Однако последний десяток лет они будто испарились - вообще не видать их было, ни привета, ни ответа как говорится. И почему, куда они исчезли, никто, конечно же, не знал. Не сказать, что они не общались с нынешними селянами, но и с уверенностью утверждать, что омеги вели откровенные разговоры с соседями, чтобы досконально знать, что они за личности и где в городе проживают, тоже язык не повернется. За домом, конечно, первые несколько лет, присматривали добродушные соседи, однако за всем не уследить, когда в него то и дело пытались наведываться алкаши да молодежь по ночам и вечерам. Алкаши, чтобы, понятное дело, напиться и может даже прибрать чего к своим рукам, ночевать там, а небось и жить, а молодежь - чтобы сходняки устраивать да гужевать с утра до ночи, таская туда кого не попадя. В конечном итоге, проворонили соседи дом, когда с каждой ночью туда стало приходить всё больше и больше толпы, состоящей то из тех же алкашей, то из молодежи. Сколько люди добрые не ходили к родителям подростков и молодых, всё бес толку было - кто их будет слушать, когда гормоны да молодость бушуют и хочется всего попробовать да нагуляться как следует. Возвращаясь же к Тэхену, то бабушке интересно, почему спустя двенадцать лет приехал сюда именно он, омега, и где сейчас прошлые хозяева той земли. Маленького Тэхена Мин Хва припоминает, когда тот был совсем ребенком лет семи, но он был всегда слишком стеснительным и застенчивым, чтобы общаться с незнакомыми людьми, в те редкие моменты, когда он все таки с папой или дядей выходил за ограду под ручку. Из-за этого узнать о нем что-либо было сложно, да и не особо это интересовало людей здесь, ведь для чего им узнавать что-то о маленьком ребенке? Сейчас же, вспоминая того маленького омежку, бабушка удивляется, что он вырос не таким скромным, как был в детстве, а вполне себе смелым, потому что без промедления прибежал к ней на помощь. Но вопрос остается открытым - почему приехал один? Так к тому же ещё и без альфы. Вопросов было много, а чтобы узнать, что да как, стоит позвать мальчика на чай. — Пошли чайку попьем, а? Я тебя накормлю, а то небось с дорожки устал, а еды наверняка с собой нету, да? Пошли, - положила она руку тому на плечо и повела внутрь дома. Тэхен же не был особо против, потому что действительно был голодный. А еще он подумал, что с другими соседями и людьми здесь познакомиться стоило бы. Тут ведь должны быть и молодые, такие, как он, не только же старики, ведь так? Вон, например тот же сын бабушки. Он точно примерно возраста Тэхена. Молодежи много в городе, но это ведь совсем не значит, что в деревнях её нет. Сейчас многие живут в деревушках, потому что жизнь в городе обеспечить себе не могут - слишком дорого, а платят мало. Бабуля благополучно посадила Тэхена за стол на веранде - чаем потчевать да пирогами с картошкой и капусткой, которые недавно и испекла, прежде чем выходить за водой. Этому Тэхен был несказанно рад, потому что дорога у него была не близкой, часов 7-8 ехал на повозке той. Ей богу, пешком кажется и то быстрее было бы. Но с вещами далеко не уйдешь, потому и пришлось заплатить кучеру с последних денег. Сейчас же уже конец обеда, а омега во рту и росинки не держал - вот как встал в 5 утра, поел в 5:15, так больше не спал и не ел, а это, между прочим, очень плохо. Правильно питаться для омеги очень важно - ему ведь потом потомство вынашивать, а как его вынашивать, если весь будешь дряблый и вялый? (между прочим, каким и является сейчас Ким). От того омеги и должны быть в самом хорошем, здоровом состоянии, чтобы если человек посмотрел на него, то сразу понял "этот сможет ребенка выносить". А если он не сможет и будет худющий и тощий? Такого альфа и не выберет. А даже если и выберет, то откармливать придется да еще и не мало. Вес хороший важно держать. Но такой, чтобы и переизбытка не было, а то будь ты слишком, скажем так, подходящий для родов, могут опять же нос заворотить и сказать "толстый и некрасивый! кому ты нужен будешь такой?". А нужен то и правда можешь оказаться никому. Поэтому кушать правильно и достаточно нужно обязательно, в их то время. Однако наглым показаться тоже нельзя. — Бабушка, ну что вы, не нужно, - попытался возразить омега и, конечно же, у него ничего не вышло - госпожа Мин сразу зыркнула на него грозным взглядом, мол говоря с помощью него "ещё шаг и до самого вечера не выпущу!". Тэхён это сразу понял и спорить не стал - спокойно притих и стал помалкивать да смотреть за тем, как Мин Хва на стол накрывала. Пока она это делала, Тэхён не спешно начал осматриваться. Дом, пусть и был уже стареньким, совсем не выглядел так, будто вот-вот развалится, нет, всё очень даже наоборот. Если судить на вскидку, то ему лет 80-90, или около того. Было видно, как доски и шпалы уже во многих частях потрескались, от чего краска, которой были покрашены стены, тоже приняла соответствующий вид и кое-где отвалилась; потолок был совсем желтый и серый, а в кое-каких местах даже коричневый. Такое состояние и разводы в углах могли появиться от протекающей крыши во время дождя. Однако если посмотреть на мебель, то можно было заметить, что вся она изготовлена исключительно из дерева, как будто её сами выстругали и собрали. При чем некоторые стулья и даже лавочка возле веранды на вид были совсем новыми - словно пару дней назад их и поставили сюда прямо из мастерской. Всё, за исключением стен и потолка с полом, который тоже уже был старый и во многих местах скрипел, выглядело ухоженным и чистым. За этим домом (и оградой, прошу заметить) хорошо следят, не дают сломаться, а если и сломается что-то, то, по всей видимости, это сразу же меняют на новое или хорошо чинят, чтобы дольше прослужило. — Ну что Тэхён, угощайся, - села Мин Хва на противоположный стул и уставилась на него с любопытством и почему то лаской. Будто сама хотела, чтобы парень поскорее начал пробовать, что она испекла и выразил благодарность в виде наслаждающегося лица. — А.. да, спасибо, - слегка покланялся Тэ и придвинул чашку с чаем к себе, сделав глоток из тонкой деревянной утвари. Вкус у этого чая такой.. такой.. лесной. Словно сами добыли и заварили из свежесобранных листьев. Безусловно, в городе они тоже есть, и такой чай тоже вкусный, однако в городе он отличается от этого, что в деревне. Здесь, если заглянуть в чайничек, можно обнаружить действительно свежие листья, в то время как в городе они приходят уже сухими, что делает вкус чая совершенно иным. Этот же более насыщенный по сравнению с тем, что пил омега дома с родителями и.. не только с ними. Тэхен взял в руку выпечку и сделал один укус. — Тэхен, расскажи, почему ты приехал один? Или сюда кто-то приедет ещё? - бабушка совсем не думала о том, что это может смутить омегу или как-то потревожить, потому из любопытства продолжала расспрашивать парнишку. Тэхен же неслышно вздохнул, стараясь спокойно опустить грудь вниз, чтобы она не выдавала его напряжения и такого глубокого вздоха и выдоха. Он только на время забыл о той ситуации, в следствие которой сюда приехал. Он оторвался от грустной реальности, так сказать, что ожидала его за дверьми этого старо-нового дома, но эти вопросы вновь вернули его на свое место, туда, откуда он так старался вырваться. — Нет, сюда больше никто не приедет, - коротко пояснил омега и уже с немного поникшим видом продолжил кушать пироги, отрывая от стола в моменте ставшую неподвижной руку. Даже пояснений никаких не дал, потому что не хотелось, сказал коротко и по делу. Это ведь незнакомый по сути человек сидит перед ним, так почему он должен сейчас все ей сообщать? Так, поверхностно скажет и всё, что он, собственно, и сделал. Бабушка же выдохнула нешумно, как и Тэхен, и сложила руки на столе друг на друга, слегка наклонившись к парню, словно секретничала с ним. — Ну, а почему? - она, пусть и не сильно хотела давить на парня, не могла не разузнать всего, что ее интересовало - порой старые люди бывают слишком настойчивыми и напористыми. Тэхен сглотнул и чуть прикрыл глаза, после чего слегка отводя взгляд куда то на край стола. Как же в этот момент он хотел уйти, но из собственной вежливости не мог себе этого позволить. — Я сирота, - грустно сказал омега, поскольку его буквально вынудили вспомнить то, что он всегда пытался забыть, то, что слишком часто наведывалось ночью в страшных снах и не уходило до самого утра, пока окончательно не высосет все силы из омеги. Он ведь всё видел.. видел, что было с его родителями и как они умерли. И помнит, что было, когда он приехал в детдом. Вечно один, зашуганный, словно бродячий по улицам пёс, озирался по углам. Ему не приятны воспоминания из детского дома, потому что там к нему не относились как к ребенку, к нему относились как к тому, кто виноват в том, в какой семье он жил. Нет, Тэхен бы и так рассказал, что живёт теперь в этом мире один и что со всем справляться тоже будет сам, как самый настоящий взрослый, без поддержки кого то или чего то, но не так скоро. У него ведь даже денег нет на то, чтобы коровку купить или козу, да вообще любой другой скот. Хоть собаку можно взять у соседей ненужную бесплатно, чтобы защищала от негодяев и тех, кто когда-то попытается навредить одинокому омеге. Альфы то у него тоже же ведь нет и защитить, понятное дело, некому. Но он надеется, что найдет его здесь, в этой деревне, и что его будут любить, как любили друг друга его родители. И что он будет так же сильно любить. Нужно только подождать.. Челюсть бабушки, до этого не захлопывающаяся, моментально