Шестой Элемент

Не стоит и говорить насколько огромный бум произошел после создания пятого отряда. Новость прогремела во всех СМИ, только ленивый не обсасывал ее. Про это даже за рубежом прознали. Про наши личности пока решили умолчать, но это ненадолго, со дня на день отряд окончательно вступит в силу после чего полный состав будет раскрыт. Представляю лица своих бывших одноклассников, которые узнают о моем повышении, должно быть, они будут просто в ярости. Множество разных мыслей терроризировало и меня изо дня в день. Во время тренировок, во время еды, перед сном, на учебе, прогулках, да где угодно. Мысли о будущем, о том, что должно произойти. Раньше я всегда думал о прошлом, а сейчас изменил свой курс прямо на противоположное. И это очень меня утомляло, я буквально ничем не мог заняться в этот период, голова была забита размышлениями на любой повод, из-за чего моя концентрация, и как следствие эффективность, падала. Уже который раз за неделю, я валялся на кровати пытаясь, продумать все возможные варианты развития событий, чтобы мой разум наконец-то наелся и прекратил меня донимать. Вспоминая другие бродячие отряды, постоянно посещают мысли в духе: «Неужели теперь мы ровня им?». И выходит, что это взаправду так. Легендарный первый отряд «Меч Империи» стоящий на защите империи чуть ли не с момента ее основания, по совместительству являясь сильнейшим. Второй отряд «Стальное Братство» являющийся создателем передовых технологий Империи Тьмы, в том числе и АМФ. Третий отряд «Легион»… когда-то третий отряд. Некогда его мощь устрашала всех без исключения, врагов, союзников, неважно. А их капитан обладал силой победить кого угодно в стране, возможно даже Саикоу Курай не сладко бы пришлось против него. Но вот уже Рей Фирз стоит на посту капитана, куда в таком случае подевался Янбо? Подал в отставку? Умер? Если да, то от чего именно? Хотя, если вспомнить то его бренное тело под полсотни лет варилось в этом котле боли и бессмысленности, который мы называем Землей. Но тогда почему именно Фирз? Я понимаю, что он походит из очень известного и почитаемого рода, но один только этот факт ведь не гарантирует силу. По тому, что я видел, элементаль он стоящий, но судить его лишь по одному сражению будет некорректно. Внезапный стук по металлической входной двери вывел меня из мыслей. Какого черта кому-то понадобилось у меня дома? Нехотя, я таки поднялся со своего спального места и лениво потянулся к дверной ручке. – А, это… Стоп, ты что здесь забыла? – гостя я по привычке принял за блондина-паркуриста, ведь только он приходит ко мне домой время от времени, но, к моему удивлению, это было в корни неверно. – Привет, Дайго. – твою ж ты за ногу… И уже даже не получится прикинуться будто у меня потеря памяти, тогда в особняке императора я полностью себя выдал. Забыл, что должен был имитировать амнезию, иронично. – Чего надо? – недоверчиво спросил я. – Можем поговорить внутри? – я оглянулся, чтобы проверить состояние своей квартиры. Все как всегда ужасно. – Потом не жалуйся. – я перестал заслонять проход и пропустил девушку вперед. Она некоторое время присматривалась куда можно сесть. Я, недолго думая, приземлился с краю постели и ждал от синеволосой того же самого. Больше усесться собственно и негде, разве что на полу. На щеках девушки я мимолетом заметил легкий румянец, но все же она повторила за мной. Правда расположилась она на противоположном конце кровати, что для нее довольно нетипично. В воздухе царила тишина, Катрина и словом не обмолвилась за целых пять минут. Что с ней происходит? – Ну и? – разбавил неловкость я. По гостье было видно, что она чувствует себя крайне зажато и скованно. И скорее всего, вина этого лежит на моих плечах. Вспоминая то, что я творил до недавнего времени, становится слегка неприятно. Не сказал бы, что совесть меня мучает, да и не похоже, что она у меня вообще есть. – Я это, хотела извиниться. – она говорила так робко, будто я ее здесь прикончу за плохой ответ. – За исторический район, и тогда на турнире. Она нервно перебирала пальцы, даже не смотря мне в глаза во время речи. – Будь на моем месте кто-то другой, скорее всего прощения просил бы именно он. – на ее лице всплыла легкая улыбка от облегчения. – Это ты так оригинально извиняешься? – похоже она потихоньку возвращается к прежнему настрою. – Я недоговорил, прощения просил бы кто-то другой, но не я. – Да-да, можешь скрывать это сколько душе угодно, мистер-цундере. – и откуда она только про это