Искра меж двух огней

Жалящий промозглый ливень барабанил по панорамному окну. Старк сидел напротив в мягком плетеном кресле, попивая виски, и отдыхал. Впервые за долгое время он смог наконец вырваться из Башни в свой загородный особняк, в котором не было вездесущей Пятницы, навороченной мастерской, многочисленных роботов (не считая парочки напольных уборщиков). Для Старка, человека, привыкшего жить в окружении последнего слова техники, было несвойственно иметь нечто столь приземленное, как данное пристанище, сооруженное из деревянных балок с обычным кирпичным камином (для которого нужно самостоятельно нарубить и натаскать дров), и даже обычной раковиной, стоящей вместо посудомоечной машины. В доме царил уют, покой и тишина — то, чего Тони не хватало прошедшие тяжелые месяцы. Мужчина все также был героем всея Америки, Железным человеком, гением, миллиардером, плейбоем и далее по списку. Но одному Дьяволу известно, как Старк уставал от подобного. И лишь здесь, на самом отшибе Нью-Йорка, он мог вдохнуть полную грудь свежего, не загаженного выхлопами газа воздуха, и насладиться одиночеством, приводя крутящиеся то и дело вокруг одного паукообразного (с которым он не разговаривал уже больше месяца, после той злополучной близости) мысли в порядок. В дверь тихо поскребли. Тони бы и не услышал этого за нескончаемым потоком дождя, играющего свои вечерние серенады, но тем не менее, он отреагировал на звук, разворачивая голову в сторону входа. Гостей он не ждал. Более того, об этом месте, о его личном одиноком уголке не знал ни один из Мстителей или приближенных людей, а Пятница была строго запрограммирована не выдавать координат даже под страхом смерти. Едва различимый стук повторился. В Старке взыграло любопытство, и, отставив олд фешен с недопитым виски на журнальный столик, мужчина отправился встречать незваных гостей. Наравне с распахнутыми дверями в нос Тони ударил металлический запах крови. Под ногами смешивались потоки воды, грязи и кровавых сгустков, медленно стекавших в ближайшую канализацию. Косяк двери и правая стена были сплошь в красном оттенке, и в завершении всей картины — Питер… Юноша был белее полотна, тяжело опирался о стену, держась за бок, надрывно дышал, что, казалось, любое дуновение ветерка сейчас могло сбить его с ног плашмя на промокшую землю. Костюм, созданный Старком из нервущегося плотного, но дышащего материала, висел бесформенными тряпками на сплошь израненном многочисленными порезами теле. И лишь маска, которую спайдик держал в руке, каким-то чудом сохранила свой первоначальный вид. Юноша отклеился от стены и, слегка пошатнувшись, поднял заплывшие кровью глаза на Старка. Даже попадающий под карнизом редкими каплями дождь не мог полностью стереть этот ужас. — Не знал, к кому пойти… — хрипло прошептал Питер, и, по всей видимости, это последнее, на что у него хватило сил. Все, что запомнил юноша после, — сильные руки, подхватившие его обмякшее по щелчку пальцев тело.

***

8 месяцев назад. — Ты решил открыть в моей Башне детский сад, Роджерс? — Вздернул угольную бровь Тони, переводя взгляд с рабочего планшета на переступающего с ноги на ногу юношу, стоящего рядом с Капитаном Америка. На подлокотнике дивана, в котором с удобством разместился мужчина, стоял утренний, уже давно остывший кофе, а к ноге прижималась, грея голую спинку о горячее бедро, любимый питомец Старка, Луя. Начало дня обещало быть идеальным, если бы не позвонивший получасом ранее Стив с известием о сюрпризе. Посему выходило, что