сомкнулась, поскольку услышать подобное она никак не ожидала. Во делааа.. и что ей теперь сказать бедному ребенку, брошенному в этом мире? Как теперь загладить свою вину за то, что он вспомнил о душераздирающем моменте в его жизни, который изменил буквально всё в его ещё не подросшем мире? Ему же только-только 19 стукнуло! А уже без родителей.. Спустя секунд 15, которые понадобились госпоже для раздумывания, пожилая женщина все таки решилась заговорить. — Ох... Тэхен, - она положила свою немного шершавую, в некоторых местах потрескавшуюся руку поверх руки омеги, - ты прости меня за это, что пришлось рассказать. Я не со зла хотела, просто.. — Я понимаю, - перебил её Тэхен, улыбаясь. В данный момент он не хотел бы обсуждать данную тему, хотя все раны, тщательно заштопанные уже в сотый раз, вновь открылись и кровоточили без остановки из-за какого-то нелепого вопроса "почему ты приехал один?". Ну горе же луковое ты, Тэхен.. по другому не скажешь, - не переживайте, всё в порядке, - нагло врал омега, потому что не хотел тревожить другого человека, даже не смотря на то, что его самого потревожили. Бабушка же лишь свела брови, с грустью смотря на Тэхена. Вот за что судьба наградила мальчика такой жизнью?. Да ещё и приехал в середине лета, когда ж теперь у него на огороде все вырасти то успеет? Чем питаться бедное дитя будет? А если того гляди и помрет здесь от голодухи? Ооой, что же это делается то. Никого в этом мире не щадит матушка природа: ни девушек с омегами, что бесплодными от природы сотворяются, ни мужчин с альфами, что в силу постоянно идущих войн на погибель верную отправляются, ни детей, что без матерей и отцов остаются, брошенные в этом мире совсем одни. Но только бабуля вновь хотела сказать что-то подбадривающее (вернее, пыталась сказать, нежели говорила), как тут Тэхен задал встречный вопрос, который, наверное, так же бы ошеломил бабушку. Тэхен не со зла, просто ему тоже интересно. — Бабушка, а почему вы одна? Где ваш муж или сын? Ваш дом выглядит ухоженно, неужели вы сами со всем этим справляетесь? Все сами чините и собираете? - сразу задал кучу вопросов, чтобы уж точно сбить ее с этой печальной темы разговора между ними, дабы перевести стрелки с себя на нее саму. Женщина же сразу изменилась в лице. Её брови слегка поднялись вверх, взгляд потупился и грудь поднялась от воздуха, что в легкие быстро вошел - словно она раздумывала и в её голове вертелась лишь одна верная напряженная фраза, которая сразу читалась по лицу: "ну, как тебе сказать", ведь не только тело выдало, но и глаза, в которых читалось не то чтобы спокойствие, скорее привычка к той жизни, в которой она жила. — Ну, я живу не совсем одна, я живу с внуком, мужа нет, сына тоже, - и по понятным причинам у нее нет никого, кроме внука. По тону женщины Тэхен понял, что сын, что муж умерли, но при каких обстоятельствах, конечно же, не стал расспрашивать. Да, ему сделали не приятно, спросили то, чего он определенно не хотел, но это не значит, что он должен поступать точно так же. К тому же он тоже не специально... И ему сейчас настолько жаль и неловко, что тоже разбушевал всё внутри женщины, что моментально о своей беде забыл. — Ох.. простите, я.. я тоже не хотел вас задеть, - так же заволновался омега, положив другую руку (что не была под рукой Мин Хвы) на запястье бабули. Та лишь улыбнулась и накрыла ладонью руку Тэхена, лишь слегка сжимая ее и кивая. Что за игра в Дженгу, ей-богу. — Все в порядке, дитя, не переживай за меня, я уже говорила об этом не раз со многими людьми, поэтому больше мне не больно говорить о подобном, - пусть ей и не больно, но в определенные моменты тоски она все же осознает, какого это, когда ты осталась в таком то возрасте почти что одна, без всех тех, с кем прожила бо‌льшую часть своей жизни, без тех, которым отдавала всю себя, пока воспитывала и любила, дарила всё самое лучшее, что было. Слезы иногда накатывают, парочка даже успевает падать с морщинистых щек, но Мин Хва быстро приходит в себя и после не плачет. А ещё быстрее она утихает, когда одна единственная кровинушка рядом оказывается и помогает - обнимает да гладит по спине и плечам, успокаивая, и сразу же будто бы и не было тоски у нее и раздосадованных мыслей. Становится на душе хорошо и блаженно, что она не совсем одна в этом мире, - что ж. Сын мой утонул, а муж скончался от пьянства своего - в пьяном угаре в болото угодил.. его конечно достали, похоронили на местном кладбище. — Вот как.., - минута тишины наступила в помещении и Тэхен даже не замечая за собой - сильнее сжал руки бабули, тем самым поддерживая - а где же ваш внук тогда? - Тэхен не может представить себе ситуацию, в которой этот самый внук оставил бы бабушку одну, иначе бы она не говорила с любовью в глазах о нем во дворе. Ещё там Тэхен думал об этом, когда женщина сказала, что у нее есть внук. Он тогда даже удивился - его брови вверх подскочили от возмущения и скорее изумления, что родной человек, который явно сильнее этой старушки, пусть даже если и омега (ну вдруг он таковым будет являться) совсем не помогает бабушке. Тэхен слишком негодовал от сложившейся ситуации, потому что всегда не любил того, что кто-то более сильный и молодой может спокойно сидеть на шее того, кто слабее или старее. Ты, молодой и здоровый лодырь можешь спокойно поднять свой зад и сделать то же самое, что делает твоя девушка, мама, бабушка или омега! Тэхен видел такие ситуации в городе, когда мужик бухал и спускал все деньги, заработанные по‌том и кровью своей женой на двух работах, и то не на самых оплачиваемых. Омега терпеть не мог таких людей, от чего и сейчас был готов рвать и метать, ведь если в случае с городом он тому мужику ничего не мог сказать в силу своего возраста и недоступности этой самой особи мужского пола, поскольку слышал о нем лишь из рассказов, то здесь может повлиять хоть как то и сделать хоть что то, дабы бабушка больше не надрывала себе спину. Кажется, Тэ уже убежден, что Мин Хва сама тут все выстругала да сколотила. Уже и картинка подходящая в голове нарисовалась, как Мин Хва держала в руках рубанок и стояла в гараже среди стружки древесины, делая столешницу, что стояла неподалеку. — Ох, Тэхен, он уехал, но скоро должен вернуться - улыбнулась бабушка, ведь они заговорили о ее любимом и единственном внуке, - а так он мне очень помогает, ну, или я ему, хах. Чонгук - альфа, потому здесь все чуть ли не сам делает и меня не подпускает даже ни к огороду, ни к тем более чему то, что весит больше одного килограмма. Он очень хорошо воспитан у меня, потому я души в нем не чаю. Мой любименький внучок, - вновь с любовью в глазах и уже теплотой в голосе начала говорить Мин Хва. Видимо, она правда очень любит Чонгука. Тэхен, как только услышал, что тут все делается не бабушкой, сразу же успокоился. Значит, она не страдает на старости лет и сильно печься о ней не нужно. Да ёлки-палки, он ведь и не обязан этого делать! Но сердце ведь не месте потом будет, если он со знанием того, что старый человек страдает, ходить будет да улыбаться и жизни радоваться, которая и так мало ему этой самой радости то дает. Иначе омега бы не остался сидеть на месте и хотя бы поговорил с этим внучком-колпачком. Он даже уже и забыл о тех вопросах, что задавала ему бабушка, а она больше и не пыталась, потому что поняла, что это щепетильная для него тема и пока лучше не стоит спрашивать. Может быть, как нибудь потом, когда Тэхен сам захочет и заговорит об этом. После столь не очень веселого разговора сладкая парочка - гусь да гагарочка, - расчесались языками все больше и больше. Сначала тема плавно и мягко уходила от семейного положения одиночек к ведению хозяйства, где поднимались такие интересные вопросы как: "сколько за 7-8 месяцев уходит тонн дров, чтобы можно было нормально потопить дом?", "где они, местные жители, берут скот и продукты питания, помимо того, что растет на грядках? Не будут же они каждую неделю ездить в город - дорого это, да ещё и трудозатратно", "сколько всего нужно делать, чтобы поддерживать всё в чистоте, красоте и порядке, как у них самих?", и вопросы эти задавал Тэхен, потому что он вел полный бублик в этом, совсем ведь ничего не знает, потому хотя бы в теории ознакомиться стоит. Затем тема разговора была о жизни в городе, и спрашивала уже Мин Хва: "много ли там людей? (да, это слишком очевидный вопрос, но для человека, который ни разу не выбирался в город было очень интересно узнать, какого там, в городе)", "сколько там все стоит?", "живут ли там одни богачи или нищие тоже есть?" и уйму таких вопросов. Тэхен, к слову, тоже не мало их задал про жизнь в деревне. Теперь же две подружки обсуждали уже альф и мужчин, то, какими они порой бывают лодырями, а порой самыми милыми и лучшими на свете мужьями и парнями, обсуждали, какой тип больше всего нравится самому Тэхену и он отвечал уже более глубоко и детализировано, не так как ранее о своей жизни. — Внешность.. мне она не особо важна, но все таки хотелось бы, чтобы мой альфа не был уж совсем уродцем, - засмущался омега от поступившего вопроса от женщины о предпочтениях омеги и оба начали смеяться от выражения "уродец". Потом бабушка описала внешность своего умершего мужа, а после и рисунок показала, который когда то нарисовала сестра мужа, когда тот был ещё молодой. — А он и правда красивый был.. не удивительно, почему вы вышли за него, - улыбнулся омега, посмотрев на бабулю, которая продолжала рассказывать историю их знакомства и как хорошо им было вместе, - кстати, бабушка, вы