Мерцающий город

Кодду брёл через пустыню. По его расчётам до Зерата оставалось не больше пары дней. Кодду вышел из Фезрана неделю назад и все это время не повстречал ни единой души. Ему очень хотелось пить. В пустыне Гох-Мазрат, иначе называемой Печкой, таилось множество опасностей. Помимо палящего солнца и морозных ночей, разумеется. Часто встречаются змеи, скорпионы и пустынные пауки. Песок Гох-Мазрата, по легендам, был вовсе не песком, а прахом миллионов людей, уничтоженных последним вздохом Убитого Бога. На песок он действительно мало походил. Мелкий, склизкий, сероватый, он скорее напоминал пепел. Кодду знал, что здесь ему не грозит погоня. Слугам Изумрудного Короля неизвестно, в какой из городов Запустынья отправился убийца их хозяина. Никто не ожидает Кодду в Зерате, городе мумий, куда мало кто приходит добровольно. В кармане приятно позвякивал мешочек золотых скарабеев. Гох-Мазрат стала мавзолеем для сотен путников. Несмотря на опасности, это был самый короткий путь между Фезраном и Зератом. Это место беспощадно, и выживают в нем лишь самые стойкие, или местные аборигены. Загадочный народ Шоши, как они себя называли, населял эти раскалённые пески с незапамятных времён. Эти таинственные люди, прячущие лица за тряпичными масками, кутающие тела в белые и желтые ткани, жили здесь до основания Изумрудного Трона. Говорят, что Шоши являются потомками неизвестного народа, населявшего забытый город, на месте которого раскинулась Гох-Мазрат. Кодду не верил в байки о Забытом Городе. Ведь Печка была в тысячи раз больше любого города. Да, кое-где из-под склизкого песка выглядывали острия блестящих конструкций, будто из железа. Но никто не знает, что это. Утверждать, что это останки древнего города, было бы глупо. Одиночество и усталость начинали сводить Кодду с ума. Он ел скорпионов и пил кровь змей, обтирал тело мочой, спал урывками в течение дня, уподобляясь кочевникам Шоши. И вот увидел он сияние высоких башен. Радостный, пошёл он в сторону очертаний города с удвоенной скоростью. К концу дня он уже стоял у стен. Однако, никто его не окликнул. Ворота были распахнуты, и ни единой души не было в поле зрения. Кодду вошёл в город, отметив, что запомнил Зерат другим. Это был не Зерат. Но куда же он попал? Быть может, в стеклянный Арфалех? Или Наргач, где не хоронят мертвецов? Нет, этот пустынный город не был похож ни на что. И он был совершенно пуст. По чёрным гладким дорогам не ехали повозки. Из гигантских зеркальных башен никто не выходил. Кодду испытывал смутную тревогу. Он не мог понять, что его больше беспокоит: отсутствие в городе жителей, или гнетущая тишина. Вдруг он заметил одну деталь. Незначительную деталь, повергшую Кодду в липкий холодный ужас. Страх сковал его тело, когда он увидел, что у него появилась вторая тень. А за ней третья и четвёртая. Теней вокруг становилось тем больше, чем ниже садилось солнце. И эти тени двигались. Кодду упал на колени и завопил. Из глаз его текли слёзы. А вокруг распростерлась Гох-Мазрат. Изумрудный Король с усмешкой смотрел, как бьется в агонии его неудачливый убийца, прикованный к креслу Этира. Узнику повезло раз за разом проживать любимый сюжет короля о Мерцающем Городе.