вот это русое кудрявое нечто с огромными глазами Бемби и было так называемым «сюрпризом», который уже Старку не был по душе. — Вообще-то мне двадцать один, — выступил в свою защиту парень, воинственно задирая подбородок и прищуривая глаза. Голос, на удивление, и правда не был детским, — глубокий, бархатный, — но вот округлые наливные щечки с рассыпанными по ним солнечными веснушками создавали впечатление с точностью да наоборот. — Уверен? — усмехнулся мужчина. — Может, ты выдаешь желаемое за действительное? — Тони, поумерь свои таланты, — мученически вздохнул Стив, потирая переносицу. Ему этот юмор Старка и врожденная вредность уже поперек горла стояли. Но за те годы сражений бок о бок и довольно частых посиделок в дружном круге Мстителей, Роджерс просто принял это как данность. Он понимал, что по большей части, сарказм и издевки миллиардера — лишь защитный механизм. — Лучше познакомься с новым членом нашей команды. Питер Паркер. — С каких пор мы принимаем в команду желторотиков? — Тони было, по сути, все равно, кого они в действительности принимают в команду, ибо не сомневался, что каждый из кандидатов был отобран максимально тщательнейшим образом и на все сто десять процентов одарен силами. Но тем не менее, перед Старком сейчас стоял во истину обыкновенный подросток, со скудной комплекцией тела, завернутого в бесформенную мешковатую одежду, с тонкими руками и слишком горящими азартом для такой работы глазами. — А вы не переживайте так, — приподнял уголок тонких губ Питер, в намеке на ухмылку, — считайте, что я на замену старым и немощным. — Юноша посчитал, что если Старк так негативно отзывается о его юном возрасте, то и он вправе отвечать той же монетой. — О, смотри-ка, по твою душу, Роджерс, — отбрил Старк, хоть и прекрасно понял шпильку в свой адрес. А юнец-то имеет зубки, которыми не стесняется хвастаться. Хотя не на того решил он покуситься — в словесных перепалках Старк всегда занимал лидирующую позицию. — Угомонитесь оба! — не выдержал в итоге Капитан, переводя укоризненный взгляд с одного на другого собеседника. — Тони, ты сам себя ведешь сейчас не лучше подростка в пубертате. Заткни свои остроты и познакомься с Питером как подобает. Он способный малый. Медленно, будто нехотя, с долей ленцы, Тони поднялся на ноги. Откладывая планшет и поднимая вместо него на руки кошку, которая тут же начала мурлыкать и ластиться о шею хозяина, мужчина подошел к юноше, заглядывая тому в глаза. Старк не отличался высоким ростом и был выше подростка всего на полголовы, но при этом, он умел смотреть на людей так, словно они не важнее пыли под ногами, по которой мужчина ходил изо дня в день. И да, это был именно тот взгляд. Несмотря на миловидную и вполне себе мягкую внешность, Питер оказался не их тех, кто опустил бы голову, сбежал или позволил дать себя в обиду. Старк любил таких людей, которые смотрели так же прямо, не позволяя мешать себя с грязью, но вместе с тем и ненавидел, ведь они отказывались танцевать под его дудку, а это большой удар по раздутому эго. — Пока я являюсь лидером команды Мстителей, — обманчиво мягко, аки карамель, заговорил Тони, — ни один зарвавшийся юнец не вступит в наши ряды. Но справедливости ради могу предложить место стажера с испытательным сроком, разумеется. Глаз Питера нервно дернулся. Обойдя явно планирующего высказать много не нового о миллиардере юношу по дуге, Старк нацелился на выход, попутно похлопав возведшего очи горе Стива по плечу. Ближайшее будущее обещало быть весьма интересным.