мне так и не рассказали о том, где же ваш внук. Точно, а я и забыл совсем об этом. Сказали только, что уехал, а куда? — Чонгук в город твой уехал, родной, продать наш урожай да на вырученные деньги купить кое какие продукты, ну, маслице там или макарон. Ну и одежду какую никакую, а то своя старая уже совсем стала. Я пусть и старой закалки человек, но понимаю, что ходить в одном тряпье да шмотье вообще стыдоба уже. Поэтому поехал он туда 3 дня назад, на днях вот вернуться должен, жду не дождусь его никак, всякое же может случиться, особенно после того, что ты мне тут рассказал о вечных снующих повозках то там, то сям да о наркоманах. Что там теперь с моим Гуком будет то.. не отпущу его больше туда, - резко переменилось ее настроение с позитивного на негативное, потому Тэхен сжал губы, понимая, какую ошибку допустил, рассказав старому человеку о подобном. Чонгук, наверное, утаивал подобное от бабушки, чтобы отпускала, а теперь видимо вообще не будет. — А-а.. ну что вы, что вы, - с неловкостью начал Тэхен, слегка улыбаясь, - все в порядке с Чонгуком, наркоманы не пристают ни к кому, прячутся лишь, чтобы не поймали. Коли драку устроят, что же с ними потом будет то? - врал парень, лишь бы успокоить старушку. Не стоило ему говорить об этом, ой как не стоило. Однако даже после его утешительных слов о том, что никто там ни к кому не пристает, Мин Хва все равно осталась при своем мнении, как это часто и происходит у старых людей. Чонгук, видимо, был умнее Тэхена, раз не говорил о подобном старушке, а может сам и не видел их ни разу, кто ж знает. Тэхен вот за всю свою жизнь видел наркомана лишь единожды, и то когда поздно возвращался в детдом, после затянувшейся вечерней прогулки наедине с самим собой. Чайничек уже полностью был выпит, а пироги пошли уже и на обед, и на ужин, от того их практически не осталось, потому что если оба рта. Но ничего, бабушка ещё испечет. За окном уже стемнело, что означало глубокий поздний вечер. Неужели они так долго просидели за чайникомправильно "чашкой чая", я же решила написать здесь именно "чайником" чая?! Мдаа.. во дела. Если он так с каждым местным будет разговаривать до поздна, то никакого лета не хватит наговориться, а ему ещё между прочим нужно дом в порядок привести. Было.. Нужно было привести дом в порядок! Ох.. Тэхен надеется, что там не так грязно, как он думает, хотя, зря. Спустя пару мгновений и омега оказался уже за пределами калитки двора, пока Мин Хва с улыбкой на улице махала ему, говоря слова о том, что завтра так же ждет его на чай. Только вот теперь как он без лампы и свечи будет что либо делать, уже другой вопрос. Ладно, он хотя бы сыт, за что поблагодарил бабушку не раз, ляжет сейчас просто спать и с утра уже начнет убираться и вообще смотреть, что у него дома есть. Вздохнув, Тэхен подошёл к своему дому и уже открыл калитку, собираясь вот вот войти, как вдруг вспомнил, что здесь, возле калитки, стояли его вещи. Главное "стояли", а не "стоят". — А?! - нахмурился сразу омега, вернув свое тело обратно из прохода калитки, - где вещи?! - Тэхен начал озираться по сторонам, но вокруг нигде не было ни сумок, ни хотя бы одной вещички, что могла бы вывалиться из сумки, если бы это собака дворовая куда то бы их утащила, - ох.. чудесно! Теперь ещё и вещи украли! - омега сел на корточки рядом с калиткой, закрыв руками лишь глаза, пальцами впиваясь в лоб и волосы, - и что мне теперь делать? Это вещи мне в детдоме отдали, а стоят на рынке они как золото, откуда теперь брать деньги на них?! Аааа, - выругавшись себе самому же Тэ встал пошел в свой дом, скрипнув калиткой. Да, только кражи вещей ему теперь и не хватало, в добавок ко всем остальным проблемам, что были у него до этого. Озвучивать вновь не будем. Входя в темное помещение, в котором Тэхен мог свидеть лишь какие то большие предметы по типу стульев, стола, печи и кровати, что была уже дальше. Дом был с одной комнатой, поэтому завернув как раз таки в нее единственную, Ким без раздумий подошёл к кровати и стал шарить руками по поверхности, пытаясь нащупать одеяло, чтобы вынести его на улицу и хорошенько встряхнуть, ведь запылилось все за это время. Сегодня поспит как местный алкаш, потому что шарить в темном доме, в котором даже не знает где что лежит (прошу простить, он был здесь в последний раз в 7 лет и вообще не знал и уже не помнил, где лежали все вещи, не только из категории одежды), звучит как плохая идея, ведь он так себе все руки да ноги переломает, а как то не хочется. Но только вот под своими руками он чувствует что то твердое и упругое, да и видит, что что-то чёрное лежит на кровати, явно не одеяло, вернее, одеяло то есть, наверное, только вот на нем уже что-то тяжёлое, что нужно скинуть. Только вот "это" совсем не "это", а "этот". Мужик. Тэ понял это лишь когда тело зашевелилось и ухо уловило недовольное мычание, после которого последовала более красноречивая речь: — Мин, ты что ль? Пришла наконец таки ко мне? Иди сюда, я тебя обниму, - и вытянул свою грязную, вонючую руку из под себя. Да, Тэхен не видел, грязная ли она, но он точно уверен в этом, ибо иначе руки человека, от которого несёт за версту перегаром и алкоголем, выглядеть просто не могут. Как он только раньше этого запаха то не заметил? Или это потому что мужчина как барьер держал всю вонь в себе? Омега вскрикивает и отскакивает от мужчины, а тот только больше удивляется услышанному, - ты чё орёшь то? Не признала меня, что ль? - и медленно поднимается, пока омега, до этого слегка ударившись о стол сзади, пока отходил, в страхе начинает щупать все руками, дабы понять, куда теперь стоит бежать. А бежать надо к бабушке, иначе как другого пути и места, где он может почувствовать себя в безопасности, у него попросту нет. Омега с ужасом в глазах выбегает в ограду, не видит, бегут ли за ним, наверное, мужчина даже ещё в себя не пришел, как Тэхен со всех ног умчался прочь, но наверное он с лёгкостью может его нагнать, хотя, если подумать логически и рационально, то во-первых, зачем ему это делать, а во-вторых, пьяный человек сможет ли вообще быстро побежать, при это не упав? Наверное, ответы и так очевидны, однако сейчас в испуганном юном мозгу есть лишь страх, что в его доме, в его крепости, где должно быть безопасно, где он должен чувствовать себя как в утробе матери или папы-омеги, сейчас кто то находился, и этот кто-то незнакомый ему пьяный мужчина, от того мозг так думать не может. Будь это в книге, Тэхен бы сам подумал, что можно и догадаться, что никто не побежит за ним, но... не когда в такой ситуации находишься ты. Сейчас то Тэ понимает, насколько в доме было темно, потому что снаружи из-за луны он видит хотя бы что-то. Да, жутко и дико страшно, но от этого он и бежит даже быстрее, потому что адреналин бьёт в голову, заставляя выживать. — Бабушка, бабушка!! - кричит Тэхен и бьёт кулаком в ее калитку, потому что она уже заперта изнутри и войти не так то просто. Он то и дело оборачивается, выглядывает, нет ли за ним хвоста, и как же он пока что спокоен, что нету. Спустя небольшое количество времени Мин Хва все таки выходит, сама не менее перепуганная, но Тэхену кажутся эти минуты вечностью. — Господи, да что там случилось? - услышав крики омеги, бабушка скорее поторопилась открывать дверь, и как только это произошло, Тэхен влетает в калитку, резко оборачивается и запирает ее на все возможные щеколды и крючки, сам выпрямляет руки полностью, подпирая ими дверь, будто кто то может сейчас забежать к ним, но нет. Мин Хва, смотря на перепуганного омегу совсем не понимает, что могло его так напугать за те 20 минут, что прошли с его ухода, - Тэхен? Милый, что случилось? - кладет она руку на его спину и парень оборачивается к ней с полными страха глазами. — Бабушка.., - теперь выпрямляется уже сам омега, - в моем доме кто то есть.. там.. на кровати лежал какой то мужчина.. - все ещё не отошедший от увиденного, омега смотрит на бабушку с уже отчаянием и дрожью в теле. Дышит тяжело от бега. И только сейчас Мин Хву озаряет. — Ооой.., - на ее лице удивление, но больше осознание и сожаление от своих же собственных действий, которых она не сделала, - я совсем забыла тебе рассказать, - кладет она быстро руку себе на сердце, будто то, что она не оповестила омегу о ночных визитах что то слишком страшное, что приравнивается к чьей-либо смерти, - Тэхен, из за того, что в вашем доме никого давно не было, туда стали захаживать всякие.. я забыла тебе сказать об этом, Господи, прости, - теперь рука вновь качует на плечо омеги, поддерживая. Тэхен, смотря на бабушку, совсем не понимает, что она говорит. Вернее, понимать то понимает, внимает ее словам, только вот осознать не может. В смысле "захаживать всякие"?? В смысле из-за того, что в его доме никого давно не было, туда стали наведываться алкаши (в данном случае. Это он еще не видел дом при свете, там о-о-о-й как все не радужно - насколько там все грязно и разрушено Тэхен не знает, потому что когда он там был хоть глаз выколи - ничего не было видно)?! С какого это перепугу?! Но даже имея все эти мысли, понимая, что теперь его дом не только его, что это теперь пристанище для кого угодно, кто пожелает, омега поделать ничего не может - мужчина уже там и сделать что-либо с ним в одиночку он не сможет - попросту из-за страха даже туда не сунется, в котором Ким сюда бежал. Ну и самое очевидное - из-за разницы в физическом плане. Но только вот теперь страх сменился негодованием и возмущением, скорее даже злостью на местных, что позволили