Потолок

— Знаешь, я никогда не видел небо, полностью усыпанное звездами, — максимально растягивает каждое слово, прикрывает глаза и чутка вздрагивает от порыва осеннего ветра. С высоты скромного мнения Учихи — парад кринжовых фразочек от Наруто только начинался, так что ответом ему послужили молчание и скользящее движение плеч. Чувство отстранённости и недосказанности так и витало в воздухе. Настроение и до этого хмурившегося Саске кисло с каждой секундой. — Хочу посмотреть на него вместе со своим соулмейтом, — забавно вздернув нос (такие детали никогда не проходили мимо цепкого взгляда Саске), сообщил Наруто. Учиха буквально титаническими усилиями заставил себя продолжать молчать, лишь бы из него не полилась бесконечная река издевок и насмешек над великой (с точки зрения Саске, конечно же) глупостью своего друга. В это время Узумаки продолжал монотонно бубнить, но Саске не особо улавливал смысл. Влажная трава под пальцами и манящий запах прошедшего дождя. Куски фраз Наруто обрывались тихими вздохами и явным наслаждением от созерцания окружающей их тишины. — Соулмейты — лишь один из способов людей облегчить себе жить, — вальяжно закидывая руки за голову и откидываясь куда-то назад, пробубнил Саске. Кажется, он перебил Узумаки на какой-то очень важной фразе, но Учиха не был бы Учихой, если бы ему не было плевать. — Что ты имеешь в виду? — Тряхнув головой, словно слова Саске не были чем-то новым и удивительным, прочеканил парень. Нервно закусив губы, он дал себе пощечину трижды. Ментально, конечно. Узумаки всегда знал о чем говорит и думает чертов Учиха Саске. Не было необходимости переспрашивать. Никогда не было, но он почему-то всегда это делал. Каждый раз на автомате выдавал одну и ту же заученную за годы фразу. Саске расценивал это как недоверие, Наруто как еще один повод убедиться. — Любовь — это огромный сложный механизм, который состоит из миллиарда факторов, ну или шестеренок, как тебе удобней, — устало вздохнув и встряхнув волосы на затылке рукой, он все же продолжил, — Взгляды, впечатления, вкусы, внешность, характер, личные пристрастия — все это только твое. Понимаешь? — ужасно много слов на один квадратный сантиметр диалога, теряешь хватку, Учиха — Какая-то там «красная ниточка», — ему даже пришлось приподняться и старательно изобразить в воздухе кавычки, — Не может знать все. Сам посуди, несчетное количество случаев, когда соулмейты, — вкус этого слова расползался по языку горькой вязкой плёнкой — Расходились. — Я просто чувствую, — Ты сам себе не веришь Узумаки, — Что у меня все будет хорошо, — на его лице возникла ослепляющая улыбка, старательно скрывающая усталость во взгляде. Ужасно паршивая игра — отмечает Саске. Чудовищно проницательный взгляд — в очередной раз убеждается Наруто. — Хн.

***

Небо, измазанное облаками — извечный, уже такой удручающе надоевший, вид из окна. Задернув шторы, лишь бы не видеть очередные капли, стекающие по стеклу, Наруто прошелся по комнате и уставился тупым взглядом в телефон. Новое сообщение назойливо мигало на экране. «У меня новая метка! Сегодня он думает, что я забавный!» Пропустив эту мысль через какой-то, ведомый только одному Наруто, конвейер, парень устало прикрыл глаза. Пальцы прошлись по переносице с отчаянным желанием заставить себя, наконец, начать думать. Метки. Метки и метки. Одно только упоминание этого слова вызывало непреодолимую тошноту и желание одновременно. Это как твое любимое мороженое, которое ты когда-то переел. Они появлялись у всех без разбора. Мысли своего соулмейта, не озвученные вслух. Каждый чертов раз, когда тебе не договаривают эти мысли вырисовываются на твоей коже. Мысли, которые, может быть, хотели оставить в тайне. Сообщение от Кибы так и осталось без ответа, а усталость по взгляде нарастала с каждой секундой. Вдруг, стало интересно что же такое секретное его соулмейт думает о нем сегодня, но, очевидно, меток обнаружено не было, так что, закинув куда-то на затворки ненужные мысли, Наруто двинулся в сторону кухни, чтобы хоть чем-то набить свой желудок. Медленно пробежался глазами по своей комнате. Никаких изменений найдено не было. Тот же стол, та же кровать. Какой-то фантик на полу, потрепанное жизнью покрывало, доска с заметками и записками прошлых лет. Потертые временем углы, выцветшие обои, бесцветная мебель и какая-то гнетущая атмосфера. Молчание и пустота поселились в его доме давно.