***

Наши дни. — Твою мать, Паркер, что случилось?! — Старк в скором темпе перенес отключившегося юношу в дом, прямо на диван, плюя на то, что не прекращающаяся литься кровь замарает дорогущую обивку. Мужчина судорожно пытался вспомнить, где хранит аптечку, и впервые за все это время, искренне жалея, что этот особняк не напичкан под завязку техникой и роботами, уж те смогли бы оказать первую помощь, в отличие от напуганного до икоты Старка. Питер дышал надрывно, словно окружающего воздуха было недостаточно для полноценного функционирования легких, что означало их повреждение. Неосознанно, пальцы, сводимые судорогой, цеплялись за Тони, разрывая на нем одежду от бесконтрольности сил. Юношу лихорадило от большой потери крови, и несмотря на то, что он провел много времени под ледяным дождем, тело было горячее печки. Старк не знал, за что схватиться в первую очередь: пулевые ранения, ножевые, переломы, лишь бы не навредить еще больше. — Так, хорошо, возьми себя в руки, Старк, — пробубнил себе под нос, отвешивая мысленную пощечину и приводя разум в холодный расчет. К слову, те самые руки трусились как у заядлого алкоголика, ведь сейчас мужчина переживал за жизнь и сохранность самого дорогого для себя человека. Тони дорезал ножницами те жалкие остатки, называемыми ранее костюмом, и понял, что настоящее в разы хуже его представлений. На невидимых до этого участках также было много ран, несколько из которых были сквозными от пуль (благо не по органам), и все тело Питера напоминало один сплошной синяк. Тони начал сильно сомневаться, что та самая хваленая регенерация справится с таким количеством увечий, но он не имел права медлить. — Если ты умрешь, Паркер… я тебя убью! — рыкнул Старк, доставая из заднего кармана Старкфон и набирая номера нужных ему сейчас, словно воздух, людей.