себе ходить в чужой дом и делать в нем что хотят. Да как они вообще посмели?! Это его имущество! Его дом, а не их! Так какого лешего они туда наведываются?! Тэхен готов рвать и метать, только вот не может - внутренний блок просто не дает этого сделать, однако по глазам и виду парня заметно, что он злится. — Н-но... где же мне теперь жить? - постепенно злость сменяется растерянностью, ведь Тэ не может себе представить, как и куда ему теперь податься, как вернуть свой собственный дом себе же. Это настолько глупо звучит, что омега уже в отчаяние погружается. В этой жизни всё против него - вещи украли, дом оккупировали, так еще и пойти некуда. Он точно не создан для этого мира, чтобы быть в нем счастливым – только горесть и страдания на его пути, всё, большего не дано. Как же бы Тэ хотел оказаться сейчас вместе с родителями там… на небе… Мин Хва, полностью понимая ситуацию омеги, задумалась, как теперь им поступить, и сама сейчас прекрасно головой кумекала, что идти туда не стоит - нет, их не побьют, не сделают что-то плохое, но вот поругаться от души точно смогут, а поднимать шумиху в такой поздний час совсем не хотелось. Да и подними они ее, чего добьются то? Ну, уйдет оттуда добрый дядюшка Ли, или небось кто еще, а Тэхёну что, на грязном и пропитанном алкоголем матрасе спать что ли? В той грязи находиться, как тому же самому дядюшке Ли? Ну уж нет. Такого себе позволить Мин Хва не может - отправить ребенка в такое место, - даже если и видит этого омегу впервые - за сегодняшний день они достаточно сблизились, чтобы дать ему на пару ночей ложе Чонгука, а там он придет авось и поможет как-нибудь. Да даже она сама не будет сидеть сложа руки да и Тэхену не позволит, потому что свой дом - на то он и свой, чтобы жить в нем и не бояться ничего, а если будешь вздрагивать от каждого шороха, то какой же это дом? Нет-нет-нет, так не дело не пойдет, нужно что-то решать до приезда Чонгука, и желательно как можно скорее. Как минимум с тем, чтобы туда не ходил кто не попадя. — Так, ладно, сопли не распускай, пошли в дом, - прозвучало грубовато, но зла сейчас женщина не на Тэхена держит, а на саму ситуацию и в частности на себя, на от того, что не оповестила мальчишку и позволила столкнуться с ужасом в реальной жизни. Она давно была против подобного - мало того, что вечно там играла музыка да молодёжь блудничала, алкаши свои сборища устраивали, так еще это как никак чужая собственность, на которую посягать никто не имеет права, от того и не должен совать свой нос туда, куда не дозволено. А всем не дозволено было, кроме хозяев, которых не было более десяти лет. Да хоть всю жизнь, кому какое дело? Не ваше и всё! Это просто неуважение по отношению к людям. В данном случае к Тэхёну, потому что теперь у него лишь звезды над головой, а не крыша, и не койка, а трава с какашками собак бродячих. Благо он успел познакомиться хоть с кем-то в этой деревне, а еще лучше, что с Мин Хвой, ведь женщина эта доброй души человек и помочь всегда обеими руками "за". Возвращаясь же к ее грубости - так лишь вышло, что под горячую руку сейчас попал Тэхен, но против него она ничего не имеет и совсем на дитя бедное не злится, потому и проводит в свой дом, снова принимая гостя. Вот уж не думала Мин Хва, что так быстро они с Тэхеном вновь встретятся. Женщина сама уже ложилась спать, только-только с посуду помыла, да вдруг услышала те крики и удары в калитку. Честно признаться, у нее тогда чуть сердце не вылетело из груди, и без Чонгука она правда почувствовала себя уязвимой, ведь будь это кто другой с дурными мыслями, защитить ее было бы некому. Уже зайдя в дом, Тэхёну она дала вещи еще с ее молодости (потому что хранила до сих пор в знак памяти и выкидывать было жалко, а омега тут в самый раз приплелся), чтобы переоделся в чистое (хотя бы отдаленно напоминающее пижаму) и лег в ней спать на кровати Чона. Места в их доме не сказать, что много, но и не мало - для одной старушки и альфы точно хватит, а если гости нагрянут, то и для них место найдется, поскольку кровати Чон сделал широкие, сами на полу поспят, а гостей на кровати уложат. Без места не останется никто. А если нужно будет еще пространство, так Чонгук потом достроит комнаты, пристроек всяких соорудит - земля то у них большая, строй и строй, сколько влезет (что желания, что места). Тэ, пусть и стеснялся ночевать у бабушки, к тому же, которая живет не одна, а с альфой, волей не волей все же остался, потому что податься ему и правда некуда. Благо в данный вечер дома не было Чонгука, и Тэхен сможет чувствовать себя менее напряженным, ведь присутствие альфы будет лишь смущать омегу. Да и находиться под одной крышей с альфой ночью... а если кто узнает? Такое потом наплетут, мама не горюй. Только так слухи полетят, что новенький омега в деревне потаскун и к нему и правда может заходить кто угодно. Нет-нет-нет, просто отлично, что в данный момент Чонгука здесь нет. После, переодевшись в вещи бабушки (говоря о том, почему не вещи альфы, спокойно можно вразумить, что не его он омега, чтобы вещи его носить), Тэхен тихо подошел к ней, выходя на кухню, где та пила воду перед сном. — Ооо, вот видишь, как тебе подошло. Просто замечательно село, Тэхен-и! - необычайно обрадовалась женщина, хватая подол легкой голубой рубашечки без пуговиц, которая надевалась через голову, слегка развивая ее на теле паренька, - ну прямо твое! А хочешь, можешь забрать, м? Как тебе идея? Я в ней всего пару раз сходила! Потом поправилась просто, а на тебе она как надо сидит, - улыбалась во все 32 зуба, что говорило о ее необычайной радости, что вещь будет еще жить сколько то лет. Тэхен, явно засмущавшийся от таких слов, медленно отвел взгляд в сторону, чувствуя, как тепло в груди разливается. Всё бы ничего, цвет то правда хороший, и пошив омеге нравится, только вот слишком легкая, любой ветерок подует, так эта рубашечка в миг покажет все прелести худого тела, а этого он никак допустить не может, поскольку является омегой и ему не положено показывать свое тело кому либо, исключением является лишь купание в речке, и то, желательно, чтобы все было прикрыто, ну там, та же лёгонькая рубашечка и шортики, а не полностью голый вид в нижнем белье. Ну и свой альфа. Он тоже является исключением. Может быть еще родители, тут на усмотрение каждого. — Ну, я думаю, что это не правильно как-то - брать у вас вещи, - почувствовал Тэхен уже неловкость от данной ситуации, потому что эти вещи не его, не на его деньги (которых уже нет) куплены, и просто так он принять это не может. — Ой! Да брось ты! - махнула она рукой и состряпала такой вид, будто парень ерунду сказал, - я ее точно уже носить не буду, а тебе в самый раз. Чего лежать добру то и пропадать, а? Забирай, забирай, не мели ерунды! - встала Мин Хва и развернула омегу, проводя его сначала в общую комнату, где спит она, а уже потом подводя его к той, в которой будет спать уже он - к чонгуковой. Концепция в доме такая, что отдельная от гостевой комната была занята Чонгуком, потому что он альфа и должен иметь свое собственное пространство. Да и будь омега, в той же комнате и был бы, не важно кто, да хоть внучка, а не внук, молодым людям важно иметь свое место, отдельное от всех. Особенно это сказывается в те моменты, когда течка или гон начинается — вот тогда точно хочется спрятаться от всех, лишь бы не видели естественного, придуманного природой, процесса. Всей семье не очень хочется наблюдать за тем, как омега по кровати мечется из-за желания альфы, а сам альфа ерзает без продыху на кровати, лишь бы трения найти. А в своей комнате что угодно могут делать - непотребства всякиее, ну а что поделать, когда против природы не попрешь и приходится трогать себя. Возвращаясь к планировке дома, то бабушка спала на кровати в гостевой. — Н-но вы же можете отдать ее будущему омеге Чонгука, например, - еле поспевая под напором женщины, шагал парень к комнате, в которую его вели. — Ой! Да когда он этот омега то будет ещё? Явно не в ближайшие годы, а вещь лежит без дела, так глядишь и сгинет скоро! Так пусть хоть носится тобой. Все, не морочь мне голову, забирай и всё! - подвела она его к двери в спальню, и сама уже пошла к углу комнаты, чтобы помолиться и затушить наконец свечу, что горела на тумбе. Тэхён же, озираясь на бабушку слегка испуганными глазами - будто за дверью комнаты, в которую он сейчас будет заходить, находится альфа, который затащит омегу в своё логово и никогда больше не выпустит - в самое непристойное рабство заберет. На какое-то время его от этой участи спасли секунды того, пока он забирал свои вещи с кровати Мин Хвы, и вновь вернулся с немного опущенной головой к двери. Парень сглатывает вязкую слюну и, берясь за круглую ручку двумя ладошками, прокручивает ее и толкает дверь, наконец открывая. В нос сразу же ударил невероятно приятный запах, не сложно догадаться, кому принадлежал данный аромат - конечно же владельцу этой комнаты. Тэхен, тихо про себя извиняясь перед Чоном за то, что ступил на его территорию без него самого же, съёжившись и телом принявший форму комочка, проходит внутрь и закрывает за собой дверь до щелчка - выхода нет, есть только кровать и ночь, а вернее, тусклый свет от луны, еле-еле пробирающийся внутрь помещения. Вжимая голову в плечи, Тэ прижал кулачки к груди и медленными шажками проходит всё дальше и дальше - к объекту своего прибытия - кровати, что стояла как на зло в самом дальнем правом углу комнаты. Идти по мягкому ковру было невероятно приятно (да тут во всем доме полы