слово узнала? – Но знаешь, я рада, что мы наконец помирились, и наши отношения не накрылись медным тазом. – был бы не против такого расклада. – С чего это? – Как с чего? Мы же теперь в одном отряде состоим, а если между нами будут плохие отношения это только помешает. – оказывается, что и в ее голове может появиться здравая мысль. – Хочешь сказать, что только по этой причине ты решила извиниться? – я, похоже, поймал ее за руку. – Э-э… ну… не совсем так… я думаю…. – понятно. В воздухе опять повисло неловкое молчание. Тогда в моей голове всплыл один вопрос, который вертится на языке уже долгое время. – Ты где была во время нападения того чучела на турнире? – А, это, я помогала господину Фирзу эвакуировать гражданских. – а то он бедненький сам не справится. Раз так, это закрывает еще два вопроса: почему ее записали в пятый отряд, и где был Фирз большую часть сражения. Вспоминая, что зрителей было порядка ста тысяч, или даже больше, неудивительно, что за их эвакуацию синеволосая удостоилась такой чести. К тому же, сам Рей мог замолвить за нее слово. Между нами опять повисла пауза. Девица все время будто хотела что-то сказать, но не могла выдавить из себя хоть один звук. Кажется, я догадываюсь какой будет тема ее следующей фразы. – Опять хочешь спросить про семью? – прочитал я ее мысли. Собеседница крайне удивилась моему вопросу, ведь он был как никогда точным. Поняв, что ее поймали с поличным, синеволосой ничего не осталось, кроме как виновато кивнуть, не говоря ни слова. Я недовольно выдохнул. – Ты дважды на одни и те же грабли не наступаешь, только трижды. – она и сама понимала абсурд подобного решения. – Так и быть, вознагражу тебя за твое упорство. Все, что тебе нужно знать – их убили. Катрина будто ожидала, что сейчас получит по черешне за вновь поднятую тему, даже стиснула зубы. Каково было ее удивление, когда этого не произошло. На самом деле, мне не очень-то хочется поднимать эту тему вновь. Не из-за злости или подобного, мне просто неприятно об этом вспоминать. Я бы даже сказал больно. – Прости… – Если нечего сказать, то промолчи. Ни тебе, ни мне от твоих извинений легче не станет. И вновь мертвая тишина, никогда в наших диалогах, полу-монологах, такого не происходило. Вечно синеволосая пыталась подкидывать все больше и больше бессмысленных тем для разговора, просто, чтобы безостановочно тараторить. Но похоже, в ней что-то поменялось, раз она теперь едва выдавливает из себя короткие фразы, оставаясь большую часть разговора в молчании. А в комбинации со мной, мы создаем атмосферу похорон. И судя по ситуации, похороны эти принадлежат болтливому нраву девушки, а его место, в кои-то веке, займет здравый смысл. По крайней мере, я хочу так думать. Лишь легкий двойной стук в дверь разбавил устоявшуюся гробовую тишину. Но теперь у меня еще один вопрос: с каких пор мой дом стал проходным двором? – Господин Куромото, вы внутри? – раздался низкий голос с той стороны. По одному этому фактору мне удалось вычислить, что это был один из тех амбалов, что ранее везли меня с Кельвином к Ка-хыку. – Здесь. – четко и громко ответил я. – Попрошу вас собрать ваши вещи. – может это все же коллекторы? Было бы что собирать, самое ценное, что у меня осталось – духовные орудия, да пропуск академии. Более подробно пошарившись в квартире, я вспомнил про имеющуюся дополнительную одежду, которую ранее мне подарила моя ныне гостья. На академическую форму можно забить, все равно я там уже не учусь. Будь моя воля, я бы и кровать отсюда утащил, да вот сил не хватит. Таким образом, все, что осталось полезного в моей квартире – можно спокойно вынести в руках. Однако, сам тягать я это не собираюсь, ибо у меня имеется бесплатная и безотказная рабочая сила в лице собственных двойников. Возникшая копия сразу схватила набор в свои лапы, вместе с тем удивив до сих пор сидящую на кровати синеглазую девушку, про которую я вовсе позабыл. – Так ты не выбросил ее. – удивленно подметила она. – С чего мне это делать? – похоже мои слова обрадовали девушку и она слегка улыбнулась. Я тоже был бы рад, если бы узнал, что подаренная кому-то мною вещь, за свои кровные, не была выброшена, тем более если ее стоимость переваливает за десяток тысяч. – Че расселась? Выходим. – она послушно поднялась и через пару секунд уже вышла за порог. Стоящий перед дверью телохранитель слегка опешил, когда увидел нас с Катриной выходящими из одной квартиры, но быстро вернулся к привычному хладнокровию. Выбравшись из подъезда, наши