Детский Сад

— Дойцу~ — Что? — Дойцу, подмени меня! — А ты что, сам не в состоянии? — Ну мне к брату нужно! Ну подмени! Что тебе стоит? — Хрен с тобой, подменю… * * * 7:00 Итак, я здесь. Я в аду. В кромешном, беспросветном аду. За что мне это? За сорок пятый, да? Я не верю, что это происходит со мной. Это не может происходить со мной. Этого просто не может быть! Но я здесь. Я в настоящем аду. И имя ему… Детский Сад. Детский Сад. Всего два слова, а каков смысл! Через час где-то придут дети. Много детей. Очень много детей. Просто ужас, как много людей. Но я выдержу. Стоически. Это же всего лишь дети, я прав? 8:30 Нифига я не прав. Это не просто дети. Это русские дети. Это жестокие, капризные русские дети. Они здесь всего полчаса, а уже орут и плачут! Италия оставил мне список того, что дети делают в детском саду. Итак. Зачитаем. «Еда. Игры. Еда. Сон. Игры. Игры. Игры. Еда». Так. А расписание?! Как я пойму, что и когда делать?! Сколько дети должны есть, сколько они должны играть?! А спать?! Когда, во сколько?! — Дяденька, а где Венециано? – меня за рукав подергал светловолосый мальчик. Я обернулся и посмотрел в его карие глаза, отметив, что на Ивана ребенок не похож. Ну и слава богу. — Венециано уехал к брату, но завтра он уже вернется, — отозвался я. — К брату-у… — мальчик нахмурил лобик и повернулся к другим детям, — Макс, Натаха! Нам не будут читать итальянские сказки! Дети приготовились к новой волне плача. Надо их как-то успокоить. Но как? КАК?! — Ну… Я вам почитаю какие-нибудь сказки, — пытаюсь успокоить их я. — Итальянские? Я поискал на столе и полках хоть одну книгу с итальянскими сказками, но не нашел. — Нет, Венециано забрал книгу с ними. Но я могу рассказать вам немецкие сказки! – нашелся я. Честно, такой реакции я не ожидал… Дети зашумели и из гама я понял, что родители запрещают им смотреть и читать немецкие сказки. Кхм. Не понял. — Почему запрещают? – спросил наконец я, когда шум утих. — Потому что немецкие сказки и мультики – для взрослых! – был мне ответ. Я, наверное, покраснел как любимый Италиями овощ. Стыдно-о-о… — Может, они имели ввиду фильмы и просто взрослые книги? – пытаюсь я перевести стрелки. Но нет. Не вышло. Им, видите ли, родители говорили именно про сказки и именно про мультики. Я понимаю, что дети в этом возрасте воспринимают только сказки и только мультики, но все-таки… Не одни же «взрослые» фильмы и книги у нас снимаются и пишутся! Боже, дай мне терпения… 9:00 Детей надо кормить. Этим я и занялся, когда сходил на кухню и дотащил огромную кастрюлю до своей группы, потому что нянечка сказала, что придет позже. Мужа встречает. Каша. Манная. С комочками. Как они это едят? Молоко. Теплое. С пенкой. Может поэтому Россия вырос таким своеобразным, потому что в детском саду таким питался? Бедные дети… Бедные-бедные дети… Я им сам потом приготовлю обед! Но завтрак уже есть. Хм. Интересно, а им все-таки всегда такое дают? Похоже, что всегда. Дети уныло ковыряются в каше и отфыркиваются от пенки в молоке, но не возражают. Привыкли, да? 10:00 Мне тут сказали, что дети еще должны развиваться и готовиться к учебе. Хм… Как? Пришлось выбежать в ближайший книжный и купить книгу «Интегралы в картинках для детей дошкольного возраста». Развитие же! Хотя продавец на меня как-то странно посмотрел… 10:15 Детям книжка, похоже, нравится. Взяли листики, рисуют что-то. 10:20 Они срисовывали обложку… Книга для них слишком трудная, как они мне сказали. Ладно. Нужно идти другим путем. Выбежал в магазин за новой книгой. Продавец посоветовал взять «Считаем вместе». Легкая она для детей какая-то, но надо же с чего-то начать? 10:30 А эта книжка им точно нравится! Загибают пальцы, бормочут под нос цифры… Здесь я в конце концов преуспел, да? 11:00 Я разрешил детям поиграть. Они почему-то боятся моего командного голоса и вздрагивают, когда я говорю «Бойцы! Играть!». Скорее всего, мне надо обращаться с ними как с детьми, а не с солдатами, но я не привык. Хотя, у меня есть Италия, и если представить, что эта стайка детей – стайка маленьких Венециано, то может получиться. 