покрыты коврами, явно для того, чтобы теплее было ногам, и чтобы не приходилось постоянно в тапочках ходить) ведь ноги были босы, поскольку уж полный комплект одежды с носками и трусами Тэхену, слава Богу, никто не предоставил, потому и идет сейчас голыми пятками по, вероятно, самодельному ковру, что не давал холоду подкрасться к ногам. Аромат леса и шишек в комнате стоял слишком сильно, но из-за чего, Ким пока не мог понять. Явно не из-за того, что само поселение рядом с лесом находится - никак нет - в другой же части дома (в той же кухне) такого запаха Тэхен совсем не наблюдал, а потому ему жутко любопытно узнать, как же альфа (ну или не он) добился такого сильного запаха. Признаться честно, омега наслаждался им, ведь пахло не исключительно побегами в комнате, но и самой елкой - словно недавно ее срубили и поставили в центр комнаты, от сюда и аромат. Но нет. Ничего такого огромного Тэ не замечает в кромешной тьме. И это точно не запах альфы, потому что он был бы и в других частях дома, но Тэ ни разу его не почувстовал, пока прибывал здесь. К тому же, он чувствует небольшие отголоски аромата дождя, который, в свою очередь, Тэ уже ощущал в доме, но просто думал, что это из-за того, что недавно был дождь на улице. А нет. Всё таки это был запах альфы, которого здесь не было уже как 3 дня. Сама комната по виду не представляет из себя что то особенное - двуспальная кровать (видимо хозяин изначально планировал на будущее, чтобы было место и для будущей омеги, а может, для своего собственного комфорта, никто не отрицает), стеллаж деревянный (тут все деревянное) во всю стену, рядом с кроватью тумба, на которую можно поставить что нибудь, например лампу, которая уже здесь стоит, ну и что-то висящее на стеллаже, но что это было конкретно, Тэхен не мог разглядеть, а идти и трогать чужие вещи было бы верхом неуважения с его стороны. Он и так уже ворвался сюда не по своей воле, так что будет по минимуму использовать это пространство. Тэ укладывается на кровать, ранее оставив на ее изножье свои вещи, размещая голову на подушке, набитой полностью перьями - чувствует по плотности, потому что всегда дома на таких спать не любил - предпочитал подушки, набитые гривой коня, что были довольно распространены в его городе на базаре. Торговцы часто продавали такие подушки, из-за того, что их легко было сделать - лошади были у многих. Такая подушка и мягкая, и голова после нее не болит, как от перьевых (по крайней мере у Тэхена), но сейчас жаловаться не ему, поэтому спит на том, на чем дали. Уже здесь, в постели неизвестного еще омеге альфы (рано или поздно они же все равно познакомятся - альфа приедет, а там и встретятся, живут ведь через пару домов), Тэхен ощущает не только благоухание шишек и ели, но и природный аромат альфы - запах после прошедшего дождя. Очень приятно. Боже... от того насколько сильно Тэхена обволакивало это амбре, у него даже голова закружилась на пару секунд и глаза самовольно прикрылись, наслаждаясь мимолетным моментом. Руки машинально натянули плотное одеяло по самое лицо, что носа коснулось оно, где еще больше был сконцентрирован дух Чона. [Он приятно пахнет...] – проскользнула мысль в голове Тэ, и он со стыдом и горящими щеками обнюхивал клочки ткани, что зажимал в ладонях, точно это теперь его любимое дело. Парень точно никому не расскажет о том, что втихую от альфы, с которым даже не виделся, вбирал в себя запах с его же кровати, с его же одеяла, подушки.. никому не расскажет, что спал на его простынях, ведь сочтут непристойным омегой. Странно, что бабушка так спокойно разрешила ему спать в комнате своего внука... к тому же альфы... Но Тэхен не в силах возражать человеку, который помогает ему. Тэхен открыл глаза, направляя свой взгляд к окну, что находилось по ту же сторону, что и изголовье кровати. Небо не было видно хорошо - лишь какую-то его часть, но омеге даже этого хватило, чтобы увидеть звезды на черной скатерти, где место заняли уже маленькие звезды, а не одна большая. Он всегда любил наблюдать за тем, как на небе сияют крошечные беленькие огоньки-звездочки - было в этом свое волшебство, с которым омега каждый раз перед сном делился своими восхищенными взглядами. Теперь там сияют еще две маленькие звездочки - его родители… Тэхен уверен, что они превратились не в облака, как всегда говорили ему воспитатели в детском доме, а в звезды, потому что знали, насколько их сынок любит это явление ночи. От грустных мыслей в глазах Тэхена появились слезы и он, укутавшись еще сильнее в одеяло, свернулся в клубок и отвернулся к стенке, стараясь не заплакать вновь, хотя имеет на это полное право - сегодня его первый день самостоятельной жизни, в который произошло много плохого, чего Тэхен никак не мог ожидать - вещи украли, в его доме спит кто-то чужой, а сам он спит даже не на своей кровати, а на какого-то чужого альфы, которого даже в глаза не видел. Но это меньшее из зол, которое сейчас тревожит Тэхена. Тревожат уже мысли плохие и хорошие воспоминания, которые уже не вернуть. Слезы все-таки сдержать не получилось... Пара огромных капель всё же прорвались из закрытых глаз. — Папы... я скучаю..., - тихо прошептав себе под нос, сжался Тэ, заставляя себя забыть о тревожных мыслях и наконец заснуть. *** Утро выдалось хорошим - омега рано проснулся в теплой постели, вокруг всё так же витал запах шишек, который успокаивал сердце и мысли Тэхена от тех, что были перед сном, за окном пели ранние пташки, кукарекал петух и ярко светило солнышко, благо, не в лицо. Парень проснулся бодрячком и совсем не грустным - лишь не знающим, что делать дальше. Ну встанет он сейчас, переоденется в свою одежду, а дальше что? Куда пойдет то? Логично, что к себе домой, но... как он будет разбираться с тем человеком, что до сих пор находится там? Явно ведь мужчина не встал с утра пораньше, что освободить место для владельца дома, а продолжает спать там дальше. Тэхен не любил такую неопределённость в своей жизни. Он любит всегда порядок, чтобы всё было на своих местах, расставлено по полочкам, прибрано, но сейчас... сейчас в его жизни абсолютный бардак и на своей полочке не стоит даже элементарная собственная безопасность. Куда не подайся - одни проблемы, которые возникают, увы, не по его вине. А чужие косяки разгребать еще сложнее. Тяжело вздохнув от тревожных мыслей, Тэхен предпочел прогнать их пока долой - решать всё стоит по порядку, как он любит. К тому же, вчера что-то еще и бабушка говорила о помощи омеге, поэтому глядишь, ситуация обернется еще не так, как кажется Тэ на первый взгляд. Повернуться может всё на 360 и -360 градусов туда и обратно, и не известно, где будет конечная остановка. Тэхен встал с кровати и только сейчас, при утреннем свете, его взгляд наконец нашел объект столь сильного запаха в комнате - со стеллажа, с самой высокой полки, свисала гроздь шишек, собранная собственноручно, поскольку все они были отделены от ветки и собраны в одно место - огромную связку, не понятно пока как держащую в себе столько побегов. Наверное, здесь их штук 25, не меньше, а потому и запах такой насыщенный и яркий, что пронзил всю комнату ароматом. А еще рядом с этим букетом из коричневых чешуек висит так же несколько штук еще зеленых веток сосны, которые хозяин комнаты, вероятно, собрал совсем не давно - иголки то ведь не пожелтели еще совсем. По истине удивительное зрелище - увидеть подобное в доме человека. Тэхён улыбнулся причудам Чонгука и, заправив постель и переодевшись, двинулся к выходу из этого райского местечка, где на какое-то время обрел покой душой. Омега аккуратно сложил рубаху, данную ему бабушкой, и красивенько положил по середине кровати хозяйки, чтобы не потеряла. Не может принять подарок, а если и заставят, то оставить пока что всё равно негде. Тэхён вышел на кухню и словил удивленный взгляд бабули, которая сначала перепугалась приходу омеги, а потом лишь только удивилась. Сейчас ведь время 6:09, а парень уже на ногах и выспавшийся. Не помятый совсем и, кажется, в хорошем расположении духа. — Тэхён! Ты чего так рано? - брови старушки находились чуть ли не у линии роста кое где седых волос, а голос был на октаву выше обычного. — А.. ну.. я просто выспался, - с небольшим непониманием ответил Тэ, поскольку он просто проснулся, а старушка реагирует так, словно Чонгук неожиданно вернулся со своей "командировки". Тэхен нервно улыбнулся и подошел к Мин Хве, которая готовила новую порцию пирожков, но уже не только с картошкой и капустой, но еще и с и яблочным вареньем. Во сколько же она тогда встала, раз уже подготовила столько всего? Хотя, у бабушек обычно всегда всё готово уже заранее. И тесто, небось, со вчерашнего вечера лежало, и капуста была подготовлена, и варенье наварено, только из банки и доставай. Наверное. Тэхен не знает. — Бабушка, давайте я вам помогу? Всё-таки вы дали мне переночевать у вас, хочу хоть немного вас отблагодарить за это, - с искренностью в глазах протянул омега руки к противню, где уже лежала партия выпечки. Он плохо разбирается в тесте и готовке, так как не успел научиться этому у родителей, а в детском доме, понятное дело, его не будут учить этому. Ну или по крайней мере у Тэхёна в учреждении такого не было, потому знает он немногое, а многое, которое ему теперь так необходимо, предстоит выучить в одиночку. И это пугает - запаса ингредиентов у него не так много, их, можно сказать, ограниченное количество, а в данный момент жизни их вообще нет. Как он будет дальше жить вообще не представляет, ведь