дороги неожиданно разорвались, ведь девушке самой тоже было необходимо забрать свои манатки из отеля. Тем же лучше для меня, одиночество для меня более приоритетно, чем выслушивание ее разговоров ни о чем. Погрузившись в автомобиль с самим собой, шофер без промедления завел двигатель и мы помчались в неизведанном направлении. Глянув на часы, которые до сих пор уверенно работали, стрелки показывали время "15:45". Мы ехали и ехали, почти что час автомобиль на больших скоростях проносился мимо однотипных панельных домов, построенных все как под одну копирку, и приличных, в плане средств, частных секторов. Уже на половине мы выбрались на достаточно большое расстояние от центра города, ближе к каким-то тихим окраинам. Многоквартирных зданий здесь почти не было, кругом только одноэтажные, и изредка двухэтажные, дома с шиферной крышей. Улицы не выглядят бедными, скорее даже наоборот. Ухоженные и опрятные, совсем не то, что в Лупе. Выпустили меня вблизи какой-то окраины, где дальше шла только лысая земля. Оглядевшись, я заметил громадный железный ангар, высотой с мою старую пятиэтажную почивальню. Здоровяк какое-то время копошился в бардачке салона, лишь за тем, чтобы вручить мне чертову тяжелую папку с листами формата А4. – Как подпишите все, положите документы сюда. – он указал на второй из двух почтовых ящиков в стороне от серой постройки. Я с большой неохотой принял увесистую вещь. Следом мужчина спокойно попрощался со мной и исчез за горизонтом, оставляя меня один на один со своим двойником. Мы какое-то время хлопали глазами, переводя взгляд с друг друга на ангар и наоборот. Не просто так же телохранитель указал на те два почтовых ящика, ошибки быть не может, нам определенно нужно сюда. Асфальтная дорога к нему проложена не была, только ровно выведенная земляная. Вход в постройку находился сбоку в обоих сторонах, представляя собой огроменные гаражные ворота. Внутренности у ангара были пустыми от слова совсем, большое пустое серое пространство. Из стены, у второго входа, шел большой высокий выступ от края до края. В нем маячили пара окон с черной рамкой, а в двух противоположных концах этого коридора находились двойные двери. Я, конечно, не привередливый, но совсем без минимальных условий жизни я свихнусь окончательно. Вы хоть кровать дали бы унести, уже хоть что-то. Как ни странно, за проходами скрывалась пристройка оформленная куда лучше монотонного пустого пространства. Красный ковровый пол, бледно-желтые обои с разнообразными причудливыми узорами, яркое приятное освещение не выкалывающее глаза. Два входа вели в один и тот-же коридор с разных сторон, в центре которого расположилась еще одна дверь, ведущая вглубь пристройки. Открыв и ее, по ту сторону оказалась такая же картина как и за первыми двумя, только дверей было больше. Я начал проверять каждую, начиная от правого конца. В самом начале шла кухня. Просторное помещение с белой плиткой, поделена на две зоны: обеденная и, собственно, кухня. Широкий стол с четырьмя стульями выполненными из дерева; множество разных комодов и полок; здесь же современный холодильник серебряного цвета от фирмы LH; электрическая плита с шестью конфорками. Обставлено все опрятно и чисто, нареканий по первому обзору не наблюдаю. Во втором проходе, у которого своей двери не было, скрывалась маленькая подсобка доверху заставленная картонными коробками, которые, уже в свою очередь, были забиты всяческими нерабочими запчастями, микросхемами, проводами, лампочками, стеклом, трубами, металлоломом и прочей случайной мишурой. Не горю желанием перебирать все их содержимое в данный момент, но чувствую, что рано или поздно заняться этим придется. Оставшиеся две двери служили уборными. В первой просто зеркально начищенный, сверкающий бриллиантовым сиянием унитаз. А последнее в ряду помещение было одновременно и прачечной и душевой и чем угодно еще. Только зайдя сразу же натыкался на свое отражение в зеркале, которое кто-то любезно установил прямо напротив входа, там же и раковина. Левее от умывальни гордо стояла целая пара стиральных машин, на них аккуратно сложили несколько корзин для одежды. Ну, а в конце установили и душевые, куда уж без них, да еще и целых две. Понятия не имею зачем столько, но тот, кто это проектировал, видимо, посчитал такую расстановку хорошим решением. Для полноты картины не хватает только бани, хотя уверен что при желании наши парни ее сами сварганят. Завершающим аккомпанементом данного строения стала металлическая