Зависимый

Чонгук и правда очень старается позаботиться о Тэхене, он готовит для обоих рамен, время от времени заглядывая в комнату, чтобы проверить как там Ким, который вообще никак даже позу не поменял за долгое время и смотрел в одну точку. Когда еда была готова, то он взял тарелки и принес их в комнату, ставя на тумбочку возле кровати, а сам сел возле брюнета. — Тэша, милый, вставай, тебе нужно покушать, а потом ляжешь спать, хорошо? — Мне надо наркотики… которые ты, блять, смыл в унитаз, — шипит на парня гитариста, но все же приподнимается и вздыхает, — я уйду вечером. — Как скажешь, но сейчас главное поешь и отдохни. Чонгук улыбается и помогает парню сесть, беря его тарелку и протягивая, Ким неуверенно берет ее, косится на Чонгука, но все же аккуратно пробует и удивляется после от того, насколько рамен был вкусный, он такой уже давно не пробовал. — Эм… Спасибо что-ли… Это вкусно… — Тэша, я рад, что тебе нравится, если нужна будет добавка, ты только скажи, хорошо? Ам… Слушай, а что ты любишь из еды, если хочешь, я завтра приготовлю, и ты можешь прийти ко мне. — Сготовить то, что я люблю? — Конечно, все, что захочешь, я хочу тебя порадовать, Тэша. Чонгук ласково касается ноги парня и аккуратно поглаживает ту с улыбкой, заглядывая в его глаза, да только Ким прячет их, отводит смущенный взгляд и старается поскорее все съесть, чтобы укутаться. Давно никто для него такого не делал, это заставляло сердце гитариста вновь оживать. — Могу я тогда попросить курицу в медовом соусе… Я могу купить все сам. — Не нужно, я сам, и я тебя услышал, приходи ко мне завтра после обеда, Тэша. — Спасибо, Гуки. Тэхен по-детски смущается того, что для него стараются и доев, убирает тарелку на тумбочку, после прячась под одеялом, это вызывает на лице Чона улыбку и он со счастливым лицом уходит на кухню, относя посуду, а после возвращается и ложится рядышком, обняв Тэхена. — Я люблю тебя, Тэша, ты такой сейчас настоящий, мне это нравится. Я хочу узнать тебя поближе, что ты любишь, а что нет. — Мать и отца, — перебивает Тэхен Чонгука и поднимает на него взгляд, — ее любил, его нет. Чонгук и не ждал ответа, но получив тот, широко улыбается, целуя парня в щеку и старается узнать чуть больше. — Почему любил, что-то случилось? — Мать умерла, а отец теперь постоянно меня бьет. — Ох… Мне жаль, Тэша, это очень тяжело. Ам, послушай, если он избивает тебя, ты, наверное, не хочешь быть дома, да? — Парень внимательно наблюдает за лицом Кима, чтобы в случае чего сразу прекратить расспросы, получив лишь кивок на свой вопрос он продолжил, — Тогда ты мог бы переехать ко мне, я буду лишь рад, тогда мы сможем больше сблизиться, и я тебе покажу, что наше ‘всегда’ и правда существует. — Что… переехать к тебе? Я не могу, Чонгук, тебя не обрадует дома постоянно видеть наркотики и алкоголь, даже не предлагай мне вновь. — Я готов, Тэхен, правда, говорю же, дай мне только шанс, ты всегда можешь уйти, я тебя держать не буду, я просто хочу попробовать. Я ничего у тебя забирать не буду, обещаю. Пожалуйста. Чонгук нежно целует парня в лоб и прижимает к себе, поглаживая по щеке, а тот закусив губой качает головой. — Мы ведь друг друга совершенно не знаем, Чонгук, это бред, прекрати! — Я люблю тебя, Тэхен, черт возьми! Мы узнаем друг друга, когда будем жить вместе, тебя больше не будет бить отец. — Хорошо, я согласен, теперь отвали от меня, я устал. Парень скидывает со своей щеки чужую руку и поворачивается к Чону спиной, а после обнимает одеяло и тяжело вздыхает, усталость дает о себе знать и Ким проваливается в сон, а Чонгук остается рядом, нежно обнимая и отпускать не хочет, охраняя сон гитариста до самого вечера, пока он не уходит, чтобы найти себе дозу, взять алкоголь и наведываться домой. Сначала старший ждал и надеялся, что парень вернется