вернувшись в свой отвоеванный спустя время дом, что он будет делать? В первую очередь ему, разумеется, стоит побеспокоиться не об уборке, которая так необходима дому, а о продуктах, потому что без пищи он умрет, а там и уборка уже будет не так важна. И вот эта проблема гораздо серьезнее той, что парень не умеет готовить. А учиться в любом случае Тэхену придется, так как в первую очередь он человек и выживать как-то предстоит, а уже во вторую омега, и как всем известно, ему нужно уметь готовить, ибо замуж не возьмет ни один альфа того, кто не умеет даже простых домашних обязанностей выполнять. Так что же это за омега то тогда такой будет? А Тэхёну очень хочется выйти замуж, хочется отыскать любовь всей своей жизни и создавать уют в доме, хочется, чтобы любили и никогда не оставляли в трудные времена, а в счастливые находились рядом и разделяли это прекрасное мгновение, необычайно хочется завести детишек и растить их, вкладывать в них всю свою душу, чтобы выросли хорошими людьми, достойными альфами и нежными омегами. Такой жизни хочется. Хочется такого, как было у него самого в детстве. И Тэхён не раз размышлял о подобных вещах, не раз думал о том, как ему дальше быть и что делать в первый год самостоятельной жизни, потому что вышел из детдома он в середине лета и понятное для всех дело, что вырасти уже не успеет не всё, а если и вырастет, то совсем скудно. Но хотя бы это было хоть... Тэхён уже будет рад, но тут назревает уже другой вопрос - где взять семена, чтобы посадить хоть что-то? Ох… здесь так много всего, с чем Тэхёну предстоит разобраться, и это всё его невероятно нагнетает и до одури ужасает, что хоть вой. Да только слезами делу не поможешь. — Да? Ну давай. Я, конечно, делала это от чистого сердца, чтобы ты на улице не остался, но вдвоем делать всяко веселее, правда? - улыбнулась бабушка и Тэхен был рад, что его помощь приняли и не сказали сесть и просто посидеть рядом. Всё-таки он чему-то да научится. На протяжении нескольких часов Мин Хва и Тэхён мило беседовали, женщина учила неумеху Тэхена лепить правильной формы пироги, показывала, какими способами можно залеплять их так, чтобы было аккуратно, но и при этом "рисунки" выходили разные и красивые, показала, как правильно помещать их в печь, рассказала, на какое время стоит вообще забыть о еде и заниматься своими делами, а потом, когда прийти. Бабушка, конечно, была удивлена, что омега не умеет всего этого и не знает фактически ничего, но позже вспомнила, что у мальчика не было никого, кто мог бы помочь в таком деле, потому не стала напирать и говорить о том, что он должен к его то возрасту всё это уже ей рассказывать да напоминать, а не она ему, но ситуации разные в жизни бывают, вот, например, как у Тэхена, в следствии чего она спокойно сейчас объясняла. Тэхён же впитывал в себя всю информацию. *** После завтрака яичницей и салатом бабушка и Тэхен отправились в дом страдалица, потому что дело уже стоит решать, которое не терпит отлагательств, однако зайти они не успели, как уже увидели валяющегося дядюшку Ли у самой калитки. — О! Вот ты то мне и нужен! - вскрикнула Мин Хва и махнула рукой. Сейчас она явно была крайне раздражена. Мужчина с первого ее вопля не проснулся, после чего бабушка продолжила будить пьяного вдрызг Мёна Ли, что не давало никаких плодов. Пришлось прибегнуть к варварскому способу - женщина вылила всё соджу сверху на лицо пьяницы, которое взяла в доме Тэхена - явно не его собственное. Да, не очень приятно для пострадавшего от данного способа пробуждения, но зато как эффективно то - сразу открыл глаза. Мён с усилием поднял корпус и спокойно, после сладкого сна, расселся на земле, медленно поднимая голову и смотря на двух новоприбывших. До конца он еще не осознавал ничего, что происходило вокруг, потому находился в плене вчерашнего алкоголя. Если еще осознавал хоть что-либо вообще, — вот же бездарь какой! Всё пьешь и пьёшь! - начала она отчитывать мужчину, хотя сейчас это совсем не было к месту, но... раз уж женщина делает это, Тэхён её останавливать не посмеет. Мужчина, находясь еще в полусонном состоянии, словам ее пока не внимал, однако с каждой секундой разум прояснялся всё больше и больше - смотрел он более осознанно с каждой сказанной буквой, и вот уже запах, исходящий от его лица и одежды (вылитого соджу) стал его так же потихоньку приводить в себя. — Мин Хва... милая... я понял тебя... ты уже в который раз эту шарманку заводишь - "не ходите сюда", "не идите туда", "это не ваш дом"... Во-о-от тут уже твои роптания сидят! - вскинул мужчина ладонь к горлу, показывая, где же именно "они сидят", - не приду я сюда больше, не приду, ей-Богу, достала! Кажется, мужчина даже не заметил Тэхёна, стоявшего рядом с женщиной, либо же просто подумал о том, что это стоит другой человек, который его пьяного внимания не удостоен. Ну и слава Богу. Тэхёну не очень хочется с ним взглядом встречаться и на это у него есть свои причины. Тяжело вздохнув, мужчина встал, качаясь из стороны в сторону, как сосенка во время шторма, и поплелся на улицу - за ограду, если быть точнее. Пойдет к себе домой, где, наверное, спит его друг, с которым они вчера вечером поссорились и в следствии чего пришлось прийти сюда и переночевать. К нему самому в дом вломиться не мог - дома дети и жена. Пугать их не хочется. Знал бы дядюшка Ли, что в их общее место для веселья и гулянок уже вернулся законный дачевладелец - ни за что бы не нагрянул. Сейчас же, с пьяной головой и шатающейся землёй под ногами, он не совсем серьёзно относится к истолкованной ему информации, однако после того, как проспится по-человечески, точно поймёт всё и расскажет всем и вся, что ходить к окраине деревни нельзя. И расскажет в большей степени не потому, что добрый и милый (хотя в какой-то степени в мужчине это присутствует), а потому, что сплетни здесь любят с особым ажиотажем. Кто приехал? Зачем приехал? Когда приехал? На сколько приехал? И не счесть сколько еще таких вопросов будет ходить по деревушке между жителями, пока каждая шавка не узнает Тэхёна в лицо, всю его родословную, цели прибытия, планы на будущее и многое другое. Но всё это произойдет, только если Мён Ли вспомнит верещания Мин Хвы после очередного суточного сна. Тэхен посмотрел на бабушку озадаченным взглядом. — Он точно запомнил всё, что вы ему сказали? - с волнением в голосе и взгляде всё же решил уточнить парень, надеясь на тот ответ, что его устроит. Хотя, по правде говоря, сейчас лучше был бы тот, что правдивый. Головой то Тэхен понимал прекрасно, что мужчина и половины не уяснил, что ему прокричали. Мин Хва отвела задумчивый взгляд. — Ну да, с такого бодуна он явно сейчас не понял ни черта. Ладно, вечером еще раз сходим, пошли, - с раздражением в голосе из-за ушедшего мужчины сказала Мин Хва, махая рукой, тем самым заставляя омегу идти за собой. А тот только больше изумился этому, но послушно пошел. Это получается, до вечера он пока что побудет у нее? Если так, то Тэхен совсем не против, однако поговорить на счет саженцев с бабулей стоит, глядишь, может чего даст на рассаду. По приходе в дом, а вернее, на теплую веранду, где вчера они с Мин Хвой приятно проводили время за не одной чашечкой чая, бабушка присела и сразу же черпанула себе ковш воды из бочки, что стояла неподалеку от стола. Жадными глотками пожилая женщина вбирала в себя воду, будто пришла не с жаркой улицы, а с того же бодуна, что был у дядюшки Ли. Тэхен помалкивал и слова пока проронить не смел - переживал, что ему вновь, как вчера вечером, прилетит с горячей то руки. С тяжелым "о-о-ой" ковш был поставлен на стол, а рука помощницы по беде оперлась о его край. Вид у той был нахмуренный и задумчивый, будто она яро пыталась что-то придумать и обмозговать. А так и было, собственно. Взгляд был полностью обращен к плинтусу, брови сведены до невозможности, будто беда не у незнакомого человека случилась, а у нее, и теперь срочно стоило что-то придумать. — Ладно. Пока Чонгук не приедет, поживешь у меня, - вынесла она вердикт, поворачиваясь к парнишке, который тотчас вздрогнул, когда раздался еще один громкий стук железного ковша о стол - кое-кто явно приложил силу для этого действия после утоления жажды. — Ч-что? Н-но... как же... я же буду вам мешать и притеснять вас…, - не мог поверить он своим ушам и решительности столь не молодой особы. Как она вообще пришла к этому в своей голове? Неужели Тэхен выглядит настолько беспомощным, что его даже в свой дом готовы пустить, просто чтобы что? Забыть о своем комфорте, личной зоне, безопасном месте? Тэхен что, настолько похож на бедолагу, что женщина готова пойти на такие меры? Серьезно?! Да. Так оно и было. Он был бедолагой, которого фактически выкинули на улицу. При чем посторонние люди и из своего же дома. А еще до Мин Хвы дошло сегодня ночью, когда она вставала попить, почему в дом никто не приезжал последний десяток лет - умерли хозяева, вот и некому было приезжать, а бедное дитя в детдоме ошивался. Всё стало кристально чисто и ясно, как хрусталь, блестящий на солнце. Мин Хва от подобного, глупого сейчас для неё вопроса, казалось, еще больше рассвирепела. Она чуть двинулась в сторону омеги, будучи раздраженной, будто намеревалась снести его своим вихрем злости с ног, растрепать все волосы, как ураган треплет кусты, а невинный вид, который в моменте стал раздражать, поменять на более осознанный, взрослый, и причем сделать это совсем не осторожно и аккуратно. Ему в конце концов уже 19. Он не маленький ребенок, чтобы таким невинным