лестница на второй этаж, если его можно так назвать. Незамедлительно поднявшись по ней, меня встретила ситуация идентичная предыдущей. Вновь трое врат, расставленных на одинаковом расстоянии друг от друга, и одни служащие прямым продолжением коридора. Разведка надолго не затянулась, ведь три четверти здешних комнат оказались абсолютно одинаковыми во всех отношениях. Помещение можно было условно поделить на две стороны, которые между собой являлись зеркальными отражениями. Большая кровать, тумбочка рядом с ней, несколько шкафов, зеркало, лампа, стол один на двоих, да и на этом из основного все. Раз уж выпал случай, то заранее займу себе место, имею право, все-таки я самым первым приехал. И наконец, последняя, я надеюсь, дверь в этой тесной пристройке. Широко распахнув ее, я сразу же залетел внутрь и немного огорчился. Обычный офис с черными шкафами со стеклянными дверцами у стен; полукруглым прочным столом украшенным фиолетовыми полосами; темном, оббитом кожей, креслом с выбитом на его спинке логотипом фирмы «Thunden». Рассевшись на сиденье и закинув ноги на рабочее место, я начал рыскать в отсеках под ним. Ничего, кроме всяческих канцелярских и бухгалтерских принадлежностей, по типу печатки и степлера, найдено не было. Не очень интересно. Некоторое время я просидел без дела, плюя в потолок. Лишь потом я вспомнил про папку, что мой двойник так бережно все это время носил. Приказав тому сложить скопление документов на поверхность передо мной, он безукоризненно выполнил это, следом за чем слился со мной. Вскрыв внутренности пластикового вместилища, я тут же вывалил все содержимое наружу, захламляя чистый и ухоженный стол. Моему взору открылась тонна переведенной макулатуры, которую мне необходимо подписать, а желательно еще и прочитать. Я не знаю. что произойдет если не выполню первое условие, но от невыполнения второго точно не останусь в порядке. Поэтому, схватив синюю, в обоих смыслах, ручку, я принялся усердно заполнять пергамент своей подписью, иногда ставя печать. Настолько скучный и медитативный процесс, выполняемый автоматически, полностью вывел меня из реальности. Я молча сидел там проделывая одни и те же действия с каждым листом. Странное это место на самом деле. На базу бродячего отряда не походит совсем, скорее уже это офис каких-нибудь безумных сибирских экспериментаторов. У нас имеется всего шесть спальных мест, что делать если захочется возыметь пополнение? Да и зачем нам такой огромный и пустой ангар, который явно предназначен для военной техники, которой в комплекте разумеется не оказалось. С каждым разом у меня все больше вопросов по поводу рациональности действий правительства. Не хотят же они сказать, что им было просто в падлу стоит отдельное удобное и функциональное здание для нас, скажем, как у второго отряда? Спустя несколько десятков минут монотонной работы, за окном начали реветь громкие моторы, на пару с трением шин, что вывело меня из этого состояния. Если судить по звуку, то это приехали остальные участники отряда, они же мои будущие сожители. Спустя несколько минут, в жилой пристройке уже активно топали ноги, а пол отбивал легкий скрип и приглушенные удары. Дверь в рабочее помещение своевременно распахнулась, что меня нисколько не удивило. – А, ты уже здесь. – Кельвин бесцеремонно вторгся сюда, даже не постучав. Похоже он не ожидал, что здесь кто-то есть. Я предпочел не отрываться от работы, игнорируя все им сказанное после. – Я немного в подсобке полазил и было бы неплохо, если бы мы смогли все там перебрать. Не мог бы ты мне немного помочь с этим делом? – он звучал более уважительно. – Почему не попросишь Катрину или Литома? – не открываясь возразил я. – Литом какими-то делами на кухне занят, а Катрина до сих пор разгружает вещи. – Тебе это надо – ты и разгребай. – эти слова поставили жирную точку в нашем диалоге. Блондин молча ушел, от него веяло огорчением от того, что придется в одиночку переносить тяжести, в чем он не спец. Но это его проблемы, а значит он сам должен их решать. Но все-таки, странно, что в эту гору коробок засунули какой-то случайный хлам, возможно даже нерабочий. Будто впопыхах заставляя пподсобку. Чтобы разбираться с этим сейчас у меня нет ни времени, ни желания. С первого этажа доносились расторопные медленные шаги. Видимо парень совсем плох. Но как я и сказал, помогать ему – не моя забота. – Твою мать…! – приглушенно донеслось с снизу после сильного падения увесистого предмета. Добром это не кончится.