***

4 месяца назад. — Что он тут делает? — Старк ткнул пальцем в мельтешащую под потолком пластичную фигуру в черных велосипедках и белой майке. За время работы на пару с Питером мужчина не знал, поклоняться этому юному дарованию или же прибить на месте, словно надоедливого паука в углу, и больше не мучиться. Каждый божий день сопровождался бесконечными подколками в адрес друг друга, возмущениями, перепалками, и только в мастерской, на удивление, они хранили холодный нейтралитет. Юноша работал в направлении биоинженерии, а Тони хоть и был знатоком в этой области, не лез не в свое поле работы. Так и повелось, когда Мстители уставали от творящегося вокруг них цирка, то запирали скандальную парочку в мастерской и минимум двенадцать часов наслаждались идеальной тишиной. Но вопреки хорошему, имелась и темная сторона. Тони и Питера ни в коем случае нельзя было сталкивать друг с другом в тренировочных залах, иначе наступал апокалипсис. Считая, что это то самое место, где можно не сдерживать свои силы и неприязнь, они на полную отрывались в игре «Кто кого больше изувечит», и ни разу не было, чтобы тренировка закончилась без кровопролитий. Когда Тони узнал о нелегкой судьбе юноши, радиоактивном пауке, смерти его самых близких родственников и полной картине сил, то даже слегка зауважал его. Минут на пять. До первой же перепалки. Питер был очень отважным и, на удивление, высоких моральных принципов человеком. Он не растрачивал свою силу понапрасну, помогал всем вокруг, снимал бабушек с деревьев и переводил котят через улицу, останавливал особо опасных преступников, защищал честь девушек, — не требуя ничего взамен. Никто не знал личность, спрятанную под маской Человека-паука, и юноша не собирался её раскрывать, чем заставил восхищаться собой ещё больше. Ведь тем самым он говорил всем, что не требует каких-либо привилегий и особых благодарностей. — Вообще-то сегодня у нас совместная тренировка, на которой он имеет право быть, — проворковала выходящая из женских раздевалок Наташа, приветливо махая рукой спайдику. — Вообще-то в детском саду ещё не закончился сон час. Вот там он имеет право быть, — фыркнул в ответ Старк, складывая руки на груди, отчего футболка, идеально сидящая по размеру, обволокла литые мышцы приятным давлением. — А вы для какой-то определенной цели узнавали распорядок детских садов или любопытства ради? — спрыгнув с потолка, грациозно приземляясь на обе ноги, вопросил парень, посылая легкую улыбку мужчине. Старку при первой встрече показалось, что Питер очень худой и слабый. Но на деле юноша оказался жилистым, пластичным, с легкой развитой мускулатурой, — все, как и любил Тони. Если бы не их взаимная неприязнь… — Хотя вам, мистер Старк, уже нужно подыскивать место в доме престарелых, а не гнаться за мнимой молодостью. — Очень остроумно, шкет. Небось всю ночь шутку сочинял. — Буду я ещё тратить ночное время на подобное, — закатил глаза в ответ Питер, и Наташе с Роджерсом показался этот жест подозрительно знакомым. — У меня есть более интересные занятия, — двусмысленно протянул юноша следом, нарочито медленно проводя кончиком языка по тонким губам. Кадык Старка дернулся, что не осталось незамеченным для спайдика. — Соболезную твоему партнеру, заниматься сексом с неопытным растяпой — та ещё морока, — хмыкнул Тони, так и не оторвав горящего уже не только злостью взгляд с розовых губ. — Это вы процитировали своих бывших пассий? «Заткнуть бы этот дрянной рот членом и занять делом неугомонный язык, было бы славно» — думал про себя Тони, на деле же подойдя почти вплотную к юноше и склоняясь к самому уху, чтобы услышать это мог только он. — О, поверь, Питти, после ночи со мной, мои пассии не то что говорить, а даже стоять были не в состоянии. А ты бы на их месте не мог бы сидеть. Пару дней минимум. — Бархатистый, с хрипотцой голос обласкал чувствительный слух, и Питер нервно выдохнул сквозь стиснутые зубы, стараясь заглушить зарождающуюся внутри волну возбуждения. По светлому лицу заходили желваки, и юноша поспешил отстраниться, лицезрея на самовлюбленной физиономии победную ухмылку. Хорошо, этот раунд за ним. — Бога ради, снимите себе комнату, — устало проворчал Стив, которому до тошнотиков надоели вечные склоки между Тони и Питером. И огонь, разгорающийся между этими двумя, едва ли можно было назвать ненавистным. Все вокруг понимали, к чему идет история, но лишь Старк со своим врожденным сарказмом и Питер с диагнозом упрямца напрочь отказывались принимать очевидное — взаимную тягу. Пусть и выражающуюся в довольно странной форме. Вообще, подобное бесило не только Стива, но и в принципе всю команду. Один раз Наташа, как истинная уроженка России, пыталась споить двух врагов и вывести на чистую воду. Да вот только ускоренная регенерация и метаболизм спайдика не давали тому опьянеть, а Старк всегда знал свою меру, не превращая сие действо в балаган. Так и получилось, что из них троих в алкогольную эйфорию погрузилась сама Романова, удобно устроившись после на диване, слушая в полудреме перепалки между двумя детьми. Роджерс пытался просто поговорить. Стоит ли уточнять, в какие дали был послан Капитан из уст каждого из конфликтующих сторон? Питер вздрогнул от слов Роджерса: представил картину того, как Тони втрахивает его стонущее от экстаза тело в ближайшую стену, попытался изобразить брезгливость, но на деле же лишь сильнее возбудился. Чтобы никто из присутствующих не заметил его раскрасневшихся щек, Питер одним слитным движением прыгнул в сторону потолка, цепляясь паутиной, выпущенной из запястий, за перекладину. С этого момента и началась нещадная тренировка: Романова, без объявления войны, запустила в направлении спайдика одно из мини-лезвий, рассекая липкую субстанцию, на которой висел парень, отчего тот полетел ласточкой, в последний момент успев зацепиться за стену. Подключился Роджерс. Он был довольно быстрым, и хоть и не умел лазать по стенам, как паук (справедливости ради, никто, кроме Питера, так не умел), все равно умудрялся наносить удары, целясь своим щитом. Стоило в бой вступить Тони, Питер распалился не на шутку. Словно ручники с его паучьими инстинктами выкрутили на максимум. Юноша пытался выплеснуть свое возбуждение с адреналином в тренировке, и, судя по тому, что его сознание абстрагировалось от окружающего мира, работал тот на голых рефлексах, у него все получилось.