и наивным быть и надеяться на лучшее. Но женщина совсем забывает, что Тэхен жизни настоящей не видел, буквально вышел из всех благ, которые теперь ему самому придется создавать, руки марать в тех вещах, о которых даже не думал, жить так, как никогда не жил, оставаться одному, как никогда не оставался. Ох Мин Хва, Мин Хва… — А ты что думаешь, я тебя одного оставлю совсем?? На улице брошу, когда твой дом никем не защищен и даже собаки никакой нет, чтобы лаяла да кусала алкашей да кого получше?? - "кого получше"? Это кого? Было "только похуже" в лице "кто не попадя", - я, что, по-твоему, такая бессердечная, что отправлю тебя в твой же дом, куда ходит кто попало, а? Если есть желание познакомиться со всеми местными пьянчугами, то вперед, держать не буду, - махала гневно она руками, что явно показывало, насколько женщина недовольна сказанными Тэхеном словами. Ладони уже было касались тела мальчишки, который становился только меньше и меньше с каждым выкрикнутым словом, - сжимался, - как руки приближались. Уже и к стене прижался бедняга Тэхен, а бабушка всё никак не унималась и пугала всё больше. — Н-нет, я не хочу туда идти... простите..., - голос в тот час же стал тише, а тон превратился в тот, что у мышки, что пищит всегда по ночам, чувствуя себя в безопасности от кого-либо, и выходит на поиски пропитания. Тэ не поднимал взгляда на женщину, что представляла для него сейчас не сколько угрозу, сколько то, от чего бы он просто хотел сбежать. От взгляда особенно хотелось ноги унести - всем нутром чувствовал, что в глазах напротив увидит такую злость, которую даже в детдоме не видел. Да он и видел то там только отвращение, а не злость. Сейчас омега чувствует себя реально мышью, уже обреченной, чтобы быть съеденной котом, потому что единственная норка, что была спасением для него, уже замурована. Чертова покорность с самого детства всегда мешала ему, в следствии чего он выполнял почти что всё, что говорили ему обижающие его люди. Сейчас тоже останется у бабушки, даже если и не захочет. Выбор у него в любом случае есть - не хочешь, что-то не нравится - дверь вон там, и не важно, есть тебе куда-то пойти или же нет, хочешь - будь добр, терпи. — Я-я останусь, - под хмурым взором Мин Хвы Тэхен развернулся в сторону двери, ведущей в дом и, наступая на специальную ступеньку перед ней в помещение, схватился за ручку, чтобы уже потянуть, правда, что бы он там делал Тэ не знает, но главное зайти, как вдруг вновь послышался крик, понятное дело чей и понятное дело кому адресованный. — Ну и куда ты собрался? А корову кто будет доить? А траву на грядках рвать? А белье стирать? Я, что ли? Пошли давай, помогать будешь, - недовольно, все же одного она его не оставит. Женщина запомнила слова Тэхена о том, что он многое не знает и многое не умеет, потому сейчас будет учить его правильной жизни омеги в деревне, чтобы быть толковым и самым дельным из всех, что тут живут, даже если и неумеха. Каждого неумельца можно научить, было бы только желание. А у Тэхена это желание есть. И у Мин Хвы есть. С этого дня у Тэхена и началось обучение жизни. В городе родители всё покупали, в то время как в детдоме всё подавали уже в готовом виде, потому Тэхену даже не приходилось узнавать где, как и что добывается, растет, собирается и прочие мелочи, которые сейчас уже совсем не кажутся мелочами. Нет, он конечно знал, что морковка не на деревьях растет, а картошка не на кустах, но все таки сам лично к этому дела никогда никакого не имел. В детстве же родители ему мало что показывали в огороде, да и не много у них там было то всего - так, цветочки да какая нибудь картошка, которую нужно было просто пропалывать. Поэтому вопросов с каждой минутой появлялось всё больше, а решение Тэ никак не мог найти, в следствии чего бабушка всегда оказывалась своеобразной энциклопедией, информация в которой копилась на протяжении всех шестидесяти пяти лет. Что ж, омега благодарен Мин Хве, что она взялась за него. Совершенно ведь бесплатно и без какой-либо корысти. За просто так. За просто потому, что "надо". А надо ли ей всё это самой? Ответ неочевиден. По какой-то причине она все равно продолжает возиться с Тэхеном и вот он уже за несколько дней научился доить правильно корову, чтобы не причинять ей боли и при этом собирая гораздо больше молока - не проливая его повсюду, а попадая четко в ведро, а иногда даже и в банки сразу (женщина решила так поэкспериментировать и одновременно с этим устроила мини экзамен по пройденной теории и практике, поставив за место ведра маленькие баночки, уже потом сменив их на пятилитровые). Тэхен думал, что Мин Хва хлопочет так с ним лишь по той причине, что без этих знаний никчемный себя в могилу быстрее сведет, чем его помидор вырастет, которого пока даже нет и в саженце, думал, что она просто милосердна и добра к нему. Так и было, на самом то деле, только вот была еще одна причина, о которой Тэхен в вообще не догадывался. Он, следуя за бабушкой, каждый день (прошло уже 3 дня с того самого момента, как они ходили к его дому и их попытки вразумить дядюшку Ли были тщетными) послушно переодевался в рабочую одежду (принадлежащую, опять же, ей, и которая была явно большой для паренька, потому пришлось поясами завязывать тонкую талию, чтобы удобнее было в работе), которую не жалко было, и отправлялся в огород батрачить, но зато набираться опыта. И это давало свои плоды (как мы уже поняли по молоку) - траву рвать каждый дурак сможет, да и отличить, где сорняк, а где действительно то, что нельзя вырвать даже при дуле пистолета не сложно; вещи стирать получилось так же быстро, как и подметать ограду - совсем ничего сверхвычурного - делаешь одни и те же движения по десять раз и думаешь о своем, пока не закончится либо белье, либо территория, которую нужно промести. Тэхен совсем ничего не умел, однако сейчас он с чувством благодарности к Мин Хве делает всё с каждым разом все быстрее и быстрее, ловко набивая руку. Вечером того же дня, когда Тэхен впервые получил втык от бабушки и она на него накричала, как и обещала Мин Хва, они все таки еще раз сходили к дядюшке Ли и это принесло свои плоды - тот, пусть и был немного пьян, слова, сказанные ему, понимал, а еще, как только сказочной красоты омега ступил на территорию его дома, то дар речи у мужчины пропал, потому что Ким был красивее (по мнению дядюшки Ли, исключительно) даже самого Чимина в их поселке, который славился своей внешностью и обаятельностью и не редко пользовался этим в своих целях - то вещицу какую красивую альф просил принести, а те скорее бежали со всех ног искать то, что просил их коварный красивый искуситель, то вкусненького чего нибудь приготовить - обязательно самим, потому что поесть у их мам он может в любой момент, просто зайдя в гости. А еще Тэхен очень похож на одного из тех самых омег, которые жили здесь до того, как пропали. Вся деревня помнит мальчика, который был слишком стеснительным и ни к кому не подходил и постоянно прятался за ноги родных. Тэхена помнит лишь более взрослое поколение, оттого многие удивились, когда услышали о его приезде, но идти и здороваться пока не бежали. Стыдно все-таки было перед ребенком, да и кто он им такой, чтобы сразу со всех ног к нему бежать? Всё-таки ребенок с ними не так много контактировал, чтобы полюбиться. Но приход соседей не был так важен, как приход того, кто осторожно, спустя неделю рано утром, пока Тэхен во дворе доил корову, сгорбившись в три погибели, открыл калитку, а после и сами ворота, чтобы завезти внутрь двора тележку с помощью лошади. Позже показался незнакомый для Тэхена мужчина, который снял с лошади упряжь и забрал животное, уводя восвояси, в то время как молодой парень, ранее открывший калитку и ворота, всё бережно закрыл и наконец повернулся, замечая Тэхена, который выпрямился в спине и с интересом наблюдал за тем, что происходило на его глазах. Он видит этого альфу впервые (Тэхен судил по комплекции тела незнакомца, потому что всё, что свойственно было омегам (внешне хрупкий вид, тонкие руки, худое тело, миловидный вид), у этого молодого человека отсутствовало, и даже наоборот, присутствовало всё то, что присуще альфам - сильные руки, накаченное тело, не такая длинная стрижка волос, как у омег, но а самое главное взгляд, который явно был не такой робкий, как у прекрасного пола, а более уверенный, как и полагается для сильного), хотя, он и с половины то жителей деревни не видел в лицо, хотя живет здесь уже четыре дня, что уж говорить об этом человеке. Они оба замерли, изучая друг друга глазами, и у каждого возникали свои вопросы. Если у Тэхена они были на счет того, почему этот человек сейчас здесь в такой ранний час, что за повозку он привез и кто вообще такой, то у этого самого незнакомца в голове крутятся лишь два вопроса, которые в точности совпадают с тэхеновыми: кто этот омега (потому что в отличии от Тэхена, альфа знает каждого в деревне и видел уже не раз, но этого же видит впервые) и что он здесь делает. Третий же вопрос у него есть личный: почему он настолько красив. Уже потом, где то подсознательно возникают другие задачки: "почему он в одежде бабушки?" - ведь она не каждому дает поносить то, что ее, на этот счет Мин Хва слишком принципиальна и считает, что у каждого должно быть свое и чужое носить не стоит, если есть во что одеться. Бабушка готова сделать это лишь в крайней ситуации, когда другого не остается и помочь просто необходимо - что-то случилось; "почему он доит корову в моей ограде?" - ведь альфа ступил на