40 минут спустя

Наконец-то со всей бумажной волокитой было покончено. Был бы я рад выкинуть ее в мусорную корзину, чтобы никогда более не вспоминать, но не для того я больше часа над ней корпел. Раз дел больше не осталось, можно и глянуть, чем там остальные занимаются. Для этого я спустился по лестнице вниз и начал прочесывать все комнаты на наличие активности. Но не долго поиск продолжался, ведь мною был обнаружен странный спуск вниз прямо в открытой подсобке, не до конца избавленной от мусора. Планы быстро сменились на изучение открывшегося прохода. Внутри было не слишком-то ярко, но когда тьма меня останавливала? Вот и поэтому я без задней мысли начал скатываться вниз, держась лишь руками за металлические боковые лестничные трубы. Убедившись, что встал на твёрдую поверхность, я шагнул в неизведанность. И увиденное меня поразило. Помещение по размерам не меньше основного ангара, кругом заставленное целыми рядами металлических стеллажей, что спокойно дотягивались до потолка, а их полки были плотно заставлены гнилыми деревянными ящиками с неизвестным содержимым. – Оба-на, какие люди! – восторженно прокричал земляной тип, стоя посреди непонятного склада с искусственными руками, на каждую из которых приходилось по одному хрупкому ящику. – Это еще что за место? – продолжая ни черта не понимать, спросил я. – Сам не знаю, но как я понял, это подарок оставленный нам. Эти ящики хоть и хлипкие, но доверху забиты пушками, пусть и устаревшими. – остается только гадать об их работоспособности. – А там что? – я указал на большой широкий объект в конце помещения, накрытый старой и пыльной простыней. – Сейчас глянем. – похоже парень сам только что увидел объект. Пройдя мимо всех ржавых рядов стеллажей, которых здесь стояло порядка сорока с каждой стороны, мы поднялись на небольшой металлический пьедестал, одним только своим присутствием выделяющий скрытый предмет. Резким движением мы с блондином дернули за разные концы покрывала, от чего оно мгновенно слетело, открывая нам прячущееся под ним. И на этом моменте мы впали в окончательный ступор, ведь это было совсем не то, что ожидалось. – Шесть, мать его, ракетных систем залпового огня класса «земля-воздух»?! – ошарашено воскликнул Кельвин. Тоже самое я проговорил про себя. И это неудивительно, ведь очень, ну прям очень, нечасто выпадает шанс в живую лицезреть подобные устройства. К тому же, они все они просто огромные, в каждую помещается не менее тридцати ракет. Правда смотря на состояние в котором они находятся, сильно сомневаешься в их работоспособности. Но может оно и к лучшему. Оглядевшись по сторонам, пока мой напарник все еще находился в шоке, я заметил на одной из стен небольшую панель с несколькими разноцветными кнопками и выключенным дисплеем. Подойдя к нему, при осмотре тут же возник вопрос о его предназначении. Возможно, что оно нужно для запуска РСЗО, но не похоже что сами системы были как-то вмонтированы в пол, чтобы их можно было запустить через проведенный в под землей механизмом, или хотя бы с помощью банальных проводов, которые также отсутствовали. Внешне от панели не шло никаких связей или подобного, чтобы даже примерно предположить за что она отвечает. Присмотревшись чуть получше, в плохом освещении мой глаз заметил надписи на всех четырех кнопках. «Вкл», «Выкл», «Вверх», «Вниз». Понятия не имею что это может означать. Решив испытать судьбу, на первую в ряду клавишу оказалось приличное давление, в ответ на которое она прогнулась. Зафиксировавшись в таком положении, от нее начал исходить слабый красный свет, вместе с которым, издался противный продолжительный писк, а над головой начал слышатся громкий скрежет ржавого металла. Не понимая что происходит, я инстинктивно поднял голову на звук. – Ебаный насрал… – тихо вырвалось из уст блондина, который тоже переключился на источник шума. Потолок буквально начал расходится в разные стороны у нас на глазах. Медленно, шумно, тяжело, но уверенно. С каждой секундой все больше лучезарного света проникало внутрь подвала, заливая собой все, до чего он мог дотянуться. Глаза непроизвольно зажмурилась от непривычной яркости. Открывшийся вид на безоблачное небо цеплял совсем не так, как только что произошедшее событие. – Кельвин. – мое внезапное обращение вернуло очкастого в строй. – Закинь меня наверх. – Ну… ну ладно… – робко промолвил он в ответ, не до конца понимая какая цель моей просьбы. Из его лопатки тут же вырвалась большая костлявая рука карего окраса, ладонь которой он тут же прислонил к полу. Недолго думая, я залез на импровизированный бампер, который через несколько секунд подготовки запустил меня в открывшийся проход. От падения удалось спастись неаккуратным перекатом по сухой траве, которая в этом месте еще росла. Завершить кувырок до конца не удалось, из-за