***

— Наруто! Пакость ты эдакая, научись отвечать на сообщения, — возмущенный взгляд прожег затылок. Неодолимо хотелось избежать этого разговора, чтобы не пришлось выставлять свои актерские навыки на показ в очередной раз. Только не запутайся в своем лицемерии, Узумаки. Лжецам нужна хорошая память. — Йо, Киба, — натянув на себя самую дружелюбную из своего арсенала улыбку, Наруто обернулся, — С интернетом были напряги утром, видимо забыл оплатить. — Ну ты и растяпа, — хлопнув друга по плечу, Инузука утянул его за собой, — Пошли в класс, а то опять опоздаем. Наруто никогда не был извечным вруном, не избегал своих друзей, не ненавидел их, он просто не хотел волновать, поэтому раз за разом притворялся, что все хорошо. Раз за разом убеждая и себя в этом. Раз за разом давал себе обещание больше так не делать, но раз за разом почему-то делал вновь. Либо у Кибы и Шикамару было резиновое терпение, либо они не хотят давить, думая, что когда-нибудь Наруто сам им все расскажет, либо они просто не замечают очередных фальшивых гримас. В любом случае Наруто был им благодарен. Однако, был не благодарен кто-то другой. Запястье обожгло. Тонкими витиеватыми линиями по одной из ярко выраженных вен было выведено: «Лжец» Его словно ледяной водой окатили. Ступор свалился на голову парня в ту же секунду. Неверие и душераздирающее счастье разрывали парня изнутри, но… Чему же ты радуешься? Киба понял, что он врет. Тогда это значит, что Киба его соулмейт, но такая перспектива его отнюдь не радовала. Оглушительный стук сердца затмевал все мысли. Наконец-то, наконец-то новая метка. Спустя полгода на его коже снова появились слова. Аттракцион невиданной щедрости, не иначе. Но если Киба и правда его соулмейт, то это значит, что чертов засранец по имени Саске был прав. Ослепительная вспышка разочарования выкинула парня из реальности. Киба хороший, но… Он друг. Друг. Все. На этом точка. — Думай, Наруто, думай, — он и не заметил, что сказал это в слух. — Мистер Узумаки, вы что-то хотели спросить? — учитель выставил указку вперед прямо на Наруто. — Ой, я не… — слова куда-то пропали, исчезли, испарились. Наруто внезапно обнаружил себя посреди урока. — Еще одно слово и я выставлю вас за дверь, — нечитаемый взгляд карих глаз куда-то сквозь. — Извините, Ирука-сенсей. Мысли начинали постепенно возвращаться в светлую голову. Киба. Нет, нет и нет. Это просто не может быть он. Сегодня утром, его соулмейт думал, что Инузука забавный, но Наруто вспомнил о существовании друга только после смс, значит, не он. Киба не его соулмейт. Выдохнув, Узумаки все-таки попробовал сосредоточиться на уроке. «Заноза» Все такой же аккуратный почерк, но уже на другой руке. Вихрь мыслей снова вырвал парня из реальности. Его соулмейт — его одноклассник. Единственно верное умозаключение скреблось где-то на подкорке. Он все время был так рядом? Но почему-то это обнаружение не понесло за собой успокоения. Тонкий запах разочарования окутывал с головы до пят. Звенящая, оглушающая пустота в сердце пугала даже его. — Чертов засранец, ты, как всегда, был прав. — Узумаки! Вон из кабинета! Подняв безучастный взгляд на учителя, Наруто медленно собрал свои пожитки и на ватных ногах вышел за дверь. Думалка перегрелась и окончательно отказалась работать. Все. Баста. Ты в дерьме, Узумаки. Вторая метка зачесалась с новой силой. Кто-бы ни был его соулмейт, сегодня он явно не в духе. Отрапортовав Кибе, что сегодня на занятиях он больше не появится, Наруто бесцельно двинулся в сторону дома.

***

Потолок. Очередной бесцветный кусок дома, на который Наруто пялился вот уже больше часа. Вернувшись со школы, он просто завалился на кровать и разглядывал свои запястья. Повернувшись на бок, он сложился в позу эмбриона, обнимая подушку. Одноклассник. И он был в коридоре, когда Наруто разговаривал с Кибой. Круг бы значительно сузился, если бы Наруто хоть иногда смотрел по сторонам. Он не видел никого из своего класса там, значит первая зацепка ему никак не поможет. Дурацкий Учиха с его «всегда верными» умозаключениями свербил в мыслях. Непринятие так и сквозило из всех щелей. Наруто не был привязан ни к кому из своего класса, значит придется найти этого несчастного и объясниться. Сказать, что им не по пути и все такое. Становилось как-то тошно и по-детски обидно. Слащавая мысль о том, что все должно было быть не так, что Наруто ошибается, что может быть, все и правда будет хорошо, что все и правда наладится, липла к коже медовой патокой. Но уверованный в своем горе Узумаки раз за разом сдирал с себя эти сладкие засохшие слои сиропа, не желая верить. Когда случился этот момент? Когда Узумаки Наруто перестал быть участником своей жизни? Когда слова и мысли Учихи стали вытеснять его собственные? Когда он на всю тысячу процентов стал доверять Саске? Когда же? Проглотив огромный ком сожалений, что так нещадно душил вот уже полдня, Наруто поднялся, наконец, с кровати. Наспех переодевшись в первое, что попалось под руку, он буквально вылетел из дома. Он каждой клеточкой своего тела чувствовал, что обязан рассказать ему. Саске всегда знал, что делать.