***

Наши дни. — Давай, Питти, открывай глаза. Медленно, — мужчина пропускал мягкие завитушки локонов сквозь пальцы, даря незатейливую ласку, следя за трепыхающимися, слово крылья пойманной в паутину мухи, ресницами спайдика. Юноша силился пошевелить хоть чем-нибудь, на худой конец хотя бы мизинцем, но все было тщетно. Веки и те не поддавались контролю, но пересилив тупую боль, Питер все же приоткрыл глаза. Тут же яркий свет ожог чувствительную роговицу, и, дернувшись, юноша постарался прикрыть их ладонью, за что тут же был остановлен Старком. — Тише, шкет. Иглы вырвешь, — Тони понизил освещение в палате почти до минимума, и единственным источником света стало заходящее за горизонт солнце, льющее лучи сквозь незашторенное окно. Кто бы знал, какая буря эмоций клокотала сейчас в Старке, ураганы будут менее масштабной проблемой в сравнении. — Хватит уже меня так называть, — вяло огрызнулся Питер, послушно опуская руку на место, переводя слегка расфокусированный взгляд на грозное любимое лицо. Он уже боялся, что больше никогда не услышит этого раздражающего, но такого нужного сейчас голоса. В беспамятстве, юноша тянулся за ним, как утопающий за соломинку, и, хвала Дьяволу, это вернуло его к жизни. — А как мне тебя называть? Самоубийцей? Идиотом? Безрассудным? — Тут же вспыхнул аки подожженная спичка Старк, подскакивая на ноги, испепеляя мальчишку гневным взглядом. Да он постарел на несколько десятков лет, пока ждал оглашения вердикта врача и конца операции! — Пятница рассказала мне, что произошло. И ответь на вопрос: ты головой повредился, парень?! Объясни, какого черта ты в одиночку без предупреждения, подготовки, плана, оружия, в конце концов, сунулся к главе мафии, похищающего детей?! — Он был опасен, — дернул плечом юноша. — Это я сейчас для тебя опасен! Помяни моё слово, как только ты встанешь на ноги, я тебя так выпорю, сопляк, что мало не покажется! Надоело твое безрассудство, и знаешь что!.. — Тони, — юноша коснулся подрагивающими пальцами сжатого в ярости кулака мужчины, мягко ему улыбаясь, прерывая тем самым разгоряченный монолог. Питер и правда думал, что не выживет в той заварушке: слишком много было врагов, слишком сильно он волновался о судьбе детей, запертых в подвале без еды, воды и воздуха, слишком боялся оплошать и не успеть, потому и ринулся стремглав, сломя голову, совершенно не подумав о том, что будет сражаться в одиночку, голыми руками. Но страх больше никогда не увидеть Старка напрочь перекрывал все ранее перечисленное. — Обними меня, пожалуйста. Потом отчитаешь. — И не дожидаясь действий со стороны Старка, сам потянул мужчину на себя. Тот, потеряв равновесие, приземлился рядом со спайдиком, и юноша тут же прильнул ближе, утыкаясь холодным носом в пульсирующую венку на горячей шее. Тони опешил. — Питер?.. Тебе все ещё плохо, да? Тебя слишком сильно приложили головой? Думаю, стоит позвать врача. А лучше сразу психиатра, — шокировано выдал Старк, вопреки словам обнимая Питера в ответ, вдыхая родной карамельный запах. Хоть такое поведение и не было свойственно юноше, мужчине и самому жизненно важно было ощущать руками теплое, живое тело, убеждая себя, что все самое страшное позади. Питер засмеялся. Сквозь слезы юноша смеялся от облегчения, обещая себе признаться Тони в нечто важном, как только ещё немного поспит.

***

Месяц назад. — Ну все, это больше ни в какие ворота, поганец! — Ворвался в мастерскую Старк, фурией преодолевая расстояние, замирая напротив склонившегося над рабочим столом спайдиком. Юноша недоуменно повел бровью, окидывая равнодушным взглядом разъяренного мужчину с ног до головы. — Вот это что такое?! — Мужчина кинул в лицо Питера конверт, который по плану должен был впечататься в лоб, но благодаря сноровке паучка, тот легко поймал его в воздухе. Повертев его в руках, открыв и посмотрев содержимое, юноша сначала сдержанно прыснул в кулак, закашлялся от подступающего хохота, а потом и вовсе разразился весельем на всю мастерскую. Внутри конверта был пригласительный на поездку по лучшим домам престарелых Нью-Йорка, с двумя обедами, и главное «…С учетом описанных индивидуальных особенностей, вам будет предоставлена помощница для сопровождения и помощи в справлении физиологических потребностей». Хоть разница между Тони и Питером и была всего пятнадцать лет, шутки и подколки по поводу возраста были для них нормой. — Клянусь, мистер С-старк, — от беспрерывного хохота, юноша начал икать, а в уголках шоколадного оттенка глаз скопились капельки слез, — это не моих рук дело. — Значит, ты считаешь меня старым, больным и нуждающимся в помощи, верно? — прорычал Тони, тихой поступью обходя стол, двигаясь на отходящего спиной к стене паучка. Тот не переставал смеяться, в попытках возразить, но черт, шутка действительно получилась классная. Жаль, что он сам до неё не додумался, но с удовольствием пожмет руку организатору сия представления. — Отлично, тогда сейчас ты мне окажешь помощь в физиологических потребностях. — Что вы?.. — Питер, не успев отсмеяться или даже смекнуть произошедшее, как уже был развернут лицом к стене, прижатыми к ней же руками и раздвинутыми ногами. На лебединой шее почувствовалось горячее дыхание, а следом — болезненный укус. Юноша вскрикнул, постаравшись уйти от неприятных ощущений, но прижимающееся к спине тело не давало вырваться из захвата. И хоть оба понимали, что спайдику не требуется прикладывать много усилий для освобождения, все равно продолжали упрямиться в очевидном. Тони провел рукой по осиной талии, сдергивая белоснежный халат, футболку, оставляя ещё парочку недо-укусов на плечах, из-за чего в рабочих брюках юноши становилось слишком тесно. Черт, его же буквально планируют изнасиловать, а он и рад расставить пошире ноги, и отклонить голову вбок для очередного болезненно-сладкого отпечатка зубов. — Что, теперь не такой смелый? — фыркнул на раскрасневшееся ухо Старк, вжимаясь вставшим достоинством ровно посередине мягких половинок. Кожа Питера пахла карамелью; вкус геля для душа и естественный запах паучка дурили похлеще наркотиков, и Тони не смел отказать себе в удовольствии провести языком длинный мокрый след от уха до седьмого позвонка. По спине спайдика прошел разряд тока, оглушая своей силой в ногах, отчего те мелко задрожали. — Пошел в задницу, Старк, — выплюнул Питер, пользуясь тем, что его лица не видно, закатывая в наслаждении глаза. — Не сомневайся, сегодня я обязательно там побываю, — хищно облизнулся Тони, огненным взглядом провожая маленькую капельку пота, стекающую за кромку ремня по белоснежной спине.