вечером к нему, но ошибся и грустный лег спать. Только вот уже в пять утра Чонгук с ужасно недовольным лицом шел к двери, ведь кто-то упорно в нее долбил. Конечно, это оказался Тэхен, у которого на плече висела сумка, в руках была бутылка почти допитого вина и сам он был уж слишком весел. — Гуки, милый, я вернулся к тебе, — он смеётся и проходит в квартиру, скидывая с плеча сумку, а с ног кеды, после проходя на кухню, где оставляет бутылку и себя тоже, усаживаясь на пол и зевая, — Гуки, ты где? — Тут я, — Чонгук тяжело вздыхает и подходит к Тэхену, уже сожалея о своем предложении, но присаживается рядом и гладит парня по голове, что сразу же лезет обниматься к старшему. — О, Гуки, мой милый Гуки, как я по тебе скучал. Парень смеется и заваливает Чона на пол, укладывая голову на чужую грудь и закрывает глаза, тут же проваливаясь в сон. — Я тоже, Тэша, может лучше в комнату пойдем? — он ждет ответа, но не получив чуть хмурится и слегка трясет парня за плечо, — супер, меня разбудил, а сам уснул. Чонгук цокает и убирает с себя парня, после думает, как лучше поступить, в итоге он берет его на руки и поднимается с пола, уходя в комнату, где раздевает младшего и укладывается с ним спать. Парни провели вместе не один день и даже не два, они были вместе уже неделю, потихоньку узнавая друг друга все больше, а главное Чонгук не давил на Кима, закрывая глаза на его алкоголь и наркотики. До одного момента. Ким как обычно после сна собирался закинуться наркотиком, чтобы успеть до ломки, только вот нигде не мог найти те. — Гуки, я не могу найти свои наркотики, может ты убрал куда-то, пока убирался? Парень сонно потирает глаза и выходит из комнаты, даже чуть улыбается, только его за обе руки хватают незнакомые люди, наклоняя и заставляя чуть ли не целовать пол. — Прости, Тэша… Чонгук виновато смотрит на Тэхена, что пытается вырваться из рук незнакомцев, но те уводят его из квартиры. Чувства настолько сильно переполняют парня, что он даже не соображает, что происходит, незнакомые люди, машина, в которую его запихнули и ломка, давящая на парня. Смог прийти в себя он только на месте, когда лежал в палате в белом одеянии, а рядом стояла медсестра, ставящая капельницу. — Где я? — Это больница, тебе плохо из-за ломки, но потом станет куда лучше, — незнакомая девушка улыбается и покидает палату, а Тэхен начинает осматриваться, хмурясь от того, насколько все было светлым. Он пытается встать, но замечает, что руки привязаны к поручням кровати. Как бы он не старался освободиться, у него ничего не получалось. День за днем проходили, каждый был только хуже, а отказ от наркотиков давил на парня, но не это было самое ужасное, а предательство Чонгука. Он обещал быть рядом, обещал ничего не делать с зависимостью Кима, но запихал в эту жуткую больницу, где каждый тебе улыбался и слушать не хотел. — Я хочу уйти, я устал здесь находится, — в один день он все же заявляет медсестре спокойным голосом, а та лишь качает головой — Тебе к твоему врачу, только у него ты можешь написать заявление и уйти. — Подождите, я могу уйти? — Конечно, если ты подписывал добровольное согласие. — Но вы говорили иначе! — Дорогой мой, если бы я в первый же день говорила всем, что они могут уйти, как думаешь, здесь был бы хоть кто-то? Девушка как обычно уходит, закончив с делами, а Ким мчится к врачу, не веря, что может уйти от сюда. И ведь да, на следующий день он уже едет домой. Только вот, может ли он теперь называть это домом, Чонгук нагло предал парня, разрушил все его доверие. Только вернуться нужно, там все его вещи и даже документы. А ведь точно, только из-за документов парень смог положить Кима в больницу. Ведь именно там он и узнал его фамилию с инициалами и даже подпись, подделать все у Чонгука не доставило труда и все получилось, как добровольно.