Бокал одуванчикового вина

-Напомнить тебе вкус вина..? Дыхание барда щекотало лицо Люмин. Сердце Барбатоса, несмотря на его божественную сущность, трепыхалось, словно лист осины на сильном ветру. Ему были ведомы эти человеческие чувства. Печаль, страх, радость, отвращение. Но чувство влюблённости он ощущал в первый раз. Архонт прожил немало, но никогда не испытывал таких томящих чувств ни к кому из людей. Ему было оно в новизну. От этого на душе было ещё приятнее. Путешественница ведь даже не осозновала, что до неё Поэт Ветров никого по настоящему не любил. Бард удивлялся от того, что он испытывает. Где-то далеко в груди сладко тянуло, мысли предательски путались в голове, а сам бродяжка млел, смотря в янтарные глаза его милой музы. Так мило и одновременно странно. Смущённая фразой бродяжки, девушка поняла, что бард намеревался сделать. Архонт находился буквально в считанных сантиметрах от лица Люмин. Фразу он прошептал прямо на ухо, отчего у Путешественницы пробежались мурашки по коже. Будто бы обессилев, он склонил голову к плечу Люмин. Дыхание барда девушка ощутила на своей шее. Жаркий воздух бережно касался её бледной кожи. Поэт Ветров обнимал Путешественницу за плечи, загадочно ухмыляясь ей в спину. Прижимаясь к Люмин, Венти слышал как трепыхало ее сердце. -Ну же, - с улыбкой шёпотом начал бард, - не бойся так. Барбатос положил бархатистые ладони на щёки Путешественницы, смотря ей прямо в глаза. Взор бродяжки мог умещать в себе одновременно и детскую невинность, и опьяняющую страсть. Бог ветров был просто очарователен в такой момент. Подрастрепавшиеся волосы, красные от своих же слов щёки, миловидные черты лица и изумрудные "омуты". Люмин находила бродяжку милейшим человеком. Прикрыв глаза, и одобрительно кивнув, она показала это самому Барбатосу. Ликуя внутри себя, Венти притянул личико девушки ближе к себе. Она была так прекрасна. Бард даже успел полюбоваться ею, пока Путешественница млеюще прикрыла глаза. Она полностью доверилась Архонту. Синеволосый это чувствовал и, потому всё делал так аккуратно и трепетно. Барбатос убрал с лица и заправил за уши светлые пряди Люмин. Поглаживая предплечья златокудрой музы, Венти нежно коснулся губами носа Люмин, оставляя невесомые поцелуи. Затем, он коснулся щеки девушки, скулы, поцеловал в уголке губ. Люмин сидела, затаив дыхание. Даже плащ мальчишки так её не согревал, как ощущение его нежных губ на лице. Когда всё лицо Люмин было исследовано устами барда, он наконец вспомнил про вино и губы девушки. Находясь в милиметре от тонких губ Люмин, бродяжка почти в них и прошептал: -Ты просто прелесть, Люмин.. Невесомо касаясь губами уст девушки, бард положил руки на её талию, обнимая со всей сентиментальностью. Из-за недавно выпитого одуванчикового вина, бродяжка и сам был на вкус, как оно. Наклоняя голову в сторону, Поэт Ветров углублял поцелуй. По телу Люмин пробежалась волна мурашек. Сердце забилось в разы быстрее. Положив руки на плечи барда, Путешественница на секунду открыла глаза. Бродяжка был прекрасен с такого ракурса. Девушка рассматривала бы его лицо вечно, если бы глаза сами не закрывались от той трепещущей нежности, с которой Архонт целовал губы Люмин. Улыбнувшись, Венти озорно смеялся прямо в поцелуй. Он в первый раз испытывал ощущение чужих губ прямо на своих. Бродяжка даже не мог подумать, что это такое блаженное чувство. Ощущая смех Поэта Ветров, доносящийся прямо в уста, девушка вздрогнула. Прижимая Венти плотнее к себе, Люмин провёла языком по нижней губе барда, желая попробовать тот вкус вина. Тягуче-сладкий вкус остался прямо на языке. Губы барда были невероятно мягкими, пропитанными дурманящим алкогольным напитком. Ошеломлённый такой смелостью девушки, бард всё также ухмыляясь, решил игриво взять инициативу в поцелуе на себя. Жмурясь от удовольствия, взяв девушку одной рукой за талию, а другой за руку, переплетая их пальцы, Венти слегка подался вперед, заставляя Путешественницу прогнуть спину, словно танцуя вальс. Их поцелуй был таким неумелым и детским. Зато таким чувственным. Они изливали всю свою бурю эмоций и чувств, успевших накопиться за такое время.Барбатос облизнул губы Люмин, заставляя её сполна ощутить вкус мондштадтского вина. Казалось, Путешественница могла опьянеть лишь от сладких уст барда. У солнечного сплетения до низа живота приятно тянуло. Бродяжка покусывал и облизывал губы девушки. Сняв беретку с головы Архонта, Люмин запустила руку в его шелковистые сапфировые волосы, поглаживая. Поэт Ветров, млел и иногда протяжно вздыхал и мычал прямо в губы Путешественницы. Поймав момент, когда девушка приоткрыла рот, шаловливый бард не теряя зря времени, скользнул языком в рот девушки. Отчётливо почувствовался вкус алкоголя. Щёки Люмин приобрели пунцовый оттенок. "Хорошо, что закрыла глаза" - подумал про себя бард, с краснеющими щеками, от своей же шалости. Исследуя ротик Путешественницы, бродяжка гладил спину и талию белокурой девушки. Воздуха перестало хватать. Неохотно разрывая поцелуй, Венти начал рвано вдыхать воздух. Между ними растянулась