***

— Ну же, Питер, где твоя энергия? — Мужчина звонко шлепнул юношу по правой ягодице, отчего та соблазнительно колыхнулась, а до сих пор тугая дырочка сжала в своих жарких тисках три растягивающих её пальца. Питер, распластанный на рабочем столе, лишь подмахивал уверенным движением руки, находясь где-то за гранью реальности. Старк растягивал его уже, казалось, вечность, и несколько раз юноша оказывался на самом пике. Но Тони, вовремя смекающий происходящее, пережимал налитый возбуждением член, не давая свершиться долгожданной развязке, мучая, ожидая мольб. — Из нас двоих я старик, но погляди-ка, ты уже готов разрыдаться от нетерпения. А мы ведь только начали. Питер сжимал края стола, оставляя на нем вмятины, и лишь сильнее насаживался на длинные пальцы, которые то и дело попадали по комку нервов внутри, превращая мозг спайдика в растаявший на солнце пломбир. Его последний секс был совсем недавно, но то, что сейчас творил с ним Тони, вымывало из сознания какие бы то ни было воспоминания об интиме. Ему было неописуемо хорошо. — Плохо стараешься, Старк, раз я до сих пор не в слезах, — нашел в себе силы позлорадствовать Питер, кидая за спину шальной взгляд. Тони был горяч. Оголенный торс, прижимающийся к животу в полной боевой готовности ровный член, не снятые до конца джинсы, словно Старк и не собирался париться насчет сантиментов, планируя использовать Питера по-быстрому, как шлюшку, а затем как ни в чем не бывало застегнуть ширинку, возвращаясь к работе. И боги, юношу невероятно возбуждала эта мысль, посылая очередную волну пожара по телу. — Ещё хоть одно слово из этого дерзкого ротика, и я заткну тебя так, что ты лишишься голоса раз и навсегда, — прошипел Старк, вводя четвертый палец, на что Питер громко застонал, уже даже не стесняясь показать своё наслаждение. Мысль о том, что этот шикарный член окажется в его рту, будет грубо вколачиваться в самое горло, оставлять потеки смазки на губах, взорвала в Питере целый фейерверк. В животе — не бабочки, — пчелы зажужжали роем. Перед глазами лишь картина того, как Тони насаживает рот юноши на собственное возбуждение. Нереально. — Брось, Старк, — надрывно хохотнул Питер, проглатывая рвущийся наружу стон, — боюсь, твой размер не заставит меня замолчать, даже при всем твоем желании. Рука, доселе уверенно растягивающая тесный вход, остановилась. Юноша всхлипнул, переводя дыхание, лопатками чувствуя прожигающий его коньячного цвета взгляд. «Давай же, ну, воспользуйся мной!» — кричал про себя Питер, загнанно дыша. Пальцы покинули горячую тесноту дырочки, и та не спешила закрыться, нервно содрогаясь, Тони точно знал, как правильно подготовить партнера. Мелькнула тень. Мужчина встал напротив лица Питера, и тот поднял взгляд, воинственно вскидывая подбородок, как и в самую первую их встречу. Похоже, ещё тогда они поняли, чем закончится их противостояние. — Открывай, — Тони слегка шлепнул ладонью по веснушчатой щеке, и Питер, словно под гипнозом, широко раскрыл рот, выпуская язык, с кончика которого на стол упала капелька слюны. Несдержанно выругавшись от потрясающей всякое воображение картины, Старк положил сначала только головку поверх горячего мокрого языка. На вкус член Тони оказался таким же прекрасным, как и на вид, смазка, стекающая на язык, — чуть солоноватой, а сам орган — настолько твердым, что впору забивать им гвозди в крышку личного гроба Паркера. Питеру нравилась мысль, что он стал причиной такого возбуждения мужчины, и это подтолкнуло его несдержанно захватить орган наполовину в жаркий плен собственного рта. Что ж, Питер не был неопытным, Старк убедился в этом на собственной шкуре. Юноша самозабвенно насаживался на член, при этом сладко урча, расслабляя горло и пропуская Тони ещё глубже, настолько, что глотку начало раздирать от спазмов. — Так свято верил, что мой член тебя не заткнет, но только посмотри на себя, сосешь лучше портовых шлюх и явно этим наслаждаешься, — приговаривал Старк, сжимая руку во взмокших кудрях, задавая собственный темп, нетерпеливо толкаясь все глубже и глубже, задерживая голову Питера в одном положении. Юноша поднял заплывший удовольствием взгляд на Тони, и черт, это было самое горячее, порочное и возбуждающее, что когда-либо видел мужчина в своей жизни. Питер был воплощением того самого греха. Выйдя из восхитительного питерского рта, боясь кончить раньше времени, Старк окинул взглядом тело под собой. Юношу била мелкая дрожь, он то и дело тянулся руками к собственному изнывающему от нехватки ласк возбуждению, но вовремя себя останавливал, норовя продлить удовольствие. И казалось, Питер был действительно на грани того, чтобы начать молить, даже открыл для этого рот, прокашливаясь, но все равно говоря с легкой хрипотцой: — Что, все, сдулся? — Издевательская ухмылка растянула тонкие губы, и Старк отзеркалил её, прекрасно понимая намек. Паршивец не собирался сдаваться до последнего. Тони вновь обогнул Питера, и без какого-либо предупреждения, вставил член в разработанную дырочку одним резким движением. Юноша вскрикнул, дернулся вперед от неожиданности, рефлекторно пытаясь уйти от прожигающего его внутри органа. Но Тони опустил руки на мягкие бока, притягивая обессиленное тело к себе. — Давай, малыш, расслабься. Впусти папочку, — зашептал Старк, наклоняясь к юноше, и тот захныкал, сам не понимая от чего: чертового «малыш» или же «папочка». Тони словно видел его насквозь, вскрывал все тайные кинки, фетиши, заставлял наслаждаться каждой секундой, плавать на той периферии оргазма, но не позволяя в нем потонуть. Питер обожал такое, но мало тех, с кем он спал, были на то способны — либо не хватало опыта, либо уверенности. А Старк не обманул — юноша точно не сможет после такого ходить минимум сутки. Тони дал на передышку скудные полминуты, а после сделал первый несдержанный толчок. Внутри юноши было волшебно, горячо, тесно — все, как и любил Старк, и он собирался