чего я упал на спину, сильно приложившись головой об мягкую землю. Растительность конкретно в этой зоне довольно густая, что необычно, ведь я думал, что кроме лысого грунта тут более ничего не найдется. Но вот, прямо сейчас я лежу на, едва теплом, зеленом ковре под лучами солнца. Такой роскоши я прежде не мог себе позволить, ведь мое прежнее место жительства погрязло в индустриализации, в котором не было места растениям. Но теперь, это должно стать для меня обыденностью, ибо изменилось мое положение в обществе. Это никак не сравнимо с тем, что у меня отобрали, но в то же время, это намного лучше чем быть рядовым студентом. Нет времени прохлаждаться, осталось множество невыполненных дел, которые на завтра лучше не откладывать. Одним махом вскочив на ноги, я решил не церемониться и с разбегу сигануть в открытый проем. Такой поступок сильно испугал блондина находящегося внутри, он даже в момент крикнул, но тревога была ложная, ведь падение оказалось смертельным лишь для моего двойника, тогда как сам я спокойно вышел из ближайшей тени. – Закрывай шахту. – крикнул я оторопевшему парню. – Какую кнопку надо нажать? – спросил он, подходя к панели. – Ту, что справа от красной. – это было мое последнее указание, вслед за которым я направился вглубь помещения. Ситуация становится все страннее. Ладно бы нас поселили в обычный ангар, все-таки все условия для жизни здесь выполнены. Но учитывая все увиденное, складывается впечатление будто это какая-то военная база или полигон. Эту теорию подкрепляет выжженная повсюду земля без намека на растительность. Если даже припустить, что РСЗО и большинство оружия в ящиках нерабочие, а в основном еще и устаревшие, очень странно, что в таком случае их просто не убрали. От того что они не работают, они не перестают быть для нас полезными инструментами. Ибо, если даже починить их не удастся, их всегда можно продать на запчасти и купить, пусть и немного, зато хотя бы рабочих экземпляров. У меня очень много вопросов к этому месту. Но несмотря на все мои сомнения, видимо нашей единственной заботой на ближайшие несколько часов станет сортирование содержимого деревянных контейнеров…

Некоторое время спустя

– И последний…! – через силу, с ноткой радости, проговорил уставший Кельвин. – Значит, по итогу мы имеем: более семисот единиц огнестрельного вооружения от мала до велика; около пятидесяти тысяч патронов, из которых четыре тысячи бронебойные и еще четыре зажигательные; несколько сотен гранат, ножей, пустых патронтажей и прочего хлама. – быстро зачитал я со списка. – И это только малая часть из всего здесь находящегося, остальное попросту не работает. – добавил земляной. – Рано радоваться, может здесь вообще все патроны нерабочие. – Хотелось бы верить, что это не так. – он задумчиво посмотрел на гору отсеянного сломанного мусора. – А остальное мы как, выбросим? – Это будет расточительством, лучше переплавить или продать. – странно, что у него проскакивают такие идеи, вроде капиталист, а деньги мимо себя пропускает. Много же времени отсеивание заняло. За те… четыре часа проведенные в работе, мы с ног до головы оказались в пыли и покрылись какой-то страшной грязью. Надеюсь это не навсегда. По крайней мере часы продолжают пахать как надо. – Может, закончим на сегодня? – с надеждой попросил черноглазый. – Да. – я и сам уже хотел выбраться из этого душного места, которое так и утопает в пыли, грязи и прочем непотребстве. Незамедлительно мы прошли к лестнице и принялись подниматься наверх. Чем выше мы лезли, тем чище становился воздух и тем приятнее становилось его вдыхать. Как только мы залезли обратно в подсобку, с моих рук уверенно посыпалась пыль и прочая гадость. Только теперь я обратил внимание насколько они грязные. – Ну и рожа у тебя. – посмеялся очкастый. – В зеркало посмотри, африканский шахтер. – Я хоть очки надел. – сказал он, поднимая грязные линзы на лоб. Вокруг его глаз было два комичных чистых круга, контрастируя с уровнем загрязненности его самого. – Это, похоже, не сильно помогло. Мы нога в ногу продолжали идти к общей точке интереса – душу. Повезло, что у нас есть пара кабинок, а не одна, иначе тяжко бы пришлось. Почти сразу, я начал стягивать с себя все лохмотья и закидывать в белую корзину. – У тебя одежда сменная хоть есть? – спросил очкастый, глядя на мой грязный наряд, готовящийся к стирке. – Была где-то. – с этими словами, я хлопнул в ладони, а из меня выбрался мой двойник, правда без одежды. Значит так это работает. Он копирует меня полностью, включая даже одежду, но при этом повторить что-то по типу Бланката у него не выйдет. Лень возиться с этим, пускай просто натянет мои тряпки и пойдет на поиски запасного костюма. Не зря я все же взял тот комплект, хоть так мне послужит. Я было уже хотел залезать в стеклянную