***

Их встречи с Учихой не были какой-то тайной, покрытой мраком, они не были скрыты от посторонних глаз, нет, нет и нет. Просто оба предпочитали общаться только в случаях на то необходимости. Саске терпеть не мог пустой болтовни ни о чем, а Наруто и не противился. Приближаясь к съёмной квартире своего… Кого? …Друга? Предпочтя подумать об этом как-нибудь потом, Наруто постучался в дверь. Ему открыли спустя, бесконечно долгих, как ему показалось, секунд тридцать. — Йо, Учиха, — извечная улыбка на лице. Как-то небрежно почесав свой затылок, Наруто махнул рукой в знак приветствия. — Что? — Скользящий взгляд с ног до головы, — Уже нашел? —проницательность Саске когда-нибудь доведет Наруто до белого каления. — Так заметно? — стянув с себя радостную гримасу, он переступил через порог, закрывая за собой дверь, — Может… дашь мне пройти? Глупая улыбка вновь украшала лицо «солнечного мальчика», как когда-то выражалась бабулька Цунаде. Волна дискомфорта отчетливо прошлась по телу в сопровождении мурашек. Учиха по-прежнему стоял на том же месте, почти вплотную прижимая Наруто к двери. Окатив парня ледяным взглядом, он все-таки отошел. Разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, Саске прошел в направлении кухни. Извечный полумрак квартиры Учихи скрывал четкие очертания, но внезапно парень остановился и словно невзначай бросил: — Так значит я был прав, — Наруто поднял на него вопросительный взгляд, — Ты не рад, — пришлось пояснить. Встряхнув головой, Саске пошел дальше, ожидая, что Наруто последует за ним. — Я не знаю кто он, — нервных вдох, — Или она конкретно. Я же не ты, — Наруто уперся в Саске самым наглым взглядом. — Чертов гений. Такой слащаво-надменный тон. Совсем не свойственный породе Узумаки, но отказать себе в удовольствии Наруто не мог. — Обойдемся без лести, — разворачиваясь на пятках, провозгласил парень, — Чай будешь? Квартира Саске не была лучше его собственной, там более красочней, но здесь была жизнь. Это место не было пропитано сожалениями. Такие же потертые обои, пустые вазы и захламлённый журнальный столик, но здесь, в тишине и, кажется, существующем в этой квартире с начала сотворения мира, мраке было уютно. Нет. Рядом с Саске было уютно. В темноте его мыслей было уютно. — Зеленый.