сполна насладиться этим лакомым кусочком, пусть потом они и возненавидят друг друга еще сильнее. Питер забился под ним, то ли пытаясь насадиться еще глубже, то ли вообще отодвинуться как можно дальше, но Старка сейчас заботило лишь собственное удовольствие, растекающееся лавой по органам, комкуясь в районе солнечного сплетения. И не имея права отказывать себе в собственных прихотях, мужчина медленно начал движение. Плавные фрикции заполняли юношу сантиметр за сантиметром, и Питер всячески старался заглушить порыв, заскулить от наслаждения, прикусывая собственное предплечье. Под зажмуренными веками танцевали чечетку звезды, а член то и дело терся о край стола, пошатывая и без того раскаленную выдержку. Он больше не мог выносить этого размеренного движения, что и намекнул Старку, подаваясь навстречу более рвано, сбиваясь с единого темпа. — Хах, ты великолепен, — восхитился Тони, заметив, как юноша начал насаживаться на него более остервенело, несдержанно, так, как и хотел того сам Старк. Приметив краем глаза стиснутые зубы на руке, Тони дернул юношу за волосы на себя, заставляя поднять корпус со стола, прижимая крылья лопаток к собственной груди. — Ну нет, малыш. Я хочу слышать, как ты будешь кричать в экстазе, принимая в себя мой член, а затем и сперму до самых краев. Давай же, порадуй папочку стонами. — И не мечтай, — прохрипел Питер, но тут же надрывно застонал, распахивая глаза, вжимаясь в Старка всем телом, мечтая вплавиться в него, стоило только набухшей головке упереться под идеальным углом в простату. Эта поза как нельзя лучше подходила для получения неописуемого удовольствия. — Упрямец, — хмыкнул Тони и, более не сдерживая себя, начал набирать быстрый жесткий темп, раз за разом выбивая крики и стоны из узкого (проверено Тони Старком) жаркого горла. Питер под ним был прекрасен. Раскрасневшийся, растрёпанный, с разбросанными по всей спине, плечам и шее укусами. То, с каким усердием он подмахивал движениям Старка, цеплялся паучьими пальцами за голову мужчины, заводя руки назад, выгибался в спине, чтобы раз за разом член бил в его слабое место. То, что они не могли друг друга стерпеть все эти месяцы, сейчас только играло на руку обоим, они не считали нужным сдерживаться, проявлять нежность, а вели себя так, будто это их последний трах за всю жизнь. Питера вело. Перед глазами потолок менялся местами с полом. В висках набатом рикошетил каждый шлепок голой кожи о кожу. Юноша и не заметил, как спустя четверть часа и потока безудержных толчков начал скулить на одной ноте, широко раскрывая рот для дыхания, ощущая спиной такое же разгоряченное, взмокшее, сильное тело. Ноги перестали держать его, и если бы не руки Старка, уверенно прижимающие к себе, то юноша давно поздоровался бы с кафелем. — Хочу кончить, — взвыл Питер, стоило Тони вновь пережать основание его члена, чтобы не дать юноше ту долгожданную разрядку, мысль о которой приносила уже не просто боль, а раздирающее чувство в районе живота. — Ты здесь удовлетворяешь мои физиологические потребности, не свои прихоти. Имей выдержку, тебе запрещено кончать раньше меня, — продолжал издеваться Старк, хотя и сам уже был на грани срыва. Задница Питера определенное лучшее, что у него могло быть в постели, ведь юноша идеально подходил ему. — П-прошу. Я не мог-гу бо-ольше!.. — Горло Питера пересохло от непрекращающихся криков и стонов, он настолько сильно хотел прийти к финишу, что действительно готов был опуститься до умоляния. Об этом же никто не узнает, а сам он и под дулом пистолета не признается, что позволил поиметь себя до состояния растекшийся амебы. Старк резко вышел из расслабленного нутра с громким хлюпом, и не успел юноша возмутиться образовавшейся пустоте, как мужчина перевернул его к себе лицом, укладывая спиной на уже остывшую поверхность стола. Прохлада обожгла разгоряченную кожу, и юноша выгнулся дугой, задирая ноги и раздвигая руками собственные ягодицы в приглашающем жесте. Тони не пришлось повторять дважды, и он с радостью вновь погрузился в глубину содрогающейся изнутри дырочки. — Хочу кончить, — всхлипнул Питер, по щекам которого покатились крокодильи слезы от неконтролируемого возбуждения, которое рвалось наружу наравне со сверхновой. Он хоть выживет после этого вообще? Ибо мозг напрочь отказывался функционировать. — Тебе следует правильно попросить, — Тони замедлился. До ужасно прекрасного темпа, который лишь разжигал ещё больше, но не позволял дойти до пика. — Пожалуйста, Т-тони, — юноша распахнул свои оленьи глаза, которые блестели от слез и перенапряжения, и впился тонкими пальцами в мокрые плечи, оставляя короткими ногтями яркие алые борозды. — Неправильно, — усмехнулся Старк, даря несколько грубых толчков по той самой точке внутри, но вновь возвращаясь к волновым движениям. Мужчина сжимал талию юноши, буквально наваливаясь на него сверху, и капли пота с его лица падали на раскрасневшееся лицо под ним, смешиваясь со льющимися слезами. Прекрасно. — П-папочка… — Прошептал Питер, за что тут же получил несколько быстрых фрикций в знак одобрение, и уже более уверенно, заполошно, взмолился, — папочка, п-прошу! Позволь мне кончить! Тони, ах!.. А-ах! Быстрее, черт, да!.. Папочка, да! Тони с каждым словом Питера лишь сильнее вбивался в него, не сводя глаз с очаровательного замутненного взгляда, подводя и себя, и своего малыша к долгожданной разрядке. Мужчина наклонился к самым губам спайдика, деля один воздух на двоих, совершая последние движения. — Ненавижу тебя, — прошептал в приоткрытые алые губы Питер, взгляд которого на секунду прояснился. — Это взаимно, — уверенно заявил в ответ Старк и наконец вжался своими губами в приглашающе распахнутые губы юноши, обильно извергая собственное напряжение внутрь сжавшей его в тесных объятьях дырочки. В ту же секунду он почувствовал животом сокращающуюся дрожь члена Питера — тот кончил, так ни разу и не прикоснувшись к себе.