ниточка слюны, исчезнув через секунду. Смущённо отводя взгляд, девушка тоже через силу набирала в легкие воздух. Казалось, пока она целовалась с бродяжкой, девушка даже забыла о необходимости дышать. Обхватив личико Путешественницы ладонью, бард с озорством во взгляде снова взглянул в эти янтарные очи. Ему хотелось смутить юную девушку. Не дожидаясь того, что Люмин ему что-то скажет, бродяжка потянулся к бледной аккуратной шее Путешественницы. Одной рукой убирая мешающие белёсые локоны, другой обвивая её элегантную шею, Венти трепетно коснулся губами незащищённого участка кожи. Со сладкой настойчивостью исследуя шейку Люмин, бард вкушал этот утончённый запах сесилий, который источала девушка. Архонт касался горла не только губами, иногда и языком, оставляя влажные дорожки, по которым проходился небольшой поток ветерка, созданный проказливым бродяжкой. Люмин томно вздыхала. Ощущение этих горячих губ на шее казалось таким аккуратным и правильным. От каждого поцелуя у девушки проходилась волна мурашек по коже. Венти наклонился к самому уху Путешественницы. -Я чувствую себя преступником целуя тебя ночью на крыше... - Барбатос сказал фразу, выдыхая прямо в ухо Люмин, утыкаясь носом в шею. -Будто бы я похитил принцессу, заточённую в башне, а теперь целую её сидя на крыше глубокой ночью... - бард игриво захохотал, смотря на небо. Смущённая донельзя девушка, неловко улыбнувшись устремила взор вниз. - Да ты слишком милый для похитителя, - Люмин не поднимая взгляда, решила подразнить синеволосого. - не осмелился бы похитить царскую дочку! Поддавшийся на подкол своей белокурой музы, Венти игриво ухмыльнулся. -Милый значит..? Ах, сейчас я покажу тебе какой я "милый"! - Барбатос уже не пряча улыбки, накинулся на, еще не успевшую одуматься Люмин. Громко смеясь, бард начал щекотать девушку, используя свой Анемо Глаз Бога. В конце концов, повалив Путешественницу на спину бард довольно хмыкнул, нависнув над ней. Продолжая щекотать вырывающуюся Люмин, бард убрал волосы от её лица. Внезапно прекратив "мучать" Путешественницу, бродяжка наклонился к её лицу, тянясь за очередным поцелуем. Девушка закрыла глаза, делая вид, что не против. Но вот, когда бард уже почти коснулся заветных губ, Люмин смеясь толкнула Архонта, вырвавшись из его стальной хватки. -Ах ты, белокурая бестия! Какая непослушная принцесса досталась именно мне! - выпалил сквозь смех Барбатос. - А ведь я всё равно поймаю! Люмин, бежала от синеволосого мальчишки и, раскрыв свой планер перелетела на соседнюю крышу. -Попробуй догони! - запыхавшаяся, смеющаяся девушка не на шутку разошлась, в попытках раззадорить бродяжку. Прыгая с крыши на крышу бард и Путешественница не заметили, как выбрались за каменные стены Мондштадта. Люмин летела, расправив планер, врученный ей когда-то Эмбер. Барбатос за ней, вновь приняв форму Архонта. Приземлились они на одуванчиковом поле. Тяжело дышащая девушка прыгнула на землю и остановилась, удивляясь красоте окрестностей города Свободы. Быстро догнавший её бард подбежал со спины. -Я же говорил, что догоню! - синеволосый повалил девушку прямо на поле мягких одуванчиков, раздувая их семена. Шутки ради прижимая запястья Люмин к земле, Венти потянулся уже за, как казалось ему, честно заслуженным поцелуем. Трепетно касаясь губ Путешественницы, Архонт переплетал пальцы девушки со своими. Слегка сминая чужие губы, Венти вновь задорно усмехался прямо в поцелуй. Второй их поцелуй уже не был таким невинным. Но он всё также оставался таким же чувственным. Отрываясь от губ девушки, Венти взглянул на лицо Путешественницы. Растрепавшиеся локоны, пунцового цвета щёки, красные и слегка пухлые от поцелуев губы. С детской наивностью в голосе, Венти отпрянув от лица Люмин, произнес: -Теперь поняла? Никакой я не милый! - с улыбкой протянул бродяжка. -Ничего я не поняла! - смеясь, девушка подскочила и побежала дальше в поле одуванчиков. Срывая прелестные цветы по дороге, делая из них большой букет, она бежала всё дальше. -Ветерок, постой! - Барбатос изнемождённо, но с улыбкой на лице протянул эту фразу. Видя, что Путешественница остановилась, бард побежал к ней. Люмин держала в руках целый букет одуванчиков. Такие нежные и светлые, как сама девушка. То и дело поправляя, развивающиеся на ветру косички, Венти наконец добежал до своей златокудрой музы. Положив тёплые ладони поверх её, Поэт Ветров наклонился, понюхав "цветы Свободы". -Я сплету тебе венок! - мечтательно сказал бард, беря огромный букет одуванчиков в руки. Садясь на землю, Венти начал нежно перебирать в руках каждый цветочек, вплетая их в венок. Девушка села рядом, кладя голову прямо на плечо Барбатоса. Занимаясь венком, бродяжка гладил нежные локоны Люмин с помощью Анемо силы. Спустя некоторое время, Архонт доделал веночек, одевая его на голову Путешественницы. Очаровательное зрелище. Девушка с янтарными глазами, в белом, как облака платья, с шелковистыми, белёсыми локонами и нежным венком из одуванчиков на голове. В груди у барда приятно тянуло, даже от одного взгляда на Люмин. -Ты просто очаровательна...