***

Два, до чертиков, уставших и измотанных человека лежали на большом полуразвалившемся диване, что занимал почти всю комнату. На нем спокойно и безо всяких неудобств могли поместиться человека три с половиной. Парни лежали на разных частях дивана и каждый думал о своем. Или об одном и том же? — Если ты не знаешь кто это конкретно, то почему так расстроен? — потягивая слова, выдавил из себя Учиха. Вопрос звоном прошелся по комнате, ослепляя, оглушая и заставляя мгновенно замолчать даже мыслям. — Это кто-то из нашего класса, — недовольно повел он плечами, — Если это Харуно, я вздерусь. — С чего ты взял, что это она? — Саске даже не скрывал своей заинтересованности. Поудобнее устроился на своей стороне дивана и впечатался взглядом в Узумаки. — Такие мысли по поводу моей персоны вполне в ее духе, — прожевав слова и, словно, попробовав их на вкус, пробормотал парень. — Ого, ты научился думать, — приподнимаясь на локтях, заключил Саске, — Узумаки, я приятно удивлен. — Пошел ты, — схватившись за голову и прикрывая глаза, Наруто завалился на спину. Недовольный скрип дивана был ему ответом. Саске подполз ближе все еще не отрывая взгляда от какого-то смущенно-разочарованного Узумаки. — Покажи. От холода в голосе, передернуло даже Наруто, который привык к подобным обращениям. Выказывать характер резко расхотелось, но огонек озорства, как назло, уже горел в голубых глазах. — Член? — лучеразно улыбнулся, тут же закатив глаза, — Саске, боюсь, мы еще не на таком уровне отношений, — тихий смех залил комнату. — Наруто-Наруто, когда-нибудь ты и шутить научишься, — сквозь полуулыбчивые губы выдохнул Саске, — Покажи метки. Тишина вновь заполнила собой пространство до жути маленькой и старой квартиры, от которой за версту несло валерьянкой и кошками. Обшарпанная и потасканная на вид мебель, кричащие желтые пятна на всех простынях и скатертях, забитые углы и глубокие царапины на косяках. Тонкие стены, что не заглушали крики, стоны и музыку соседей, были украшены обоями с какими-то ляписто-пурпурными цветочками, которые контрастировали со всем на этом свете и ужасно резали глаз. Не сложно было догадаться кто жил здесь до Саске, видимо предприимчивые родственники не долго думали после смерти старушки. Приподнявшись на локтях, Наруто начал заворачивать рукава. Первая метка уже почти выцвела, зато вторая, казалось, горела все ярче. Она так и притягивала взгляд. «Заноза» Так хотелось, чтобы как в книжках. Любовь с первого, чертового, взгляда. Связанные души и отсутствие каких-либо факторов вокруг. Чтобы все и сразу. Чтобы навсегда, но Наруто не был бы Наруто, если бы все шло как надо. У Узумаки все через жопу. Саске разглядывал метки где-то с полминуты. Его глаза потухли, а сам он, вновь отодвинувшись на свой край дивана, завороженно смотрел на свои руки. — А что насчет тебя? Как продвигаются твои поиски? — звонкий голос, раздавшийся в тишине, прерываемой лишь тихими ударами капель о стекло, по ту сторону окна. — Я догадываюсь кто это, — он не потрудился даже поднять взгляд, — Но я не уверен, что мне с этим делать. — Ого! Великий Учиха и в растерянности, — хлопнув в ладоши, Наруто улыбнулся. Нервно облизав губы, Саске все же выдавил из себя: — Я просто подожду еще немного, чтобы знать наверняка. Не горю желанием нарваться на отказ за отсутствием доказательств. — Учиха, кто тебе вообще откажет? — Наруто без особого энтузиазма поднял голову и посмотрел в глаза, — Любая девчонка готова на колени перед тобой встать лишь бы ты обратил на нее свое «королевское» внимание. Тихие подлые смешки вырывались сквозь плотно сжатые губы. — Да иди ты. Тишина снова звенела и долбила по ушам не хуже самых мощных колонок в крутых клубах города. А недосказанность липла к коже, как мед, не желая смываться.

***

Следующий день был увековечен поисками своей «родственной души», но новых меток так не обнаружилось. Отторжение реальности происходящего скреблось где-то на подкорках, но Наруто слишком сильно уверовал в свою победу, чтобы отступать. Так что Узумаки решил действовать уже проверенным способом. Где же ты был раньше, Узумаки? Что заставило тебя снова начать думать самостоятельно? — Киба, как дела? — максимально громко и максимально неуместно. Покачиваясь на стуле Наруто, задрал голову назад, обращаясь к другу, но глаза так и бегали по аудитории, пытаясь подметить все взгляды, обращенные на них. — Ты чего творишь? — недоуменный взгляд украшал лицо Инузуки, — Нас обоих сейчас… — Наруто, Киба, — одного озвучивания имен и хмурого взгляда учителя было достаточно, чтобы Киба тихо шикнул и уткнулся носом в тетрадь. Предатель. На тыльной стороне ладони левой руки уже вовсю горело новое послание. «Идиот» Лаконично подмечено, мистер соулмейт, но поискам эта фраза, вопреки ожиданиям Наруто, никак не помогала. Если парень, верно, расценил обстановку, то на них смотрело около половины класса. Но что, если его соулмейт не смотрел на него? Он же мог просто подумать! Черт, Узумаки, ты опять облажался.