***

— О, Старк, а я тебя повсюду ищу, — подскочил на ноги Стив, стоило увидеть входящих в обеденный зал Тони и Питера. Старк без промедлений прошел за барную стойку, опускаясь на стул, прося попутно Пятницу приготовить кофе. Питер же двинулся в сторону холодильника, доставая заранее приготовленный протеиновый коктейль. Оба неестественно молчали, но спасибо хотя бы на том, что не цапались, как кошка с собакой. — Случилось что-то? — осведомился Старк, подхватывая на руки Лую, что так требовательно терлась о ноги хозяина. Мужчина с нежностью погладил лысые бока животинки, и та подарила в ответ мягкое мурлыканье. — Сколько раз просил, не сажай ты её на стол, — возмутился Роджерс, кидая на кошку хмурый взгляд. У них была взаимная нелюбовь. — Моя кошка, мой стол, и на нем будет сидеть всякий, кого я пожелаю увидеть, — заявил Тони, переводя хитрый взгляд на стоящего у островка для готовки Питера. Тот поперхнулся коктейлем от брошенного в его адрес намека и закашлялся, густо покраснев. Стив в непонимании перевел взгляд на спайдика, порываясь помочь, но юноша вскинул руку, останавливая, говоря тем самым, что он в порядке. — Так что ты хотел от меня? — Ах да, — спохватился Роджерс, вновь возвращаясь к первоначальной теме, — я хотел спросить не получал ли ты по почте конверт с приглашением? — С приглашением? — В голове Тони постепенно начал складываться пазл, и как-то подозрительно запекло затылок от разъяренного взгляда. — Да, — Стив кивнул, рисуя в воздухе пальцами треугольник, — оно желтого цвета. В нем должно быть написано что-то о доме престарелых. — Ты решил наконец признать свой официальный возраст, капитан сосулька? — постарался пошутить Тони, вот только ему было совершенно не до смеха, ибо испепеляющий взгляд сзади даровал ему в ближайшем будущем все муки Ада. — Очень смешно, Старк, — устало вздохнул Кэп, — это для дедушки моей знакомой. Он захотел провести остаток дней в компании таких же людей в возрасте и мед.персонала, а я, к своему счастью, нашел этот «круиз» по лучшим домам престарелых Нью-Йорка. А из-за того, что всю почту Пятница посылает сразу к тебе в кабинет, я спрошу ещё раз: не находил ли ты там моего приглашения? — Я ещё не проверял почту, зайди вечером, поищем вместе, — как ни в чем не бывало пожал плечами Старк, принимая из лапы робота кофе. Луя попыталась сунуть любопытный носик в чашку, но Тони пригрозил пальцем перед лысой мордочкой. — Хорошо, спасибо, — улыбнулся Стив, усаживаясь обратно на свое место, и вновь обращая внимание на все так же и стоящего у островка Питера, привалившегося бедром к одному из ящиков. — Пит, ты чего там застыл? Садись, пообедаем все вместе. — с надеждой предложил Роджерс, радуясь тому, что Тони и Питер провели целых пять минут в одном помещении и до сих пор не спустили друг на друга собственные дерьмовые характеры. — Спасибо, Стив, — натянуто улыбнулся Питер, переводя ненавистный взгляд на Старка, буквально пригвождая того к стулу, — но я предпочту постоять. Капитан лишь вздохнул, покачав головой, сетуя про себя на двух идиотов. Он уже на стену готов был лезть от их вражды, и логично, что юноша отказался обедать, потому что за столом находился Старк. Сам же Тони прятал победную ухмылку за краями кофейной чашки, зная истинную причину отказа спайдика. Но если бы он предвидел, что после данной ситуации юноша устроит ему месячный бойкот, а потом окажется на его пороге еле живой, то тут же бросился бы просить прощения за все свои грехи и злодеяния…

***

— Пообещай мне, что такого больше не повторится, — Старк пришел к Питеру на следующий же день, и, к его счастью, юноша выглядел уже намного лучше. Самые мелкие синяки, царапины и порезы были не видны, зажили в рекордно короткие сроки. Цвет лица приобрел привычные розоватые оттенки, а на тонких губах блуждала легкая полуулыбка. — Не буду, — возразил в привычной манере паучок, выгибая растрепанную русую бровь. — Что ты сказал? — Сощурил глаза Тони, давая Питеру шанс на реабилитацию ошибочного умозаключения. — Я сказал, что не буду обещать подобного, — повторил чуть ли не по слогам Питер, складывая руки на груди. — я Мститель, Старк. И ты думаешь, что я буду стоять в стороне и наблюдать за тем, как злодеи наводят свои порядки в моем родном городе? — А ты думаешь, было бы лучше, если их было в два раза больше и ты не выжил вообще?! — взорвался праведным гневом мужчина, встряхивая юношу за плечи, надеясь тем самым поставить мозг на положенное ему место. — И я не прошу тебя стоять в стороне. Я лишь хочу, чтобы в случае опасности ты не кидался на рожон в одиночку, а звал на помощь нас, Мстителей, твоих друзей, людей, которые переживают за тебя и во всем поддержат. Юноша пристыженно опустил взгляд на собственные руки, краснея щеками. Старк был прав. Питеру следовало сделать лишь один единственный звонок, чтобы спустя десяток минут ему пришли на подмогу и вся операция прошла без кровопролитий. Но юноше до сих пор было слишком тяжело довериться, ведь до сего момента он работал исключительно в одиночку, полагаясь лишь на себя и свою силу. И терять ему было некого, его никто не ждал, он не был кому-то нужен. Зато теперь… — Даже ты? — тихо спросил юноша, неуверенно поднимая взгляд, что было ему совершенно несвойственно. — Что я? — Тони неотрывно следил за сменяющимися на веснушчатом лице эмоциями, пытаясь понять хоть одну. Но на собственное удивление, юноша впервые показывал подобное Старку, а именно: смущение, кротость, в некоторой степени грусть и что-то, что Тони не спешил интерпретировать, боясь ошибиться в своих догадках. — Ты тоже переживаешь? — А в глазах столько затаенной надежды и страха, что неожиданно Старк почувствовал себя последним ублюдком. Если бы у него только была возможность отмотать время назад и познакомиться с Питером по-человечески, то все могло бы кончиться совершенно по-другому. Юноша бы сразу проникся доверием к Тони, возможно, их взаимная тяга не проходила бы испытание сарказмом и парой раз разбитых носов, и парень бы не оказался в палате, на больничной койке, сплошь покрытый ранами, которые несомненно оставят рубцы и шрамы. Едва ли мужчина мог изменить прошлое. Но их общее будущее он просто обязан был спасти. — Думаю, нам многое следует обсудить, малыш, — ласково прошептал мужчина, притягивая вздрогнувшего от непривычного поведения миллиардера юношу в объятия. Но сил на возражения или сопротивления не было никаких, потому Питер расслабился в надежный руках, веря, что они действительно разберутся в том клубке недопонимания, которые сами же между собой и сплели. А пока они молча наслаждались незамысловатой близостью, о которой каждый грезил весь прошедший месяц, обдумывая самые важные слова, которые планировали произнести друг другу, будучи уверенными в скором взаимном понимании…