11:20 Зря я так подумал. Очень зря. — Дяденька, а вы немец? – спросил меня один из мальчиков. Никита вроде бы. — Да, — ответил я, смотря на него поверх книги. — Бей немца! – тут же крикнул ребенок и в меня начали стрелять из водяных пистолетов и из просто игрушечных с пластмассовыми пульками. В нос попали пулькой, в глаз даже. А я говорил, что дети жестокие! А еще они в пах попали. «Гранатой», которую кубик заменял. 13:00 Приготовил им обед из мятой картошки, сосисок и гороха. Задался вопросом, что им налить вместо молока, но нашелся только чай. Холодный. Не нравится мне все это. Совсем не нравится. 13:30 Детям обед понравился и даже очень. Смолотили все, довольные вон играют. Но в войну. Русские против немцев. Почему я должен представлять немецкую армию? Я же воспитателя заменяю, я не обязан с ними играть! Наверное… Сижу за кучей стульев и слушаю, как «русская армия» вопит «УРАА!» и пытается разрушить «баррикаду». Господи, куда я попал?.. 14:35 Немцы думают сдаться. 14:40 Немцы сдаются. 15:00 Веду их на прогулку, на детскую площадку. А точно ли я их на площадку для детей я их привел?.. Горки ржавые, лестницы шатаются, скамейки грязные, домики какие-то… из прутьев железных… косая карусель… дырявые, ржавые лодки… косые качели… Но они радуются! Они действительно радуются этой площадке! Я чего-то не понимаю в жизни, да? 15:30 Конец прогулки. Веду их на полдник. На полдник у них… кисель и булочки. Хм. А я ожидал каверзы. Дети с удовольствием все съели и выпили. 16:00 Укладываю их спать. Шумно, все кричат. Я терплю. — Сказку! – наконец различаю я в криках и начинаю перебирать книги. Случайно беру в руки древнегреческие мифы. А чем миф не сказка? Книга далеко стояла, наверняка им ее никто не читал. 16:05 Зря я это сделал. Им теперь будут сниться кошмары. А в Греции я разочаровался – что за мифы? Убийство на убийстве, главный бог – бабник и где-то даже насильник. А мне стыдно, что я им это читал. 17:00 Бужу детей, веду умываться. Ко мне подходит одна из девочек и протягивает расческу. — Расчешите меня, пожалуйста. Я недоуменно беру расческу и начинаю ее расчесывать. Волосы длинные, путаются. Она вскрикивает, плачет, а я не представляю, что делать! — Потерпи, немного же осталось, — говорю я. — А Венециано не больно расчесывает! – всхлипнула девочка, когда я закончил и оттолкнула меня, острым локтем заехав в ребро. Ступор. Долгий ступор. Больно. А потом меня опять расстреляли из игрушечных пистолетов. 17:30 Нянечка, пришедшая часа три назад, накрывает на стол ужин. Макароны с мясом. Интересно, а что они с Италией едят? 18:00 Половину детей забрали. Другая половина с визгом пытается «уничтожить фашиста». Как бы им объяснить, что не все немцы фашисты? Наверное, им это объясняют позже, ибо я видел многих русских, которые знают различия между словами «немец» и «фашист». 18:14 Моему терпению приходит конец. На меня уронили шкаф. С книгами. Прямо на голову. Немецкая армия опять уничтожена, воспитатель в нокауте. Как Италия с ними справляется?.. 19:00 Забрали последнего ребенка. Я осмотрел поставленный на место шкаф и убрал последнюю книгу. Приложил монетку к шишке на затылке. Больно. Зато этот день подошел к концу. Я могу уходить. Надеюсь, что больше я сюда не вернусь. * * * Тот же вечер. — Дойцу! – раздается в трубке голос Венециано, — Дойцу, я на еще денек задержусь, мне нужно брату еще помочь. Подменишь меня еще раз? НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!! — Да, Италия, конечно же подменю, — со вздохом говорю я, прикладывая к голове кулек со льдом. Разве я могу ему отказать?.. Прощайте. Завтра я, наверное, буду в реанимации и с психическим расстройством. Надеюсь, Италия будет меня навещать. Хотя… — Алло, Гилберт? Ты можешь завтра со мной в детском саду воспитателем поработать?..