***

Гениальная мысль посетила его на большой перемене. — Саске, ты идешь со мной, — выцепив Учиху из толпы, Наруто потащил его за собой. Непонимающий взгляд и какие-то полу-проклятия полу-оскорбления летели ему в спину, но Узумаки был не приклонен. Он продолжал тащить Саске за локоть в каком-то, ведомом только ему, направлении. — Да остановись же ты, — резко выдернув руку из захвата, почти прорычал Саске, — Наруто, твою мать, куда ты меня тащишь? Взъерошенные волосы трепыхались во все стороны, и какой-то полупьяный, почти безумный, взгляд поселился на лице Наруто. Он оглядел Саске с головы до ног и, словно оценивая масштаб трагедии, выдавил почти непринужденно: — Решил действовать более точечно, — пожал он плечами, будто после этих брошенных наспех слов картинка должна сложиться. — Показушное выступление на уроке не дало своих плодов? — Саске изогнул бровь и надменно упер руки в бока. Вместо ответа Наруто поднял свою руку на уровень глаз Учихи, чтобы тот мог разглядеть надпись, а Саске чуть не поперхнулся воздухом. Придавая голосу более спокойный тон, брюнет все же спросил: — Ты понял кто он? — мутные объяснения Узумаки терялись где-то в круговороте мыслей. Похоже, худшие опасения Учихи-младшего все же сбывались. — Саске, твою мать, — он никогда не стеснялся в выражениях, — куда подевалась твоя хваленая гениальность? — самому Наруто все казалось до ужаса понятным, как дважды два. — Объясни уже нормально, — Учиха устало фыркнул, — Принципы человеческой логики на тебя не действуют. — Это Ино, — безапелляционно заявил Узумаки. Саске так и остался стоять на месте, пытаясь разглядеть в глазах этого светловолосого бедствия хоть какой-то намек на разумность. Но попытки оказались до безумия тщетными. — Ну же, Саске, догоняй, — Наруто размахивал руками так, будто объяснял самую очевидную вещь на свете, — Харуно ненавидит меня, а значит и ее подружка тоже, так что подобные высказывания — для пущей убедительности он еще пару раз потыкал пальцем на свою метку, — Могла выдать и Ино. — Какой же ты идиот, — устало прикрыв глаза, он свел руки на переносице, медленно потирая ее. И будто в доказательство его слов метка на руке разошлась новой волной боли. Осознание накрыло Наруто с головой. У Ино уже был соулмейт. Какой-то парень из ее клуба художеств. — Блядь. Беспросветная жопа. — Для того, чтобы жаловаться на несправедливости жизни, сначала нужно научиться думать, — Учиха развернулся на пятках и побрел в сторону класса. Когда Наруто с явным обвинением смотрел в спину удаляющегося Саске, запястье второго обожгло. «Бесчувственный мудак» Последние мысли и надежды Учихи развеялись пеплом по ветру. Он встал как вкопанный посреди коридора, а нечто, называемое сердцем предательски выпрыгивало из груди. Господи, это все-таки он. Рой мыслей кружился у него в голове, Саске очень усердно пытался вновь разложить все по полочкам, но выходило, мягко говоря, скверно. Обернувшись к Узумаки, он мучительно пытался разглядеть на лице друга (?) хоть какое-то осознание происходящего. Точно под старой меткой, полученной около сорока минут назад, на запястье Наруто кто-то выводил: «Умоляю, очнись» Голубые глаза недоверчиво смотрели то на руку, то на Саске, который сжимал свое запястье.

***

Проблеск. Солнечный луч, пробившийся через завесу темного полотна облаков, отозвался теплом где-то под ребрами. Белобрысая макушка словно притягивала к себе весь свет, но мрачное выражение лица не оставляло и намека на радость. Когда же в его жизни хоть что-нибудь наладится? Большая перемена, была слишком большой. Полтора часа, которые тянулись просто вечность. По мотивам любой низкосортной драмы Наруто сидел на отдаленной лавочке в пределах корпуса школы. Он пытался хоть что-то понять, сложить мысли в кучку, но выходило по-прежнему не очень. — Наруто-кун! — звонкий девичий голос раздался откуда-то сзади. Узумаки лениво повернул голову, закидываю руку на спинку лавочки. Хината бежала со всех ног, словно гонец, который спешил передать самую важную и самую значимую новость. Но разочарование настигло Наруто почти сразу. — Наруто-кун, наконец-то я тебя нашла, — остановившись перед парнем, Хината уперлась руками в колени и, наконец, выдохнула. — Ты что-то хотела? — Гений мысли, если она тебя искала, очевидно, она что-то, мать твою, хотела. Вместо ответа девушка осторожно присела рядом. — Я нашла своего соулмейта, — как ни в чем не бывало выпалила Хьюга. — Хината, не хочу тебя обидеть, — почти прошептал парень, — Но причем здесь я? Скользнув рукавом куртки по шероховатой и чуть влажной поверхности лавочки, она прикрыла глаза. — Это Киба, — как-то бесцветно заявила девушка, — Но, если честно, Наруто-кун, я всегда надеялась, что это будешь ты. — Жизнь — жестокая штука, — апатия так и витала в воздухе, — До сих пор не понимаю зачем ты мне это говоришь. Сжав губы в тонкую полоску, Хината повернулась к парню. Ее тонкие, бледные пальцы («Почти как у Саске» — пронеслось у него в голове) резко дернулись в сторону парня. Сжав его руку своей, она просто прижалась своими губами к чужим. Теперь уже совсем чужим. Наруто не сопротивлялся, продолжал целовать ее сам не понимая зачем. — Знаешь, — тихий выдох почти в губы, — Что из этого самое страшное? — Воротник водолазки Узумаки становится каким-то удушающе узким, а глаза понуро смотрели прямо на нее — Сейчас, — тяжелый вдох, — Я держу тебя за руки, — она вновь прикрыла глаза, — Я целую тебя, — «тебя» — такое значимое для нее слово, — Человека, — Наруто даже не пытался вырваться, застыл ледяным изваянием, — Которого любила всю свою жизнь. Ее руки бессильно опали, голова опустилась вниз, а губы дрожали. — Хината…? — Но я ни черта не чувствую, — почти кричала. Не произнеся больше и слова, она просто встала со старой полуразвалившейся лавочки, в попытке уйти. Интересно от чего? От недосказанности? От потерянного взгляда или от полу-безразличных действий? Первые бесцветные капли упали наземь. Опять пошел дождь. Интересно, чтобы почувствовал Саске? А Учиха почувствовал жжение на сгибе локтя и получил краткую надпись вдоль лучевой кости: «Почему это был не ты?»