коробку, только мой товарищ по несчастью, по неизвестной мне причине, просто втыкал во входную дверь, из которой только что вышла моя копия. – Иди под струю мойся. – окликнул я стоящего. – А, да. – поспешно он также закинул свой прикид в соседний контейнер и зашел в противоположную кабинку. К тому моменту как он закончил, я уже омывался теплыми водяными потоками из душа. Никогда ранее этого не делал, приятное чувство однако. Я, разумеется, следил за гигиеной в меру своих возможностей. В основном обливался холодной водой из крана, по праздникам мог сходить к какой-нибудь речке, только не зимой. А теперь, подобная возможность имеется у меня в неограниченном виде. Как же много перемен за такой короткий промежуток времени. Двенадцать лет мучений для этого, стоит дорожить возможностью, пока ее снова не отобрали. Мысли не давали покоя вплоть до самого завершения процесса мытья. Порой мне кажется, что я думаю излишне много. По выходу из будки, Кельвина в помещении не оказалось, и видимо отсутствует он уже достаточно давно. Похоже, я был слишком медленным. Но у нас не соревнование, поэтому роли особой это не играет. Я принялся тщательно обтираться удобно повешенным на крючок полотенцем, стоя напротив принесенной ранее запасной одежды. Полностью избавиться от влаги у меня не вышло, что логично, потому я напялил на себя свои шмотки в таком состоянии. Голова до сих пор мокрая, без подручных средств высушить ее будет та еще задачка, хорошо, что под боком есть Катрина, работающая лучше любого фена. Кажется, мой двойник пока стоял на входе то заметил ее, даже немного контактировал, значит она должна быть рядом. Обнаружилась девица прямо под дверью, явно ожидая кого-то. – О, ну наконец-то. – она подскочила едва я открыл дверь. – А? – непонимающе спросил я. – Задолбалась тут сидеть. – она прошла вперед по коридору, в сторону выхода в ангар. – Пошли, все уже заждались. – она буквально силой потянула меня за собой. Продолжая не понимать, что происходит, я даже и слова не успел выдавить, как меня утащили на кухню. Все было как обычно, за исключением того, что обеденный стол был заставлен непомерным количеством еды, причем приготовленной вручную. Всякие салаты, закуски, нарезки, запеченные животные и даже такие блюда, что я в жизни не видовал. Рядом стояло четыре стула, по два с каждой стороны. Пара на дальней стороне от входа была уже занята братьями-акробатами. Они вовлечено подзывали меня с синеволосой. Прежде чем я успел выбрать место, Катрина уже приземлилась на правое, лишая меня тем самым права выбора. Расположившись на последнем стуле, все кроме меня начали активно передавать друг другу пищу, не стесняясь наваливать некоторые и мне в тарелку. Через каких-то пять минут посудина лежавшая передо мной плотно заполнилась комбинацией из разных блюд со стола, превращаясь в неразборчивую кучу, в которой выявить отдельные элементы почти не представлялось возможным. Только это произошло, как мне в руку всунули желтую алюминиевую банку с большой надписью «Muller». С обратной стороны маленьким шрифтом были выбиты цифры «20» со знаком процента после них. Алкоголь? – Дайго, въеби тост, да по круче! – обратился ко мне Кельвин, держа в руках идентичную банку. – Стоять. Что вообще сейчас происходит? – воспользовавшись ситуацией, я поднялся с места с целым букетом негативных эмоций читающихся на лице. – Как что? Мы отмечаем образование пятого бродячего отряда. – ответила Катрина. И всего-то? Не думаю что подобные события стоит полномасштабно отмечать, это ведь не день Победы какой-нибудь. Вряд ли бы они стали отмечать постройку нового алкогольного цеха в Пекине. Хотя глядя на них, в этом можно усомниться. – Не молчи, давай тост нам! Тост! – они все хором начали повторять последнее слово раз за разом. – Почему я? – Так, а кто ж еще? – Так дело не пойдет. Пускай капитан этого сумасброда проговорит его. – мой ответ поднял на громкий смех всех участников, настолько, что скорее всего это было слышно даже с улицы. – Дайго, так ты же и есть капитан! – прокричала сквозь слезы угара девица. – Это еще почему? – на моем лице застыло еще большее удивление, больше подходящее на шок. – Ну, а ты сам подумай. Благодаря кому удалось отразить нападение на ВТЭ? Кому император лично вручил медаль почтения? Да в конце концов, кому дали разбираться с бумажной волокитой отряда? – вдоволь нахохотавшись проговорил блондин, хватаясь за живот. – Бред… – я упал обратно на сиденье. Да не может быть такого, чтобы меня, случайного бедного студента из Шинзоку, возвысили в один ряд с теми легендами, капитанами бродячих отрядов. Почему не Кельвин? Почему не Литом? Да даже Катрина бы более органично смотрелась в этой роли. Неужели все дело в том, что я местный, а не иностранец? Нет, это слишком незначительная причина. Так почему? – Э! А