эту землю на правах собственности, так, как не ступил Тэхен, но даже это не столько важно, сколько почему же утром и почему у него; и один из самых главных "почему он смотрит таким взглядом?". А взгляд у омеги действительно был такой, что пробирал всё нутро - удивленный, изучающий и такой робкий, что олицетворял всю омежью натуру (не только его), за которой всегда нужно ухаживать и оберегать, чтобы никакое зло не коснулось и не смело навредить (однако Тэхен уже успех хапнуть горюшка). Наверное, еще он выглядит слишком невинным. Да, так и есть. Первым отмирает альфа, который собравшись с собой, делает первые шаги в сторону Тэхена, чтобы подойти и узнать всё интересующее его, но мягко, не так прямо в лоб, как обычно любят делать это альфы, а нежно, чтобы не напугать своим напором. Этим Чонгук и отличался от остальных - не напирал и всегда давал время подумать, место, чтобы разгуляться, не чтобы целенаправленно к себе расположить, а чтобы создать благоприятную для собеседника обстановку. Вот и сейчас он шел не хищником на омегу, а подступал тихой водной гладью, которая должна была навевать лишь душевное спокойствие и безмятежность. Но ключевое здесь "должна была", потому что не смотря на эту неторопливость действий со стороны альфы, Тэхен всё же заволновался и слегка подобрался, не зная, чего и ожидать - просто засмущался красивого человека. Честно говоря, его тоже поразила внешность альфы, потому что он имел не типичные для его гендера черты лица, что поражали и заставляли залипнуть только на одном лице, не говоря уже про другие части тела. Тэхену вот так сложно выделить что-то конкретное, особенно сейчас, когда к нему приближаются и явно хотят завести диалог, но в течении дня он обязательно подумает о красивом парне, пока будет заниматься какими-нибудь бытовыми делами, совершенно точно выделит, что же именно его зацепило в его внешности, а пока ему нужно собрать себя и перестать волноваться. Однако дальше анализировать друг друга не позволил радостный женский крик и сама женщина, что выбежала на улицу с раскрытыми объятиями и не скрытым счастьем. — Чонгук, милый!! Ты вернулся! - радостно кричала Мин Хва, сразу вешаясь на шею внука и крепко-крепко обнимая его, показывая, насколько же сильно она соскучилась. Женщина не видела его целую неделю, справлялась в доме и не только со всем сама и честно, ей с трудом давались некоторые дела, потому что многое на себя брал Чонгук и делал тяжелую работу он, а когда это легло на более хрупкие плечи, то возраст дал о себе знать. Разумеется, перед своим отъездом в город альфа наколол дров, сделал много их припасов, чтобы любимая бабушка на напрягала себя еще и этим, заранее вычистил весь курятник и свинарник, чтобы та тоже туда не совалась, воды много натаскал, однако с этим всегда была проблема и сколько бы Чон не носил воды, бабушке все время не хватало и она сама бралась за коромысло. Многие другие дела Чонгук тоже сделал, и это существенно уменьшило энергозатратность в делах, однако везде бывают свои проплешины, как например в виде воды. Ей не с кем было поговорить по душам, глаза в глаза, как она делала это с Чонгуком, некого было поругать за то, что слишком долго не заходит на обед, что вечерами не ходит отдохнуть с друзьями, от того Мин Хва зачастую чувствовала апатию и грусть и хотела, чтобы её единственный живой в этом мире человек вернулся домой целым и невредимым. И вот он здесь. Альфа на секунды отвлекся от заинтересовавшего его омеги и прикрыл глаза, обнимая так же радостно бабушку и улыбаясь. О Боже, эта улыбка... Тэхен готов поклясться, что красивее этой улыбки он еще не видел, не видел ту, на которую так околдовано будет смотреть, откровенно пялиться, считая такое поведение крайне неприемлемым что для одного пола, что для другого, но черт возьми, он очарован и не может отвести взгляд. Уголки губ Чонгука находятся слишком высоко, что говорит о том, что альфа очень радостен и душа его находится на 7 небе от счастья. Но помогает омеге отлипнуть от этого тихого безумия взгляд, брошенный Чонгуком на него лишь для того, чтобы проверить, здесь ли до сих пор находится омега, в то время как сам этот омега как ошпаренный отводит смущенный взгляд, потому что его поймали за небезразличным наблюдением. Поймали и теперь хочется под землю провалиться от неловкости ситуации. Как он только мог так бессовестно таращиться на человека?? На альфу! Что же он теперь подумает? Боже, нет-нет-нет, только не нужно к нему приставать с расспросами, почему он так откровенно себя вел. Он ведь просто из любопытства.. ну, может еще восхищения, но это второе. Первое то было любопытство. И он совсем не заинтересован в Чонгуке, нет. — Бабушка, ну конечно же я приехал, - слегка смеясь ответил ей Чон, нежно проводя руками по родной спине. Голос отдается в ушах, когда Чонгук говорит эти коварные для слуха омеги слова… Ким явно не был готов к тому, что встретит настолько прекрасного альфу в своей жизни. Так теперь он еще и поймал его за.. подглядыванием? Иначе это не назовешь. Альфа подобен Богу, что снизошел на землю и готов сжалиться над Тэхеном за всё то, что натворил в его жизни до этого момента. Чонгук - воплощение искусства – идеальная внешность, которая цепляет с первого взгляда, мелодичный голос, который заставляет слушать его с упоением, пусть омега и услышал пока что только одну фразу, он уже хочет услышать что-нибудь еще из уст Чонгука, прекрасный характер, о котором Тэ узнал из рассказов Мин Хвы – то поможет за просто так кому угодно, кому понадобится помощь, то сам приготовит что-то, отпуская бабушку отдыхать у соседки за разговорами, то дома будет делать на протяжении всего дня те дела, которые показались бы кому-то незначительными и не важными и их бы бросили при первой же возможности, но не Чонгук. Чонгук не усидит на месте и что-то да будет делать, пока его ровесники шастают по дискотекам и веселятся что есть мочи. Тэ даже чувствует небольшое покалывание в области затылка и чуть похолодевшие в моменте кончики пальцев от впечатления и изумления от этого человека. Он правда хороший альфа, о котором мечтают многие омеги в мире (не конкретно о Чонгуке, о таком альфе, как он). Тэ уверен, что на Чона в этой деревне запало не меньше половины прекрасных и нежных сердец, при чем не только омежьих. Кажется, Тэхен вступает в их ряды. [Боже, Тэ, что с тобой происходит... почему ты так пялишься на него…] - а в голове ответа не находится, есть лишь образ этого альфы, отпечатывающийся в сознании. О Боги, помогите Тэхену, кажется, он влюбился, при чем тоже в Бога. Но ладно, если уж быть честным, то это лишь временное помутнение рассудка из-за красоты Чонгука, ничего более, поэтому Тэхен точно оправится от этой встречи, когда альфа скроется с поля зрения. Ну или когда он привыкнет к нему, как к простому соседу. Во всяком случае, омега убедил себя в этом, пока родные друг другу люди обнимались и разговаривали. Тэ сглотнул, собрал всю свою волю в кулак и, встав с насиженного на небольшом переносном пеньке места, преодолел тяжелое для него препятствие в виде десяти метров, подходя к новоприбывшему и бабушке. Было неловко вот так подходить к ним, потому что как будто он тоже, как и женщина, намеревался поговорить с Чонгуком, но нет, у него в голове сейчас единственное — это как бы в словах не запутаться и как бы язык свой сконтролировать, чтобы не подвел. Он просто переволновался от такого взгляда альфы, поэтому чувствует себя подобным образом. Тэхен уверен. Чонгук, вдоволь наобнимавшийся с бабулей, все же отстранился от нее и вновь устремил взор на Тэхена, который молча наблюдал за парой всё это время. Заинтересованность во взгляде альфы не скрылась от зоркого глаза омеги, потому он вновь слегка смутился, ведь теперь оценивали не конкретно его лицо, как это было пару минут назад, а уже его внешний вид - тонкие синие штаны, которые явно были на пару размеров больше, чем сам омега, такая же рубаха, которая была завязана поясом, как и штаны, непонятная вязанная из лыка шляпа, которую омега предпочитал надевать сразу с утра, потому что в течении дня позабудет о ней и слушай потом ворчание бабушки, что солнце напечет голову и свалится потом Тэхен замертво во дворе у нее. Шляпа же эта периодически спадала на глаза Тэ, от того её приходилось постоянно поправлять. Вот и сейчас, когда головной убор чуть сполз вперед, тем самым закрывая собой весь вид на мир, Тэхен поднял тонкое запястье вверх, ухватился длинными пальцами за край вязанного изделия и приподнял его. Чонгук за всеми действиями омеги внимательно проследил и снова притянул, словно магнитом, глаза незнакомца к своим собственным. Гляделки оба любят, видимо. Тэ сглотнул, не понимая, что происходит между ними двумя, потому что они буквально только встретились, а уже происходят странные вещи. Достаточно странные для тех, кто встретился впервые. — Бабушка, не познакомишь нас? - нежно сказал Чон, зыркнув на бабушку, но потом опять же посмотрел на источник своего личного интереса. Ох... с Чоном тоже не все в порядке, потому что ни один омега еще так не цеплял его, как этот. И объяснение ведь этому никак не может найти. Как посмотрел, так с первого взгляда сразу же что-то проскользнуло между ним и робким созданием, да так, что омега тоже это почувствовал, потому что заволновался заметно и занервничал, что не могло не вызвать у него слегка сдержанную улыбку, которую Тэ пропустил в порыве смущения и отведения глаз. Кажется, это будет весьма животрепещущее знакомство...