***

Бесцветный потолок — вечный друг одиночества. Рассматривая его уже битый час, Узумаки пытался понять, как жить дальше. Мысли раз за разом ускользали из, и без того, больной головы, но он отчаянно пытался загнать их назад. Наруто не был дураком нет, он прекрасно понимал в какую ситуацию влип, но как из нее выбраться понять стоило. Учиха Саске его соулмейт. Произнести это вслух было выше его сил. Чертов Учиха и так засел в его мыслях как шальной таракан, который сортирует информацию как ему угодно, а теперь еще и это. Первым решением данного казуса находилось бегство. А что? Терять ему особо нечего, с родителями он даже не знаком, они то ли бросили его, не желая брать на себя ответственность в виде карапуза, то ли умерли. Подробностей Наруто не знал, и, будем честны, знать не хотел. Что до старика Джирайи, то тот вряд ли заметит его отсутствие ближайший год (или когда он там собирался вернуться из своих эротических путешествий). Друзья поймут, наверное. Со временем точно поймут. Но. Большая боль ждет человека, желающего начать все заново. Отвращение, слезы и моменты похуже смерти. Пожевав эту мысль в голове ещё немного, он откинул эту идею куда-то на задворки. Вторым решением являлась «Игра в дурака». Прикинуться что ничего такого не произошло. Что Учиха совершенно не его соулмейт, что у Наруто не замирает сердце при одной мысли об этом, что он… Что? Что он? Надеяться на то, что чертов гений окажется дураком, было, мягко говоря, пагубной идейкой. Третьим решением было… А третьего решения не было, решалка отказалась функционировать окончательно. На четвертом часу беспросветного думанья, бесцветный потолок оказался не такой уж и бесцветный. Желтые пятна не пойми от чего, потеки краски из-за сильного дождя прошлой осенью, местами осыпавшаяся побелка, черное пятнышко от убитого комара, кого он обманывает, много черных пятнышек (хотел повесить сетку на окна, но все как-то не получалось или не находилось времени), один из углов казался каким-то кривым, а плинтуса были на пару тонов светлее. Из-за разглядывания такой интереснейшей вещи как потолок парень даже не заметил звонка в дверь. Второго тоже не уловил. На третьем мысли постепенно начали возвращаться в шальную голову. Четвертый был проигнорирован инстинктивно. Пятый намеренно. На шестом он накрыл подушкой голову, чтобы заглушить звук. Седьмой было почти не слышно. А на восьмом проснулась совесть. Стащив себя как половую тряпку с кровати, он медленно побрел в сторону коридора. Открывать дурацкую дверь снова резко расхотелось, но таракан в мозгу по имени Учиха Саске назойливо жужжал. Что он пытался ему сказать Наруто не понимал. Он ведь не знает тараканьего, в конце концов. Медленно, почти насильно, подняв руки и поковырявшись с ключами, он наконец понял. На улице был ливень. Впрочем, учитывая состояние одежды и волос Учихи догадаться было не сложно. Насквозь промокший. — Ты совсем сдурел в такой дождь без зонта разгуливать? — сказано почти ровным голосом. Воротник домашней футболки резко стал очень узким. Наруто искренне пытался поправить его и оттянуть хоть немного, но заветный кислород отказывался поступать в легкие. — Там такой ветер, что зонтик вряд ли бы меня спас, — сказал, как отрезал, попутно проходя в темноту коридора и снимая чавкающую обувь. Наруто, может быть, и хотел что-то возразить, но проглотив слова еще на этапе их зарождения тупо уставился на Учиху. Саске в это время безнадежно пытался справиться с замком мокрой ветровки, который, видимо, зажевал кусок ткани. Узумаки был гениален, только когда этого требовала ситуация. Он придумал как отложить этот разговор хоть еще на сколько-то. Зачем это было нужно он не понимал. Но сделать определено стоило. — Тебе срочно надо в душ, — оттараторил на одном дыхании, стараясь наконец заткнуть назойливого таракана, который не переставал жужжать ни на секунду. — Мне хватит и сухого полотенца, — Саске поднял взгляд на почти бьющегося в конвульсиях Наруто. — Нет-нет, заболеешь еще, — слова сами вылетали изо рта, он даже не успевал подумать, — Заболеешь, в школу ходить перестанешь, а там и забросить не далеко, — что ты несешь Узумаки, заткнись ради всего святого, но предательский рот и предательское сердце затыкаться не желали, — Выйдешь замуж за Харуно, ой, то есть женишься, она нарожает тебе кучу спиногрызов, — руки нашли себе дело и уже доставали полотенце и сухие вещи из ближайшего шкафчика, — А оно тебе надо? Ты же не любишь детей. Да и ее тоже не любишь. Вот-вот и я о том же, а на фоне всего этого ты начнешь выпивать, чтобы как-то заглушить боль и ненависть, и, в конце концов, сопьешься. Учиха пытался вставить хоть слово, но не успел даже пискнуть. Как только Наруто закончил говорить Саске уже оказался в ванной с полотенцем и вещами в руках, а дверь за ним моментально хлопнула. Он даже немного подпрыгнул на месте от удивления. А удивляться было чему. Великий Учиха Саске ничего, ни-че-го-шень-ки не понимал. Наруто глухо скатился по стенке с той стороны двери, стоило ей только захлопнуться. — Господи, что я только что сказал, — прошептал он в тишину.