тост! – разъяренно промолвил громила, выглядящий так, будто если прямо сейчас я не выполню его волю, то он перевернет стол со всей находящейся на нем пищей. – Раз так. – я уверенно поднялся. – То за меня! – я вытянул высоко вверх руку со спиртным. – За тебя! – хором повторили все остальные и залпом опустошили емкости с жидкостью. Я был уверен, что они не примут это как тост, а они даже и бровью не повели. И похоже, теперь им не до меня. Вечер обещает быть долгим, а значит, у меня полно времени, которое я могу потратить на самого себя. Капитан бродячего отряда – звание, заслужить которое стоит колоссально огромных усилий. Носители такого титула должны обладать такой силой, чтобы считаться одними из сильнейших в стране. Скарлетт Фолл, Демьян Скоротех, Рёнеон Янбо… да что ж такое, когда я наконец запомню, что нет больше «Легиона», теперь только «Золотые Черепа» под командованием Рея Фирза. Хах, я пришел к тем же мыслям, с которых и начал день. Кажется, эта тема уже не отпустит меня до конца своего срока. Не знаю, смогу ли выдержать такую нагрузку, из грязи поднялся в князи, причем так резко. Скорее всего, передам командование кому-то другому через год, ведь сделать это раньше нельзя просто по закону. Все это пробуждает во мне чрезвычайно много чувств одновременно, но доминирует в этой куче тревога. Тревога за будущее, за мою жизнь, за то что произошло, за все. Никогда до этого я так себя не ощущал. Это чуждо для меня. Такое ощущение, что моя жизнь обрела ценность. В глазах общества она это успеет сделать, но неужто в моих тоже? Я никогда не думал о том, чтобы покончить с собой, мне этого не позволяет сделать эго, но при этом и причин жить у меня как таковых не имелось. Что же изменилось сейчас? Стал капитаном нового бродячего отряда, получил необычную и странную силу, познал самого себя истинного. Но разве это меняет что-то? Просто сейчас я начал жить другой жизнью, более лучшей. Я… не хочу терять это? – Дайго. – у меня на плече повисла синеволосая в не самом трезвом состоянии. Чего сидишь такой грустный, что, сосал ху-ик! – алкоголь дает о себе знать, уже даже предложения договаривать не в состоянии, может оно и к лучшему. – Я всегда такой. – сухо ответил я. – А что такое? Все ж в, ик, жизни нормально. Вот, ик, капитаном стал, признание императора заработал. Что, ик, еще надо для радости? – она и так на редкость говорлива, а под градусом ее рот похоже полностью теряет способность закрываться. – Не знаю, справедливо ли меня поставили на эту должность, разве я равен всем тем легендарным личностям? – от моих слов девушка глубоко вздохнула. – Значит так. Я в душе не ебу че это там за хуеплеты такие, но, по тому, что я видела, я уверенна, что ты ни разу не ниже них. – она разозлено тыкала мне в грудь указательным пальцем после каждой пары слов. – Да плевать мне как ты считаешь. Меня волнует лишь мое мнение. – грубо ответил я взамен на слова поддержки. – Че-е ты там сказал? – она в упор приблизилась к моему лицу своим, едва не начиная тереться о него. – Еще раз такое скажешь – и я тебе твое мнение затолкаю куда поглубже, может меня хоть слушать начнешь. – Эй! Хватит там ворковать! Лучше помогите мне, пока у меня хребет не сложился вдвое! – прервал монолог девицы резкий выкрик Кельвина. С какого-то перепуга, черный здоровяк взял дохляка на какой-то болевой прием из реслинга. Эти тоже уже в дрова видимо. – Слышишь, это кто там воркует, алкаш ебучий! – она швырнула в голову земляного до конца не опустошенную банку. – Я тебе щас добавлю! Слов она на ветер не пускает и действительно направилась в сторону бойцов, чтобы наподдать находящемуся в, и без того, скверной ситуации. Только вот алкогольное опьянение оказалось сильнее ее стремления, поэтому в следующую же секунду она свалилась на пол в сон, сопровождая его громким храпом. – Дайго, хоть ты помоги! – не унимался блондин. – Ты меня видел? Литом и тебя, и меня одновременно на лопатки положит даже не моргнув. – в этот момент громила все же перестал ломать дрыща и выкинул его в сторону, давая иллюзорный шанс на сопротивление. – Ну давай-давай, нападай! – как-то резко сменился его настрой на боевой, и очень зря я скажу. На этот раз качок сухостоя уже не щадил, уничтожая его связки по полной. До крови, конечно, не дошло, но представляю как на следующее утро он взвоет от боли в мышцах. Ну и идиотия. Сколько уже продолжается наше торжество, пару часов? Под болезненные крики и радио шансон, когда половина всей еды чудесным образом пропала со стола и три четверти всех присутствующих напились до полуобморочного состояния. А может действительно ну его все? Думать о будущем – это не для меня. Мой удел жить сегодняшним днем, ведь никогда не узнаешь, доживешь ли до завтра. Это, должно быть, единственный верный вариант для меня.