***

Время тянулось как-то по-особенному медленно и неприятно. Наруто на четвереньках переполз на диван и кое-как нащупал пульт. Какая-то очередная передача по ящику не занимала внимания, но видимость создавала. Все лучше чем потолок с жёлтыми пятнами. Приняв максимально небрежно-расслабленную позу, Узумаки вслушивался в шум воды в ванной. Пока она льется, ментальное здоровье Наруто, хоть и изрядно потрепанное, но, все еще цело. Правда шум рано или поздно прекратится. И тогда придется принять неизбежное. Или, как вариант, вернуться к первоначальной идее с бегством. А чего он, собственно, боится? Ответ оказался до ужаса прост и неприятно покалывал на языке. Наруто боится, что его отвергнут. Отошьют как наивную школьницу после уроков. Раньше он и не замечал, насколько сильно был привязан к Учихе. Когда он понял, что его соулмейт его одноклассник, в голове даже на долю секунды не проскочила мысль, что это может быть Саске, ведь он, он… Слишком хорош для него что ли. Ему в пару бы отлично подошла та же Сакура или… Или он. — Нет, не правда, — перечил он в слух сам себе, медленно потирая виски, в попытках успокоиться. — А правды и не существует, — Учиха материализовался у него за спиной. Сверхчеловек, не иначе. Вытянувшись по струнке и повернув голову, Наруто окинул его взглядом. Все еще мокрые волосы, правда теперь они пахнут шампунем (проверить так ли это хотелось до трясучки), старая потрепанная и растянутая кофта, которая была большевата ему в плечах, штаны примерно из того же разряда, одна рука уперта вбок, а глаза, глаза смотрят прямо на него не отрываясь. Узумаки утонул, потерялся, исчез с лица земли, заблудился, растрескался и рассыпался на кусочки. Мрак учиховских глаз поглощал его полностью. Два бесконечно чёрных омута. — Почему это должен был быть я? — глаза чуть-чуть сузились в недобром прищуре. Звука Наруто не услышал, прочитал по губам. — А? Ты о чем? — Узумаки снова обнаружил себя в свой же не уютной квартире, на диване. Объяснения Саске не любил, вместо этого закатал рукав, обнажив предплечье и показал какую-то надпись. Буквы плыли перед глазами и никак не желали складываться в слова, чтобы получше разглядеть что же там такое выцарапано, Наруто обхватил его запястье руками. Кожа была горячей после душа. Даже слишком горячей. «Почему это был не ты?» Почерк был точь в точь как у Наруто. Осознание накрыло с головой. Узумаки моментально отпустил руку и отвернулся, пытаясь придумать чтобы такого сказать, чтобы не выдать себя с потрохами. — Я жду, — требовательный, слегка грубоватый тон. Слишком в его стиле. Слишком типично, чтобы быть правдой. Слишком… Слишком. Когда дело касалось Саске все было «слишком». — Я просто… Я… Левое запястье Учихи обожгло вновь. Буковки вырисовывались одна за другой от локтя и до самого запястья. «Не спрашивай, пожалуйста» — Черт, Узумаки, больно же, — он схватился за надпись второй рукой и медленно обошел диван, плюхнувшись рядом. «Слишком близко» Слова появились ровно под предыдущими. — Да ты, блин, издеваешься, — сквозь зубы процедил Саске, — Язык тебе на что? Мне же больно. Наруто застыл ледяным изваянием. Не отвертеться. Не убежать и не стать пеной. Как Русалочка. А что? Наруто бы пошёл русалочий хвост и ракушки. А за возможность разучиться говорить Узумаки сейчас отдал бы все на свете. Но говорить пришлось: — Я… Прости, — пролепетал куда-то в сторону телевизора. Медленно откинул голову на спинку дивана, прикрывая глаза, потёр переносицу и безвольно опустил руки куда-то вдоль тела. — Прощу если расскажешь. Почему это должен был быть я? — Учиха уселся полубоком чтобы иметь полный обзор на это маленькое бедствие по имени Узумаки Наруто, — Что вообще произошло и в чем я должен был поучаствовать? Отходных путей не было, Наруто сам же их и пресек. Постепенно собравшись с мыслями, он рассказал ему о произошедшем днем. О той несчастной лавочке и о еще более несчастной Хьюге. Обо всем. — У меня лишь один вопрос, — сглотнул слюну и нервно то ли выдохнул, то ли хихикнул, — Это я должен был тебя поцеловать или это я должен был найти другого соулмейта? — И то и то, наверное, — Наруто наконец открыл глаза, вновь уставившись в несчастный потолок, — Ты заслуживаешь лучшего. — Ты правда так думаешь или тебе сказали так думать? — Я не имею ни малейшего понятия, — не поворачивать голову, не смотреть на Саске, не смотреть на Саске, не смотреть на Саске, — Самое паршивое то, что очень часто паранойя на самом деле отказывается отменно работающей интуицией. — Ты просто псих, Узумаки, — Глаза пытались зацепиться хоть за что-то, руки жили своей жизнью и еще больше растягивали кофту, — Больной на голову псих. — Ага. Саске ждал еще хоть чего-нибудь. Что-то кроме этого бесцветного разговора. Слов, очередной надписи на теле. Да хоть метеорита. Его любимая тишина сейчас пожирала все на своем пути. Оглушительная пустота внутри и снаружи. И не слышно ничего кроме стука собственного сердца. Оба запястья Наруто разошлись жгучей болью. «Скажи хоть что-нибудь» «Сделай хоть что-нибудь» Узумаки тупо уставился на свои руки, все еще не желая поворачивать голову в сторону Саске. На подсознательном уровне он понимал, что если посмотрит в эти глаза еще хоть раз, то обратного пути не будет. Но, с другой стороны, Учиха все еще не убежал, мало того, сам пришел к нему. Словно антилопа в гости ко льву заглянула. Предплечье Учихи вновь обожгло. «Уходи» Черные глаза посмотрели сначала на руку, а потом на Наруто, который, наконец, соизволил перевести свой взгляд на Саске. Злые обиженные глаза уставились на него, но Учиха не был бы Учихой если бы не умел читать эти фальшивые взгляды. И чертовки хреновую актерскую игру. Очередная надпись на ладони Наруто гласила: «Идиот» Он провел по ней пальцами и сжал кулак, хотел что-то сказать, но не успел. Чужие губы уткнулись в его собственные. Грубый, абсолютно собственнический поцелуй. В стиле Учихи Саске. «Не останавливайся» Саске почувствовал боль в районе ключицы, тихо шикнул сквозь зубы и куда-то в поцелуй пробубнил: — Ты можешь использовать язык, чтобы разговаривать? Метки — это очень неприятно, к твоему сведению. — Прости-прости, — губы в губы, — Мой язык сейчас немного занят, — притягивая Саске к себе совершенно насильственным способом, прошептал Наруто.

***

— Как думаешь, — перебирая густую слегка пожелтевшую траву пальцами начал было Наруто, — Почему мы раньше… — Потому что я всегда говорю то, что думаю, — Бесцеремонно перебил его Саске, — А ты, — тыкнул пальцем прямо в грудную клетку, — Вечно болтаешь без умолку. Ответ был исчерпывающий. Сомневаться в умозаключениях Учихи было сродни самоубийству, так что Узумаки просто принял все за чистую монету. Тишина маленькой полянки в тени деревьев была обволакивающей и успокаивающей. Это было что-то вроде «их» места. Хотя сюда, в целом, мог прийти любой желающий. — Соулмейты… — Соулмейты то, соулмейты се, — Саске в очередной раз его перебил, — Хватит уже об этом. — Но мы… — «Мы» это мы, — скрестив руки на груди, буркнул Учиха, — Я просто люблю тебя, никакие соулмейты не имеют к этому отношения. Наруто забыл, как правильно дышать. Пястные косточки Саске разошлись болью. «Поцелуй» — Черт, Узумаки, научись уже разговаривать.